Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

под ред. А.С. Герда, Г.С. Лебедева.   Славяне. Этногенез и этническая история

П. В. Шувалов. Славяне и Германцы в Среднем Подунавье в 488/489-566 568 гг

Почти восьмидесятилетний период, последовавший за уходом остготов и ругиев в Италию в 488 г., был временем относительной стабильности в Среднем Подунавье: этнополитические элементы, стремившиеся к сохранению сложившейся структуры политических отношений в регионе (гепиды, герулы, тюринги, остготы, Империя при Анастасии), оказались сильнее элементов деструктивных (экспансия лангобардов имела еще лишь локальное значение, деятельность же франков, склавинов, Империи при Юстиниане и авар осуществлялась за пределами Среднего Подунавья).

В 566-568 гг. ситуация резко меняется: вторгаются орды кочевников во главе с аварами, гибнет королевство гепидов, лангобарды переселяются в Италию, а с ними большая часть населения Среднего Подунавья (паннонцы, норики, гепиды, тюринги, сарматы, свавы) и саксы из Тюрингии, земли которых занимают северные швабы [428; 503; 486; 498].

Если бы удалось выделить археологические памятники, относящиеся именно к этому периоду, то их картографирование могло бы пролить дополнительный свет на историческую ситуацию в регионе и на пути расселения славян. Исходя из этого, мы постарались учесть все памятники, датировки которых, существующие в литературе, укладываются в избранный нами хронологический срез.





Археологические памятники германских народов, представленные в основном так называемыми рядовыми погребениями (Reihengrӓber), благодаря относительному богатству погребального инвентаря допускают достаточно точную датировку, а их картографирование не вызывает особых трудностей [440; 402; 502; 510; 500].

Сложнее обстоит дело с хронологией археологических культур, охватывающих избранный нами регион с севера и востока: от германских культур их отличает немногочисленность погребений и скудность находок. Поэтому для памятников типа Пеньковка и Ипотешть - Кындешть - Чурел мы обозначили лишь условный ареал их распространения в V - VI вв. Из памятников же типа Прага - Корчак нами были нанесены на карту те, которые содержат комплексы с ранними вариантами керамики, по классификации И. П. Русановой (тип I, варианты 2 - 4, 2-5, а для западных районов также и 2 - 3) [339; 317; 501; 175].

К. Голдовский считает, что по мере распространения славян на территории Средней Европы исчезают находки золотых монет. Поэтому на карте (см. с. 116) показана восточная граница распространения находок солидов 491 - 565 гг. [451].

При картографировании славянских и германских памятников конца V - середины VI вв. хорошо видно, что славянские памятники располагаются на территориях, ранее не занятых германцами, что опровергает еще встречающееся мнение о присутствии в это время значительных масс славян в Паннонии и более южных землях. Но можно заметить несколько отклонений от этой общей тенденции: несколько сосудов пражского типа обнаружено в лангобардских могильниках Линц, Лангенлебарн, Сентендрэ; на территории, занятой эльбогерманцами, имеются либо одновременные соседним германским славянские селища с незначительным германским влиянием (Дессау-Мозигкау, жил. 10?, 20, 36, 38, 41; Беховице, жил. 55), либо поселения с параллельным существованием германских и славянских жилищ (Бжезно, жил. 5, 6, 8). Ранние славянские "комплексы на этих трех поселениях датируются первой половиной - серединой VI в., т. е. до ухода лангобардов в Италию. Здесь обнаружены пражская керамика (варианты 2-5, по Русановой) и германские сосуды (в частности, из Беховице, жил. 55, миска12 типа А 13 по Б. Шмидту, датируемые им ступенями II - IIIa=450-560 гг.).

Таким образом, славян первой половины VI в. можно разделить на две группы в зависимости от их отношения к германцам:
группы А - активно, но, скорее всего, мирно контактирующие с германцами (Бжезно, Дессау-Мозигкау, Беховице);
группа Б - сторонящиеся германцев (Одер, Висла, Днестр).

Если типология пражской керамики, разработанная И. П. Русановой, отражает реальные хронологические изменения, то в интересующий нас период группа славянских поселений существовала и на территории Западной Словакии. К какой же из выделенных групп их можно отнести? К группе А? Но ведь они резко отграничены от соседних германцев географически и культурно (не считая находки одного германского горшка на поселении Нитрянский Градок, жил. 132а). К группе Б? Но они находились почти в центре земель, занятых германцами.
В этой связи интересно рассмотреть историю Ильдигиса (Ргосор. Caesar. В. G. III, 35, 12-22; IV, 27; Paul. Diacon. I, 27; Edictus Rothari, Origo gentis Langob). По Прокопию, в конце 30-х годов Ризиульф, двоюродный брат короля лангобардов Вахо (около 510 - около 541 г.) и законный наследник престола, был вынужден бежать из родных земель с некоторыми из лангобардов к соседям варнам, где уже находились два его сына.

