Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама



Loading...
Игорь Коломийцев.   Тайны Великой Скифии

Полет над гнездом индоевропейцев

Но вернемся к рубежу V—IV тысячелетий. Европа окончательно освобождается от последствий ледника. Здесь наступает так называемый «климатический оптимум» — среднегодовая температура держится выше нынешней градусов на десять. Тундры, занимавшей ранее значительную часть континента, более нигде нет, даже по берегам Баренцева и Белого морей шумит тайга, стоят сосны и ели. Широколиственные леса достигают верховьев Волги и побережья Финского залива, а большая часть Европы и вовсе превращается в привольные степи. На освободившиеся от ледника земли спешат люди — из Передней Азии через Балканы сюда потянулись южные европеоиды, с территории Сибири — круглоголовые монголоиды. На Юге и Востоке европейского континента идет смешение, образуется несколько новых антропологических типов внешности.

На Балканах и по Дунаю, а позже и еще шире — от Франции до Украины, утверждаются выходцы с Ближнего Востока — «средиземноморцы». В границах от Дуная до Днепра, в центре их владений, возникает великая земледельческая цивилизация — известная многим под именем трипольской культуры. Ее народы овладевают высокоразвитым земледелием и скотоводством, пашут тучную дунайско-днестровскую землю при помощи упряжки быков. Сажают пшеницу, горох, разбивают виноградники и яблоневые сады. Осваивают плавку меди. Скорее всего, трипольцы были прямыми наследниками культуры Чатал-Хююк, за две тысячи лет до того она процветала на территории Анатолийского нагорья (современная Турция). Чатал-хююкцы, видимо, первыми в мире стали ухаживать за растениями, приручили скот, научились делать красивые и практичные вещи из редкого камня — обсидиана.

Бык у трипольцев, как и у их анатолийских предков, стал культовым животным. Его изображения и предметы быта, созданные в форме рогатого исполина, часто попадают в руки археологам. Среди находок также встречается множество изящных статуэток женщин и девушек, с превеликим мастерством созданных местными художниками. Возможно, эти люди поклонялись Богине-матери, культ божеств женского рода типичен для древних земледельцев. Керамика трипольцев отличалась многоцветностью, была яркой и гладкой, с характерными спиралевидными или волнообразными орнаментами. Жили люди этой культуры в гигантских поселениях, по площади сравнимых с современными городами, в домах из двух-трех этажей. Мертвых хоронили в грунтовых могилах, в положении «скорченно на боку», как называют эту позицию историки. Подобный обряд издавна практиковался жителями Передней Азии и, с появлением южных европеоидов, широко распространился по всей мезолитической Европе [196].

Трипольцы существенно опережали в своем развитии всех соседей. Особенно в том, что касалось земледелия и металлургии. Но они не были единственными хозяевами континента. Севернее их владений, на территории белорусского Полесья и Левобережной Украины, предварительно вытеснив оттуда людей южноевропейского типа, расположились племена днепро-донецкой культуры. Это были в первую очередь охотники и рыболовы, знавшие также зачатки скотоводства и земледелия. О последнем свидетельствуют отпечатки зерен на глиняной посуде этого племени. Приручены ими были бык и свинья — их кости встречают археологи. Покойников хоронили рядами в неглубоких могилах, укладывая «вытянуто на спине» (подобно современному похоронному обряду) и обильно посыпая их природной краской — охрой. В поселениях днепро-донцев находят вещи из меди и золота, а также импортные товары с территории соседнего Триполья [197]. Создатели этой культуры в антропологическом плане были светловолосыми североевропеоидами кроманьонского типа, обладали длинными головами и широкими лицами. Они отличались мощным телосложением и огромным ростом, в среднем до 189 сантиметров. Для сравнения замечу, что самые высокорослые из нынешних европейцев — голландцы, норвежцы и шведы достигают в среднем показателя 179 сантиметров, то есть значительно уступают днепро-донецким исполинам. При этом надо учитывать, что за последние два века человечество непрерывно находилось в процессе акселерации и вытянулось вверх, по сравнению с людьми XVIII столетия, почти на двадцать сантиметров. Впрочем, современники днепро-дончан — те же трипольцы — также отличались гораздо более хрупким сложением и были почти на голову их ниже.

