Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

  • Психолог
  • Потрясающее открытие психологов: Технология исполнения желаний. Подробнее
  • permpsy.ru

Николай Скрицкий.   Флагманы Победы. Командующие флотами и флотилиями в годы Великой Отечественной войны 1941–1945

ГРИГОРЬЕВ ВИССАРИОН ВИССАРИОНОВИЧ. Командующий Днепровской флотилией

   В.В. Григорьев в годы войны был начальником штаба Дунайской, Волжской флотилий, а затем, командуя Днепровской флотилией, прошел с ней от Белоруссии до Берлина.



   Виссарион Григорьев родился 4 (17) апреля 1907 года в городе Данков, ныне Липецкой области[836]. Позднее он жил в Рязани. После смерти отца мальчик остался старшим из троих детей. Он учился во вторую смену, чтобы иметь возможность с 14 лет подрабатывать курьером, мечтал стать журналистом и музыкантом. Заканчивая последний, девятый класс, Виссарион работал управделами горкома комсомола. Губком комсомола направил его на флот по разверстке ЦК[837].

   В октябре 1926 – апреле 1930 года Григорьев учился в Военно-морском училище имени М.В. Фрунзе. После окончания училища моряка послали на Амур. Точнее, как восьмой по успеваемости, Григорьев сам избрал Дальневосточную военную флотилию. Сказалась любовь к артиллерии: на мониторах флотилии было много пушек в башнях, отчего они походили на броненосцы. С мая 1930 по апрель 1931 года Григорьев состоял вахтенным начальником, затем до декабря 1931 года – помощником командира канонерской лодки «Пролетарий», с декабря 1931 по январь 1934 года – помощником командира монитора «Ленин». С января 1934 по сентябрь 1937 года он командовал монитором «Красный Восток»[838].

   Уже в 1934 году «Красный Восток» занял первое место на флотилии по огневой подготовке и последующие три года удерживал это место. Как командир корабля, Григорьев немало постиг после того, как командование Амурской флотилией принял И.Н. Кадацкий-Руднев. Опытный моряк заставил отказаться от использования лоцманов, и вскоре командиры хорошо изучили реку Амур. С 1935 года экипажи не переселялись на берег зимой, а жили на утепленных кораблях. В 1935 году Григорьев стал капитаном 3-го ранга. «Красный Восток» часто дежурил в протоке Казакевича, которая соединяла Амур с Уссури неподалеку от Сунгари. При соседстве с японцами, которые оккупировали Маньчжурию и устраивали мелкие провокации, брандвахтенная служба в любой момент могла превратиться в боевую. Летом 1936 года монитор под флагом начальника Генерального штаба РККА ходил в низовья Амура с группой военачальников, которые изучали возможности укрепления Дальнего Востока[839].

   В сентябре 1937 – июне 1940 года Григорьев учился на командном факультете Военно-морской академии имени К.Е. Ворошилова. После досрочного окончания академии его назначили начальником штаба Днепровской военной флотилии. На этой должности моряк служил в июне-июле 1940 года[840].

   Прибыв в Киев, Григорьев узнал, что командующий флотилией капитан 1-го ранга Н.О. Абрамов с главными силами перешел в Одессу и готовится идти с кораблями на Дунай в процессе возвращения Бессарабии. Григорьев отправился в Пинск, где стоял отряд кораблей флотилии, исследовал реку, провел учения. Когда поступило сообщение, что Днепровская флотилия разделена на Дунайскую и Пинскую, Григорьев считал себя начальником штаба при командующем Пинской флотилией Д.Д. Рогачеве. Но вскоре он получил подтверждение приказа о назначении начальником штаба Дунайской военной флотилии[841].

   Как начальник штаба флотилии, Григорьев согласовал с сухопутным командованием предложения о первых действиях в случае вооруженного конфликта. Одобрено было все, кроме предложенного флотилией десанта на правый берег Дуная, чтобы обеспечить существование находившегося под обстрелом противника Измаила. Однако командующий Одесским военным округом генерал-полковник Я.Т. Черевиченко сказал, что никто не будет возражать, если флотилия окажется в состоянии самостоятельно провести такую операцию после начала боевых действий. А командующий Черноморским флотом Ф.С. Октябрьский признал, что замысел десанта был правильным, и предложил подумать о нем. В остававшееся до начала войны время был укомплектован штаб флотилии. Моряки готовились к войне. Сам Григорьев провел рекогносцировку на советской части Дуная. Были замечены немецкие офицеры на румынских кораблях. После летних учений Черноморского флота Дунайской флотилии приказали оставаться в готовности № 2. Корабли рассредоточили по плану оперативного развертывания, наладили взаимодействие с сухопутными войсками. И война не застала врасплох[842].