Вскоре один из сыновей и, видимо, сам Ризиульф умерли, другой же сын Ильдигис из-за того, что Вахо подкупил варнов, был вынужден бежать к славянам ες Σχλαβηνους и, таким образом, избежал смерти. Летом 548 г. Ильдигис отправился с сопровождавшими его лангобардами и большим отрядом славян на помощь к гепидам, воевавшим с лангобардами, откуда вскоре снова ушел к славянам вместе с некоторыми гепидами. В конце того же года с 6-тысячным отрядом совершил поход в район Венеции и, перейдя Дунай, вернулся назад к славянам. Затем с 300 ландгобардами поступил на службу к Юстиниану, откуда в 552 г. вместе с лангобардами, готом Гоаром и спутниками последнего снова ушел к гепидам. У гепидов Ильдигис был убит. Другие источники повествуют лишь о том, что Ильдигис, двоюродный брат Вахо, бежал от последнего к гепидам, где и окончил свою жизнь.

Возможны два варианта толкования.
1. Славяне Ильдигиса - это славяне Западной Словакии (в частности, так считает К. Годловский). Действительно, находясь здесь, Ильдигис мог быть в курсе всех событий, происходивших как у лангобардов, так и у их врагов - гепидов. Кроме того, обособленность западнословацких памятников может указывать на политическую независимость этих славян от соседей, а размеры набиравшихся там Ильдигисом отрядов (до 5700 воинов?) - на их достаточную военную силу, соизмеримую с силами лангобардов. Возможно также, что славяне Западной Словакии принимали активное участие наряду с лангобардами в разгроме покоривших их ранее (505 - 512 гг.) герулов. Однако при этом толковании остается неразрешенным вопрос, относить ли этих словацких славян Ильдигиса к группе А (в силу их сотрудничества с германцем Ильдигисом) или к группе Б (в силу их явной независимости или даже конфронтации с соседями-германцами).

2. Ильдигис бежал к славянам Западной Словакии, которые, однако, не приняли активного участия в его походах. Ведь у нас нет прямых указаний на активность (политическую, военную, культурную) славян этого района и, таким образом, нет необходимости приписывать им основную роль в предприятиях Ильдигиса. В таком случае словацкие памятники надо отнести к группе Б. Славяне же, составившие основную часть его отряда летом и, может быть, в конце 548 г., присоединились к нему позднее, придя либо из Богемии, где они уже и до этого имели интенсивные контакты с германцами (поскольку дворец Вахо находился в Богемии, то там же до своего изгнания должен был бывать и Ильдигис), либо из Среднего Поэльбья, откуда начались странствия Ильдигиса.

Кроме того, возможно, что Ильдигис бежал не к славянам, а в "ничейные" земли: слова ες Σχλαβηνους (VII, 35, 16; 21; 22) можно понимать как "в земли славян", а не "к каким-то конкретным славянам". Незаселенных мест на территории славян в то время было много (Ргосор. В. G. II, 15, 2; III, 14, 21; 29, 30. lord. Get, 35). Все блуждания Ильдигиса от Италии до гепидов и от варнов до Константинополя говорят об отсутствии у него постоянного места обоснования. Возможно, что со своей дружиной (300 воинов) он представлял собою одну из тех шаек "конунгов-викингов", шатавшихся в то время по Поду- навью и Балканам в поисках славы, богатства и средств к существованию (Ргосор. В. G. III, 33, 7-14; 39, 19; IV, 30, 17сл; lord. Get. 301). Во время его странствий к нему временно присоединялись те или иные группы таких же "охотников за славой", среди которых были и славяне (Ргосор. В. G. III, 35, 19), и гепиды (III, 35, 21), и Гоар со спутниками (IV, 27, 8 сл.).

Наличие до 568 г. многочисленного германского населения в Среднем Подунавье, обладавшего большим опытом военных действий, большими материальными возможностями, более высоким уровнем социополигической организации, должно было сдерживать политическую активность славян, занимавших земли севернее. Здесь играли роль и конкретные военные успехи (война гепидов против славян в 564 г.), и авторитет былой славы германских народов и королей (гепиды - победители гуннов, Теодорнх Великий - основатель королевства в Италии). Эта одерживавшаяся потенциальная активность находила некоторое выражение в переходе отдельных групп славян на службу к соседним германцам (группа А). И только в Нижнем Подунавье имелось то единственное "окно в Европу", через которое тогда еще лишь отдельные группы славян проникали в страны Средиземноморья, нанимаясь служить в имперских войсках или разоряя зимними походами балканские провинции империи.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Сергей Алексеев.
Славянская Европа V–VIII веков

Е.В. Балановская, О.П. Балановский.
Русский генофонд на Русской равнине

Любор Нидерле.
Славянские древности

А.С. Щавелёв.
Славянские легенды о первых князьях

коллектив авторов.
Общественная мысль славянских народов в эпоху раннего средневековья
e-mail: historylib@yandex.ru
X