Чуть позже в Европе объявились нордийцы. Длинноголовые средне- и узколицые люди представляли культуру воронковидных кубков, названную так по форме их сосудов. Местом ее возникновения полагают морское побережье Португалии, хотя стоянки и могильники встречаются также в Испании, Северной Африке и на островах Средиземного моря. Историк Владимир Сафронов, автор монографии «Индоевропейские прародины», именно эти племена считает древними индоевропейцами и выводит их корни из дунайского региона, откуда они якобы были вытеснены в свое время трипольскими земледельцами [183]. Позже «кубки» двинулись в Западную и Центральную Европу: Англию, Францию, Польшу, Чехию и Восточную Германию, приблизившись с Запада к пределам трипольцев и днепро-донецкой культуры. Словом, «воронковидные» или «колоколовидные кубки» были выдающимися путешественниками, склонными к быстрой перемене мест обитания. Эти люди хоронили своих покойников в могильных ямах, также в положении «вытянуто на спине». С появлением общности «кубков» ученые связывают возникновение на атлантическом побережье нашего континента, в протяженной полосе от острова Мальты в Средиземном море до Британских островов, гигантских сооружений из камня, так называемых мегалитов. Самый известный из них, пожалуй, английский Стоунхендж, в котором некоторые исследователи склонны видеть древнейшую на Земле каменную обсерваторию.

Мегалиты Стоунхенджа (2600-1700 гг. до н.э.) 
<br>
Мегалиты Стоунхенджа (2600-1700 гг. до н.э.)

Другая волна схожего в антропологическом плане населения почти в то же самое время проникла на Восток Европы откуда-то из Средней Азии или Казахстана. Эта была культура Средний Стог, полукочевая цивилизация, одной из самых первых на планете приручившая лошадь. Люди этого племени обосновалась поначалу на нижнем Дону и Донце. В дальнейшем они, вытеснив днепро-донецких охотников, овладели всем Левобережьем Украины и распространились далее на Восток, в Поволжье и Предуралье. Погребальный обряд среднестоговцев предусматривал размещение покойников на спине с согнутыми вверх коленями [198].

В то же самое время, или даже, возможно, несколько ранее на Северном Кавказе возникает яркая и самобытная майкопская культура, названная так по месту нахождения одного из ее курганов-могильников. Это были оседлые земледельцы — выходцы из Закавказья или Передней Азии, если судить по уровню развития металлургии и общим элементам изобразительного искусства. Из животных они держали в основном свиней, что, впрочем, типично для земледельцев.

Кроме того, откуда-то из-за Урала на северо-восток Европы проникли племена ямно-гребенчатой керамики. Это были невысокие круглоголовые и светловолосые европеоиды, несущие в своей крови некоторую примесь сибирских монголоидов. Они серьезно отстали от прочих народов континента в своем развитии, практически не знали металлов, занимались охотой и примитивным собирательством. Ученые полагают их отдаленными предками всех современных финно-угорцев: эстонцев, финнов, мордовцев, удмуртов, марийцев и даже венгров.

Таким образом, именно здесь, на Востоке Европы, располагалась самая настоящая плавильная печь, из недр которой вышли предки множества различных в расовом отношении, но родственных по языку индоевропейских народов: длинноголовых германцев и круглоголовых кельтов, широколицых скифов и темноволосых балканцев. В их антропологическом сложении участвовали в той или иной степени представители всех без исключения древних культур, как тех, что были названы, так и менее значительных. Открытым остается лишь вопрос о том, кто же из них был первичным носителем праиндоевропейского языка. Среди наиболее вероятных претендентов называют днепро-донцев, культуру воронковидных кубков и среднестоговцев. По этому поводу давно идут научные дебаты, и вряд ли ученые когда-нибудь придут к общему выводу. К сожалению, антропология бессильна помочь в разрешении этого спора, ведь, как известно, распространение языка не зависит от расового типа, усвоение речи отнюдь не сопровождается изменениями во внешности.

Обратимся поэтому к данным собственно лингвистики. Языковеды, сравнивая различные индоевропейские наречия меж собой, установили, что единый народ — общий языковой предок большинства европейцев — жил еще в эпоху энеолита, то есть медно-каменного века. Ибо у него имелось общее слово, означающее «металл» вообще, но не было отдельных терминов для меди, бронзы, а тем более, железа. Причем самостоятельно выплавлять медь индоевропейцы не могли (отсутствует соответствующая лексика), но ковать изделия из готового металла умели (корни слов «кузнец», «ковка» встречаются у всех народов нашей семьи) [37]. Следовательно, как вы наверняка уже догадались, трипольцы и майкопцы с их высоко развитой металлургией не годятся на роль лингвопредка.

