Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Любор Нидерле.   Славянские древности

Добыча металлов и их обработка

   Не подлежит никакому сомнению, что славянам были известны основные металлы, а именно золото, медь, серебро, олово и железо, уже в эпоху их единства. Золото, медь и олово были известны в Центральной и Северной Европе с конца III тысячелетия до н. э., а железо – с конца второго тысячелетия, хотя собственно железный век начинается несколькими столетиями позже. При таком условии невозможно, чтобы эти металлы остались неизвестными и славянам Прикарпатья. Это подтверждается также данными индоевропейского сравнительного языкознания. Хотя только два слова – «медь» и «серебро» (славянская форма которых утрачена) – имеют общую форму (санскрит, ayas, авест. ayah, лат. aes, готск. aiz, древнеинд. rajatam, авест. erezatam, армянск. arcath, лат. argentum, древнеиранск. argat), но о наличии у славян издавна таких слов, как «золото», «серебро», «олово» и «железо», свидетельствуют термины, общие с терминами германцев или балтов:

   слав, железо; прусск. gelso; лит. gelżis; латв. dzelzs; слав. злато; латв. zelts; гот. gulp;

   слав, сьребро; лит. sidabras; гот. silubr;

   слав, олово; прусск. alvis; латв, alva; лит. alvas.

   На этом основании общеславянские названия для золота, серебра, олова и железа можно считать древними, праславянскими, и, следовательно, эти металлы были давно уже известны славянам. Только вместо праарийского aj os у славян установилось другое название – медь, впрочем, также древнее, так как это термин общеславянский, засвидетельствованный в древнейших текстах. Славянское слово руда столь же древнее, так как уже в эпоху индоевропейской первобытности оно перешло из шумерского urudu к финнам и соседним индоевропейцам2. Зато славянские названия олова (tin) и латуни (mosaz) заимствованы из немецкого языка.



   Наковальня с клещами из г. Власлава (по Й.Л. Пичу)



   Прямые доказательства добычи и обработки металлов славянами можно привести, разумеется, только со времен исторической эпохи. Также и археологические свидетельства весьма многочисленны и бесспорны лишь со второй половины I тысячелетия н. э. Металлические вещи, встречающиеся на поселениях и в погребениях той эпохи, славяне частично получали из чужеземных стран путем торговли, частично выделывали сами, сами же добывая металл, в особенности со времени расселения славян по их историческим землям, где они заняли старые покинутые рудники или же открыли новые3. В частности, золота было достаточно в некоторых реках, а также в глинистых пластах Чехии, Моравии, Силезии, Полыни и Померании, а главным образом в старых римских рудниках Венгрии, Семиградья и Балканского полуострова, где в VI и VII веках повсюду появились славяне. Однако большая часть золота доставлялась все же с чужбины; так, на Русь оно привозилось с Урала и Алтая, с территории Акмолинской и Семипалатинской областей, так же как и серебро, которым изобилуют русские находки X и XI веков.





   Железные и медные котлы

   1, 2 – из погребения около деревни Сязниги на р. Паше; 3, 4 – из Гнёздова.



   Серебра много также в соседней Малой Азии, Армении и Персии. Но у южных и западных славян было в то время достаточно и своего серебра, особенно в чешских и польских землях, где известно много древних рудников, в которых добывалось серебро. При производстве серебра (из галенита) вырабатывался и свинец, который часто служил приплавом для тогдашней бронзы, а также наряду с оловом – металлом, имитирующим серебро. Наличие олова в Чехии в X веке (очевидно, из рудников в Крушных горах) подтверждает Ибрагим ибн Якуб4. Но наряду с этим сплав олова с медью – бронза – был одним из предметов ввоза в славянские земли. Появление бронзы в конце языческого периода нам мало известно, и ее относительно немного, так как в то время у славян преобладает серебро. В Россию медь поступала главным образом из рудников Урала и Хорасана, а вместе с ней, по всей вероятности, и готовая бронза5. Производство меди у славян было незначительным. Больше всего славяне занимались выплавкой железа. Железо добывали из рудных месторождений лимонита, магнетита и гематита, которые имелись в достаточном количестве во всех славянских землях, и плавили в плавильнях – небольших печах, сделанных из глины, применявшихся в Чехии и Польше уже в доримскую6 эпоху; в этих печах получали либо ковкое железо, либо сталь, конечно, не совсем чистую, так что ее нужно было затем обрабатывать ковкой.



