Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Н. Г. Пашкин.   Византия в европейской политике первой половины XV в. (1402-1438)

2.2.1. Базельский собор, Византия и курия: первые контакты (1431-1434)

Одной из характерных особенностей церковных соборов на Западе в XV в. была их относительная дистанцированность от папы. К тому же в силу утверждавшихся принципов конциляризма степень прямого вмешательства понтифика в дела собора была сильно ограничена. Констанцский собор большую часть времени вообще функционировал в условиях отсутствия главы римской церкви. Базельский собор, открывшийся в декабре 1431 г., также обходился без личного присутствия папы, который так ни разу там и не появился. Доступные ему функции управления собором осуществлялись через назначенного им президента, роль которого в Базеле исполнял кардинал Юлиан Чезарини. Таким образом, западную церковь представляли грекам одновременно папа и собор, и между ними существовали к тому же весьма непростые отношения. Эта взаимная дистанцированность в любой момент грозила перейти в отчужденность, открывая широкий простор для конкуренции за первенство и влияние в латинском мире. Переговоры о церковной унии в этой ситуации изначально были обречены на дополнительные трудности.

Воссоединение церквей еще Мартин V объявил задачей ближайшего церковного собора122. Несмотря на это булла его преемника Евгения IV, посвященная открытию Базельского собора, даже не упоминала об этом123. В самом Базеле также склонны были считать этот вопрос делом неопределенного будущего, и целью нового собора официально были провозглашены реформа церкви и искоренение гуситской ереси124. Однако новый папа вовсе не собирался порывать с политикой своего предшественника, и о его симпатиях к церковной унии было хорошо известно современникам. Скорее всего папа изначально не собирался отдавать этот вопрос на откуп собору. Именно на этой почве противоречия между ними, скрытые до определенного времени, впервые открыто выплеснулись наружу.

Как уже говорилось, в октябре-ноябре 1431 г. в Рим к папе прибыл византийский посол Димитрий Ангел Клид, имевший своей целью выяснить позицию нового папы и приступить к реализации договора от 1430 г., в соответствии с которым он просил его назначить один из итальянских городов для проведения униатского собора125. В ходе обсуждения самым оптимальным местом для этого была признана Болонья, после чего посол вернулся в Константинополь. Однако неблагоприятная политическая обстановка в Риме и его окрестностях, по-видимому, заставили императора не спешить с отправкой следующего посольства. Зато папа начал действовать. Ссылаясь на переговоры с греками, он предложил собравшимся в Базеле депутатам самораспуститься и переехать в Болонью126. Когда это предложение было отвергнуто, в декабре 1431 г. последовала официальная булла о закрытии собора. В качестве главной причины был назван византийский вопрос127.

Однако пределы папской власти были уже не те, что прежде. В Базеле требования Евгения IV сочли незаконными, а проблему унии с греками недостаточным основанием для роспуска. Председатель собора кардинал Чезарини в январе 1432 г. писал папе, что «уния - это старая песня, которую поют уже 300 лет и каждый год»128. Он советовал отложить решение этого вопроса хотя бы на полтора года, а пока завершить реформу церкви. Базель получил поддержку и со стороны императора Сигизмунда. Специально принятое постановление вообще запрещало распускать собор без его на то согласия129.

Вместе с тем в Базеле ничего не имели против того, чтобы папа лично продолжал заниматься данной проблемой. Поэтому сношения между курией и Византией продолжались и даже могли иметь весьма неординарную форму. Так, например, в ноябре 1432 г. папа специально обратился ко всем владельцам и капитанам морских судов с просьбой принимать на борт и доставлять в Италию всех греков, стремящихся попасть к папскому престолу130. Разумеется, «какие бы то ни было греки», упоминаемые в папской грамоте, не могли быть официальными послами. Напрашивается предположение о неофициальных контактах, которые могла использовать папская курия.
С момента отъезда Димитрия Клида прошло полтора года, прежде чем в Риме смогли принять новое византийское посольство. В мае 1433 г. оно вело переговоры с Евгением IV в присутствии императора Сигизмунда131. Но в этот раз стороны не приняли никакого решения. Зато в июле того же года на Восток отправился папский легат Христофор Гаратони — человек, которому предстояло сыграть громадную роль в ходе последовавших затем событий132.