   В должности начальника штаба Дунайской флотилии капитан 2-го ранга Григорьев вступил в Великую Отечественную войну. После получения в полночь на 22 июня 1941 года приказа Дунайская флотилия была переведена на оперативную готовность № 1. Начальник и офицеры штаба сделали все возможное, чтобы приказ командующего флотилией достиг исполнителей как можно быстрее.

   Уже через 5 минут после получения сообщения о том, что противник начал обстрел стоянок кораблей флотилии, командующий отдал приказ открыть ответный огонь. В первый же день были отбиты попытки противника переправиться на левый берег Дуная. Но этого было мало.

   Не получив поддержки от сухопутного командования, моряки флотилии с помощью пограничников в ночь на 24 июня высадили десант у мыса Сату-Ноу, что сразу ослабило обстрел главной базы Измаила. Григорьев находился на батарее, поддерживавшей высадку. Он переправился на другой берег, чтобы показать командиру выделенных все же армией войск, где предстоит высадка. Вслед за укреплением плацдарма у Сату-Ноу в ночь на 26 июня был высажен стрелковый полк у Старой Килии. Вскоре советские войска заняли 70–75 километров берега Килийского гирла Дуная, что позволило обеспечить маневр между устьем гирла и Измаилом. На предложенную Октябрьским высадку для взятия Сулины сил не оказалось[843].

   На рассвете 24 июня 4 бронекатера выставили, не особенно скрываясь, 24 мины. Заграждение было слабое. Когда со стороны Галаца вечером 27 июня появилась колонна румынских мониторов, их обстреляла береговая артиллерия, удар нанесли самолеты. Противник не получил больших повреждений, однако повернул, не доходя до заграждения. Видимо, неприятельское командование опасалось подрыва на минах.

   Неприятель проявлял активность и на суше. 30 июня противник пытался сбросить в Дунай войска от Сату-Ноу. Командующий послал Григорьева на плацдарм, чтобы ликвидировать угрозу. Начальник штаба использовал дополнительно к артиллерии мониторов и береговых батарей пушки и пулеметы бронекатеров. Благодаря решительным действиям моряков удалось восстановить положение[844].

   После отхода 14-го корпуса флотилии пришлось с боем вывести мониторы с озера Кагул, где они располагались незаметно для противника. С 9 июля охрана границы по Дунаю была возложена на флотилию. Для обороны берега и Измаила сформировали полк из моряков, измаильского истребительного батальона и частей НКВД. Флотилия продолжала вести успешные боевые действия, отбивая попытки врага прорваться к городу.

   Однако неприятель продолжал наступать на Кишинев и далее на Одессу. Флотилия получила приказ прорываться к Одессе. 17 июля отправили тыловые подразделения. Следующим вечером выходили главные силы: часть на кораблях, часть по суше. Без потерь незаметно сняли войска с плацдарма на правом берегу. К утру 20 июля 100 вымпелов, выведенных из Дуная, собрались у одесских причалов. Отсюда флотилия, оставив в Одессе береговые батареи и часть кораблей, получила назначение в Николаев[845].

   К началу августа после ремонта кораблей флотилия насчитывала 3 монитора, 17 бронекатеров, отряд катерных тральщиков, 2 канонерские лодки; ее подчинил командующий фронтом генерал армии И.В. Тюленев. По его приказу моряки обстреливали войска противника.

   13 августа корабли вели бой в черте Николаева; моряки оставили город последними. Затем флотилия перебазировалась с Южного Буга на Днепр, участвовала до последнего момента в обороне Херсона и, наконец, взаимодействовала с Тендровским боевым участком, который контролировал вход в Днепровско-Бугский лиман. Несмотря на непривычные условия действий, моряки продолжали вести бои, пока в конце сентября флотилию не увели в Севастополь для ремонта и пополнения. В дальнейшем она участвовала в обороне Крыма. С флотилией Григорьев прошел боевые действия на Дунае в июне-июле, на Южном Буге и Днепре в июле-сентябре и в Керченском проливе (октябрь – ноябрь). Моряки поддерживали сухопутные войска, а когда становилось невозможно удерживать позиции, эвакуировали их по воде. Для лучшего взаимодействия штаб и командный пункт флотилии размещали на суше, вблизи штабов сухопутных войск. Григорьев возглавлял штаб, пока флотилию не расформировали 20 ноября 1941 года. Корабли передали Азовской военной флотилии[846].