   Глиняная славянская чаша из Костриц около Геры





   Серебряная чаша из погребения в Таганче у Канева



   Обработка металлов производилась двумя основными способами: ковкой холодного или раскаленного металла и литьем расплавленного металла в формы. Оба этих технических приема мы встречаем у древних славян.

   Хотя о литье металла и нет исторических сообщений, но об этом процессе свидетельствуют многочисленные находки литых изделий, прежде всего украшений. Литейных форм найдено мало, и они не представляют большого интереса7. Зато кузнечное дело засвидетельствовано не только множеством орудий и оружия, но и упоминанием исторических источников о кузнецах (fabri, fabri armorum), кроме того, древностью слова ковать и производимых от него слов (коей, ковачъ, коваль и т. д.), так же как и находками кузнечных инструментов в славянских городищах. На городище Власлав у Тшебенец в Чехии найдена наковальня с большими клещами.

   Предметами, изготовлявшимися способом ковки, были, во-первых, разные хозяйственные орудия и предметы: косы, серпы, пилы, топоры, молотки, клещи, гвозди, цепи, замки, ключи, колокольчики и т. п., затем разнообразное оружие, о котором мы будем подробно говорить в главе XI. Сюда относится также ряд сосудов: большие котлы из железа и меди для подвешивания над огнем (несколько таких котлов различной формы было найдено в русских могилах)8 и более тонко сделанные металлические кувшины и кубки, которые, однако, почти все без исключения являются изделиями чужого производства, попавшие в славянские земли путем торговли, а золотые и серебряные сосуды – просто в качестве даров. Варварские князья получали подобные дары от византийских императоров. Местных славянских имитаций этих вещей очень мало, и они относятся к более позднему времени. Наиболее древней из них является глиняная имитация, найденная близ Костриц и хранящаяся в музее в Гере9.

   Если в изготовлении металлической посуды славяне X и XI века отставали, то этого нельзя сказать о тонком ювелирном деле в целом. В этом отношении славяне достигли уже известных высот мастерства.

   До X века нельзя говорить о развитии ювелирного производства у славян. Их прародина была страной торговых дорог и художественных влияний. Только когда они проникли на Дунай, Балканский полуостров и к Черному морю и оказались в непосредственной близости к римским и греческим городам, когда у них постоянно перед глазами было множество украшений, изготовленных в тамошних мастерских, только с этого времени мы имеем основание полагать, что и у славян появилось стремление иметь подобные драгоценности и имитировать их. Но еще долго мы не находим подтверждения результатам этого стремления ни в письменных источниках, ни в археологии. Возможно, что, например, некоторые типы грубых фибул так называемого готского типа, найденные в центре России, были изготовлены в славянских мастерских на Днепре или на Оке, но доказать этого нельзя. Лишь начиная с X века можно проследить существование у славян мастеров золотых и серебряных дел и говорить о развитии славянского золотообрабатывающего производства.

   Начало этого развития связано на западе с расцветом этой отрасли производства в Германии и Франции в эпоху Карла Великого и его преемников, а на Востоке – с тесным общением славян с Азией и Византийской империей во времена князя Владимира. Так, например, мы читаем в легендах, что еще чешский князь Вацлав вызывал aurifices et argentarios из чужеземных стран, желая украсить пражский костел, но уже в XI веке в чешских документах упоминаются чешские мастера золотых дел со славянскими именами: «qui toreumata facit, Nema» – «aurifex Coiata» (1046), «Prowod aurifex et filius eius» (1185); кроме того, «artifices auri et argenti» упомянуты польскими документами XII и XIII веков10.



   Браслет и перстни из петербургских и гдовских курганов (по А. Спицину)



   Неизвестно, славянскими или чужеземными мастерами были сделаны замечательные украшения и оружие идолов поморских и руянских богов, но несомненно, что покрытые золотом и серебром головы этих, а также и русских идолов, которых Владимир поставил на Киевском холме, не могли быть изготовлены христианскими золотых дел мастерами греческого или римского происхождения. О балканском округе нам известно, что архиепископ Лаврентий из Спалато в 1060 году послал своего человека в Антиохию для обучения там ювелирному делу, а в другой грамоте, относящейся к 1080 году, упоминается Grubiz aurifex, имя которого славянское11. Наличие на Руси в X и XI веках знаменитых ювелирных мастерских подтверждается раскопками. Великий князь Владимир привез в 988 году из Корсуни (Херсона) первые предметы церковного обихода для киевского храма, а также вызвал мастеров из Греции12; эти мастера создали в Киеве постоянные мастерские, положив тем самым начало славянской ювелирной школе.