Понимание того, какое значение на самом деле может иметь византийский вопрос в развитии отношений между папой и собором, в Базеле обнаружили очень скоро. Если в самом начале депутаты фактически самоустранились от переговоров с греками, то в январе 1433 г. собор уже по собственной инициативе принял решение отправить от своего имени посольство в Константинополь133. Тем самым был дан старт стремительной гонке, длившейся в течение пяти лет, в ходе которой папа и собор стремились привлечь византийцев каждый на свою сторону134. В борьбу между ними оказались вовлечены и сами греки, поставленные перед необходимостью иметь дело с обеими конкурирующими партиями. В составе первой дипломатической миссии из Базеля на Босфор отправились доминиканец Антоний Суданский и августинец Альберт де Крисп135. Им было поручено в первую очередь убедить византийского императора в том, что собор, который папа имел намерение распустить, продолжает работать, пользуясь подлинным авторитетом и поддержкой всех светских правителей Европы. Далее послы должны были склонить греков начать переговоры с собором о церковной унии и для этой цели отправить своих представителей в Базель. Собор обязался принять на себя все расходы, связанные с путешествием и пребыванием там византийской делегации136.

Послы прибыли в Константинополь 30 апреля 1433 г. и уже на следующий день были приняты императором. Миссия прошла вполне успешно. В результате состоявшихся переговоров в Базель отправилось византийское посольство, состоявшее из трех человек. Это были Димитрий Палеолог Метохит (представитель императорской фамилии)137, аббат Исидор138 и Иоанн Дисипат139. 11 ноября 1433 г. они получили верительную грамоту императора140 и через несколько дней вместе с базельцами отплыли на Запад. Однако в силу погодных условий путешествие пришлось прервать. 2 декабря один из базельских послов продолжил путь (он прибыл в Базель 2 мая 1434 г.). Остальные пробыли в Константинополе еще до середины января, после чего отправились в Базель по суше141.

Какие же причины могли разделить посольство, задержать большую его часть на полтора месяца, а затем вынудили следовать более длинным и опасным сухим путем (в Венгрии, например, послы стали жертвой разбойного нападения и были дочиста ограблены)? Ответ на этот вопрос, возможно, связан с теми действиями, которые в отношении греков независимо от Базеля и вразрез с ним начал проводить папа Евгений IV. Уже говорилось о том, что в июле 1433 г. в Константинополь отправился папский легат Гаратони. О цели его миссии папа сообщил в Базель лишь в августе следующего года, когда узнал о начавшихся там официальных переговорах с греками. Гаратони предложил императору провести униатский собор в самой византийской столице, где западную церковь должен был представлять один полномочный легат с группой теологов142.

Хотя Гаратони появился в Константинополе осенью 1433 г., он не вступил в контакт с находившимися там представителями собора. Возможно, после того как он раскрыл намерения папы перед императором, последнему пришлось сначала задержать отбытие своей делегации в Базель, а затем заставить ее изменить маршрут, чтобы нанести визит к императору Сигизмунду. Судя по всему, сами послы уехали в неведении относительно планов Гаратони, о которых они узнали позднее уже в Базеле. Сам же легат, очевидно, покинул Константинополь, не получив определенного ответа на свои предложения.

