Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
И. М. Дьяконов.   Предыстория армянского народа

2. Падение Хеттского царства. Продвижение фрако-фригийских и картвельских племен

«Народы моря». Наиболее поздние документы государственного архива в столице Хеттского царства — Хаттусасе (Богаз-кёе) относятся к первому десятилетию XII в. до н.э. Город был взят врагами и погиб, а с ним вместе погибло и само Хеттское царство. Об обстоятельствах его гибели у нас имеются только косвенные данные.

С середины XIII в. до н.э. египетские источники начинают упоминать так называемые «народы моря», тревожившие средиземноморское побережье. Среди них были, видимо, жители берегов Малой Азии, а также, как предполагают многие исследователи, греки-ахейцы ('квш, 'кйвш)62).[102]

Характер катастрофы нашествие «народов моря» принимает в царствование Рамсеса III (начало XII в. до н.э.). В надписи этого фараона сообщается63): «Ни одна страна не устояла перед десницей их, начиная от Хатти; Кеде64), Каркемиш, Арцава65), Аласия66) были уничтожены. Они разбили лагерь посреди Амурру67), они погубили его людей, как если бы они (никогда) не существовали. Они надвинулись на Египет... В союзниках объединены были среди них прст, чкр, шкрш, дйнй(?) и вшш. Они наложили руки на страны до края земли, сердца их были полны упования и говорили они: «преуспеют наши замыслы». Упоминаемые здесь дйнй (вар. дйнйн), видимо, данайцы, то есть те же греки-ахейцы, а прст — филистимляне, которых переднеазиатская традиция считала выходцами с о. Крит (Кафтор)68), однако родиной их могли быть и различные [103] острова Эгейского моря, некоторые районы материков Греции и западная Малая Азия. Остальные неизвестны.


Рис. 16. Морская битва египтян с «народами моря», с египетского рельефа из гробницы Рамсеса III.

Как явствует из египетского источника, они уничтожили Хеттское царство, и теперь двигались по суше через Сирию и Финикию на юг с большим обозом, с женщинами и детьми; одновременно их морские отряды совершали набеги на берега Палестины и Египта, действуя в согласии с ливийцами. Таким образом, их союз охватил все берега восточной части Средиземного моря69).

Египетской армии Рамсеса III удалось остановить нашествие «народов моря»; филистимляне и чкр осели на побережье Палестины (в этом названии до сих пор сохраняется их племенное наименование); данайцы(?)-дйнйн, по всей [104] вероятности, осели в Киликии (на юго-восточном побережье Малой Азии)70); судьба остальных неизвестна.


Рис. 17. Переселение «народов моря» (побежденные филистимляне). С египетского рельефа XIII в. до н.э.

Именно к этому же времени (первая четверть XII в. до н.э.) греческая эпическая традиция относит морской поход ополчéний греческих городов-государств из материковой Греции на Трою (иначе Илион, в северо-западном углу Малой Азии, у входа в Геллеспонт, нынешний Дарданелльский пролив) и ее разрушение, за которым последовало расселение греков в ряде мест Малой Азии, острова Кипра71) и т.д.[105]

Политическая ситуация на западе Малой Азии в XIV—XIII вв. до н.э. Чтобы хотя бы предположительно представить себе, что же произошло и каким образом погибло Хеттское царство, в течение столетий не имевшее себе равных по могуществу, надо обратиться к ситуации, сложившейся в ХIV-ХIII вв. до н.э. на западе полуострова. К сожалению, очень многие из географических названий, упоминаемых хеттскими источниками, до сих пор надежно не отождествляются, и по поводу их возможной локализации существуют самые противоречивые теории.

Главная роль на западе Малой Азии принадлежала группе или союзу лувийских государств — Арцаве, то представлявшей собой целостное государственное образование, то распадавшейся на четыре-пять автономных частей — Хапалла, Мира, собственно Арцава, Страна реки Сеха и Вилуса. Это были области культуры, близкой к хеттской; в частности, здесь была распространена как «хеттская» иероглифика, так и клинопись и был известен аккадский язык. Местоположение этих стран остается спорным72). Арцава находилась с Хеттским царством [106] иногда во враждебных, но чаще в вассально-союзных отношениях.

Лишь временно и частично хеттам удавалось подчинить себе приморскую страну Лукка, — по всей видимости, горную область ликийцев, хотя и живших в то время, как кажется, и несколько западнее позднейшей Ликии, против о. Родос (?) и вплоть до г. Милета.

Аххиява. Ахейцы и троянцы. Далее на запад крупнейшей силой было царство Аххиява (Aḫḫijawa), с которым хетты сносились на основах почти равноправия73). Несмотря на трудности филологического порядка74), [107] большинство исследователей согласно в том, что за этим названием скрывается древнее наименование страны греков-ахейцев (*Akhaiwia?). Однако относительно ее локализации идет спор. Одни исследователи отождествляют Аххияву с Микенским царством в Греции, или с ахейским Критом, или с Родосом, другие считают ее ахейским или ахеизированным царством в самой Малой Азии, где-то на западе полуострова, — может быть, даже Троей; наконец, третьи считают его государством где-то в Малой Азии, не имеющим отношения к ахейцам75).

Нам известно, что хетты сносились с собственно Аххиявой (если не считать сношений с принадлежавшим ей Милаватасом и периодов аххиявского наступления в Малую Азию) через Арцаву и Лукку — может быть, морским путем; что Аххиява была связана со страной Лацпас — может быть, островом Лесбос; что по археологическим данным в Малой Азии XIV—XIII вв. до н.э. было очень мало собственно ахейских поселений, кроме, по-видимому, Милета76) (правда, сильно ахеизированной по культуре была и Троя); что, в то же время, по археологическим и письменным данным нелегко представить себе существование в это время в Малой Азии государства, по могуществу приближавшегося бы к Хеттскому царству77); но что при этом дошедшие до нас имена аххиявцев трудно истолковать как греческие78).[108]

Нам все же представляется наиболее вероятным, что под Аххиявой следует понимать ахейское Микенское царство в Греции, хотя это и нельзя считать доказанным79). Среди микенцев — особенно действовавших в Малой Азии — вполне могли быть и не-греки80).

