Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Льюис Спенс.   Атлантида. История исчезнувшей цивилизации

Глава 4. География Атлантиды

Сейчас мы будем рассматривать географию Атлантиды, ее местоположение и топографию. Они тесно связаны с вопросом: существовала она вообще или нет? Здесь мы имеем дело не с Грецией или Римом, Египтом или Ассирией, а с затонувшим континентом, само существование которого яростно отрицается в некоторых кругах. Таким образом, прежде чем делать выводы о географическом положении и природных особенностях Атлантиды на основе имеющихся в нашем распоряжении литературных источников, мы вынуждены изучить геологические доказательства ее существования. Чтобы мы могли обоснованно считать остров Атлантида подходящим объектом для исторического исследования, эти доказательства должны быть надлежащим образом продемонстрированы.

Геологические свидетельства существования Атлантиды обширны, и здесь мы лишь вкратце перечислим основные положения. Полностью об этом можно прочитать в моих прежних работах «Проблема Атлантиды» и «Атлантида в Америке». Здесь же я предполагаю рассмотреть только одну геологическую эпоху, имеющую строго определенное отношение к проблеме, это — четвертичный период, который охватывает плейстоцен, или ледниковый период, и отправная точка которого в практических целях, может быть отнесена приблизительно на пятьсот тысяч лет назад. Четвертичный период подразделяется на четыре ледниковые и одну постледниковую эпохи.

И только в этой постледниковой эпохе, которая началась приблизительно двадцать пять тысяч лет назад, в Европе могут быть обнаружены какие-либо биологические виды, приближающиеся к современному человеку. Таким образом, если мы собираемся найти Атлантиду, заселенную людьми, которых можно было бы считать современным нам типом, то нас должен интересовать период, ограниченный последними тысячами лет европейской истории. Может ли современная геология доказать вероятность существования Атлантиды в этот период?

М. Пьер Термье, директор по науке геологической хартии Франции, является одним из представителей растущей группы геологов, которые искренне верят, что большой Атлантический континент существовал в указанное время[14]. Вместе с постепенным накоплением новых свидетельств геологии и биологии Атлантического региона теория существования этого континента приобрела совершенно новую форму. Это свидетельство опирается не на туманные предположения провидцев и не на догматические утверждения любителей древности, которые сплетают словеса предания в некое подобие доказательств, а на соображения абсолютно рациональные и правдоподобные. То, что Атлантический континент в определенное время занимал океанский залив между Европой и Америкой, — научная истина, признанная сегодня всеми геологическими школами. Спорным до сих пор остается только вопрос о точном времени расцвета этого континента в геологической истории.

Дно Атлантики представляет собой наиболее нестабильный участок земной поверхности, сообщает М. Термье. Его восточная область — не что иное, как огромная вулканическая зона. В Евро-Африканской впадине Атлантики масса морских и островных вулканов. Острова здесь по большей части образованы лавой, и подобная же картина наблюдается в Американском и западном регионах. Крайняя западная зона Атлантики, охватывающая Исландию, Азорские острова, Канарские острова, Мадейру и острова Зеленого Мыса и достигающая в ширину приблизительно 1875 миль, как уверяют нас специалисты, все еще находится в движении. В любой точке этой области в любое время могут происходить незафиксированные подводные катаклизмы.

М. Термье верит, что некогда существовал Северный Атлантический континент, включавший в себя часть России, Скандинавию, Великобританию, остров Гренландия и Канаду, а позже к нему присоединилась южная полоса, состоявшая из большой части Центральной и Западной Европы и огромной части Соединенных Штатов. «Имелся также, — говорит он, — Южно-Атлантический, или Афро-Бразильский континент, тянувшийся на север до южной границы Атлантики и на восток до Персидского залива и Мозамбикского пролива, а на запад до восточной границы Анд и до горных цепей Колумбии и Венесуэлы. Между этими двумя континентами пролегала Средиземноморская впадина, которая сформировала своеобразную складку в земной коре еще в начале геологического периода, — ее глубокие отметины можно наблюдать в сегодняшнем Средиземноморье, Карибском море и в море Санда, или Флорес. Цепь гор, более широкая, чем Альпийская гряда и, возможно, местами столь же высокая, как величественные Гималаи, когда-то возвышалась на побережье Северного Атлантического континента, охватывая Вогезские горы, Центральное плато Франции, Бретань, юг Англии и Ирландии, а также Ньюфаундленд, Новую Шотландию и весь Аппалачский регион в Соединенных Штатах».

Конец этой континентальной эры, по мнению М. Термье, пришел во время третичного периода или в начале четвертичного, когда вся эта масса суши, окруженная на юге цепью гор, погрузилась под воду задолго до разрушения вулканической гряды, от которой ныне не осталось ничего, кроме Азорских островов. Южная часть Атлантического океана в течение сотен тысяч лет была занята великим континентом, теперь поглощенным морскими волнами. Вероятно, произошло несколько смещений впадины, более или менее удаленных друг от друга во времени. В Европе в третичном периоде это движение создало Альпийскую горную гряду. Насколько далеко простиралась эта горная гряда в Атлантический регион? Поднимались ли некоторые ее фрагменты достаточно высоко, чтобы на каком-то этапе выступать из воды? На этот вопрос М. Термье отвечает утвердительно.