Византийская делегация прибыла в Базель 12 июля 1434 г. Через неделю состоялся официальный прием143. С приветственной речью к послам обратился президент собора кардинал Чезарини144. В ответ прозвучало выступление Исидора, который не только обличал церковный раскол, но и, что важно, с особой силой подчеркивал значение проблем внутреннего состояния западного общества. В первую очередь это касалось проблемы войны и мира. Исидор в своем обращении осудил конфликты, которые потрясали Запад, особенно продолжавшуюся Столетнюю войну между Англией и Францией. «Не так много цветущих мест, - говорил он, - довелось увидеть нам на пути, ведущем во Францию. Теперь же мы понимаем, что они гибнут в результате бесконечной британской войны, в которой два великих христианских государства движутся навстречу гибели»145. Переговоры о церковной унии начались с того, что византийцы, как и следовало ожидать, потребовали созвать для этой цели вселенский собор с участием восточных патриархов146. Эта позиция принципиальных возражений не вызвала, депутаты указали лишь на организационные трудности этого мероприятия. Споры вызвал другой вопрос - о месте созыва такого собора. Византийцы вновь выдвинули старые претензии на то, чтобы провести его в своей собственной столице147. Но депутаты отказались рассматривать этот вариант. Грекам пришлось согласиться с тем, чтобы собор состоялся на Западе, но в качестве ответного условия они потребовали, чтобы западная церковь взяла на себя все расходы и было выбрано место, до которого легко смогла бы добраться восточная делегация. Депутаты предложили Базель. Византийцы от этого решительно отказались и, ссылаясь на инструкции императора, представили заранее заготовленный список мест, в числе которых фигурировали Калабрия, Анкона, Болонья, Милан либо любой другой город в Италии, а за ее пределами - Буда, Вена и - в крайнем случае - Савойя148. Этот список и был утвержден полностью в качестве основы, само же решение вопроса было отложено.

Итоги переговоров были закреплены в специальном декрете, известном под названием «Sicut pia mater», принятом на генеральной сессии собора 7 сентября 1434 г.149. Один из его пунктов все-таки гласил, что Базель и впредь будет рассматриваться как наиболее предпочтительное место для проведения вселенского собора, хотя все вышеупомянутые варианты, предложенные греками, признавались возможными150. Декрет обязывал латинскую церковь нести все необходимые расходы, в том числе и для обеспечения безопасности Константинополя на время отсутствия императора151. Наконец, византийцы настаивали, чтобы договор вступил в силу лишь после того, как будет утвержден папой. С этим поручением в Италию должен был отправиться французский каноник Симон Фрерон152. Но прежде чем тот покинул Базель, пришло письмо от самого папы, извещавшее о его собственных планах, которые Гаратони обсуждал в Константинополе153.

Это известие вызвало шок и удивление как у депутатов, так и у византийских послов, от которых стали было требовать объяснений. Последние тогда писали папе, убеждая его в необходимости одобрить только что принятый декрет, а в будущем лично присутствовать на вселенском соборе154. О реакции папы стало известно в ноябре 1434 г. Евгений IV не скрывал своего крайнего раздражения тем, что собор по собственному почину стал выносить решения по таким важным вопросам, напомнив еще раз, что лично ведет переговоры с греками через Гаратони. «Что же будет, - вопрошал он в письме к депутатам, - если по одному и тому же делу будут приняты два разных решения? Одна лишь путаница и, более того, из-за этого несогласия может вспыхнуть ссора, и великий позор ляжет на всех нас»155. Однако декрет все же был утвержден. Это было время, когда Базельский собор находился на пике своего авторитета, тогда как папа под давлением политических смут вынужден был временно удалиться из Рима.

Политика Базеля в отношении греков встретила сочувствие со стороны императора Сигизмунда. Двое из византийских послов, находившихся на соборе, лично отправились к нему, чтобы ознакомить с результатами переговоров. Сигизмунд с удовлетворением написал по этому поводу византийскому императору Иоанну VIII156, а в письмах, адресованных собору, подчеркивал, что лично ему, чьи владения граничат с восточным миром, хорошо известны как «значение унии для церкви, так и тот страх, который она способна внушить варварским народам». В письме к собору он убеждал депутатов, что вопрос этот среди всех остальных должен стать не второстепенным, но самым важным157.