   Элементы чеканного орнамента



   Подобные мастерские появились снова и в Великом Новгороде, Рязани, Суздале (здесь, в частности, ювелирное мастерство достигло огромного расцвета в XII и XIII веках, сюда приходили мастера из различных земель), Владимире и Чернигове. Уже в 996 году мы читаем в летописи, что Владимир приказал отлить серебряные ложки для всей своей дружины13. С этим связано то, что среди многочисленных драгоценностей, встречающихся в русских могилах и городищах X–XII веков, часть вещей носит несомненно славянский характер, например, некоторые типы ожерелий, браслетов, перстней, главным же образом серег и височных колец, которые мы уже рассматривали выше, в IV главе. В этом материале есть явные славянские подделки под чужие образцы, например, под византийскую эмаль. Наконец, киевский археолог В. Хвойко нашел на месте древнего киевского града близ Десятинной церкви остатки ювелирной мастерской с тигельками, в которых осталась расплавленная эмаль14.

   Техника ювелирного дела состояла в том, что основная форма украшения заготовлялась либо на небольшой наковальне при помощи тонких инструментов, либо отливалась в форме с грубым, резко выступающим рисунком15. Последующая более тонкая обработка поверхности производилась при помощи специальных приемов, носивших иноземное происхождение, но быстро распространившихся среди славян с началом развития у них ювелирного ремесла.



   Серебряные украшения из клада, найденного в Рудельсдорфе около Немче в Силезии



   Наиболее излюбленным ювелирным приемом славян стала филигрань двух видов. При первой из них поверхность украшалась узорами, выполненными при помощи припаянной скрученной проволочки или цепочки, второй вид составляли декоративные линии и фигуры, чаще всего треугольники, сделанные из мелкой припаянной зерни (filigrane granule – гранулированная филигрань). Оба вида были известны как в южной Европе, так и на Востоке. В Центральной Европе они появились в латенскую эпоху, и оттуда в римскую эпоху (на востоке от Черного моря еще раньше) филигранные предметы стали проникать и к славянам. Но наибольшее распространение филигрань приобрела лишь в IX–XII веках, когда в славянские земли ввозилось из Византии и с Востока множество украшений и других дорогих вещей, на которых филигрань, в особенности зернь, была очень частым декоративным приемом орнаментации по серебру или золоту.



   Клад украшений, покрытых филигранью и чернью, найденных в Спасском уезде Казанской губернии (по А. Спицину)



   Украшения, которые встречаются в многочисленных кладах серебра, сопровождаемых куфическими монетами IX и X веков, все без исключения отделаны зернью или тонким проволочным узором. Эти последние настолько понравились славянам, что они не только покупали и носили подобного рода украшения, но и имитировали их, вернее сказать, делали заново такие же украшения. По большей части это разные височные кольца и серьги (см. о них выше, на с. 342) – частью славянского происхождения, частью – иноземного.

   Эти иноземные украшения, отличающиеся необычайно тонким мастерством, были изготовлены где-то в западной Азии, в пункте, до сих пор не установленном, вероятно, в Самарканде16.

   Наряду с филигранью, припаянной к поверхности, на славянских предметах того времени часто встречается техника чеканного орнамента, когда поверхность украшалась точками, кружками, крестиками, треугольниками, звездочками, нанесенными на металл при помощи пуансонов. Этот прием также иноземного, вероятнее всего, галло-германского происхождения получил начиная с римской эпохи широкое распространение в германских землях, а отсюда проник вместе с изделиями скандинавского ремесла и к восточным славянам на север Руси. В других местах он встречается реже.

   Большую популярность получили у славян и приемы, придававшие украшению многоцветность; к ним относятся, кроме широко распространенного обычного приема покрытия поверхности предмета другим металлом, главным образом золотом17, техника инкрустации драгоценными камнями и стеклом, так наз. verroterie cloisonnee, затем покрытие эмалями и еще один вид инкрустации, так наз. tausia (золотые и серебряные узоры на стальных изделиях) и niello – все эти приемы опять-таки иноземного происхождения, но они получили большее или меньшее распространение в славянской индустрии в X–XII веках.