Он верит, что геологическая конфигурация всего Атлантического региона поменялась в поздний период земной истории. Вторичный период характеризовался образованием многочисленных впадин, третичный стал свидетелем уничтожения континентальных областей, вследствие чего появилась новая геологическая формация, общее направление которой не пролегало с востока на запад, как прежде, а с севера на юг. Около африканского побережья, утверждает Термье, определенно происходили важные геологические движения в течение четвертичного периода, в то время, когда другие изменения, несомненно, имели место в океанской области. «С точки зрения геологии, — говорит он, — вероятность существования Атлантиды Платона очень высока... Резонно предположить, что много позже открытия Гибралтарского пролива некоторые из этих вышедших из воды земель все еще существовали, и среди них — изумительный остров, отделенный от Африканского континента цепью других меньших островов. Одну вещь все еще необходимо доказать — что катаклизм, уничтоживший этот остров, последовал уже после появления человека в Западной Европе. Катаклизм же бесспорен. Жили ли тогда люди, которые могли противостоять стихии и сохранить память о ней? Это самый главный вопрос. Я не верю в его неразрешимость, хотя мне кажется, что ни геология, ни зоология не решат его. Эти две науки, похоже, уже сказали все, что могли, и теперь я ожидаю окончательного ответа от антропологии, от этнографии и, наконец, от океанографии».

Критикуя эту точку зрения, профессор Шучерт пишет следующее: «Азорские острова — истинные вулканические и океанские острова, и почти наверняка можно сказать, что они никогда не имели связи с континентами по обе стороны Атлантического океана. Если есть какая-либо правда в волнующем рассказе Платона, то в поисках Атлантиды мы должны двигаться от западного побережья Африки. На пяти из островов Зеленого Мыса и на трех из Канарских островов мы обнаружим скалы, явно подобные тем, что часто встречаются на континентах. Учитывая также распространение на этих островах растений и животных, многие из которых обладают свойствами, характерными для флоры и фауны позднего Европейско-Средиземноморского третичного периода, мы получим ясное указание на то, что Зеленый Мыс и Канарские острова — фрагменты великой Африки... Как доказать, что этот катаклизм и разрушение Западной Африки произошли так внезапно, как это описывает Платон, или что это произошло приблизительно десять тысяч лет назад, геологам пока еще неизвестно».

Профессор П. Ф. Шарфф из Дублина, который внес наиболее ценный вклад в исследования Атлантиды — больше, чем любой другой ныне живущий ученый, — заключает, что Мадейра и Азорские острова были связаны с Португалией в период миоцена или в более поздние времена третичного периода, когда человек уже оказался в Европе, и что от Марокко до Канарских островов и от них к Южной Америке протягивалась обширная полоса земли, которая простиралась на юг вплоть до острова Святой Елены. Этот большой континент, верит он, начал опускаться еще до миоцена. Но он считает, что его северные части сохранились до тех пор, пока Азорские острова и Мадейра не отделились от Европы. «Я верю, — говорит он, — что они все еще были соединены с континентами Европы и Африки в раннем плейстоцене (ледниковый период), в то время, когда человек уже появился в Западной Европе и был способен достигнуть островов посуху».

Среди современных геологов, поддерживающих теорию Атлантиды, — профессор Эдвард Халл, исследования которого позволили прийти к выводу, что Азорские острова — вершины затонувшего континента, который процветал в периоде плейстоцена. «Флора и фауна обоих полушарий, — говорит профессор Халл, — поддерживают геологическую гипотезу общего центра в Атлантике, где и зародились эти жизненные формы, и что в ледниковую эпоху и даже раньше большие сухопутные мосты, северный и южный, соединяли берега Атлантического океана». Он добавляет: «Я провел это исследование, основываясь на тщательном изучении данных зондирования, зарегистрированных на картах Адмиралтейства». Халл также придерживается мнения, что одновременно с этим Атлантическим континентом существовал еще большой Антильский континент, или горный хребет, отсекающий Карибское море и Мексиканский залив от того, что принято называть Гольфстримом.

Эти соображения, судя по всему, подтверждают мнение современных геологов, что дно Атлантики подвергалось постоянному изменению и что в действительности со времен последнего ледникового периода оно, возможно, повышалось и погружалось много раз, как заявил однажды сэр Уильям Доусон.

Исходя из подобного свидетельства, мы можем с полным основанием заключить, что гипотеза о некогда существовавшем в Атлантическом океане континенте ни в коем случае не основана на простом предположении. Тот факт, что высокопрофессиональные геологи рисковали своей репутацией, свидетельствуя в категорической форме о существовании древнего Атлантического континента, конечно, должно охладить пыл тех, кто нетерпимо отказывается даже обдумать столь квалифицированно подобранные аргументы.

