Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Под ред. Е.А. Мельниковой.   Славяне и скандинавы

Социально-политическая структура раннегородских центров

На втором этапе развитая в ранних городах образуются специфические общественные институты. Детально их происхождение ещё не исследовано. Социально-политические нормы коренятся, несомненно, отчасти в традициях родового строя, таких, как тинг (народное собрание), образование советов для решения важных дел, законоговорение (провозглашение норм обычного права специально на то уполномоченными представителями общины, «лагманами») Такого рода собрания отмечаются в Бирке в середине IX в. Когда Лнсгарий во время второй своей поездки, вручив богатые подарки, домогался у конунга свеев Олава помощи в христианизации жителей города, тот ответил: «Но однако, прежние священники были изгнаны отсюда не королевским повелением, а народным возмущением. Поэтому я не могу осмелиться сделать что-либо для вашей миссии, не спросив наших богов и не узнав воли народа. Твой посланник должен сопровождать меня на следующее собрание тинга; я хочу поговорить с народом о тебе... Согласно их обычаю, решение о любом общественном деле у них находится именно в единодушной воле народа, более чем во власти короля». Перед началом народного собрания состоялось совещание конунга с представителями знати184.

Сведения о вече, народном собрании горожан в славянских раннегородских центрах относятся лишь к началу XII в. Однако и здесь вполне обосновано предположение, что это учреждение имеет более древние корни185.

В то же время формирование общественных институтов в значительной мере определялось укрепляющейся государственной властью. Конунги и князья располагали владениями в ранних городах: для Бирки, Рибе и Хедебю, а позднее для Поморья это засвидетельствовано письменными источниками. Они назначали своих графов и управляющих, сборщиков пошлин и налогов, оставляли за собою усадьбы в поселениях, организовывали оборону при вражеских нападениях; но равным образом при случае они стремились утвердить свою власть в общественной жизни, нередко вопреки воле народного собрания. По преданию, так было и с миссией Ансгария в Бирке: сперва волнения среди жителей привели к восстановлению старинных прав народного собрания; в итоге, однако, на основе действия раннегородских институтов был достигнут компромисс между интересами купцов и ремесленников, с одной стороны, и зарождающейся королевской власти - с другой. Те и другие нуждались во взаимной поддержке и взаимно соблюдали интересы друг друга. Вполне вероятно, что в этот период раннегородского развития зарождается скандинавское городское право, так называемое «право Бирки», Bjärköarätt186.

Существенными нормами этого права были: 1) рыночное обращение и его защита публично-городской и королевской властью, представленной графами, которые также собирали королевские подати; 2) безопасность движимой собственности и прочное право по крайней мере купцов на земельный участок, дом и склад в городе; 3) формы политического и коммунального самоуправления, высшим институтом которого был тинг, то есть всеобщее народное собрание; 4) обязанность как горожан, так и конунга или князя осуществлять военную защиту поселения; 5) интеграция чужеземцев в городскую жизнь, правда преимущественно особыми колониями; гарантия правовой защиты в торговых и имущественных делах.

Насколько значительными политическими правами располагали чужеземные купцы, неизвестно. Скорее всего они пользовались «гостебным правом», как это запечатлел Адам Бременский для Волина. Примерно о таких же правах и обязанностях сообщают источники начала XII в., касающиеся поморянско-польских балтийских городов187 и Новгорода. Численность населения таких крупных ранних городов, как Волин, достигала в X в. уже от 5000 до 10 000 человек188.



184 Vita Anskarii, s. 26. См. также: Ковалевский С. Д. Образование классового общества..., с. 71-113; Гуревич А. Я. Норвежское общество в раннее средневековье. М., 1977, с. 84-125.
185 Нет никаких оснований полагать, как это делает К. Цернак, что эти народные собрания представляли собою вторичные новообразования. Более правдоподобно их непосредственное развитие из родоплеменных собраний, чему имеются многочисленные примеры у славянских племен, прежде всего вильцев и сорбов. Ср.: Zernack К. Die burgstädtischen Volksversammlungen bei den Ost - und Westslawen. Wiesbaden, 1967. О проблематике и происхождении веча в Киеве см.: Толочко П. П. Вече и народное движение в Киеве,-В кн.: Исследования по истории славянских и балканских народов. М., 1972, с. 125; см. также: Фроянов И. Я. Киевская Русь, с. 150-184.
186 Происхождение раннесредневекового шведского городского «права Бирки», а также его дальнейшее развитие в связи с морским и земельным правом см.: Sсhüск А. Studier rörande det svenska stadsväsendets uppkomst och äldsta utveckling. Uppsala, 1926; Skovgaard-Petersen J. Vikingerne i den nyere forskning. - Historisk tidskrift, København, Raekke 12, 1972, b. 5, N. 3, s. 691.
187 Leciejewicz L. Początki nadmorskich miast na Pomorzu Zachodnim. Warszawa, 1962; Bollnow H. Studien zur Geschichte der pommerschen Burgen und Städte im 12. und 13. Jh. Köln, 1964.
188 Dziewulski W. Zaludnienie i rozmiary Szczecina w roku 1124. - Kwartalnik Historii Kultury Materialnej, 1954, N. 2, s. 45-64.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Валентин Седов.
Славяне. Историко-археологическое исследование

В. М. Духопельников.
Княгиня Ольга

Галина Данилова.
Проблемы генезиса феодализма у славян и германцев

коллектив авторов.
Общественная мысль славянских народов в эпоху раннего средневековья

Игорь Коломийцев.
Славяне: выход из тени
e-mail: historylib@yandex.ru
X