Греческая традиция считала главным соперником Микен Трою в Малой Азии; существование этого города и его тесные связи с микенской культурой давно подтверждены археологически (культура Трои VI и VIla на современном городище Гиссарлык). Если чрезвычайно маловероятно, чтобы хетты не имели контактов с Микенами, то уже совершенно невероятно чтобы они не имели контактов с Троей. Мало того, современный событиям египетский источник прямо называет дарданян (этноним жителей Трои у Гомера, по-египетски дрднй) среди союзников хеттов в битве при Кадеше с войском фараона Рамсеса II (начало XIII в. до н.э.)81), да и в самой гомеровской [109] «Одиссее» среди союзников троянцев названы «кетейцы», которые вряд ли могут быть кем-либо иным, кроме хеттов. И тем не менее, ни имя Трои (или Илиона, или Илиоса — древнейшая форма должна была звучать Вилиос), ни имя дарданян до сих пор не найдены в хеттских источниках. Остается полагать, что это царство обозначалось хеттами каким-то другим именем, нами еще не отождествленным. Наиболее вероятно, что этим именем является Вилуса82), и что именно Вилуса соответствует дрднй египетских текстов, хотя это отождествление оспаривается.

Нам известны по договору с хеттским царем Муватталлисом83) (или Мутталлисом, ок. 1306—1282 гг. до н.э.) имена двух царей Вилусы — Куккунниса и его приемного (?) сына Алаксантуса. Последнее имя со значительной долей вероятности отождествляется с греческим именем Александр84) — по гомеровскому эпосу вторым именем троянского царевича Париса, виновника Троянской войны. Сохранилась греческая легенда, согласно которой Парис-Александр, возвращаясь в Трою из Спарты, где он похитил жену царя Менелая, Елену, одно время был гостем царя Мотила (Motylos)85); полагали, что здесь реминисценция имени Муватталлиса, который принимал [110] у себя бежавшего из Вилусы Алаксантуса86). Однако нет сомнения в том, что отождествлять Алаксантуса, царя Вилусы, с Парисом нельзя: хотя гомеровский эпос, сложившийся, видимо, в X—IX вв. до н.э., мог сохранить некоторые подлинные имена, распространенные среди троянцев XIII—XII вв., однако вряд ли к этому времени могла сохраниться память о действительных царях Трои (кроме последнего, с которым греки воевали, то есть Приама) и об их последовательности. К тому же по эпосу Парис вовсе не был царем, и жил не в начале XIII в., а в конце XIII — начале XII в. до н.э.

Так или иначе, несомненно, что Троя (по археологической номенклатуре — Троя VI, а после разрушения города в результате землетрясения около 1350 г. до н.э. — Троя VIla) была важным центром, запиравшим вход в Геллеспонт и Черное море и связывавшим Эгейское море с севером Малой Азии, и что она была объединена теснейшими торговыми, культурными, а может быть, и политическими узами с ахейской (микенской) Грецией. Троя VI–VIla, по археологическим данным, была городом местной, древнеанатолийской культуры, однако в течение XIV—XIII вв. подвергшимся сильнейшему влиянию культуры микенской. Несомненно, что Троя имела какие-то, возможно и политические, связи также и с Хеттским царством. [111] Троя VIla погибла от пожара, по-видимому, незадолго до 1200 г. до н.э., то есть примерно именно в то время87), когда, по гомеровскому эпосу, микенскими греками была взята и сожжена Троя-Илион. Троянская война была для греков центральным событием их героического века, произведшим огромное впечатление на умы и воображение многих поколений, и мы не можем сомневаться в том, что такая война против Трои, ведшаяся коалицией ахейских царьков, вассалов-союзников царя Микен, действительно была.

До начала XIII в. до н.э. отношения Хеттского царства с Аххиявой (Микенами?) были мирными и даже дружественными. При Мурсилисе II и Муватталлисе Аххиява имела на малоазийском побережье опорный пункт в Миллаванте, или Милаватасе (Милете?), и, хотя между ней и хеттами случались пограничные недоразумения88), однако в целом дружеские отношения не нарушались; так, Аххиява выдала хеттам морского пирата Пийамаратуса89.), грабившего западные берега полуострова. Однако в правление Тутхалияса IV (ок. 1250—1220) [112] царь Аххиявы, по-видимому, лично вторгался на побережье Малой Азии. Из сильно разрушенных анналов Тутхалияса IV90) видно, что весь запад Малой Азии в то время отпал от хеттов; анналы сообщают о трех или четырех хеттских кампаниях здесь — против Страны реки Сеха, занятой царем Аххиявы; против той же страны, Арцавы, Валлариммы (в Ликии?) и др.; и против Ассувы (по-видимому, два похода). Среди областей Ассувы — видимо мощного объединения, потому что, по словам анналов, хетты одних пленных взяли 10 000 пехотинцев и 600 колесничих — названы некоторые местности, несомненно находившиеся на севере Эгейского побережья Малой Азии91), а также Вилусия (Илионское царство?) и Таруиса, в которой с меньшей вероятностью можно видеть Трою92).

Страна Ассува (как полагают, прототип слова «Азия»)93) в более ранних хеттских текстах не встречается: по-видимому, это новое(?) государственное образование, возможно, подчинившее [113] себе Трою94). Согласно гомеровскому эпосу, за несколько десятилетий до Троянской войны троянский царь Приам сpaжался в качестве союзника фригийцев, переправившихся из Европы в Малую Азию через Геллеспонт, с «амазонками» на берегу р. Сангария (совр. Сакария)95); а известно, что «амазонкам» позднейшие греки приписывали хеттскую культуру (ср. роль царицы у хеттов); поэтому нельзя считать невероятным предположение Дж. Гарстанга и О.Р. Гэрни о том, что в царстве Ассувы следует видеть первое государственное образование фрако-фригийцев в Малой Азии96).

По греческой традиции, около этого же времени или несколько позже (но еще перед Троянской войной) критяне [114] (критские ахейцы?) Сарпедон и Радамант вторглись в Ликию и создали там царство97). О подобных же набегах аххиявца Аттариссияса, проникавшего далеко в глубь Малой Азии и нападавшего также на Кипр, сообщает и один хеттский источник времени царя Арнувантаса III (ок. 1220 — 1190 гг. до н.э.). В том же источнике упоминается, по-видимому, и Муксус, Мопс греческих легенд98), поход которого в Малую Азию греки относили ко времени сразу после Троянской войны.