Но наиболее существенный вывод, который из всего этого следует, состоит в том, что современная наука почти безоговорочно свидетельствует в пользу сравнительно недавнего существования обширной суши в Атлантике. Учитывая это свидетельство и характер его источников, отнюдь не покажется безумным предположение, что в упомянутый Платоном в его «Критии» период, а именно в 9600 году до н. э., эта древняя земля все еще частично существовала, хотя разрушение ее уже началось. Возможно, довольно большой остров, вероятно остаток африканского «шельфа», все еще закрывал вход в Средиземноморье, а острова поменьше соединяли его с Европой, Африкой и, возможно, с Америкой.

Стремясь опровергнуть существование такого острова, как Атлантида, В. Х. Бэбкок заявляет: «Сторонники реальности Атлантиды стараются накопить доказательства существования в Атлантическом океане большой массы земли, — до некоторой степени разумный подход, но далеко не достигающий цели, поскольку земля могла подниматься и снова опускаться задолго до предполагаемого периода существования Атлантиды. Не имеет никакого смысла доказывать ее наличие в миоцене, плиоцене, плейстоцене или же в любое другое время до развития хорошо организованной человеческой цивилизации, или, как рассуждает Платон, между одиннадцатью — двенадцатью тысячами лет назад. Нам требуется свидетельство о существовании большого острова, Атлантиды, а не о продолжении какого-то существующего континента в сторону моря и не о полоске земли, пересекающей океан. Действительно, такими могли бы быть отдаленные предварительные условия формирования острова путем распада и последующего погружения неустойчивых земельных пластов, но все это лишь умножает катаклизмы, реальность которых еще нужно подтвердить, и не имеет никакого смысла в отсутствии непосредственных доказательств существования самого острова.

Геологические и географические феномены дочеловеческого периода можно исключить из рассматриваемого вопроса. Рассказ, который должен быть исследован, имеет отношение к большому процветающему замкнутому человеческому обществу, отстоящему от нас на несколько тысяч лет, которое не знало предания о потопе и которое посылало свои победоносные армии на захват новых земель вплоть до окончательного поражения и рокового катаклизма».

Читатель видит, что я не «старался накопить доказательства существования в Атлантическом океане» большой массы земли. Чтобы строго следовать общей логике, я ограничил большинство геологических свидетельств периодом, соотносимым с возможным существованием Атлантиды в срок, обозначенный в мифе Платона. Теперь относительно заявления Бэбкока в части, касающейся условий существования «большого процветающего замкнутого человеческого общества», которое необходимо найти в Атлантике. Я никогда бы под этим не подписался и в моих прежних работах указывал, что, по-моему, общество, которым могла бы похвастаться Атлантида, должно было бы быть довольно примитивным[15]. Защитники теории Атлантиды не должны полагаться исключительно на свидетельство Платона, как, кажется, думает Бэбкок. Это означало бы неоправданное и чрезмерное ограничение как самого исследования, так и доказательств.

Глубинное зондирование Атлантики, предпринимавшееся различными специалистами Адмиралтейства, выявило наличие большой отмели или возвышения, начинающегося около побережья Ирландии, пересекающего пятьдесят третью параллель и расширяющегося к югу, охватывающего Азорские острова вплоть до окрестности Французской Гвианы и устьев рек Пара и Амазонки. Уровень этого большого хребта — около 9000 футов над дном Атлантики. Зондирование, проведенное различными экспедициями «Hydra», «Porcupine» и «Challenger» в течение XIX столетия, несомненно, свидетельствует в пользу гипотезы о существовании земли в Атлантической области.

Учитывая связь подводных отмелей Северной Атлантики с обсуждаемой проблемой, В. Х. Бэбкок пишет: «Все эти подводные горные хребты или скрытые морем плато, расположенные заметно ближе к поверхности океана, чем обычное морское дно, находятся в действительности настолько близко, что неизбежно возбуждают подозрение о том, что они, возможно, были выше водной поверхности в пределах времени человеческого знания и памяти об этом. Хорошо известно, что побережья во всем мире повышаются и спадают, и это может быть нормальным не сейсмическим движением пластов. Иногда движение в одном, восходящем или нисходящем направлении может упорствовать на протяжении многих столетий. Предположим, что Геттисбергская отмель непрерывно опускалась на не столь уж неправдоподобные два фута в столетие. В этом случае она была значительным островом, возвышающимся над водой в период, который имели в виду жрецы Саиса. Очевидно, что повышение островов Лабрадор и Ньюфаундленд со времен последней рецессии и таяния большой ледяной корки было даже еще более значительным. Здесь нам недостает точного сравнения времени и условий этого процесса; однако имеющиеся данные о подъеме более чем на 500 футов в одной области и почти на 600 в другой убедительно показывают, на что способна старушка Земля. Нужно также хорошо понимать, что в столь сейсмически неустойчивой области внезапное ускорение опускания Геттисбергской отмели вполне могло произойти в любой момент. Принимая во внимание все рассматриваемые нами факторы, отнюдь не кажется невозможным, что некоторые из этих отмелей, возможно, и возвышались над уровнем моря и даже были пригодны для жизни в то время, когда люди достигли уже умеренного уровня цивилизации. Но все же это не было чем-то грандиозным»[16].