Однако по истечении некоторого времени собору вновь пришлось отстаивать свою позицию. Пока в Базеле шли переговоры, папский легат Гаратони вновь появился в Константинополе158. Теперь ему удалось убедить императора принять план папы о проведении униатского собора в византийской столице. Главную роль в этом сыграло ложное утверждение, согласно которому папа и собор были единодушны в данном вопросе. Именно так император изложил суть дела в своем письме депутатам от 12 ноября 1434 г.159 Соответствующий договор был заключен в Константинополе160, и с ним два новых посла - Георгий и Мануил Дисипаты161 - в сопровождении самого Гаратони отправились в Италию162. Во Флоренцию, где тогда находилась курия, они прибыли 22 января 1434 г. и на приеме у папы просили его приступить к реализации соглашения163. Однако папа к тому времени уже утвердил базельский декрет. Не осмеливаясь нарушить его, он ответил грекам, что собор с их предыдущим посольством пришел к другому решению, после чего вместе со своим легатом отправил их решать этот вопрос в Базель, предварительно оповестив обо всем депутатов164. Находившаяся там византийская делегация также была поставлена в известность императорским посланием. Ей было предписано присоединиться к посольству братьев Дисипатов и действовать далее согласно их инструкциям165.

Поступившее в Базель известие о новом повороте дел, спровоцированном папой, в очередной раз вызвало среди депутатов замешательство и растерянность166. Упреки посыпались и на византийцев, которых стали обвинять в неискренности. Однако те поспешили заявить: все, о чем они договариваются с собором, может быть реализовано лишь с санкции папы, равно как и то, что они решают с папой, недопустимо без согласия собора167. 22 марта прибыло второе посольство вместе с Гаратони. Начался новый тур переговоров168. Договор, заключенный в Константинополе, стал предметом бурного обсуждения: его принятие означало бы признание декрета «Sicut pia mater» недействительным. Папский легат лично убеждал депутатов, что провести униатский собор в Константинополе легче и выгоднее, так как средств на это потребуется гораздо меньше, императору и патриарху не придется совершать изнурительное путешествие и своим отсутствием подвергать столицу дополнительной опасности.

Однако никакие доводы успеха не имели, а папского легата даже призвали к ответу за свои действия. Депутаты были возмущены тем, что он внушил императору, будто папа и Базель едины во мнении созвать собор в Константинополе. Они заявили, что никогда не поручали легату вести подобные переговоры от своего имени, а император обманут ложными обещаниями, которые противоречат истинным замыслам собора169. Как ни странно, Гаратони ответил, что все переговоры осуществлял только от имени папы170. Иоанн Рагузанский, описывающий данный эпизод, не без удивления отмечает в своей хронике, что византийские послы не изобличили легата во лжи и ничего не сказали в защиту императора171.

Кроме всего прочего, базельцы подвергли новый договор критике с идеологических позиций, о чем следует сказать подробнее. Внимательно ознакомившись с текстом, депутаты пришли к выводу, что планируемый папой и императором собор в Константинополе не может претендовать на статус вселенского. Дело в том, что западную церковь там должен был представлять один легат с группой теологов, наделенных обширными полномочиями для ведения переговоров. Что же касается другой стороны, то в тексте было сказано буквально следующее: «Надлежит святейшему государю нашему (византийскому императору. - Н. П.), поскольку собор должен быть вселенским, сделать так, чтобы от восточной церкви и от всех народов, принадлежащих к ней... явились бы все те, кому необходимо там быть»172. Депутаты усмотрели противоречие между выражениями «synodus generalis» и «ex parte ecclesia orientalis». По их мнению, если речь шла о подлинном вселенском соборе, то последнюю формулу следовало бы заменить словами «ех tota ecclesia»173. Впоследствии они писали императору, что хотя его послы и утверждали всегда, будто уния возможна исключительно на вселенском соборе, однако же в указанном тексте речь идет не о нем, а разве что о партикулярном соборе восточной церкви174.