Рис. 18. Остатки стен Трои VI.

Этнические передвижения в конце XIII — начале XII в. до н.э. Троянская война. Таким образом, имеющиеся данные говорят о начавшихся с середины XIII в. до н.э. нападениях на Малую Азию и другие присредиземноморские страны; в этих нападениях участвовали ахейцы из материковой Греции и с островов Эгейского моря и, вероятно, фрако-фригийцы с Балканского полуострова. Однако в движение были приведены также и другие народы — ликийцы, филистимляне, (пеласги?) и прочие. Положение Хеттского царства затруднялось еще и тем, что с другого направления начались новые набеги касков (об этом говорят, например, анналы Тутхалияса IV в связи с походом на Ассуву). [115]


Рис. 19. Троя VI. План раскопок.[116]

Одним — быть может, наиболее важным — из эпизодов этого движения «народов моря» и была Троянская война, в которой участвовали, по традиции, все города-государства ахейской Греции в качестве союзников и вассалов Агамемнона, царя Микен, мстившего за оскорбление, нанесенное его брату, царю Спарты, Менелаю, троянским царевичем Парисом. Если верить гомеровскому эпосу, на стороне троянцев в войне принял участие целый ряд царств западной Малой Азии — областей, соответствующих союзу Арцава хеттских источников, вплоть до Ликии на юго-западе полуострова99); в числе союзников Трои в одном месте эпоса названы и кетейцы, — то есть, вероятно, хетты.100) В союзе с троянцами, по эпосу, были и некоторые племена с европейской стороны Геллеспонта и Босфора101).

Вторжение фрако-фригийских племен и падение Хеттского царства. Гибель Трои привела к очень важным последствиям. На развалинах Трои VIla, после кратковременной попытки местного населения возродить свой город (Троя VIIб1), возникает поселение VIIб с совершенно иным населением, о чем свидетельствует появление здесь так называемой «шишечной керамики» (Buckelkeramik) центральноевропейского и придунайского происхождения: очевидно, не сдерживаемые более могуществом Троянского царства у Геллеспонтского пролива, из Европы в Малую Азию хлынули новые племена.

Эти племена, как мы увидим ниже, вне всякого сомнения, принадлежали к новой, ранее не засвидетельствованной на [117] Востоке ветви индоевропейских языков — фрако-фригийской, к которой, по наиболее вероятной лингвистической теории, принадлежал и протоармянский язык, о чем речь будет в главе III.

Просачивание первых фрако-фригийцев с Балкан в Малую Азию, если верить греческой традиции, началось еще до Троянской войны (вероятно, через Босфор), и именно им, быть может, обязано своим образованием царство Ассува. Но после падения Трои их вторжение стало настолько массовым, что сдвинуло со своих мест и некоторых прежних жителей Малой Азии. Под напором передовых групп фрако-фригийских племен, в обстановке беспорядочных передвижений также и анатолийских народов и набегов ахейцев на побережье, и пало в первые десятилетия XII в. до н.э. Хеттское царство. Сдвинутые со своих мест малоазийские племена мы, очевидно, и встречаем в Сирии, согласно известиям надписи Рамсеса III. При этом фрако-фригийцы, народ сухопутный, не занимали морских побережий, и сюда, в области и царства, ранее хотя и враждовавшие с Хеттским царством, но и находившиеся под защитой его мощи, устремились мореходы — ахейцы, критяне102) и [118] пеласги. Но передвижение племен на Балканском полуострове сдвинуло со своих мест и греческое племя дорийцев, населявших горные районы северной Греции и непричастных к микенской культуре; в результате их вторжения в течение XII—XI вв. до н.э. микенская культура погибла, а на Эгейском побережье западной Малой Азии стали появляться греческие колонии — сначала эолийцев на севере, а позже ионян в центре.

Еще в начале того же XII в. до н.э. фрако-фригийские племена овладели центром Малой Азии, а примерно к 1165 г. до н.э. их передовые отряды достигли долины верхнего Евфрата. Оставшиеся позади фригийцы жили среди местного населения Малой Азии и еще в течение ряда веков не пытались образовывать своих государств; от Хеттского же царства сохранялись, на его лувийских окраинах, отдельные части, которые пытались продолжать его традиции.

Появление в Малой Азии и на Армянском нагорье фрако-фригийского этноса означает, что все основные компоненты, из которых в конечном счете образовался армянский народ, были теперь уже налицо.

Передвижение картвельских племен. По-видимому, около этого же времени или несколько позже происходит встречное движение картвельских племен из Закавказья в северо-восточную Малую Азию. Уже гомеровские поэмы знают в этой области хализонов, быть может, тождественных с халибами103), жившими, по-видимому, в Понте, — которых с большой долей уверенности отождествляют с более поздними халдайцами, или [119] халдами (урартск. халиту, не путать с халдеями Вавилонии!)104); халды же уже вполне уверенно отождествляются с западно-грузинским народом чанов (лазов), и поныне живущим в Понте105). Таким образом, грузиноязычное население этого района может предполагаться засвидетельствованным примерно с IX в. до н.э. (приблизительное время написания «Илиады»), однако можно думать, что оно появилось здесь уже и раньше. Оставляя в стороне вопрос о том, существовал ли грузиноязычный или близкий к грузинскому элемент уже и в составе касков — что мыслимо, но не доказуемо, — продвижение грузинских племен на запад можно было бы связать с распадом союза Ацци-Хайаса в конце XIII в. до н.э.(?), и, возможно, именно этим продвижением было вызвано оживление каскских набегов не только на центральную Малую Азию в этот же период, но и на долину верхнего Евфрата в первой половине XII в., о чем речь пойдет ниже; отметим пока лишь, что ассирийские источники называют вторгшееся в эту долину племя то касками «хеттской страны», то абешлайцами, а, как уже отмечалось в главе I, последний этноним возможно связать с предками абхазов. Такое смещение абхазо-адыгских племен, вполне вероятно, следует связывать именно с продвижением грузинских племен в Колхиду, а затем и в Понт106).