Но есть и более ценные свидетельства из других источников, не только из одной геологии. Биологические исследования предоставляют более чем замечательные свидетельства. Профессор Шарфф в цитированной выше работе выяснил, что крупные млекопитающие Атлантических островов не были завезены туда, он также утверждает, что его попытки проследить «историю их появления на островах показывают, что некоторые из них при любом раскладе должны были достигнуть островов естественным путем, который таким образом связывал эту землю с Европой».

Присутствие на Азорских островах больших ястребов, или канюков, которых еще в 1439 году наблюдали первооткрыватели, собственно, и дало островам имя Acores, или острова Ястреба. Эти птицы обычно питаются мышами, крысами и молодыми кроликами, что подразумевает существование всех этих млекопитающих на островах. Кажется обоснованным, что существование Азорских островов было известно и более ранним мореплавателям, поскольку в книге, изданной в 1345 году испанским монахом, Азорские острова уже упомянуты, даны даже названия нескольких из них. На атласе, изданном в Венеции в 1385 году, некоторые острова упомянуты по названиям: Капрария, или Козий остров, теперь Сан-Мигель; Колумбия, или остров Голубей, теперь Пико; Ли-Конги, или остров Кролика, теперь Флорес, и Корви-Марини, или остров Морских Ворон, теперь просто Корво. Эта специфическая терминология, появившаяся еще до открытия — «официального» открытия островов, кажется, оправдывает предположение, что в эту пору там благоденствовали млекопитающие вроде дикого козла и кролика, добравшиеся до этих островов из Европы по суше, а не по воде в более отдаленные времена.

Некоторые зоологи, говорит профессор Шарфф, признают существование некоего ярко выраженного барьера в центре Атлантики, который они называют «Мезатлантика». Два рода млекопитающих характерны для этой области — Monachus, или монашеский тюлень, и Sirenian Manatus, морская сирена. Ни одно из этих животных не встречается в открытом океане. Несколько их разновидностей населяют Средиземноморье, Вест-Индию, побережья и устья рек в Западной Африке и на востоке Южной Америки. Ареал обитания этих морских животных, по-видимому, подсказывает многим зоологам, что их предки распространились по некой береговой линии, которая объединяла Старый и Новый Свет в какой-то не очень отдаленный период.

Рептилии атлантических островов — почти полностью европейские. Среди ящериц — родственные североафриканская и чилийская формы. Ареал большого семейства живущих в норах амфисбен (Amphisbænidæ)ограничен Америкой, Африкой и Средиземноморской областью. В своей монографии о моллюсках атлантических островов Т. В. Уолластон обратил внимание на то, что средиземноморский элемент гораздо сильнее прослеживается на Канарских островах, чем на любых других. Он верит, что атлантические острова произошли в результате раскола земной поверхности, которая была некогда более или менее непрерывна, а потом раздробилась на горные хребты и ныне поглощенные океанскими водами равнины.

Профессор Симрот, пишущий о сходстве между слизняками Испании, Португалии, Северной Африки и Канарских островов, заключил, что, вероятно, некогда эти четыре участка связывала широкая полоса земли, должно быть сохранявшаяся до сравнительно недавнего времени. Доктор В. Кобельт, который раньше высмеивал теорию Атлантиды, позже изменил свои взгляды. Сравнивая европейскую фауну с вест-индской и центральноамериканской, он указывает, что сходство береговых ракушек на двух противоположных сторонах Атлантики подразумевает древнюю связь между Старым и Новым Светом, которая разорвалась только к концу третичного периода. Доктор фон Ихеринг придает особое значение тому факту, что никакой специалист по моллюскам в настоящее время не может объяснять присутствие континентальных моллюсков на атлантических островах ничем, кроме как их передвижением по земле.

Шестьдесят процентов видов бабочек и моли, найденных на Канарских островах, имеют средиземноморское происхождение, и двадцать процентов из них могут быть найдены в Америке. Некоторые ракообразные также доказывают истинность гипотезы об Атлантиде. Род Platyarthus представлен тремя видами в Западной Европе и Северной Африке, одним на Канарских островах и одним в Венесуэле. «Есть, — говорит Шарфф, — и другая группа, Crustacea, которая хранит такие серьезные признаки древней сухопутной связи между Африкой и Южной Америкой, что едва ли необходимо что-нибудь еще для устойчивого научного обоснования этой теории. Под этой группой я подразумеваю живущие по обеим сторонам Атлантики виды пресноводных десятиногих, которые отличаются наиболее впечатляющим сходством».

Эксперименты показали, что некоторые улитки не выносят длительного погружения в морскую воду. И все же их виды были найдены и в Европе, и в Америке, и на Канарских островах. Таким образом, очевидно, что они должны были перебраться туда посуху. Много подобных параллелей можно было бы показать и на примере растений, если бы это позволял формат издания.