   Последней должностью на Дунайской флотилии у Григорьева явились обязанности коменданта переправы Еникале – коса Чушка – Тамань в Керченском проливе. Вскоре после завершения переправы 51-й армии на Тамань он получил новое назначение. В ноябре 1941 – июле 1942 года Григорьев был начальником штаба Новороссийской военно-морской базы. В июле 1942 – мае 1943 года моряк состоял начальником отдела речных и озерных флотилий Управления боевой подготовки ВМФ. В мае-сентябре 1943 года Григорьев являлся начальником штаба Волжской военной флотилии[847].

   Весной 1943 года командование Волжской военной флотилии сменили после того, как в апреле-мае суда, доставлявшие с Каспийского моря нефтепродукты, стали подрываться на минах. Посчитали, что боевого контр-адмирала Д.Д. Рогачева необходимо заменить более обстоятельным контр-адмиралом Ю.А. Пантелеевым. Сменили и начальника штаба, и члена Военного совета. Прибывший в мае с Тихого океана новый член Военного совета Н.П. Зарембо узнал от друга Григорьева, что из-за разрушений в порту Сталинграда штаб разместили в 60 километрах от города, на пароходе «Железнодорожник». Зарембо считал своего друга человеком собранным и целеустремленным. Теперь основной задачей являлась очистка фарватеров от мин. Для траления было мобилизовано более 200 судов, которые следовало отремонтировать, оснастить и вооружить как тральщики. Занимались и подготовкой экипажей из мирных волгарей[848].

   За летнюю кампанию 1943 года по Нижней Волге прошло более 8 тысяч судов, из которых только 20 подорвались на минах[849].

   В этом, безусловно, была и заслуга капитана 2-го ранга Григорьева, его штаба. Командующий Волжской военной флотилией Ю.А. Пантелеев вспоминал о Григорьеве как о прекрасном товарище и отличном организаторе[850].

   Было организовано сотни постов наблюдения, которые замечали места падения мин. Десятки тральщиков и пловцы-минеры уничтожали обнаруженные мины. Нередко морякам приходилось отбивать огнем налеты германских бомбардировщиков[851].

   Кончились боевые действия на Волге. В конце августа поступил приказ часть кораблей Волжской военной флотилии передать во флотилию Днепровскую, командовать которой назначили Григорьева. К этому времени Григорьев во внеочередном порядке был произведен в капитаны 1-го ранга, награжден орденом Красного Знамени. Но назначение командующим флотилией явилось для него полной неожиданностью[852].

   По пути на реку Десну, где собирали корабли передового отряда (около 40 боевых единиц с обстрелянными экипажами), Григорьев заехал в Москву и имел разговор с наркомом ВМФ, в прямом подчинении которого находилась Днепровская флотилия. Кузнецов сказал Григорьеву, что избрали его из нескольких кандидатур и доверие необходимо оправдать. Нарком обрисовал перспективу для флотилии перейти в дальнейшем на Висленский бассейн, а далее, возможно, дойти по рекам и до Берлина[853].

   Днепровскую флотилию создали для поддержки наступления советских войск на Украине и Белоруссии 14 сентября 1943 года. В этот день приказом наркома ВМФ был сформирован передовой отряд из дивизиона бронекатеров (10 единиц), дивизиона минных катеров (10 катеров) и плавучей батареи[854].

