Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Любор Нидерле.   Славянские древности

Уголовное право. Суд

   Первоначально уголовное право осуществляли кровнородственные организации (род, задруга). Обычно кровная родовая месть носила общественный характер, но позднее, когда возникла политическая организация, кровная месть стала на защиту общества от несправедливостей, чинимых народу юстицией.

   История застает славян в тот период, когда кровная родовая месть была еще в полной силе. Существование ее подтверждает Маврикий в случаях, когда гостю наносилась обида. Наглядные доказательства кровной мести, относящиеся к первому периоду христианства, дает нам история чешских Вршовиц и их борьбы с княжеской властью в Праге27. Первоначально и здесь, как повсюду, был в силе принцип «око за око, зуб за зуб», – однако позднее одновременно с этой формой уголовного наказания установилась и более мягкая, когда виновный должен был выплатить материальное возмещение, обычно в гривнах, и наряду с ним требовалась еще и моральная фикция возмездия, сопровождавшаяся специальной церемонией28. Эту систему компенсаций славяне знали, как об этом свидетельствуют постановления договора Олега (по закону русскому) от 911 года29, уже в X веке; но, по мнению Кадлеца, в тот период это еще было исключение и система компенсаций на основе новых государственно-правовых норм только еще возникала. Позднее она, разумеется, распространилась повсюду, но прошло еще много времени, пока княжеской власти удалось полностью искоренить древний обычай кровной мести30. О какой-либо определенной таксе штрафов-выкупов до X века, разумеется, не могло быть и речи.

   Славянскому праву широко была известна взаимопомощь при поимке преступника на месте преступления, например вора при краже или прелюбодея в объятиях чужой жены31. Наказание следовало немедленно и не влекло за собой кровной мести, так как рассматривалось как само собой разумеющееся. Но княжеская власть позднее стремилась и здесь эту взаимопомощь ликвидировать и заменить ее обычным княжеским судом.

   Значительным явлением в славянском уголовном праве была коллективная ответственность (круговая порука) кровнородственных союзов в случае совершения преступления членами этих союзов, причем такая ответственность сохранилась и после того, как кровная родовая месть начала исчезать. За уголовное действие отвечал весь род, община и даже еще более широкие союзы, например целые группы поселений (русск. вервь, сербск. околина, польск. opole, чешек., вероятно, honitva), и целый такой союз обязан был преследовать преступника, а в случае, если он его не задерживал, но следы его вели в какую-то из общин, вся община обязана была либо выдать преступника, либо платить возмещение. В Чехии такая обязательная коллективная ответственность существовала до конца XII века, в Польше она засвидетельствована в XIII веке в книге законов земли крестоносцев, в России – в «Русской Правде», а на Балканском полуострове – в «Законнике Душана» от XIV века32.

   В основе судебной организации первоначально также был родовой союз, и уже в тот период, в ходе постепенного развития традиций, сложилось определенное судоустройство, следы которого мы находим и в позднейших судоустройствах. Первоначально судьями были старейшины родов и семей. Для разрешения споров между различными родами суда и судей первоначально не было, поскольку, как мы видели выше, используя институт кровной мести, роды добивались непосредственного возмездия за нарушенное право. Но уже и тогда для прекращения споров избирались и высылались посредники, являвшиеся чем-то вроде первых судей в спорных делах. Помимо этого, все участники спора, все члены родового союза, чувствуя коллективную ответственность, принимали участие в споре о том, как поступить в случае несправедливости, нанесенной кому-либо из членов их союза или, наоборот, кем-либо из них совершенной. Таким образом, это был суд коллективный, но и в нем, поскольку речь шла о приговоре, главное слово, естественно, принадлежало нескольким самым старшим и самым мудрым членам союза.

   Так постепенно возник постоянный корпус судей и знатоков правовых традиций в родовых распрях, и таким же образом возник и суд жупный, или племенной, когда род уступил место этой более высокой ступени объединения33. Постоянный судебный аппарат, разумеется, возник лишь после образования монархических государств, в которых помощниками князя были знатоки права, являвшиеся советниками князя при вынесении приговора.

   О том, что у славян еще до X века существовали органы судебной власти, свидетельствуют такие общеславянские и древние термины, как spdb – indicium, sędij – index, sęnditi – indicare34. Древние источники знают также «хороших» или «наилучших» людей (boni homines), являвшихся не чем иным, как судьями, избранными из народа35.

   Более подробно о развитии судоустройства и связанного с этим обращения к суду (citatio), о самом судопроизводстве, о формах жалобы, о присягах и о позднейших ордалиях или судах божьих36, о судебных поединках и судебных приговорах см. подробнее в статье Кадлеца в польской энциклопедии на с. 133–148 и в его работе «Introduction а l’histoire du droit slave»37.


27 См. Maurik., XI.5; Vita Scti Adalberti auct. Canapario, 12, 19; Kosmas, 1, 34, 42, 11, 13, 23. В тексте «Жития Войтеха» имеется упоминание о праве убежища, которое засвидетельствовано и у балтийских славян (см. «Ziv. st. Slov.», II.236).
28 К. Kadlec, I, с. 115–117.
29 Лаврентьевская летопись.
30 К. Kadlec, I, с. 119–120.
31 Первые упоминания о наказании за воровство мы находим в цитированных постановляениях договора Олега от 911 г.
32 Подробности см. у Кадлеца, I, с. 122–127.
33 Первые суды, представлявшие собой большие сходки, происходили в открытых местностях, на городищах, в местах жертвоприношений и т. п.
34 Miclosich, Etymologisches Wórterbuch, 315; Срезневский, Материалы, III.603 (судъ).
35 Подробности см. у Кадлеца, I, с. 128–132.
36 Такие ордалии у балтийских славян язычников упоминает уже Гельмольд, 1.83; у чехов в 1039 году – Козьма Пражский, II.4; у восточных славян «Русская Правда», затем в XIII в. – Варадский региструм (registrum Varadske) (Kadlec, I, с. 141) и др. Здесь же упоминается и их славянское название – «правда».
37 Книга вышла под названием «Introduction a l’etude comparative de l’histoire du droit public des peuples slaves», Paris, 1933. – Прим. чешек, ред.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Валентин Седов.
Происхождение и ранняя история славян

Игорь Коломийцев.
Народ-невидимка

Л. В. Алексеев.
Смоленская земля в IХ-XIII вв.

под ред. В.В. Фомина.
Варяго-Русский вопрос в историографии

под ред. А.С. Герда, Г.С. Лебедева.
Славяне. Этногенез и этническая история
e-mail: historylib@yandex.ru
X