В то же самое время есть биологи, которые яростно опровергают существование сухопутного моста между Новым и Старым Светом и верят, что флора и фауна Старого Света достигла Америки через Берингов пролив. Эта гипотеза, однако, всегда казалась менее вероятной, чем теория Атлантиды. Приведенные свидетельства позволяют сделать следующие заключения.

Обширный континент в прошлом занимал большую часть Северной Атлантики и значительную часть Южной. Начиная с раннего геологического возраста он, должно быть, испытал множество последовательных изменений своего контура и массы, и, возможно, неоднократно погружался в океан и всплывал.

Во времена миоцена (поздний третичный период) он все еще сохранял континентальный характер, но к концу этого периода уже начал распадаться вследствие вулканической деятельности и других причин.

Этот распад закончился формированием крупных и мелких островов. Два из них, значительно превосходящие размерами любые другие, были расположены а) в относительной близости от входа в Средиземноморье; и б) в области ныне существующих островов Вест-Индии. Они могут быть названы соответственно Атлантидой и Антилией. Возможно, между ними была связующая цепочка островов.

Эти два континента-острова и соединяющая их цепь островов сохранились до поздних времен плейстоцена, когда (приблизительно двадцать пять тысяч лет назад, в начале постледниковой эпохи) Атлантида, по-видимому, подверглась дальнейшему разрушению. Окончательная катастрофа, вероятно, постигла Атлантиду приблизительно за десять тысяч лет до н. э. Антилия же, вероятно, просуществовала гораздо дольше, обломки ее все еще сохраняются в виде Антильского архипелага или островов Вест-Индии.

Если все эти данные могут быть признаны насколько это возможно в сложившейся ситуации убедительными доказательствами существования Атлантиды в пределах последних двенадцати тысяч лет, то мы можем теперь перейти к выяснению ее точного местоположения.

Одна из наиболее популярных гипотез связывает местоположение Атлантиды с Саргассовым морем. Хотя Саргассово море — один из самых доступных районов на земле, но оно отличается неясностью природных особенностей, даже больше очевидных, чем в случае с Эверестом или пустыней Гоби. На легенду о большой области Атлантического океана — о целом плавающем континенте из морских водорослей, расположенном от берегов Соединенных Штатов не дальше, чем Бискайский залив от наших собственных, не особенно обращают внимание — в основном из-за массового невежества в области океанографии.

В самые последние годы часто поступали удивительные сообщения о том, что на обширном пространстве Саргассова моря находят целые флотилии покрытых морскими водорослями судов, древних и современных, от трирем[17] из Тира до старых пароходов. Это конечно же преувеличение. В действительности мореплаватели обходили Саргассово море стороной по многим причинам. Можно с уверенностью говорить, что никакой современный океанский лайнер не станет пленником его подводных зарослей, если вдруг и встретит их. Тем не менее, как мы видим, есть вполне достоверные свидетельства того, что в прошлом множество трудностей подстерегало суда в плавании по Саргассову морю, даже если они и не попадали в его сети.

Саргассово море занимает площадь по крайней мере в 3000000 квадратных миль, охватывая пространство, простирающееся от 30-го градуса западной долготы до Антильских островов и между 40-м и 20-м градусами северной широты. И это еще относится только к той части моря, которая содержит не меньше пяти процентов морских водорослей. Но естественный регион Саргассова моря, включающий не только заросли бездны, но также и участки со спокойной водой и относительно высокой температурой на любой глубине, — этот регион охватывает по крайней мере 5400000 квадратных миль, что лишь немного уступает половине Европейского континента.

Характерная для этого почти уникального океанского региона морская растительность принадлежит к роду коричневых водорослей и называется Sargassum bacciferum, на разговорном языке — заросли бездны. Ее можно легко узнать по специфическим маленьким пузырькам, похожим на ягоды. Считается, что количество этих водорослей постоянно пополняется растениями, которые волны отрывают от североамериканского побережья и гонят по морю, пока они наконец не накапливаются в большом атлантическом водовороте, который окружает Саргассово море. Считается, что взрослые растения постепенно теряют свою плавучесть и погибают, оседая на глубокое дно. Там они покрываются белыми заплатами полипов, червями, живущими в витых известковых трубках, маленькими рыбками, крабами, креветками и моллюсками — все они обладают замечательной способностью к мимикрии, хотя ни один из этих видов не принадлежит к естественной фауне открытого моря.

Экспедиция «Arcturus», проведенная под руководством доктора Биба, из Нью-Йоркского зоологического общества, которая сейчас исследует эти таинственные области обремененного водорослями океана, некоторое время назад сообщила нью-йоркским газетам по радио, что удалось рассмотреть вулканическую породу и губчатые отложения на дне Саргассова моря. Главная цель экспедиции состоит в том, чтобы определить, сдуваются ли водоросли в Саргассово море с побережий или они размножаются на месте, а также исследовать и сфотографировать его удивительные формы жизни.