Конечно, с точки зрения греков, подобная критика была беспочвенной, поскольку предусматривалось присутствие на соборе полномочных представителей римского папы. Согласно их традиционным представлениям о вселенском соборе этого было достаточно175. Но в Базеле были иного мнения. По-видимому, стороны смотрели на проблему с разных идейных позиций. Базельский собор, который поставил себя над папой и по масштабам своей многогранной деятельности скорее напоминал своеобразный европейский конгресс, едва ли мог допустить, чтобы где-то на Босфоре папский легат с группой теологов выражал интересы всего западного мира. Если византийский император должен был собрать в своей столице представителей всех народов (ex omnibus nationibus) христианского Востока, то напрашивался вопрос: где же делегаты европейских наций? В Базеле не могли причислить к ним несколько папских посланников и потому не считали такой собор вселенским. Депутаты склонны были считать весь этот казус недоразумением. Однако на самом деле за этим скрывалась пропасть глубоких идейных противоречий, которые впоследствии во многом предопределили исход переговорного процесса. Византийцам еще предстояло сделать выбор между двумя концепциями вселенского собора, из которых одну - более близкую им по духу - представлял папа, другую - Базель. Но на этот раз компромисс был достигнут. Византийцы отказались от последних договоренностей с папой, когда увидели, что собор их категорически отвергает. Иоанн и Мануил Дисипаты откровенно признали, что в случае разногласий между папой и собором им предписано встать на сторону последнего и вернуться к первоначальному варианту, о котором договорилось первое посольство176. Этот вариант был отражен в декрете «Sicut pia mater» и означал проведение униатского собора не в Византии, а на Западе. На его основе 27 апреля 1435 г. и было принято окончательное решение177, после чего данный вопрос никогда больше не поднимался.

Так завершился первый этап переговоров. Важнейшим их результатом можно считать то, что они приняли характер целенаправленного и непрерывного движения, появилась формально признанная всеми участниками концепция. Это был момент, когда Базельский собор, казалось, прочно перехватил инициативу папы в византийском вопросе и бесповоротно взял переговоры с греками в свои руки.