   Капитан 1-го ранга В.В. Григорьев командовал Днепровской военной флотилией с 22 сентября 1943 по декабрь 1945 года. Вместе с ним по железной дороге с Волги на Десну были перевезены 18 бронекатеров, катеров-тральщиков и плавучая батарея[855]. В сентябре-ноябре 1943 года корабли из Сталинграда на Десну доставили по железной дороге. Из Москвы прибыли 26 полуглиссеров. Флотилии предстояло оказывать поддержку войскам на Припяти и Десне и организовать противоминную оборону Днепровского бассейна. Главный штаб ВМФ спланировал для выполнения этих задач с 1 декабря 1943 по 15 апреля 1944 года сформировать 2 бригады речных кораблей, бригаду траления, службу наблюдения и связи, 2 зенитных дивизиона и посты противоминного наблюдения. К концу марта сформировали 1-ю бригаду речных кораблей и 3-ю бригаду траления, 2 зенитных дивизиона; 2-ю бригаду еще формировали. Штаб флотилии с 15 ноября по 7 февраля находился в Чернигове, а затем в Киеве. Зимой моряки занимались ремонтом кораблей и боевой подготовкой. Командование отрабатывало преимущественно задачи, которые предстояло решать в боях на реке во взаимодействии с войсками. Во время оперативной игры 3–6 марта выяснились недостатки в организации, которые пришлось устранять при развертывании флотилии в марте-мае[856].

   Командование 1-го Белорусского фронта, готовившее наступление правым флангом в направлении Бобруйска, поставило задачу Днепровской флотилии содействовать 55-й стрелковой дивизии и 119-му укрепленному району, которые на левом фланге должны были наступать на Люблинско-Брестском направлении. Флотилии следовало прикрыть стык дивизии и укрепрайона на Припяти и содействовать наступательным операциям в полосе Березины, Припяти и Днепро-Бугского канала. В марте были развернуты выносные пункты управления флотилией на Припяти и Березине, организованы передовые базы материально-технического обеспечения. С началом навигации 3-я бригада траления развернулась для обеспечения действий других двух бригад. 1-я бригада речных кораблей к началу апреля прибыла на Припять в распоряжение 61-й армии, а 2-я бригада к 6 июня перешла на Березину. До 28 июня обе стороны на Припяти вели бои местного значения, причем корабли Днепровской флотилии обеспечивали своей артиллерией фланги 55-й стрелковой дивизии и 119-го укрепленного района. В ночь на 23 апреля моряки высадили разведывательный десант.

   За зиму-весну флотилию не раз переподчиняли. В начале апреля Григорьев встретился с генералом армии К.К. Рокоссовским, который командовал Белорусским фронтом. Именно с войсками этого фронта предстояло взаимодействовать морякам. Однако из сотни судов флотилии только 16 бронекатеров и плавучая батарея могли поддерживать наступление огнем артиллерии. Рокоссовский заявил наркому ВМФ, что численность флотилии недостаточна для выполнения предстоящих боевых действий. Вскоре был подготовлен график, по которому флотилия получала корабли от промышленности[857].

   К началу наступления фронт под командованием Рокоссовского вновь переименовали в 1-й Белорусский. 11 июня 1944 года начальник штаба фронта предложил срочно укрепить 2-ю бригаду речных кораблей на Березине. Григорьев приказал перебросить с Припяти часть боевых кораблей и более опытный штаб 1-й бригады. Сам он также перенес флагманский командный пункт на Березину, где готовили наступление на Бобруйск, установил связь с сухопутным командованием. На реку прибывали и новопостроенные корабли[858].

   23 июня началась операция «Багратион». В ходе наступления, поддерживая войска огнем, моряки флотилии высадили десант, который помог овладеть важным опорным пунктом в Здудичах. Затем катера флотилии уничтожили неприятельскую переправу у Паричей. Благодаря этому Паричи были взяты 26 июня.

   В ходе дальнейшего наступления корабли флотилии поддерживали войска, которые преследовали отходившие к Бобруйску германские войска, за трое суток переправили через Березину 48-ю армию (66 тысяч человек с многочисленной техникой). Так как крупных судов не было, людей переправляли на катерах, 122-мм пушки – на спаренных бронекатерах, а лошадей – вплавь на буксире. Часть кораблей флотилии поддерживала войска, штурмовавшие Бобруйск. Город был взят 29 июня. Приказом Верховного главнокомандующего наименование Бобруйские получили 1-я бригада речных кораблей и 2-й гвардейский дивизион бронекатеров; приказ упоминал и фамилию Григорьев[859].

   Еще шли бои в Бобруйске, а флотилия получила приказ ко 2 июля все силы перевести на Припять, за 700 километров. Григорьев, обгоняя корабли, 1 июля прибыл на Припять. 2-я бригада речных кораблей начала поддержку наступления 61-й армии, которая имела задачу сорвать планомерный отход германских войск. 28–30 июня моряки высадили два тактических десанта и обеспечили переправу дивизии.