В конце XII в. до н.э. источники свидетельствуют о существовании в долине р. Чорох нового значительного царства (или племени?) — Дайаэни (урартск. Диаухи), отождествляемого с племенем таохов позднейших греческих источников. Этническая [120] принадлежность Дайаэни не вполне ясна; Г. А. Меликишвили107) считает их хурритским племенем, и это весьма вероятно. Но Дайаэни просуществовало до VIII в. до н.э., а следовательно, грузиноязычные халды-халибы, засвидетельствованные западнее, возможно, уже с IX в., должны были бы пройти здесь, скорее всего, раньше его образования, — по всей вероятности, в начале XII в. до н.э.

С VI в. до н.э. в Понте засвидетельствовано племя мосхов, тоже обычно признаваемое за грузиноязычное108). Его название, может быть, свидетельствует о его древних контактах с Фригией (как об этом подробно будет говориться в следующей главе). Возможно, что и мосхи появились здесь тоже ранее образования царства Дайаэни, если только они не просто тождественны халибам (ср. гл. III).

Греческая традиция сохранила легенду о плавании ахейских героев на корабле «Арго» в Колхиду за «золотым руном» еще за поколение до Троянской войны. Грузинская принадлежность колхов вряд ли подлежит сомнению109). Легенда об аргонавтах, по всей вероятности, получила популярность в эпоху проникновения греков в Черное море, то есть не ранее IX в., и сомнительно, существовала ли действительно Колхида уже в XIII в. до н.э., — в период, которым легенда датирует поход корабля «Арго»; но она несомненно существовала в IX—VIII вв. до н.э., и, как показал Г.А. Меликишвили110), термин этот (в широком смысле) в то время охватывал не только долину р. Риони, но и восточный Понт с долиной р. Чороха. Однако продвижение в Понт колхов, а также разных других мелких племен, если и они были грузиноязычными111), — макронов, [121] мосинойков, бизеров, может быть, и мосхов112), — следует, вероятно, датировать временем уже после уничтожения в долине Чороха царства Дайаэни (Диаухи), то есть второй половиной VIII в. до н.э.113)

Таким образом, целый ряд данных — правда, косвенных — как будто свидетельствует о том, что одновременно с движением фрако-фригийских племен с запада на восток (с Балкан до верхнего Евфрата), происходившим с конца XIII — начала XII в. до н.э. по X—VII вв. до н.э.114) происходило встречное движение грузиноязычных племен в Колхиду и Понт, также в течение XII(?)—VIII вв. до н.э. Во всяком случае, к тому времени, которое освещают греческие источники, то есть к середине I тыс. до н.э., географическая и этническая карта Малой Азии полностью изменилась и, в частности, в Понте засвидетельствованы уже совершенно иные племена и населенные пункты, чем в хеттское время115).[122]


62) Приводимые здесь и ниже египетские названия — неогласованные. Как известно, египетская письменность не воспроизводила гласных. Правда, для иноязычных названий египтяне применяли особую систему. В ней вместо обычных знаков, обозначавших один или два согласных с произвольным гласным, применялись по принципу ребуса иероглифы для целых значимых слов, которые по-египетски, конечно, имели вполне определенную огласовку, и это подсказывало древнеегипетскому читателю действительное произношение записанных таким способом названий. Но, к сожалению, нам огласовка этих слов остается неизвестной, и поэтому мы вынуждены приводить упоминаемые в египетских текстах иноязычные названия только в виде их согласного скелета, в котором, к тому же, не различаются р и л. Первое упоминание одного из «народов моря» встречается в надписи Рамсеса II (первая половина XIII в. до н.э., J.Н. Breasted, Ancient Records of Egypt [ARE], Chicago. 1927, III, § 307) — это шрдн, служившие наемниками в египетском войске. Во время войны фараона Мернептаха с ливийцами (конец XIII в. до н.э.) в числе союзников последних были племена шрдн, шкрш, ‘квш, рк и трш (ARE III, §§ 574, 579, 588). Из них рк довольно надежно отождествляются с хеттск. Лукка (лилийцами?); 'квш или 'кйвш предлагают отождествить с греками-ахейцами (их древнейшее название было, по-видимому, Akhaiwoi, где kh — это армянское ք, русское к с придыханием, a не армянское խ, русское х). Однако некоторое сомнение вызывает тот факт, что, судя по египетскому источнику, 'кйвш практиковали обряд обрезания, между тем как нам не известна подобная практика у позднейших греков. Остальным названиям давались различные объяснения. Одним из наиболее распространенных было в свое время отождествление шрдн с сардами (жителями о. Сардиния), шкрш — с сикулами (жителями о. Сицилия), и трш — с тирсенами, предками этрусков, которых античная легенда считала переселенцами в Италию из западной Малой Азии. Но можно заметить, что в гомеровском эпосе даже Сицилия (? — Тринакрия) — сказочная страна, с которой у ахейцев нет постоянных связей. Были попытки отождествить эти названия и с позднейшими населенными пунктами и историческими областями Малой Азии (шрдн — с Сардами в Лидии, лидийск. Сфарт, шкрш — с Сагалассом в Писидии, и т.п.), однако в хеттских источниках ни эти, ни другие подходящие топонимы еще не упоминаются, и все эти отождествления остаются сомнительными.

63) ARE, IV, §§ 39-44; ср. §§ 77, 81, 403.

64) По-видимому, Киццватна.

65) В западной Малой Азии, см. ниже.

66) Остров Кипр.

67) Сирии.

68) Кн. Иеремии., 47, 4; Кн. Амоса, 9, 7; Кн. Софонии, 2, 5 и др. Отождествление Кафтора с Критом можно теперь считать бесспорным. Часть филистимлян, живших на юге их области, так и называлась крэти; ср. также крэти и плэти (херефеи и фелефен) — наименование филистимлянских наемников в Израиле (2 Кн. Самуила [2 Царств], 8, 18; 15, 18; 20, 7, 23: 1 Кн. Царей [3 Царств], 1, 38, 44 и др.). Филистимлянская керамика в Палестине идентична позднемикенской керамике Кипра (ПМ III Clb), сходной с позднемикенской керамикой Аргоса. Ряд исследователей с большой долей вероятия отождествляет филистимлян с пеласгами греческой традиции, которые, между прочим, жили и на Крите, а также в ряде мест Греции и малоазиатского побережья. См. W.F. Albright, The Archaeology of Palestine, Penguin Books. 1954, стр. 115 и 185.