Праиндоевропейцы были знакомы с земледелием и скотоводством (названия практически всех распространенных домашних животных, включая лошадь, близки), однако, судя по всему, эти виды деятельности пребывали еще в зачаточном состоянии, зато имеется обильная лексика, связанная с охотой на зверя. Пользовались наши предки колесом и соответствующим транспортом — повозками, следовательно, были подвижны и в принципе могли перемещаться на значительные расстояния.

С другой стороны, большая часть названий известной им флоры и фауны характерна для зоны умеренного климата. К примеру, из растений они знали дуб, бук, березу, липу, ясень, граб, пихту, сосну, осину, ветлу, вереск, тис и грецкий орех. Большинство этих деревьев встречается только в Европе. Кроме того, индоевропейцы сталкивались с медведем, волком, черепахой, бобром, тетеревом, но, что удивительно, слышали о львах, слонах, обезьянах. Впрочем, слона они путали с верблюдом — значит, об этих экзотических зверях имели весьма туманное представление. Зато прекрасно осведомлены были о пчелах и некоторых видах рыб — в частности, угре и лососе [37].

Если судить по корням слов, означающих времена года, то жили они в стране с резко континентальным климатом — зима была холодной, а лето жарким и засушливым. Холмы, предгорья, небольшие речушки, покрытые ледяным панцирем в студеную пору и пересыхающие в знойный период, светлые, широколиственные леса и березовые рощи, озера и болота — вот какой вырисовывается родина предков, если исходить, конечно, из логики лингвистов. Еще более важно то, что индоевропейцы вообще не знали моря — в их языке не было слов, связанных с морским ландшафтом, а из обитателей данной стихии они сталкивались только с крабами, которые, впрочем, водятся и в пресных водоемах Европы. Последнее обстоятельство делает неубедительной теорию о «воронковидных кубках», как первичных носителях индоевропейской речи. Ибо те были известными путешественниками, обитателями побережий и островов, следовательно, должны были овладеть обширной морской лексикой. Кроме того, люди «кубков» наверняка помнили множество названий тропических животных и растений.

Лингвисты также определили, что не разделенный еще праиндоевропейский язык взаимодействовал и обогащался словами из иных лингвосемейств. Отдельные термины, из области скотоводства, к примеру, «тавр» — «бык», были усвоены нашими предками при помощи неких семитов. Установлены также заимствования из каких-то кавказских наречий — картвельского или северокавказского, какого именно пока не ясно. Обнаружены корни, общие с древними финно-угорцами [37]. Таким образом, страну первоначального расселения индоевропейцев, с точки зрения специалистов по языку, надлежит искать где-то между Северо-Востоком Европы (местоположением племен ямно-гребенчатой керамики, предположительно финно-угорских) и предгорьями Кавказа, где жили, по всей вероятности, говорившие на одном из кавказских наречий майкопцы, а также неизвестной областью обитания неустановленного семитского народа, разводившего крупный рогатый скот. Впрочем, по предположениям отдельных историков, семитами вполне могли быть высокоразвитые трипольские земледельцы, знаменитые быкопоклонники. В этом случае наиболее вероятными претендентами на звание первых индоевропейцев становятся днепро-донцы и среднестоговцы — именно они находились на пересечении влияния всех трех соседних культур. У первых в этом отношении есть определенное преимущество. Лишь днепро-донецкие охотничьи племена, располагавшиеся на территории Белоруссии и Украины, всегда обитали вдали от моря, в местности с резким и суровым континентальным климатом и никогда не путешествовали по южным, африканским и азиатским странам. То есть вполне могли перепутать слона с верблюдом, в отличие, к примеру, от кочевых коневодов — среднестоговцев или бывших жителей Северной Африки — «воронковидных кубков». Возможно, именно эти украинские исполины, любители охры в своих могилах и подарили миру уникальный индоевропейский язык.

В таком случае остается загадкой — каким образом эти охотники-великаны смогли навязать свою речь такому числу племен, многие из которых превосходили их по уровню развития. Произошло это явно не в результате завоевания одним народом других. С другой стороны, они были очень непохожи друг на друга — агрессивные трансатлантические путешественники «кубки», освоившие леса Северной и Центральной Европы; обитатели обширных азиатских просторов среднестоговцы, склонные к разведению лошадей, овец и быков; а также скромные охотники Восточной Украины и Белорусского Полесья днепро-донцы. Тем не менее, вскоре практически все их потомки заговорят на различных индоевропейских наречиях.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии

Василий Бартольд.
Двенадцать лекций по истории турецких народов Средней Азии

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Э. Д. Филлипс.
Монголы. Основатели империи Великих ханов

коллектив авторов.
Тамерлан. Эпоха. Личность. Деяния
e-mail: historylib@yandex.ru
X