   Интересно, что десантом за отсутствием морской пехоты служил отряд дымомаскировки и дегазации, который ранее для этой цели приказал применить Григорьев[860].

   Моряки высадили десант, который помог взять Дорошевичи, ставшие базой флотилии. В Дорошевичах собралась 2-я бригада речных кораблей и был 3 июля основан временный пункт управления. Вскоре прибыла 1-я бригада речных кораблей и новые корабли. Флотилия продолжала поддерживать наступавшие войска. Она перешла в только что взятый при поддержке моряков Туров; Григорьев шел на головном бронекатере[861].

   Получив просьбу командования захватить немецкие переправы, 7–8 июля флотилия артиллерией и ракетами помешала на время переправе немцев по мостам у Лунинца. На большее сил не хватило. Но 9 июля, когда железнодорожный узел был взят, противник сам взорвал мосты. А 2-ю бригаду речных кораблей удостоили почетного наименования Лунинецкая.

   Впереди был Пинск. Для действий под городом собирались использовать 90 вымпелов (в том числе 21 бронекатер). Ожидали прибытия из Киева плавбатарей со 100-мм пушками. Командование флотилии, хотя еще и не были собраны все корабли, предложило командованию 61-й армии высадить на кораблях в городе, в тылу противника полк и затем перебросить еще один полк в подкрепление. Предложение было принято. К счастью, плавбатареи прибыли вовремя. По замыслу командования флотилии в ночь на 12 июля включавшая основные силы 1-я бригада речных кораблей (отряд высадки, отряд артиллерийской поддержки, разведывательный отряд полуглиссеров, отряд дымомаскировки и противоминного обеспечения) должна была провести десант со стороны реки Пины, тогда как 2-я бригада должна была действовать отвлекающе по мелководной Ясельде. Сухопутные войска обещали уничтожить немецкую батарею, которая могла помешать движению, а партизаны – истребить неприятельские посты вдоль реки, чтобы корабли могли пройти ночью 18–20 километров до города незамеченными. Сам Григорьев в начале операции находился на борту сторожевого катера, где располагался командный пункт 1-й бригады[862].

   Благодаря совету местного рыбака первый бросок десанта с катеров высадили в не охраняемый противником рыбный порт. Десантники успели закрепиться на плацдарме ранее, чем противник начал сопротивление. Весь полк высадили почти без потерь. Так как второй выделенный для десанта полк получил иное назначение, войска на плацдарме оказались в трудном положении. Пришлось собрать все, что можно, в тылах 415-й стрелковой дивизии и на флотилии и высаживать подкрепления днем. Несмотря на потери, доставленное катерами подкрепление помогло удержать плацдарм. Тем временем 2-я бригада поддерживала наступление на Пинск с другой стороны фронта 397-й стрелковой дивизии. В ночь на 14 июля бригада высадила под Пинском последний в Белоруссии десант. Затем командующий флотилией, зная, что части двух дивизий ворвались в Пинск, послал отряд бронекатеров с целью захватить стоявшие в военном порту неприятельские суда. Сам он прибыл в город, когда тот был полностью взят утром 14 июля. Немцы так и не успели уничтожить суда в порту. А моряков Днепровской флотилии третий раз отметили в приказе Верховного главнокомандующего[863].

   Указом Президиума Верховного Совета СССР Днепровская флотилия, 1-я и 2-я бригады речных кораблей, 3-й гвардейский дивизион бронекатеров были награждены орденом Красного Знамени[864].

   В боевой характеристике на командующего было написано: «В период подготовки и проведения Бобруйско-Пинской операции хорошо и умело провел организационную работу среди личного состава флотилии и в осуществлении операции по pp. Березина – Припять и Цна, лично руководил операцией и, находясь непосредственно в районе боевых действий, показал умение в командовании флотилией в сложной боевой обстановке. За период проведенных операций при занятии городов Бобруйск, Лунинец и Пинск кораблями флотилии уничтожено, подавлено и частично рассеяно: 71 артминометных батарей, 106 пулеметных точек, 18 полевых и самоходных орудий, 60 автомашин, 2 самолета, 16 складов… Флотилия своими боевыми действиями значительно способствовала общему успеху операции в целом»[865].