122См.: Leidl A. Die Einheit der Kirchen... S. 32.
123См.: Ibid. S. 35.
124См.: Joh. Rag. Dc modo... S. 331.
125Упоминание об этом содержится в папской булле о переносе Базельского собора в Болонью от 12 ноября 1433 г. и в письме к кардиналу Чезарини от того же числа - ЕР. I, 21-24.
126ЕР. I, 21- 22 (см. предыдущую сноску).
127Eugenius IV. Bulla dissolutionis Concilii Basiliensis (1431 dec. 18 Romae) // Ibid. I, 24-25.
128Письмо кардинала папе приводит Хуан Сеговианский - см.: МС. II, 105: ... ista cantilena de Graecis iam tricentis annis duravit et omni anno renovatur.
129Примирение папы с собором состоялось 15 декабря 1433 г.
130Eugenius IV. Epistola ad patronos et conductores navium (1432 nov. 7 Romae) // EP. I, 27-28: ...vos patrones et alios navigorum conductores in domino requirimus et hortamur, quatenus Graecos quoscunque, udequaque ad Romanam curiam venire cupientes super galeis, navibus, ceterisque navigiis vestris versus Italiam transfrentatibus recipere cum rebus suis et conducere velitis.
131Reg. № 3436; Syropulos II, 19; см. также письмо папы Базельскому собору от 31 августа 1434 г. - ЕР. I, 32.
132О назначении Гаратони папа писал в Базель 31 августа 1434 г. - см. сноску 131. О содержании его миссии см. ниже. Подробнее о личности и деятельности этого незаурядного дипломата см.: Pesce L. Cristoforj Garatone Trevigiano nunzio di Eugenio IV// Rivista di Storia in Italia. Vol. 28. 1974. P. 23-93.
133См.: Joh. Rag. De modo... S. 331.
134См.: Leidl A. Die Einheit der Kirchen... S. 37.
135См.: Job. Rag. De modo... S. 331; Zumkeller A. Drei Augustinertheologen des beginnenden 15. Jahrhunderts im Dienste der Union//Wegzeichen. Festgabe zum 60. Geburtstag Prof. Dr. Hermenegild M. Biedermann / Hrsg. von E. Suttner. Wurzburg, 1974. S. 141-144.
136Joh. Rag. De modo... S. 332-333. Заслуживает внимания следующий факт. Когда весной 1433 г. папа принимал в Риме византийское посольство, эмиссары из Базеля уже давно были на пути в Константинополь, если уже не находились там. Однако мы не знаем, были ли византийцы, приехавшие в Рим, поставлены в известность об инициативе Базельского собора. Возможно, с этим связано то, что стороны тогда не пришли ни к какому решению.
137PLP. № 17981.
138Речь идет об Исидоре, будущем митрополите Киевском - см.: Ibid. № 8300.
139Syropulos II, 26. Об Иоанне Дисипате см.: PLP. № 5537.
140Johannes VIII Palaeologus. Mandatum legatis Demetrio Palaeologo, Isidoro hegumeno, Johanni Dissipato de concilio oecumenico cum synodalibus Basiliensibus tractando (1433 nov. 11 Constantinopoli) // ODM, 8-9; Cecconi, XXXVII-XXXVIII.
141Этот факт засвидетельствован в письме императора Базельскому собору от 28 ноября 1433 г. - см.: Cecconi, XXXIX.
142ЕР. I, 32 (см. сноску 131): Misimus itaque mense iulio anni praeteriti dilectum filium, magistrum Christoforum Garatonum... qui post multos sermones cum praefatis Johanne imperatoreet Joseph patriarchaet multis aliis ex maioribus habitos, tandem comperit ipsos omnes id eligere, ut unus legatus a sede apostolicacum prelatis et aliis viris doctissimis ad urbem Constantinopolitaam transmittantur, ibique perviam disputationis veritate patefacta, utraque ecclesia optatum unionis et pacis consequatur effectum.
143См. протокол заседания Базельского собора от 12 июля 1433 г.: СВ. III, 148; см. также: МС. II, 745.
144Приветственную речь Чезарини по поводу прибытия византийской делегации см.: Cecconi, LXVIII-LXXIX.
145Речь Исидора перед Базельским собором см.: Cecconi, LXXXIV: Vidimus non multum ante Galliam florentem; nunc vero assidu is Britannicis bellis ac discordia deflorere quasi videmus, et duos illos maximos christianorum principatus frequenti bello ac inimitia in deterius ire.
146См.: Joh. Rag. De modo... S. 337
147Ibid. S. 338: ...de loco proposuerunt, quod imperator et patriarcha et tota ecclesia orientalis multum desiderarent, ut dictum concilium Constantinopoli celebretur... et insteterunt quantum poterunt circa hoc.
148См.: Instructiones imperatoris Constantinopolitani super loco ycumenici concilii // MC. II, 749. Как известно, еще с прежним папой греки договорились о проведении собора на Западе. Не исключено, что идея проведения его на Востоке возродилась у императора после общения с Христофором Гаратони.
149Текст этого декрета см.: COD, 478-482.