69) А может быть и западной, если верить отождествлению шрдн с сардами, а шкрш — с сикулами.

70) По греческой традиции, здесь после Троянской войны поселился греческий герой Мопс, принявший, вместе e Амфилохом и другими, участие в походе сушей через Малую Азию и построивший здесь ряд городов. До нас дошла из Килики двуязычная («хеттская иероглифическая» и финикийская) надпись IX в. до н.э., принадлежащая правителю «данунийцев» с лувийским именем Аситаваддас, причисляющему себя к династии «дом Мопша», или, в иероглифической версии, «дом Муксаса». См. Pauly's Real-Encyclopädie der classlschen Altertumswissenschaft, Neue Bearbeitung v. G. Wissowa und W. Kroll, Halbb. XXXI, Stuttgart, 1933, s. vv. Mopsos, Mopsu(h)estia, Mopsukrene; И.Н. Винников, Новые финикийские надписи из Киликии, «Вестник древней истории», 1950; № 3, стр. 86-97; его же: Вновь найденные финикийские надписи, «Эпиграфика Востока», V, 1951, стр. 121-133; R. D. Вarnett, Mopsos, «Journal of Hellend Studies», 73, 1953, стр. 140 и сл; Б. В. Казанский, Историческое значение хеттского (иероглифического) и финикийского текстов надписи Кара-Тепе, «Древний мир. Академику В. В. Струве», М., 1962, стр. 273-280.

71) В действительности ахейское заселение о. Кипра началось раньше.

72) Например, А. Гётце считает, что эти страны следует искать в юго-западной части полуострова, отождествляя Миру с позднейшей Писидией, Вилусу — с Ликией, реку Сеха — с р. Меандром (Мендерес) и т.д. Дж. Гарстанг и О.Р. Гэрни помещают Миру несколько далее к северо-западу, чем А. Гётце, Арцаву — в позднейшей Лидии, на р. Герм (Гедиз), Страну р. Сеха — в долине р. Каика (Бакыр-чай), а Вилусу — в северо-западном углу полуострова; существуют и другие теории. Так, Г.Г. Гиоргадзе локализует Хапаллу в Исаврии-Ликаонии (район совр. Конии), Арцаву — в горной Киликии, в центре южного побережья полуострова Малая Азия, Миру — западнее Арцавы, в восточной Ликии и Писидии, Вилусу — севернее Ликии; реку Сеха он отождествляет с р. Меандром — Мендерес, а Ассуву помещает в Троаде. Аргументация Г.Г. Гиоргадзе отличается стройностью, но его теория «оголяет» почти всю территорию северо-западной Малой Азии, включая позднейшие Лидию, Мисию и Фригию, между тем эти места также должны были быть объектами военной и дипломатической деятельности Хеттского царства, и в хеттских документах до нас должны были бы дойти соответствующие топонимы. К тому же маловероятно, чтобы такое значительное в политическом и культурном отношении объединение как союз Арцава было почти целиком расположено в горных и малоплодородных районах. Мы склонны согласиться с теорией Дж. Гарстанга и О.Р. Гэрни, с известными модификациями, — исходя из того, что Манапа-Таттас, правитель Страны реки Сеха, в дошедшем до нас письме жалуется на нападения морских пиратов на свою территорию и территорию страны Лацпас (остров Лесбос?) и на подчинение Атпасу, известному нам как аххиявский представитель в приморском городе Миллаванта или Милаватас. Если отождествлять Аххияву с государством ахейцев, то Милаватас, видимо, Милет, поскольку других ахейских городов в Малой Азии этого времени не было. Наиболее вероятным кажется нам отождествление собственно Арцавы с позднейшей Карией и, может быть, районами восточнее истоков Меандра (столицей ее был г. Апасас — по Дж. Гарстангу и О. Р. Гэрни классический Эфес вблизи устья Меандра), области р. Сеха — с позднейшей Лидией, Вилусы — с Троадой, Миры — с Писидией, а Хапаллы — с районом совр. Конин. См. литературу в статье Г.Г. Гиоргадзе, Несколько замечаний о локализации стран Арцавы, «Восточный сборник», I, Тбилиси, 1960, стр. 5-28, по-грузински с русским и английским резюме, а также J. Garstang and O. R. Gurneу, The Geography of the Hittite Empire, London, 1959.

73) Это видно из тона и содержания ряда источников; упоминания Аххиявы как места ссылки кого-то из родичей Суппилулиумаса I (его жены?), из привоза «бога Аххиявы» и «бога Лацпаса» для исцеления больного Мурсилиса II, из письма Мурсилиса II или Муватталлиса к царю Аххиявы, и из упоминания Аххиявы в числе великих держав (правда, затем стертого писцом) в договоре хеттского царя Тутхалияса IV с царем Амурру (в Сирии). Все документы, упоминающие Аххияву, собраны и проанализированы в кн. F. Sommer, Die Aḫḫijavа-Urkunden, „Abh. der Bayrischen Akademie der Wissenschaften, Ph.-Hist. Abt.", Neue Folge, 6, München, 1932.

74) Трудность заключается в том, что греч. kh должно было бы быть передано по-хеттски скорее как к, чем как ḫḫ (см., однако, В. В. Иванов, Хеттский язык, М., 1963. стр.87), а также и явном несоответствии огласовки. Но довод В.Г. Боруховича, Ахейцы в Малой Азии, «Вестник древней истории», 1964, № 3, стр. 102, о том, что хеттское ḫḫ передает общеиндоевропейскую ларингальную фонему, которая в ахейском греческом давала ноль звука, не доказателен, так как вопрос не в том, как общеиндоевропейская фонема развилась в хеттском и как — в ахейско-греческом, а с том, как звучало ḫḫ уже в самом хеттском, и вследствие этого какой иноязычный звук это ḫḫ могло передавать в то время.