   Наименьшее распространение получила у славян verroterie cloisonnee, так как время ее расцвета уже миновало к тому периоду, когда славяне начали заниматься ювелирным делом. Эти древние орнаментации, первые образцы которых мы встречали уже в древнем Египте и Халдее, а позднее в Персии и Туркестане, где повсюду в изобилии встречались цветные драгоценные камни, проникли в греческое искусство, которое в последние века нашей эры создало вещи, инкрустированные драгоценными камнями (гранатами, бирюзой) или янтарем и стеклом для варваров южной России. Здесь, главным образом в мастерских Пантикапея, в III–IV веках н. э. было положено начало новому виду ювелирной индустрии, создавшей с помощью этой инкрустации особый стиль, который распространился в IV и V веках по всей Европе и сохранялся вплоть до VIII века, – это так называемый готский, или меровингский, стиль18. Отдельные драгоценности, украшенные в этом стиле, попадали в ту эпоху и в области, заселенные славянами, что вполне естественно и подтверждается находками19. Вообще же этот стиль у славян распространения не получил. О нем нет сообщений, а в могилах славянских земель очень мало инкрустированных таким способом вещей, хотя славяне любили стекло и ожерелья из стеклянных бус у них всегда многочисленны.

   Гораздо более распространенной и вызвавшей у славян многочисленные подражания была другая орнаментация, также привлекавшая славян своей многоцветностью, но выполнявшаяся в иной технике, а именно в технике эмалей. Что касается эпохи древности, то тут мы различаем два способа покрытия эмалью: перегородчатая эмаль, когда расплавленная стеклянная масса наливалась между перегородками из проволоки, припаянной на поверхности металла, и выемчатая эмаль, наливавшаяся в сделанные на поверхности ямки. Эмаль также была изобретена на Востоке. В Египте эмаль употреблялась по меньшей мере уже в птолемеевскую эпоху (более древние вещи украшались лишь стеклянными пластинами, вставленными в холодном состоянии), а возможно, еще и раньше. Очевидно, отсюда техника эмали проникла в Европу, скорее всего в Массилию (Марсель), Галлию и затем в Италию, где такие вещи в большом количестве изготовлялись в I–IV веках н. э. для варварских народов20. Позднее и Византия заимствовала у Востока (Персии) технику эмали и достигла в этой области в X и XI веках замечательных результатов, тогда как в остальной Европе лишь в отдельных местах сохранились незначительные остатки римских эмалей.



   Бронзовый крест с эмалью русской работы из Белой Церкви (Васильковский уезд Киевской губ.)



   Эмаль проникла и к славянам, где приобрела значительную популярность. Из немецких мастерских на Рейне и в верхнем течении Дуная происходят, по всей вероятности, так называемые кетлахские эмали, очень популярные в VIII и IX веках среди славян альпийских земель; из прусско-литовских мастерских, в свою очередь, поступала в Россию в V–VII веках варварская эмаль мошчинского типа21; кроме того, из византийских мастерских образцы эмалей поступали в главные русские города и на Кавказ, где повсюду в XI и XII веках вызывали более или менее удачные подражания при производстве золотых украшений (крестиков, энколпионов, диадем, серег, нагрудных блях с изображением святых, так называемых барм и т. п.). В Киеве, как я уже говорил, В.В. Хвойко нашел и мастерскую того времени, изготовлявшую эмаль. Примером русского мастерства служит покрытый эмалью шлем князя Ярослава приблизительно 1200 года22 и крест из Белой Церкви на Киевщине (рис. на с. 478).





   Серьги и пряжки с эмалью кетлахского типа из славянских могил в Крунгле (по О. Фишбаху)





   Декоративные элементы, выполненные чернью и позолотой



   По сравнению с техникой эмали далеко позади остаются два последних приема: позолота и чернь, техника которых состоит в том, что на гладкой золотой или обычной серебряной поверхности наносят черненый рисунок (niello) либо по железной поверхности наносят серебряный или золотой рисунок (tausia)23. Оба этих приема мы встречаем в избытке в римском производстве императорской эпохи, в особенности в III и IV веках н. э. Техника позолоты, достигшая в VI и VIII веках столь значительного развития у германцев, у славян вообще не получила распространения, за исключением Балканского полуострова, где сохранилась до исторических времен. Черни подражали больше, но не римской, а византийской и восточной X и XI веков. В России чернь употреблялась и позднее.