   Вскоре В.В. Григорьева наградили орденом Нахимова I степени, а в сентябре – орденом Ушакова II степени[866].

   Далее флотилия, получившая указание действовать в бассейне Западного Буга, должна была выдвигаться к Бресту. Но гитлеровцы разрушили железную дорогу до Бреста и шлюзы Днепро-Бугского канала. В Москве даже обсуждали, не стоит ли корабли использовать в другом месте, а флотилию расформировать. Однако советские войска форсировали Западный Буг и вступили в Польшу. Командующий фронтом маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский 23 июля поставил флотилии задачу перебазировать корабли на Западный Буг и Вислу по восстановленной железной дороге. 28 июля был освобожден Брест, 27 июля советские войска вышли к Висле у Демблина. В двух этих пунктах начали работать рекогносцировочные группы. Но Рокоссовский отложил спуск кораблей на воду до того, как сухопутные войска закрепятся на берегах. Только 10 августа начали погрузку кораблей, чтобы доставить их на Западный Буг. Пока корабли готовили к отправке, гидрографы установили, что провести флотилию к Висле будет сложно, ибо на Западном Буге до устья реки Нарев – 93 мелководных переката. Погрузку продолжили и завершили к 25 августа. Но лишь в начале сентября разрешили отправить первый эшелон[867].

   Месяц потребовался, чтобы провести через перекаты бронекатера и другие корабли. Пришлось использовать буксировку кораблей по отмели с помощью тракторов, повышать уровень воды с помощью предложенных местным речником струенаправляющих запруд. Работа, которую Н.Г. Кузнецов назвал позднее массовым подвигом, позволила к 15 сентября сосредоточить к линии фронта 1-ю бригаду речных кораблей, за ней шла 2-я бригада, всего 104 вымпела, включая 24 бронекатера. Не удалось провести лишь двухбашенные бронекатера. Наконец, бригада получила и роту берегового сопровождения кораблей, составившую морскую пехоту[868].

   Итак, от Бреста корабли были перевезены по восстановленной железной дороге в Польшу. Через месяц, пройдя 90 километров по почти несудоходному в это время Западному Бугу, флотилия сосредоточилась на Висле вблизи Варшавы и участвовала в напряженных осенних боях 1944 года. Очевидно, в столице оценили действия командующего флотилией. 25 сентября 1944 года В.В. Григорьева произвели в контр-адмиралы[869].

   Осенью Днепровская флотилия взаимодействовала с 70-й армией, которая на правом фланге 1-го Белорусского фронта должна была выбить противника из междуречья Буга и Вислы. Моряки успешно действовали под Сероцком, несмотря на малые глубины. Именно десантники с флотилии подняли флаг на самом высоком здании города. Далее флотилия перевезла через Буго-Нарев 47-й корпус, огнем поддерживала наступление войск, 25 октября высадила по заявке командования 70-й армии десант. К концу месяца флотилия была недалеко от Вислы. Однако командующий фронтом приказал перейти к жесткой обороне в междуречье Западного Буга и Вислы, чтобы подготовить силы к новому наступлению. До середины ноября 1-я бригада речных кораблей поддерживала сухопутные войска, затем ее сменила 2-я бригада. В декабре корабли из-за ледостава отвели на Западный Буг. Передышку использовали для ремонта, боевой подготовки и изучения бассейна Одера.