Несомненно, в Саргассовом море обитает несметное количество морских рыб и других существ: ракообразных, моллюсков всех размеров — вероятно, от гигантских до микроскопических. Это место кормежки многих разновидностей птиц. Некоторые ученые предполагают, что, поскольку все живое на верхнем ярусе этой морской зоны умирает и опускается далее ко дну, это должно поддерживать разнообразную и удивительную подводную жизнь на различных глубинах. Эти глубины от самого дна будут исследованы при помощи тралов, землечерпалок, крюков, западней и других механизмов. Живые и мертвые экземпляры местной флоры и фауны также представляют интерес. Рыбы с неимоверных глубин, которые буквально взрываются при подъеме на поверхность из-за разности давления, будут собраны в специальном аппарате, поддерживающем нужное давление, а после адаптации их будут содержать живыми в особенных резервуарах-аквариумах.

Научный взгляд на проблему Саргассова моря обобщил лейтенант американского флота Дж. К. Соули, который в своей «Циркуляции вод Северной Атлантики» говорит, что юго-восточный рукав Гольфстрима «течет в направлении Азорских островов, где отклоняется холодом, идущим с севера, а затем вливается в центр Атлантического бассейна, где и теряется в мертвых водах Саргассова моря». Комментируя это, гидрографический отдел США отмечает: «Возникающие в результате вращения земли динамические силы заставляют перемещающиеся в Северном полушарии массы отклоняться вправо. Из-за этого водоросли, которые Гольфстрим несет из тропических морей, мчатся к внутреннему краю водоворота, вращающегося по часовой стрелке вокруг центра Северной Атлантики. В этой центральной части поток поверхностных вод не устойчив ни в каком направлении и, следовательно, плывущие водоросли имеют тенденцию скапливаться именно там. Это накопление, очевидно, наиболее заметно в треугольной области между Азорскими и Канарскими островами, а также островами Зеленого Мыса, но много водорослей также найдено к западу оттуда, в районе, растянувшемся до 70-го меридиана. Количество водорослей в Саргассовом море колеблется в зависимости от изменения фактов, объясняющих их присутствие, но гидрографический отдел не располагает достоверными данными о том, что это когда-либо существенно препятствовало судоходству».

Очевидно, это касается современных условий. Гигантская масса похожих на веревки водорослей Саргассова моря едва ли может препятствовать движению современных судов, оборудованных мощными винтами, но она, вполне вероятно, значительно препятствовала веслам галер, на которые древние и средневековые мореплаватели полагались во время штиля. Да и при обычном ветре маленькие суда вряд ли могли свободно продвигаться сквозь водоросли. Как мы уже видели, очень многое доказывает, что в древние времена Атлантика была несудоходна и что Саргассово море прежде занимало большую область. Если заросли бездны не препятствовали мореплавателям, то нам трудно объяснить предупреждения и жалобы античных географов. Сегодня, когда океанские маршруты и фарватеры устанавливаются с необходимой точностью, когда капитаны кораблей получают сведения о том, какой район лучше обойти стороной, нам вряд ли стоит ожидать сообщений о каких-либо навигационных трудностях. Но все же древняя недобрая слава Саргассова моря до сих пор имеет определенное основание.

Вспомним, что Платон в своем диалоге, говоря о проваливающемся в пучину континенте Атлантида, отмечает, что «море в этом месте по сей день несудоходно и недоступно из-за обмеления, вызванного огромным количеством ила, который оставил после себя осевший остров». «Очевидно, — говорит В. Х. Бэбкок в своих „Легендарных островах Атлантики“, — что Платон не написал бы так, если бы не полагался на общеизвестную репутацию этой части океана как трудной для навигации».

Около 1850 года Моури определил Саргассово море как «столь плотно опутанное зарослями бездны, что проходящие через него суда часто снижают скорость. Глядя на него с небольшого расстояния, кажется, что поверхность достаточно твердая и по ней можно даже ходить. Там всегда можно увидеть лоскутья морских водорослей, плывущие по самой границе Гольфстрима. Если, например, поместить частицы пробки, мякины или любую другую плавучую субстанцию в бассейн и придать воде круговое движение, все легкие частицы соберутся вместе в центре, где движение наименьшее. Именно таким бассейном является Атлантический океан, движением воды — Гольфстрим, а центром водоворота — Саргассово море. Колумб первым нашел это заросшее водорослями море во время своего путешествия; там оно и осталось до сих пор, перемещающееся вверх и вниз и изменяющее свое положение в зависимости от сезона, штормов и ветров. Точный контроль его размеров, проводившийся в течение последних пятидесяти лет, показывает, что его серединное положение с того времени не изменилось».

