Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Мариан Белицкий.   Шумеры. Забытый мир

Когда Месилим построил храм

Итак, черпая исторический материал из легенд и эпических сказаний, мы приблизились к тем временам, когда на сцену выступили правители первой династии Урука, деятельность которых подтверждена документально. При этом мы перешагнули некий весьма важный исторический рубеж, часто обсуждаемый специалистами, отделяющий время правления этой династии от более ранних периодов истории Шумера. Мы помним, что эпоха, о культурных достижениях которой мы рассказали, по месту важнейших археологических находок названа периодом Джемдет–Насра. Этот период, характеризующийся высоким уровнем развития культуры, заканчивается, согласно общепринятой хронологии, около 2600 г. до н. э.

Как подчёркивают исследователи, именно в это время в истории Шумера произошли важные события, оказавшие огромное влияние на развитие культуры. В вещественных памятниках этой эпохи обнаруживаются бесспорные и весьма существенные изменения по сравнению с предметами типа Джемдет–Наср. Некоторые учёные считают их свидетельством «примитивизации», «регресса культуры», «оскудения эстетических ценностей». В строительстве, например, вместо изящных, удобной формы кирпичей появляются большие, похожие на буханки хлеба плоско–выпуклые кирпичи. Их форму нередко объясняют влиянием религиозных представлений: они напоминают жертвенные хлебы. Храмы в этот период строятся уже без того архитектурного размаха, какой был характерен для периода культуры Джемдет–Наср. Они более приземисты, закрыты, к главному жертвенному столу ведёт только один вход, расположенный далеко от него. Резко меняются и особенности отделки сосудов, и характер рельефов на фресках и цилиндрах. Вместо полных жизни фигур мы видим лишь схематическое их изображение. Движения, экспрессии становится меньше. Искусство делается более абстрактным.

Учёные почти не сомневаются в том, что в этот период в Месопотамию хлынула волна иноземных народов. То ли их привлекли богатства шумеров, то ли они считали эти земли своими (возможно, здесь некогда, до шумеров, жили предки этих народов), трудно сказать. Среди пришельцев преобладали, по–видимому, семитские племена, прибывшие из Аравийской пустыни или из сирийских степей. А может быть, это были субары. Во всяком случае, к какой бы этнической группе ни принадлежали иноземцы, они принесли с собой немало бурных потрясений не только в области культуры, но и в других сферах жизни шумеров и оказали существенное влияние на дальнейшее формирование шумерской цивилизации. Вторгшиеся в Месопотамию племена достаточно быстро ассимилировались и были поглощены шумерами. Однако, прежде чем это произошло, в материальной культуре шумеров успели проявиться указанные выше характерные для этой эпохи инновации.

Междинастическая борьба за гегемонию стала более ожесточённой. Если мы внимательнее вчитаемся в «Царский список» и попробуем разместить во времени события, о которых в нём рассказано, факт усиления этой борьбы станет для нас очевидным. Информация о чужеземных набегах на земли Шумера, данная в тексте «Царского списка», вероятно, соответствует действительности. А там говорится и о династии из Авана, находящегося на территории Элама, и о династии из Хамази, расположенного, по–видимому, далеко на севере. Должно быть, завоеватель из Хамази по имени Хатаниш был исторической личностью и действительно осуществлял контроль над Ниппуром, так как его память долгое время чтилась в ниппурском храме Энлиля. Этот царь–чужеземец, установив своё изваяние в шумерском святилище, закрепился и в шумерской традиции. «Царский список» говорит также о правителях из Мари — города–государства, расположенного далеко за пределами Южного Двуречья.

Среди правителей шумерских городов–государств, оставивших после себя надписи, на основании которых мы сейчас поведём наш рассказ, есть и полулегендарные персонажи, историчность которых не подтверждена археологическими данными. Например:

Мари было поражено оружием, его царство

было перенесено в Киш.

В Кише Ку–Баба, корчмарка,

та, которая укрепила основы Киша, стала «царём» и царствовала 100 лет…

(Мы цитируем всё тот же «Царский список».)

О шумерских обычаях и нравах в связи с родом занятий Ку–Бабы до её прихода к власти мы поговорим в другой главе. Сам по себе этот факт необычайно интересен: во–первых, правителем стала женщина, а во–вторых, она никак не была связана с предшествующими династиями. Кто же поддерживал её — жречество, где женщины были широко представлены, ремесленники и купцы, из чьей среды она вышла? За этим лаконичным сообщением — если только, что маловероятно, оно не является легендой — стоит, по–видимому, необычный и драматический эпизод истории. К сожалению, только с помощью воображения мы можем представить себе эту женщину, энергичную, деятельную, предприимчивую, шагнувшую из–за трактирной стойки в тронный зал дворца Месилима.

В настоящее время имеется множество документов, относящихся к этому периоду и рассказывающих о делах и поступках правителей, а также о некоторых исторических событиях. Однако пока ещё не удалось ни расположить эти события в хронологическом порядке, ни установить очерёдность следования друг за другом отдельных правителей. В XXVI в. до н. э. предположительно царствовал Лугальанне–мунду, единственный представитель так называемой династии Адаба, согласно «Царскому списку» правивший 90 лет. Адаб не сыграл в истории Шумера сколько–нибудь значительной роли, хотя этот город, расположенный на полпути между Ниппуром и Лагашем, был достаточно богат. В конце первой половины III тысячелетия Адаб достиг вершины своего расцвета. Здесь перекрещивались важные торговые и стратегические пути, а потому власть над этим городом ставила её обладателей в привилегированное положение. Вспомним, что Месилим в своих надписях датирует события, как это было принято в шумерской традиции, годами правления энси Адаба.

Весьма пространная надпись, в которой содержится информация о Лугальаннемунду, была, по–видимому, составлена через 600–700 лет после описанных событий; она посвящена богине Нинту, «великой супруге Энлиля». Надпись гласит, что Лугальаннемунду победил тринадцать взбунтовавшихся князьков, построил храм, посвящённый Нинту, и дал название семи вратам и башням её «дома» — Энамзу. Надпись рассказывает об обычаях этого храма и о совершавшихся в нём жертвоприношениях. Ценность этого документа снижается поздним временем его составления, определённым учёными на основании лингвистического анализа, но факты, которые он сообщает, не вызывают у историков серьёзных сомнений. По всей видимости, судьба улыбнулась Лугальаннемунду: ему удалось подчинить своей власти других князьков. Более того, использование в тексте собирательной грамматической формы заставляет думать, что династия Адаба не ограничивается одним правителем, остальные были просто забыты. Может быть, в их числе был и Лугальдалю, статуэтка которого с надписью обнаружена в Адабе вместе с другими бесценными находками (например, вазой Месилима). Фигурка изображает бритоголового мужчину с крупным носом и сложенными на груди руками. На царе надето длинное, до щиколоток, одеяние из ткани в узлах, напоминающее юбку, сколотую выше талии.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

М.А. Дандамаев.
Политическая история Ахеменидской державы

Леонард Вулли.
Ур халдеев

Джеймс Веллард.
Вавилон. Расцвет и гибель города Чудес

Самюэль Крамер.
Шумеры. Первая цивилизация на Земле

Е. В. Черезов.
Техника сельского хозяйства Древнего Египта
e-mail: historylib@yandex.ru
X