   Днепровская военная флотилия участвовала в Висло-Одерской наступательной операции 12 января – 8 мая 1945 года. Первоначально скованные льдом корабли вели артиллерийскую поддержку войск, пока наступающие не вышли за пределы дальнобойности орудий. А Москва намечала широкие планы для флотилии. 15 января нарком ВМФ Кузнецов в разговоре с Григорьевым утвердил передислокацию на реки Германии. Было получено разрешение сформировать 3-ю бригаду речных кораблей. Вернувшись из Москвы на флотилию, Григорьев занялся подготовкой к передислокации кораблей. Для базирования был избран и согласован с сухопутным командованием Модлин у впадения Западного Буга в Вислу. Модлин находился на стыке двух фронтов, и потребовалось согласие двух командующих, Г.К. Жукова и К.К. Рокоссовского. В крепость переместили флагманский командный пункт. Тем временем советские войска перешли границу Германии и в феврале 1945 года заняли Кюстринский плацдарм на левом берегу Одера, в 60 километрах от Берлина, после чего в наступлении к столице Германии наступила пауза. Днепровская флотилия готовилась принять участие в наступлении, как только лед на реках сойдет. Военный совет после сбора сведений о реках установил, что корабли флотилии могут поддержать наступление 1-го Белорусского фронта в среднем течении Одера с выходом на канал Гогенцоллерна и далее на Шпрее; 1-го Украинского фронта на Одере в районе Бреслау; 2-го Белорусского в низовьях Вислы и прибрежных водах Данцигской бухты. На Берлинское направление намечали 1-ю Краснознаменную Бобруйскую бригаду речных кораблей, на Вислу – 2-ю Краснознаменную Лунинецкую бригаду, в верховья Одера – отдельный дивизион, который следовало пополнить кораблями из Пинска[870].

   С началом вскрытия Одера около 10 февраля воздушная разведка обнаружила неприятельские суда, которые признали военными. Позднее сообщение не подтвердилось. Однако командование флотилии получило разрешение Наркомата ВМФ на вооружение 4 дизельных барж, которые оснастили зенитными пушками.

   13 февраля стало известно о приказе Г.К. Жукова обеспечить к началу ледохода трассу перехода флотилии к Одеру. Григорьев с группой специалистов лично объехал весь маршрут. К счастью, гитлеровцы не успели взорвать шлюзы канала, который соединял Вислу и Одер. Правда, на пути оказалось 48 взорванных мостов и три десятка действующих переправ. После возвращения командующий получил боевое распоряжение перебазировать две бригады в район Кюстрина; туда же перемещался флагманский командный пункт Днепровской флотилии. Корабли будущей 3-й бригады следовало направить в Познань. В середине марта их перенацелили на Одер, в порт Одерек, в десятках километров от устья Нейсе. А две остальные бригады должны были прибыть к Кюстринскому плацдарму 10 апреля. Корабли 1-й и 2-й бригад после спешной установки отремонтированных двигателей выступили 17–18 марта. Пришлось снимать часть выступающих деталей, догружать катера, чтобы провести их под действующими мостами. Но 7–8 апреля обе бригады были у Кюстрина. Прибыло 94 вымпела из 100. 6 бронекатеров были направлены в устье Вислы и действовали в составе Краснознаменного Балтийского флота. На Одере присоединились переброшенные из Пинска корабли, и численность флотилии превысила 130 единиц[871].

   7 апреля 1945 года Днепровская флотилия получила директиву выделить по бригаде для взаимодействия с тремя наступающими на Берлин армиями. Директива выделяла основную задачу – содействие переправам войск и обеспечение этих переправ от мин и нападений военных кораблей. Командующие армиями не могли ставить задачи бригадам без согласования с командующим флотилией, чтобы не требовать невозможного. К 12 апреля флагманский командный пункт флотилии был перенесен на окраину Кюстрина. Свои боевые посты заняли корабли артиллерийской поддержки, были подтянуты тылы. Флотилия ждала приказа. Только катера-тральщики под ударами противника буксировали конструкции новых переправ. 14–15 апреля корабли флотилии поддерживали разведку боем.

   Наступление с Кюстринского плацдарма началось в ночь на 16 апреля. 1, 2 и 3-я бригады речных кораблей взаимодействовали соответственно с 5-й ударной, 8-й гвардейской и 33-й армиями 1-го Белорусского фронта в ходе Берлинской (15 апреля – 8 мая 1945 года) стратегической наступательной операции.

   Войска наступали так стремительно, что вскоре артиллерия флотилии не могла стрелять по удаляющемуся противнику. Флотилия получила задачу выяснить условия плавания в низовьях Одера и в районе Померанской бухты. Корабли 1-й и 2-й бригад речных кораблей направились вниз по реке. Из-за многочисленных преград в виде мостов и переправ корабли шли медленно и достигли цели (устья Альт-Одера) лишь 22 апреля.

   3-я бригада по приказу командующего 33-й армией своими силами 24 апреля взяла город Фюрстенберг. Корабли бригады направились по каналу Одер – Шпрее к Берлину.