2 См. дальнейшие подробности в «Źiv. st. Slov.», III, 207.
3 Древними славянскими терминами для рудников, которые встречаются в средневековье, были доль, мн. ч. долы, яма или термин, получивший широкое распространение у славян, но заимствованный из латинского языка, бана (лат. balnea). См. «Ziv. st. Slov.», III, 212.
4 Ibrahim (ed. Westberg), 20. Однако текст не совсем ясен.
5 Русская северная бронза X–XII вв. отличается полным отсутствием олова, зато в ней много свинца и цинка (то же самое в Чехии). В противоположность этому в пермской и сибирской бронзе значительный процент олова (20–24 %), так же как и в китайской бронзе. Подробности о добыче различных металлов в славянских и сопредельных им землях см. в труде «Ziv. st. Slov.», III, 212–222.
6 «Źiv. st. Slov.», III, 224 и сл. Железные рудники (ferrifodinae) или железные копи (ferrarii) упоминаются в Каринтии уже в X в., а в других местах в XI и XII вв. Много найдено древних печей для плавки железа в Чехии, Моравии, Силезии, Польше и в Юго Западной России, но обычно у нас недостаточно данных, чтобы точно определить, к какому времени они относятся. Тем не менее мы видим, что конструкция печей начиная с доисторических времен и кончая началом истории одна и та же.
7 «Źiv. st. Slov.», III, 231.
8 «Ziv. st. Slov.», Ill, 239. В XI в. медная посуда засвидетельствована в литературе; в это время она упоминается в грамоте вышеградского капитула в Чехии, датированной 1088 годом: «Odolen caldarius».
9 Там же, 241. Золотая и серебряная посуда встречается либо в отдельности (и в могилах, например, у Таганчи близ Канева или в могиле у Колина в Чехии), либо в кладах, зарытых славянскими или неславянскими князьями в тяжелые военные времена. Наиболее известными из таких кладов являются золотая посуда IX в., найденная в 1799 г. у Надь Сент Миклоша в Венгрии, клад, найденный в 1902 г. у Врапа в Албании (VIII в.), и обнаруженный недавно в 1912 г. клад у Малого Перещепина в Полтавской губернии (VIII в.). См. о них «Ziv. st. Slov.», III, 238. О находках в России серебряной и золотой посуды восточного происхождения см. прекрасную работу Я.И. Смирнова «Восточное серебро», СПб., 1909.
10 См. подробности в «Źiv. st. Slov.», III, 224. Чешская грамота церкви Болеслава, датированная 1046 годом, написана столетием позже.
11 Thomas, Hist, salon., XVI; грамота Петра Чрна (Racki, Documenta, VII.131).
12 Лаврентьевская летопись, 116, 121.
13 Там же, 126.
14 «Źiv. st. Slov.», III, 246.
15 Отдельные части предметов соединялись друг с другом при помощи склепывания или спаивания. Оба эти способа мы видим на славянских изделиях, но первый преобладает («Źiv. st. Slov.», III, 248–250).
16 Подробности см. в книге «Ziv. st. Slov.», III, 250–260.
17 См. «Źiv. st. Slov.», III, 292 и сл.
18 Подробнее см. «Źiv. st. Slov.», III, 264–273.
19 В частности, например, в центральную Россию, затем в Подунавье в Чехию. См. «Źiv. st. Slov.», III, 270 и Niederle, Merovejska kultura v Cechach («Pamatky archeologicke», XXX, 1918, 1).
20 Вся эта история эмали в Европе изложена подробно в книге «Źiv. st. Slov.», III, 274–291.
21 См. работу de Вауе, Les bronzes emailles de Mostchina, Paris, 1891. Кетлахский тип называется так по славянскому погребению у Кетлаха в Нижней Австрии (Винер Нейштадт).
22 Н.П. Кондаков и И. Толстой, Русские древности в памятниках искусства, VI.86. См. рис. 126.
23 Побробнее об этом см. «Źiv. st. Slov.», III, 295–302.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Иван Ляпушкин.
Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства

Галина Данилова.
Проблемы генезиса феодализма у славян и германцев

Под ред. Е.А. Мельниковой.
Славяне и скандинавы

под ред. А.С. Герда, Г.С. Лебедева.
Славяне. Этногенез и этническая история
e-mail: historylib@yandex.ru
X