Древняя легенда связывала Саргассово море с погибшей Атлантидой, и многочисленные авторы верили в это, считая, что именно в этой области следует искать затонувший остров Платона. Как бы то ни было, водоросли Саргассова моря, по всей видимости, сохраняются там уже в течение тысяч лет. Водоросль той же самой разновидности, что и в Саргассовом море, обнаружена и в Тихом океане к западу от Калифорнии, где, как уже точно известно, прежде была земля. То, что земля, некогда возвышавшаяся над водой, теперь погрузилась ниже Саргассова моря, кажется очевидным. Большая отмель, отмеченная несколькими экспедициями, которые занимались исследованием Атлантики во второй половине XIX века на судах «Гидра», «Дитабриз», «Челлинджер», «Дельфин», частично совпадает с областью Саргассова моря. Эта отмель начинается южнее побережья Ирландии, на 53-й параллели, простирается в сторону Азорских островов и идет далее к африканскому побережью. Общая высота этого большого горного хребта, или плато, — около 9000 футов над дном Атлантики. Другие огромные отмели простираются от Исландии почти до южноамериканского побережья, где они примыкают к древней территории затонувшего острова Антилия. Прямо над этой областью, где сходятся большие затонувшие плато — между 40-ми и 60-ми градусами западной долготы и 20-ми и 40-ми градусами северной широты, — наблюдаются самые плотные скопления водорослей в Саргассовом море. Судя по всему, это лучшее свидетельство того, что водоросли размножаются сами по себе, а не дрейфуют от североамериканских берегов или вместе с Гольфстримом, как прежде полагали океанографы. Но по всей вероятности, этот вопрос будет прояснен сообщениями экспедиции «Arcturus», исследования которой, вне всякого сомнения, просветят нас относительно одного из наиболее любопытных явлений морского мира, о глубоких тайнах которого мы знаем так мало.

Вполне можно надеяться, что будет получено надежное свидетельство совпадения области Саргассова моря с областью затонувшей Атлантиды. Также желательно было бы получить доказательство того, что водоросли, из которых во многом состоит Саргассово море, как-то связаны с осколками затонувшего континента. Эту гипотезу поддерживает не только совпадение Саргассова моря с гипотетическим местоположением Атлантиды. С этим предположением согласуются и античные ссылки на то, что скопление водорослей в Саргассовом море, очевидно, занимало ранее большую территорию.

Конечно, мы должны здесь рассматривать район Атлантиды только на той стадии ее существования, когда там жили люди. Практически все геологи согласны с тем, что в миоцене, или в позднем третичном периоде, она все еще сохраняла континентальный характер, доминируя в Северной Атлантике, но многие также полагают, что она именно тогда и исчезла. Другие, мнение которых мы разделяем, думают, что к концу рассматриваемого периода Атлантида начала распадаться вследствие вулканических и сейсмических процессов. Этот распад, как мы полагаем, закончился формированием островов Атлантида и Антилия. Последний пока можно подробно не рассматривать. Каким же в точности было географическое положение острова, известного как Атлантида, в период, когда его древние жители — кроманьонцы — начали переселяться оттуда в Европу?

Этот остров, говорит Платон, был расположен перед Геракловыми столпами, (современный Гибралтарский пролив); он было больше Ливии (греческое название средиземноморской Африки) и Азии (Малая Азия во времена Платона), вместе взятых. Это равнялось территории приблизительно 2650000 квадратных миль, что на 350000 миль меньше Австралии. Предположим, что остров находился, как пишет Платон, непосредственно перед и невдалеке от испано-африканских побережий (исходя из того, что часть этих берегов назывались гадирическими). Тогда мы должны подумать о суше, которая простиралась на запад по крайней мере до 45-го градуса западной долготы и с севера на юг почти от 45-го градуса и до 22-го градуса северной широты. Эта область включает в себя не только Азорские и Канарские острова, но и большую часть Саргассова моря, хотя и не самую плотную, и лежит непосредственно над большими отмелями, окружающими Азорские и Канарские острова. Если мы будем считать Канарские острова юго-восточной оконечностью Атлантиды (которая не могла быть дальше — иначе она задела бы африканское побережье), а Азорские острова — ее северной границей в рассматриваемый период и продлим ее на запад до 45-го градуса, мы не только получим область, соразмерную с той, что упомянул Платон, но и увидим естественные черты, поразительным образом сохранившие следы ее присутствия. Вполне вероятно также, что исконная территория Атлантиды могла совпадать со всей областью Саргассова моря.

Как я уже сказал, это относится к последней фазе Атлантиды, от 23000 года до н. э. до приблизительно 9600 года до н. э., когда она, согласно Платону, окончательно затонула. Естественно, за это время она могла претерпеть некоторое сжатие своих границ, как это случалось и ранее, но конечно же Платон должен был располагать информацией, которая позволила бы ему сделать достаточно четкие утверждения, столь явно соответствующие природным свойствам Атлантического бассейна, подводным и надводным. Мне кажется, что В. Скотт-Эллиот в интересной книге «История Атлантиды» или М. Гаттефоссе в «La Verite sur L'Atlantide» уделили недостаточно внимания этим свойствам, когда вычерчивали свои великолепные карты.