75) Такова точка зрения Ф.3оммера, ук. соч.; см. также В.Г. Борухович, ук. соч., стр. 98-106.

76) Известны также микенские поселения около Галикарнасса и, может быть, Колофона.

77) Замечание В. Г. Боруховича (ук. соч., стр. 104): «Трудно предположить, чтобы хетты в этот период, распространяя свое владычество вплоть до Египта, допустили существование в непосредственной близости от себя державы, созданной пришельцами», — говорит против его же мнения, что Аххияву следует искать в Малой Азии, так как очевидно, что хетты не допустили бы существования в Малой Азии никакой соперничающей державы, кем бы она ни была создана, хоти бы и родственной: вряд ли язык соперников мог иметь значение! Впрочем, никаких данных о родстве аххиявцев с хеттами нет

78) Нам, по-видимому, известно четыре имени лиц, которые могут довольно бесспорно считаться аххиявцами: это Тавакалавас, родич царя Аххиявы; Аттарсияс, или Аттариссияс, «человек Аххии»; Аваянас и его брат Атпас. Этимология для первого из них, предложенная Э. Форрером (греч. Этевоклевас), не невероятна, хотя, конечно, отождествление его с легендарным Этеоклом, царем Орхомена (в Беотии, в материковой Греции), неприемлемо. Филологически совершенно не убедительно отождествление Э. Форрером Аттарсияса с Атреем, отцом Агамемнона, царя Микен времен Троянской войны, хотя хронологически в этом не было бы ничего невозможного. (По другому предположению, Аттариссияс отождествляется с героем Троянской войны Тиресием — столь же произвольное сопоставление) {К тому же ошибочное, поскольку мифический Тиресий в Троянской войне не учавствовал. Разве что имеется в виду не собственно мифологический персонаж, а имя "Тиресий". HF}. Лахурцис, названный в источнике «братом» Тавакалаваса, — вероятно, не родной его брат, а — в согласии с обычным древневосточным словоупотреблением — просто лицо одинакового с ним положения (его примерное поведение противопоставляется нелойяльности Тавакалаваса).

79) Необоснованные частные положения, выдвинутые Э. Форрером, впервые предложившим это отождествление, и его чрезмерные увлечения, естественно, привели к чрезмерному скептицизму со стороны его критиков. В особенности это сказывается в цитированной выше работе Ф. Зоммера, впервые давшего строгий научный анализ памятников, связанных с проблемой Аххиявы. Конечно, вопрос остается нерешенным, и абсолютных доказательств у нас нет, но предположение Э. Форрера, с коррективами, которые вносят новые работы по археологии и географии Малой Азии хеттского времени, все же не противоречит той общей картине, которая сейчас вырисовывается перед нами.

80) Заметим, что и по греческой традиции последняя династия царей Микен была не ахейского (греческого), а западномалоазиатского происхождения (от Тантала и Пелопса).

81) ARE. III. § 306, ср. § 309 и § 349.

82) В таком случае, это название следует понимать как притяжательную форму от *Wilus, греч. *Wilos, имя легендарного основателя троянского царства Ила, отсюда Wilu(s)sa(s) — «Илова (страна)», что совершенно соответствует греч. (W)ilios «Илов (город)». Так образуются и другие аналогичные названия стран в Малой Азии, например Tattassa(s) — «страна (бога) Таттаса». Согласно договору Муватталлиса с Алаксантусом вероятными противниками Вилусы и, стало быть, ее соседями, являлись Варсиялла, Лукка, Maca и Каркиса. Ср. перечень союзников Хеттского царства в битве при Кадеше (ARE, III, § 306), где перечислены подряд Арцава, Питасса, дрднй, Maca и Каркиса.

83) J. Friedrich, Staatsverlräge des Ḫatti-Reiches, 2. Тeil, стр. 42 и сл.

84) Речь идет не обязательно о тождестве этих имен, а о том, что если это имя действительно было троянским, то греки естественно могли бы его передать, в силу сходства, греческим именем Александр.

85) Сопоставление принадлежит П. Кречмеру. Однако у Стефана Византийского, передающего эту легенду, Мотил назван царем г. Самилии в Карии (на юго-западе Малой Азии), что плохо вяжется с отождествлением его с хеттским царем.

86) Согласно историческому введению к договору, Вилуса (как и Арцава) была завоевана еще Лапарнасом, но впоследствии не подчинялась ни одному из хеттских царей, хотя и находилась в союзных отношениях с Тутхалиясом III и Суппилулиумасом I. Вместе с Мирой-Кувалией, собственно Арцавой, Хапаллой и Страной р. Сеха Вилуса составляла часть союза Арцавы. По-видимому, Алаксантус был приемным сыном Куккунниса, однако по смерти последнего не был признан населением и бежал к хеттам, которые и посадили его на престол. Если отождествлять его с троянцами греческой легенды, то уж скорее с отцом Приама, дедом Париса; последний мог быть назван по деду: обычай называть внука именем умершего деда был широко распространен в древности. Греческая легенда называет отца Приама Лаомедоном, но ведь и сам Парис носит два имени — Парис и Александр, — и то же могло иметь место и в отношении его деда. Впрочем, имя Лаомедон — греческое и, вероятно, придумано греческим эпическим поэтом. Генеалогия троянских царей в греческой традиции явно недостоверна (согласно ей, отцом последнего троянского царя Приама был Лаомедон, сын Троса, основателя Трои, и внук Ила, эпонима Илиона, правнук Дардана, прародителя дарданян; при Лаомедоне Троя впервые была занята врагами и временно разрушена).

87) Вернее, несколько раньше. Согласно греческим легендарным генеалогиям, Троя была разрушена около 1190—1185 гг. до н.э., а по археологическим данным гибель Трои VIIа датируется концом XII в. до н.э. Но Мопс, которого греческая традиция считает младшим современником троянских героев, возможно, был реальным современником хеттского царя Арнувантаса III, что также означало бы падение Трои не в начале XII в., а около 1200 г. до н.э. или десятилетием раньше.