150Вышеупомянутый список мест был включен в декрет - COD, 480. Неразрешенность этого вопроса в самом начале будет иметь самые негативные последствия в дальнейшем, дав повод для всевозможных спекуляций на тему о том, где проводить вселенский собор.
151С этой целью предполагалось привезти в Константинополь команду из 300 лучников - см.: COD, 481. Этот пункт впервые начал фигурировать уже на переговорах с Мартином V.
152См.: Joh. Rag. De modo... S. 339.
153ЕР. I, 31-32 (см. сноску 131); Joh. Rag. De modo... S. 340. Вероятно, следует согласиться с мнением Й. Джилла, который объясняет такую уступчивость папы его растущей политической изоляцией - см.: Gill J. Op. cit. P. 32.
154См.: Job. Rag. De modo... S. 341: Multum inter alia optamus, ut... in eadem synodo sanctitas vestra interesse et praesidere personaliter dignetur... Nos, sperantes haec quae fecimus omnino placitura esse vestrae sanctitati...
155Eugenius IV. Epislola ad concilium Basiliensem (1434 nov. 15 Florentiae) // EP. I, 35-37: Quid, si uno tempore de eadem re variae et diversae fiant conclusiones? Profecto vidiculum erit, et quod magis est Forte ex hac dissentione scadalum pariturum, saltern non parvum dedecus nobis omnibus allaturum. См. также: Gill J. Op. cit. P. 57; Leidl A. Die Einheit der Kirchen... S. 40.
156См. письмо Сигизмунда Иоанну VIII Палеологу от 1 октября 1434 г. - DRTA. XI, 478-479: ...duo ex ambassiatoribus vestris ad nos redientes maiestati nostrae exposuerunt, qaliter ipsa sancta synodus cum ipsis certa conclusit capitula, quae vidimus, et de illis, quoniam de felici exitu unionis huiusmodi firmam fiduciamcapimus ..iocundamur illaque firmata laudamus et extollimus.
157См. письмо Сигизмунда Базельскому собору, датированное тем же числом: DRTA. XI, 480-481: ...nos, qui cum orientalibus confinamus, cognoscimus, quantum unitas huiusmodi ad augmentum ecclesiae dei et terrorem gentium barbarum profutura sit... Haec enim res inter ceteras peragendas non est mediocris, sed in prosecutione omnibus christianis praecipua esse debet.
158Грамота о его назначении датирована 13 июля 1434 г. - см.: ЕР. I, 29-30. См. также: Hofmann G. Op. cit, S. 58.
159Johannes VIII Palaeologus. Epistolasynodalibus Basiliensibus (1434 nov. 12 Constantinopolim) // ODM, 20; Cecconi, CXIII-CXIV: ...certificavit nos dictus nuncius, dictum dominum papam et vestras reverentias, tarn in hac requam singulis aliis, esse eiusdem voluntatis.
160Текст этого договора позднее был приложен к письму, которое папа отправил в Базель - см.: ЕР. I, 39-40.
161PLR. № 5540.
162Syropulos II, 25.
163МС. II, 786.
164Eugenius IV. Epistola ad legates pontificies Concilii Basiliensis // EP. I, 38-41.
165См.: Reg. № 3446; Joh. Rag. De modo... S. 343.
166См.: Joh. Rag. De modo... S. 343.
167См.: Ibid. S. 347:... non possent aliquid facere cum concilio, nisi de consensu domini nostri papae, et cum domino nostra papae nisi de consensu sacri conclii.
168MC. II, 786-787.
169См.: Joh. Rag. Oe modo... S. 357: ...sacrum concilium nec unquam aliquid commisit dicto Christoforo, ut ipse nomine concilii haberet tractare aliquid cum imperatore... super hac re. Ex quibus patet, quod imperator circumventus falsa promissione ycumenici concilii et falsa assertione concurrentis voluntatis concilii acceptaverit...
170См.: Joh. Rag. De modo... S. 355: Respondit, quod... ipse nichil fecerat aut concluserat nomine concilii... sed quicquid fecerat, nomine solius papae fecerat.
171См.: Ibid. S. 355.
172EP. I, 40 (см. сноску 164): Et placet sanctissimo domino nostro, quod fiat synodus generalis ex parte ecclesiae Orientalis ex omnibus nationibus ipsi ecclesiae subiectis seu adherentibus... qui venturi sunt, venient...
173См.: Joh. Rag. De modo... S. 352.
174См.: Ibid. S. 361: Quae tamen synodus non exprimitur, sed solum regionalis ex parte orientalis ecclesiae...
175Подробнее о византийской концепции вселенского собора см. в последней главе.
176См.: МС. II, 788; Joh. Rag. De modo... S. 360-361.
177См.: Leidl A. Die Einheit der Kirchen... S.41.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

В.И. Фрэйдзон.
История Хорватии

Н. Г. Пашкин.
Византия в европейской политике первой половины XV в. (1402-1438)

под ред. А.Н. Чистозвонова.
Социальная природа средневекового бюргерства 13-17 вв.

Жан Ришар.
Латино-Иерусалимское королевство

И. М. Кулишер.
История экономического быта Западной Европы. Том 2
e-mail: historylib@yandex.ru
X