Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Любор Нидерле.   Славянские древности

Мясная пища

   Земли, в которых обитали славяне в X веке, с избытком обеспечивали им пищу, необходимую для существования и сохранения здоровья. Они не ощущали недостатка даже в изысканных блюдах.

   Для мясного стола славяне находили в обширных лесах огромное количество разнообразных животных, прежде всего из семейства оленьих. Помимо этого, хозяйство славян в X веке уже настолько развилось, что они могли выращивать стада мелкого и крупного рогатого скота, главным же образом овец и свиней. Все эти давало им более чем достаточное количество мясной пищи, хотя скот из собственных стад они били лишь в исключительных случаях107.

   Я. Пейскер, пытавшийся доказать, опираясь на относящееся к VI веку108 сообщение Псевдо-Цезаря, что славяне вплоть до X века были вегетарианцами, не имевшими скота, оказался на совершенно ложном пути. Во-первых, сообщение Псевдо-Цезаря Назианского по своему характеру совершенно недостоверно, и к тому же Пейскер перевел его неправильно109. Во-вторых, наличие у славян скота и охота на лесных и степных животных, так же как и употребление славянами в пищу мяса животных, подтверждается большим количеством данных, которые я еще изложу в соответствующем разделе главы VIII. Имеется также несколько непосредственных сообщений о том, что славяне в X веке употребляли в пищу мясо, причем, вероятно, не только бояре или князья, но и простой народ110. Необходимо также признать, что славяне знали и употребляли в пищу и молоко (млеко) сладкое и кислое, свернувшееся, так называемый тварогъ и сыр (сыръ), о чем, независимо от их происхождения111, свидетельствует древний и общеславянский характер этих слов, а также несколько прямых, относящихся к Χ-ΧΙΙ векам известий о западных, северных и восточных славянских землях. По ним мы судим, что славяне выплачивали Германской империи дань сыром, что в России, где сыр являлся обычной пищей, его с соблюдением соответствующих обрядов приносили в жертву идолам и наряду с молоком ели на домашних празднествах. Так, Пржемысл, согласно древней традиции, также ел хлеб и сыр, когда послы Либуши звали его на чешский трон112. Кроме того, на основании тех же источников можно видеть, что десятина во многих случаях выплачивалась также определенным количеством поросят, кур, петухов и гусей, что снова свидетельствует о том, что славяне выращивали и употребляли в пищу домашнюю живность. Правда, Ибрагим ибн Якуб говорит, что славяне на Западе избегали есть кур, опасаясь могущих приключиться из-за них болезней, но вместе с тем он указывает, что они ели говяжье мясо, гусей и тетеревов113, а русские церковные поучения, в свою очередь, упоминают об употреблении яиц, следы которых находят иногда и в могилах114.

   Все изложенное выше доказывается множеством свидетельств, относящихся к X и XI векам, привести которые я здесь не могу115; итак, если славяне в начале новой эры уже употребляли в пищу мясо, то несомненно, что не христианство принесло с собой его употребление116, так как мясо служило славянам пищей еще до того, как они приняли новую веру. Весьма многочисленны также доказательства, которые представила археология, так как в могилах Χ-ΧΙΙ веков мы довольно часто находим остатки погребальных пиршеств, устраивавшихся на могиле, – кости различных домашних и диких животных, главным образом кости овец, свиней и в меньшем количестве кости рогатого скота, кур и петухов.

   Все, что сказано здесь об употреблении мяса животных и птиц, равным образом относится и к употреблению в пищу рыбы, которой изобиловали славянские страны. Упоминания об употреблении в России рыбы и икры начиная с XI века довольно многочисленны117.


107 См. у Длугоша, который в начале своей хроники перечислял богатства польских земель.
108 Pseudocaes., Dialogi, 110 (Mignę, Patr. Gr. XXXVIII, 986). См. «Źiv. st. Slov.», I, 165.
109 См. «Źiv. st. Slov.», I, 166.
110 Там же, 169.
111 Точка зрения Я. Пейскера, разумеется, совершенно иная. По его мнению, славяне для своих нужд скот не выращивали и лишь видели его у своих германских и тюрко татарских господ, у них же, разумеется, они видели и основанное на разведении скота молочное хозяйство. По его мнению, древнеславянское млеко (от melko) было перенято от германского melca, а слово тварогъ было заимствовано опять таки из какого то тюрко татарского языка (ср. джагатайское turak, тюркское torak). Однако такое толкование как по существу, так и с лингвистической точки зрения неправильно. По существу, оно неправильно потому, что в обоих случаях на основании заимствований из чужого языка (даже если бы эти слова действительно были заимствованы), нельзя делать вывод, к которому пришел Пейскер; с лингвистической же точки зрения оно ошибочно потому, что факт заимствования обоих слов серьезно опровергается некоторыми исследователями (Ягич, Янко, Бернекер, отчасти и Брюкнер). Млеко – это, по всей вероятности, древнее индоевропейское слово, которое славяне сохранили с древнейшей эпохи индоевропейского единства, а слово тварогъ Янко истолковывает как собственно славянское, образованное от слова творити, то есть мять свернувшееся молоко. Такое же толкование представил еще до него Г. Гей (см. также С. Младенов, Revue des Etudes slaves, IV, 1924, с. 195). Свою точку зрения Я. Пейскер изложил в следующих работах: Die alteren Beziehungen der Slaven zu Turkotataren und Germanen, (Berlin, 1905, перепечатка из Vierteljahrschrift fur Sozial und Wirtschaft Gesch., III, 1905); Neue Grundlagen der slav. Altertums kunde (Stuttgart, 1910); The expansion of Slaves (The Cambridge Medieval History, II, 1913). Сделанный мною подробный критический разбор комментария Пейскера можно найти в «Ziv. st. Slov.», I, 167, III, 135, 146 и в моей статье в «Revue des Etudes slaves», II, 1922, с. 19.
112 Kosmas, 1.6. В том же источнике мы можем прочесть, что в Чехии ели сыр, прибавляя к нему небольшое количество тмина и лука (II.27).
113 Ibrahim (ed. Westberg), 59.
114 «Źiv. st. Slov.», I, 173 и W. Klinger, Jajko w zabobonie łudowym, Rozprawy akad. Krak., XLV, 1910.
115 См. об этом в «Źiv. st. Slov.», I, 168, 170, 382; III, 136–161. Эти доказательства можно дополнить Бревновской грамотой от 993 года (выплата дани сыром) (Friedrich, Codex Bohem., 1.349) и грамотой Оттона I от 949 года, по которой славяне в Браниборе (Бранденбург) облагались данью поросятами, гусями и курами. В свою очередь, грамоты князя Генриха I (от XII века) также требуют цыплят от мекленбургских славян (Meckl. Urkundenbuch, 1.56, 84, 110, Codex Pomer., 1.20). то же требовалось и от франкских славян (Kętrzyński, О Słowianach, 37 si.).
116 Оно скорее запрещало им употреблять его. См. Ebbo, 1.12; Thietmar, IX (VIII), 2; письмо папы Захария, Mon. Germ. Epist., III, 370. Обе церкви запрещали также употребление крови.
117 «Źiv. st. Slov.», I, 175.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Валентин Седов.
Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование

Алексей Гудзь-Марков.
Индоевропейцы Евразии и славяне

В.Я. Петрухин, Д.С. Раевский.
Очерки истории народов России в древности и раннем Средневековье

Любор Нидерле.
Славянские древности

Под ред. Е.А. Мельниковой.
Славяне и скандинавы
e-mail: historylib@yandex.ru
X