88) Так, царь Арцавы Уххацитис в 3 году правления Мурсилиса II пытался, по-видимому, опереться на Аххияву — и, в частности, на ее опорный пункт в Миллаванте — в своей борьбе против хеттов; когда войска Арцавы были разбиты Мурсилисом, Уххацитис бежал «за море» — вероятно, в Аххияву. Несколько позже страна Лукка поочередно прибегала к защите как Тавакалаваса, родича царя Аххиявы, так и хеттского царя против пиратов. Позже Тавакалавас предложил хеттскому царю, что он вступит в число хеттских союзников-вассалов, но обиженный, по его мнению, недостаточно почтительным обращением со стороны хеттов, начал против них военные действия, а потерпев неудачу, по-видимому, вернулся в Аххияву.

89) Пийамаратус упоминается в письме Манапа-Таттаса, царя Страны р. Сеха, и в письме хеттского царя к царю Аххиявы. Факт его выдачи вытекает из ссылки хеттов на прецедент Пийамаратуса в письме-договоре, адресованном правителю Милаватаса. См. F. Sommer, Die Aḫḫijava-Urkunden; ср. О. R. Gurney, The Hittites, Penguin Books, 2nd. ed. 1954, стр. 50.

90) R. Ranoszek, Kroulka króla hetyckliego Tuthaljasa (IV), «Rocznik Orientalistyczny», 9, 1933, стр. 43-112.

91) Сюда относится Каракиса, по другим данным соседившая со Страной р. Сеха (с севера? Возможно отождествление с племенем киликов, живших, согласно Илиаде, в г. Тебе — Thebe недалеко от совр. г. Эдремнт), и Варсия, вероятно, тождественная с Варсияллой, которая, наряду с Луккой, Масой и Каракисой, названа и в качестве вероятных врагов Вилусы в договоре Муватталлиса с Алаксандусом. Нельзя ли страну Париста, не известную из других источников, кроме списка областей Ассувы, отождествить с прародиной филистимлян? В этих районах Гомер упоминает и пеласгов.

92) При этом название Taruis(s)a(s) необходимо было бы рассматривать как притяжательную форму от *T(a)ruja-«*троянцы(?)». Многие исследователи не признают тождества Вилусии и Вилусы (ср., однако, варианты хеттск. Marassanta- и Marassantija- «р. Галис» и мн. др.). Тем более у многих хеттологов вызывает сомнение тождество Таруисы и Трои, в особенности имея в виду, что в перечне областей Ассувы названы вместе и Вилусия и Таруиса.

93) Название «Азия» (греч. Acúa) у греков уже очень рано противопоставляется как часть света Европе и «Ливии» (Африке), причем обычно имелась в виду, конечно, ближайшая часть Азии, то есть прежде всего Малая Азия; позже появляется обозначение более отдаленных областей Азии как «Верхней Азии», или «Великой Азии», или «Азии за Галисом», отсюда «собственно» Азия стала обозначаться как «Азия по сю сторону Тавра», «Maлая Азия». Однако несомненно, что за этим наименованием лежит очень древнее обозначение более конкретной области. Предполагаемую «первоначальную» область Азии поздние античные авторы видели в районе обитания лидийской филы Асиев — около горы Тмола или в долине р. Каистра (Малый Мендерес). Однако это сопоставление похоже на позднюю искусственную этимологию; по всей вероятности, под древнейшей «Асией» надо понимать какую-то достаточно обширную территорию, — может быть, фригийский племенной союз или Фригийскую державу.

94) Возможно, это новое царство было связано с царством Вилусы, так как противником Тутхалияса, погибшим во втором походе против Ассувы, был ассувский (?) царевич и бывший ставленник хеттского царя Куккуллис — видимо, то же имя, что Куккуннис, которого мы встречали как царя Вилусы. Куккулис (Куккуннис II?), возможно, был потомком Куккунниса I. Но имя Ассувы древнее; уже в колонии Каниш было имя-этноним Ассуван.

95) Il., II. 187, сл. По легенде, вождями фригийцев в этом сражении были Отрей и Мигдон (видимо, эпоним мигдонцев, карийской филы?), сын Акмона; Акмону, по-видимому, приписывался привод первых фригийских отрядов в Малую Азию, см. J. Gаrstаng and О.R. Gurney, The Geography of the Hittite Empire, стр. 107. По преданию, Приам был тесно связан брачными союзами как с фригийцами, так и с фракийцами.

96) По мнению О.Р. Гэрни и Дж. Гарстанга, фригийский этнический элемент проник в Малую Азию даже раньше. Однако это мнение, основанное только на сопоставлении имени Митаса, царя Паххувы, с именем позднейшего Мидаса, царя Фригии, представляется неубедительным, так как трудно предстаешь себе поход фригийцев с запада до самой долины Евфрата через еще не разрушенное Хеттское царство. Видимо, сходство этих двух имен — либо результат простого совпадения, либо фригийский царь Мидас носил не фригийское, а более древнее анатолийское имя, подобно тому как и среди хеттов были распространены более древние хаттские имена. См. О. R. Gurney, Mitas of Paḫḫuwa.

97) Paulys Real-Encyclojpädie, s. v. Sarpedon, стр. 41.

98) A. Götze, Madduwattaš, ”Mitteilungen der Vordcrasiatisch-Aegyptischen Gesellschaft», 32, 1, Leipzig, 1928, Rs. 75; R. D. Barnett, Mopsos, «Journal of Hellenic Studies», 73, 1953, стр. 140 и сл.

99) Il., II, 786-877

100) Od., XI, 521. Правда, эпос помещает их гораздо ближе к Трое.

101) По-видимому, если автор гомеровского эпоса имел хорошее представление о городах-государствах, существовавших в Греции за 200-300 лет до его времени (так как базировался на сохранявшихся в памяти из поколения в поколение родовых генеалогиях), то о политическом положении в Малой Азии XIII—XII вв. он не имел и не мог иметь определенных сведений. Поэтому список союзников Трои в «Илиаде» (II, 786-877) недостоверен. Помимо собственно дарданян и жителей различных местностей самой Троады, пеласгов и т.п., упоминаются фракийцы, киконы и пэоны из племен на запад от Геллеспонта, пафлагоняне, хализоны (халибы), мисы, фригийцы, мэоняне (лидяне), кары и ликийцы в Малой Азии. Однако все эти народы, кроме ликийцев (Лукка) и, под большим сомнением, каров (Каркиса??), хеттским источникам не известны.