Последний обломок Атлантиды — остров Посейдоний, как показано на карте Скотта-Эллиота, — расположен далеко от испано-африканских берегов, но если учитывать прежнее существование африканского «шельфа» и свидетельство Платона, то он, по всей вероятности, не мог быть там, то же самое можно сказать и о гипотетической карте Атлантиды в третичный период Гаттефосса. Если же в действительности континент-остров лежал «перед устами пролива», как говорит Платон, и болота, образованные его погружением, препятствовали навигации в самом устье пролива, как утверждают Аристотель и Скилакс из Карианды, то остров, разрушение которого вызвало все эти последствия, по логике вещей должен был находиться в непосредственной близости от Геракловых столпов.

Реконструированная карта Бори де Сен-Венсана, составленная с учетом не только рассказа Платона, но и Диодора Сикула, в большей степени соотносится с фактами, предоставленными этими авторами, но, по-моему, все же необходимо внести определенные коррективы и показать Атлантиду, простирающуюся дальше к северу, почти сталкивающуюся с Гибралтарским проливом и подбирающуюся ближе «под гору Атлас», как указывает Диодор. Более того, карта никак не отражает близость с «гадирическим» регионом Испании.

Самая последняя версия местоположения Атлантиды была предложена М. Ф. Бутаваном в его «La verite Histoire de L'Atlantide». Он верит, что Атлантида была расположена внутри Гибралтарского пролива и что она в действительности была частью древнего побережья, на котором теперь располагаются Тунис и Триполи. Он думает, что окружающее Атлантиду «море», на которое ссылался Платон, было на самом деле Тирренским морем. Бутаван также сомневается в хронологии Платона, опираясь при этом на гидрологические и океанографические аргументы. Его теория столь же замечательна, сколь и изобретательна, — он идентифицирует несколько островов, оставшихся теперь от затонувшего побережья Триполи с островами, на которые ссылался Прокл в своем комментарии к «Тимею», считавший их смежными с Атлантидой. Он представляет доказательство, что эта часть Средиземноморья была особенно трудна для навигации, и считает, что это, вероятно, и было то особенное место, на которое ссылался жрец Саиса. Далее он пытается подтвердить свою теорию филологическими свидетельствами и даже включает сюда историю пересечения Красного моря древними евреями! Его эссе очень интересное и изобретательное, однако не стоит расценивать его как ценный вклад в изучение истории Атлантиды.

Далее перед нами стоит следующий вопрос: каким образом Атлантический океан приобрел свое название (то есть имя Атласа)? Разве не было это результатом того, что память об Атлантиде, континенте-острове, некогда занимавшем значительную часть этого океана, сохранилась вплоть до исторических времен? «Атлантида» — родительный падеж или притяжательная форма от «Атласа», означающая «принадлежащее Атласу», а слово «Атлантика» — просто прилагательное, образованное от этого слова. Самые распространенные словари определяют значение этого слова как «имеющий отношение к Атласу». Смит считает океан «названным по имени горы Атлас... от более грубой формы Атланти». Само же имя «Атлас» означает «поддерживающий», или «держатель», и происходит от санскритского корня «тал», означающего «переносить». В этих вопросах всегда всплывает некое «но», — например, кажется удивительным, что история острова Аталанта, расположенного около Эвбеи, самого большого острова Эгейского моря, несколько напоминала историю Атлантиды. Страбон в своей первой книге (3, 20) говорит: «И они говорят также об острове Аталанта около Эвбеи, срединные земли которого раскололись на части. В результате разлома получился судоходный канал, а некоторые из равнин были затоплены на целых двадцать стадиев, так что даже трирема была поднята из доков и ударилась о стену». Диодор Сикул говорит, что Аталанта была раньше полуостровом и что она была разрушена землетрясением, произошедшим далеко от материка. В данном случае оба автора, очевидно, обращаются к землетрясению, которое произошло в 426 году до н. э., или за год до рождения Платона. Платон, должно быть, узнал об этом происшествии. Существовала также история соседнего острова Эвбеи, согласно которой он также был отделен от Беотии землетрясением.

«Эпитет „Атлантика“, — говорит доктор Смит в своем „Классическом словаре“, — применялся к этому району в силу мифического местоположения Атласа на его берегах». Следовательно, эта местность называлась так в честь Атласа — титана или бога. Но когда же впервые было дано это название? Гомер ссылается на эту местность как на «океан», сам Платон называет ее уже «Атлантикой», как будто это было хорошо знакомое ему название.

Мы же можем заключить, что остров-континент Атлантида во время своего погружения простирался от входа в Средиземноморье до 45-го градуса долготы, а с севера на юг приблизительно от 45-го до 22-го градуса широты.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Вера Буданова.
Готы в эпоху Великого переселения народов

Роберто Боси.
Лапландцы. Охотники за северными оленями

И. М. Дьяконов.
Предыстория армянского народа

Эрик Чемберлин.
Эпоха Возрождения. Быт, религия, культура

Т.Д. Златковская.
Возникновение государства у фракийцев VII—V вв. до н.э.
e-mail: historylib@yandex.ru
X