   Тем временем отряд полуглиссеров, переброшенный автомашинами на Шпрее, с 23 апреля помогал войскам 5-й ударной армии форсировать реку. Несмотря на потери и повреждения от огня противника, легкие суда перевозили пехоту и буксировали понтоны с техникой. Штаб 9-го стрелкового корпуса подсчитал, что моряки перевезли 16 тысяч человек, 600 орудий и минометов, 27 танков, другие грузы. Но к концу боев в отряде остались всего 16 человек; из 7 удостоенных звания Героя Советского Союза пятерых наградили посмертно[872].

   Все водные пути к Берлину были заграждены взорванными мостами и завалами. Поэтому обе группы кораблей флотилии, стремясь к столице Германии, занимались вместе с саперами расчисткой пути. Но моряки, кроме отряда полуглиссеров, не успевали к штурму Берлина. 1 мая уже было поднято знамя над рейхстагом. В тот же день Григорьев получил приказ наркома ВМФ. Флотилию подчинили 2-му Белорусскому фронту. Ей следовало перебазироваться в Штеттин и действовать на Балтийском море у острова Рюген.

   Так как еще в январе Григорьев докладывал наркому ВМФ о возможности использования части флотилии в Данцигской бухте, 1-ю и 2-ю бригады сразу повернули на новое направление; 3-ю бригаду оставили на канале Одер – Шпрее для содействия войскам. Григорьев после встречи с командующим 2-м Белорусским фронтом К.К. Рокоссовским получил приказ к 6 мая перебазировать флотилию в Пелитц севернее Штеттина. 1-я и 2-я бригады речных кораблей прибыли к цели ранее, 5 мая. Однако гарнизоны Свинемюнде и острова Рюген уже были взяты. Флотилии пришлось заниматься вылавливанием рассеянных гитлеровцев и разведкой. Моряки обнаружили и заняли оставленные экипажами тяжелый крейсер «Лютцов» и старый линкор «Шлезиен». Флотилия продолжила боевую службу даже после заключения мира, и 10 мая на мине подорвался тральщик[873].

   За отличия в боях флотилия была награждена орденами Красного Знамени, Ушакова I степени; двум дивизионам присвоили гвардейские звания, две бригады и один дивизион удостоены ордена Красного Знамени, многим соединениям и частям были присвоены почетные наименования. Имя Григорьева неоднократно отмечали в приказах Верховного главнокомандования[874].

   После окончания войны Григорьев продолжал командовать флотилией. 8 июля 1945 года моряка произвели в вице-адмиралы. В феврале 1947 года за нарушение воинской дисциплины флагмана сняли с должности командующего и зачислили в распоряжение Управления кадров ВМС. В апреле его уволили в запас. С ноября 1947 года В.В. Григорьев работал в Главсевморпути. Он был начальником морских операций в Западном секторе Арктики, дублером капитана линейного ледокола «Капитан Белоусов». С 1954 года моряк стал научным сотрудником Московского отдела Антарктического научно-исследовательского института. Ему присвоили звание кандидата географических наук[875].

   Григорьев опубликовал несколько статей и книг своих воспоминаний: Григорьев В.В. Действия Днепровской фло тилии на Березине и Припяти летом 1944 года // Военноисторический журнал (ВИЖ). 1974. № 7. С. 17–23; Он же. Днепровская флотилия в боях за Берлин // ВИЖ. 1975. № 6. С. 87–92; Он же. Дунайская флотилия в первые дни войны // ВИЖ. 1980. № 7. С. 52–57; Он же. Десант на Припять // Морской сборник. 1984. № 7. С. 65–68; Он же. И корабли штурмовали Берлин. М., 1984; Он же. Десант в Берлин. М., 1989.

   За службу моряк был награжден 2 орденами Красного Знамени (1943, 1946), орденами Ушакова I, II степени (1945), Нахимова I степени (1944), Отечественной войны I степени (1985), медалями, польскими орденами Крест Грюнвальда и «Виртути Милитари» (1946). Скончался В.В. Григорьев 12 октября 1992 года в Москве[876].

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Надежда Ионина.
100 великих картин

Александр Игоревич Ермаков.
Великие полководцы. 100 историй о подвигах и победах

Константин Рыжов.
100 великих библейских персонажей

Е. А. Глущенко.
Россия в Средней Азии. Завоевания и преобразования

В. М. Духопельников.
Ярослав Мудрый
e-mail: historylib@yandex.ru
X