102) С XII в. в западной Малой Азии (Лидия, Кария) появляется так называемая «субмикенская» керамика, указывающая на усиление ахейско-критского элемента. В XI в. на эгейском побережье была основана греческая колония Смирна. Критское происхождение греческая традиция приписывала карам, населявшим в I тыс. до н.э. юго-западную части Малой Азии к югу от лидян и к северо-западу от ликийцев, и говорившим, как и они, по всей видимости, на одном из анатолийских языков. Ликийцы тоже иногда считались у греков критскими выходцами (Геродот, I, 173; ср. выше о Сарпедоне; возможно, что как в случае каров, так и ликийцев речь идет только о наслоении островного элемента на местный анатолийский). Более древнее население Карии обозначалось как лелеги, что, вероятно, соответствует хеттскому (из хурритского) лулаххи «чужеземцы». В хеттских источниках кары не отождествлены, если только не видеть страну каров в области Каркиса (ср. др.-перс. Карка, поздневавил. Карса «Кария»), однако, хотя ее локализация твердо не установлена, вряд ли Каркису можно поместить в Карии. С Крита древнееврейская традиция выводила филистимлян (критские пеласги?), а чкр надписи Рамсеса III некоторые исследователи, — впрочем, без веских доказательств, — отождествляют с карами. Об ахейской (?) династии Мопса в Киликии см. стр. 105. Западнее, в Памфилии, местные греки и впоследствии говорили на диалекте, близком ахейскому, однако микенских археологических памятников здесь не найдено.

103) Il., II, 856 (Нalizones из города Аlуbе, «где добывают серебро»; местоположение неясно); у более поздних авторов Сhalybes, Сhalyboi, несомненно в Понте; на тождество их с Сhaldaioi Ксенофонта впервые указывал Н.Я. Марр, Надпись Русы II из Маку, «Записки Восточного Отделения Российского археологического общества», XXV, 1921, стр. 41; ср. Б.Б. Пиотровский, Ванское царство, М., 1959, стр. 120. По устному сообщению С.Т. Еремяна, Alybe может быть локализовано между Никополем и Зимаррой.

104) Совершенно ошибочно также принимаемое некоторыми исследователями (К.Ф. Леманн-Хаупт, Ф.В. Кениг) отождествление халдов с урартами; см. Б.Б. Пиотровский, Ванское царство, стр. 120 (и его более ранние работы), а также западную литературу, цитированную у А. Gоеtzе, Kleinasien, 2. Ausg., стр. 191, прим. 6.

105) Г.А. Меликишвили, К истории древней Грузин, Тбилиси, 1959, стр. 70-72; Б. Б. Пиотровский, Ванское царство, стр. 120.

106) В конце II — начале I тыс. до н.э. западногрузинский этнос можно вполне определенно связать с колхидской археологической культурой, занимавшей ареал от западно-центральной Грузии до Котиоры (совр. Орду) в Понте. Северный, кобанский, вариант той же культуры, очевидно, принадлежит абхазо-адыгским племенам.

107) Г.А. Меликишвили, Наири-Урарту, стр. 111 и сл.

108) Г.А. Мeликишвили, К истории древней Грузии, стр. 111 и сл. Ср. сообщение Гекатея: «Мосхи, колхский народ, соседний с матиенами», Fragmenta Historicorum Graecorum, 1, 1, fragm. 228.

109) Г.A. Meликишвили, там же, стр. 66.

110) Г.А. Мeликишвили, там же, стр. 62 и сл.

111) Там же, стр. 79-81. Имя макронов Г. А. Меликишвили сопоставляет с именем мегрелов (то есть жителей Эгриси) с чанским суффиксом -он, имя мосинойков — с термином сан- (=чан) с грузинским префиксом м- и суффиксом -иг, засвидетельствованным в названии древнего (видимо, абхазо-адыгского, — И. Д.) племени санигов; бизеров он, следуя за П.Н. Ушаковым и Г.А. Капанцяном, отождествляет с более восточным племенем вит̣еру, известным из урартских источников, которое по историко-географическим соображениям можно считать грузиноязычным. Доводы Г. А. Меликишвили не бесспорны. Действительно, 1) м-егр-ел — не племенное название, а связанное с определенной территорией (Эгриси), не имеющей отношения к территории, где жили макроны; 2) мы не имеем основания сомневаться в сообщении Страбона (XII, 3, 18), говорящего о не местном происхождении имени мосинойков (mosynoikoi, «живущие в башнях», где mosyn, возможно, не греческое, а первоначально фригийское слово «башня»); передача имени чанов как сан- обусловлена греческой фонетикой, но не видно, почему а здесь должно перейти в у. Примесь фрако-фригийских племен к картвельским в западном Понте I тыс. до н.э. вполне возможна; быть может, все последние иногда включались в число «халибов».

112) Если они не тождественны халибам.

113) См. об этом также ниже.

114) VIII—VII вв. до н.э. датируется, по Арриану (Fragmenta Historicorum Graecorum, III, 593), приход в Малую Азию последнего фрако-фригийского народа — битинов (вифинов), хотя Геродот (VII, 75) датирует это событие раньше Троянской войны, — вероятно, смешивая его с первыми походами фрако-фригийцев, — а хроника Евсевия — 972 г. до н.э.

115) Исключение, возможно, составляют тибарены, название которых могло бы считаться идентичным названию каскского племени Типия (или Тибия; хеттское письмо не различает п и б). Если для Хайасы принять нашу локализацию, то Тибия окажется точно в том же месте, где впоследствии засвидетельствованы тибарены.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Дж.-М. Уоллес-Хедрилл.
Варварский Запад. Раннее Средневековье

под ред. Анджелы Черинотти.
Кельты: первые европейцы

Вера Буданова.
Готы в эпоху Великого переселения народов

Томас Даунинг Кендрик.
Друиды

Пьер-Ролан Жио.
Бретонцы. Романтики моря
e-mail: historylib@yandex.ru
X