Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Игорь Коломийцев.   Тайны Великой Скифии

Имя им - миражи

Мы живем на маленькой и очень тесной планете. С тех пор, как семь-шесть тысячелетий назад потомство Адама и Евы разбрелось по ее поверхности, Земля стремительно превратилась в некое подобие старой московской коммуналки, со всеми ее склоками и неизбежными территориальными конфликтами. Особенно много желающих занять чужую жилплощадь обнаружилось на просторах Евразийского материка, где всегда обитала большая часть представителей рода «хомо сапиенс», то есть людей разумных, как они с гордостью сами себя прозвали. От отвесных скал Пиренейского полуострова до поросших соснами заливов Желтого моря практически все удобные земли захватили племена-соседи. Одни пахали и сеяли, другие разводили скот. Кто-то ловил рыбу, а кто-то промышлял зверя. Но все — воевали. Лишь знойные пустыни Юга, бескрайняя сибирская тайга и высокогорные плато заселены были слабо. Но к жизни в тех суровых местах надо было приноровиться. Не каждый народ сможет привыкнуть к жаре и безводью или приспособиться к трескучим морозам. Туда бежали, как правило, слабые племена, преследуемые воинственными соседями, чтобы либо раз и навсегда смириться с существованием на окраине обитаемого мира — Ойкумены, либо, собравшись с силами, попробовать взять реванш у вчерашних обидчиков и выдворить тех с отчей земли.

Случалось, что изгнанники матерели, мужали и действительно прогоняли врага. В свою очередь, изнеженные потомки племен, еще вчера (по историческим меркам), два-три столетия назад огнем и мечом добывших плодородные долины и многотравные степи, в ужасе бежали прочь перед полчищами диких варваров, закаленных Севером или окрепших на Юге.

Впрочем, чаще бежали все же кочевые народы. Земледельцы предпочитали покориться пришельцам. Платить дань, поставлять воинов в их войско, терпеть унижения. Но и тем, кто выбирал бегство, приходилось несладко — вокруг ведь жили соседи, их приходилось теснить с оружием в руках. Последние тоже порой предпочитали покинуть свои наделы и удалиться в более спокойные края.

Так и катились по планете миграционные волны, с пугающей периодичностью забрасывавшие монголоидов в сердце Европы, а европеоидов — в глубины Азии, сметая казавшиеся незыблемыми империи, уничтожая династии и стирая имена этносов. Но только имена. Поскольку народ в принципе не может быть уничтожен другим народом. Как огонь нельзя потушить огнем, а реку нельзя осушить с помощью струй другой реки, так не в состоянии одно племя полностью искоренить другое. Ни один жестокий завоеватель не губит весь народ — ни свой, ни чужой. Даже если (что бывало не так уж часто) в результате кровопролитной войны отправляются в мир иной практически все мужчины племени, а женщины и дети попадают в рабство, то и эта трагедия не означает смерти этноса. С молоком матери впитывают младенцы древние традиции и уклад жизни предков — проходит обычно пара десятков лет, и словно из небытия возникает вновь народ, который все считали погибшим.

Устойчивость и стабильность этносов — этих уникальных форм человеческого общежития — просто поразительны. Некоторые из них, например, цыгане или евреи, волей судеб на тысячи лет оказались лишены исторической родины и обречены скитаться среди иноплеменников, враждебно настроенных к пришельцам. Выходцы из Индии постепенно забыли былую веру, израильтяне со временем утратили свой древний язык, но и те и другие смогли пронести сквозь века традиции, привычки, особый склад бытия, свой неповторимый внешний колорит и, главное, этнический Дух. То особое мировосприятие и осознание самого себя, что делает русского русским, грузина — грузином, француза — французом.

Конечно, История знает процесс ассимиляции — когда более сильные поглощают слабых соседей или просто сосуществующие мирно на одной территории племена сливаются в единое целое. Но ведь при этом от этносов, как будто полностью исчезнувших, многое остается: на генном уровне передаются грядущим поколениям расовый тип, антропологические особенности внешности, уклад жизни, песни, сказания, обычаи, культурные традиции и обряды. Зачастую остается Дух племени, поселяющийся в народе с новым самоназванием (этнонимом). Поэтому, по большому счету, все жившие когда-либо на Земле этносы бессмертны, в отличие от отдельных людей. Их облик, традиции, навыки, привычки и склонности благополучно сохранились в характерах и антропологическом типе ныне существующих народов, даже если последние о подобном родстве и не догадываются.

Правда, уже в наше время по мановению пера историка Льва Гумилева возникла и обрела популярность теория этногенеза, то есть в переводе на русский — народовозникновения. Согласно ей этносы тоже умирают. Их век безжалостно отмерен Львом Николаевичем в двенадцать-пятнадцать столетий. После чего народ либо гибнет, становясь добычей молодых агрессоров, либо, при благоприятных условиях, превращается в «реликт» — беспомощный и слабый остаток некогда могучего племени [64].

Не будем до поры вступать в спор с одним из величайших ученых современности, тем более что у нас будет еще возможность проверить фактами эту известную концепцию, поговорим пока о другом. Даже если жизнь отдельных этносов ограничена промежутком в полтора тысячелетия, все равно, согласитесь, это немало. В то время как ныне на страницах исторических трудов и художественных произведений мы имеем дело с народами-«од-нодневками», которые возникают из Пустоты, вершат отмеренное число подвигов и громких деяний и вновь растворяются во мраке безвестности.

В седьмом веке до Рождества Христова на просторах Северного Причерноморья безраздельно господствовали царские скифы. Через четыре столетия их не стало. Готы, гепиды и прочие восточногерманские племена объявились здесь же во II—III веках и исчезли в VIII столетии. И уж совсем неприлично поведение знаменитых гуннов, которые ворвались в Европу и, блеснув на протяжении пары сотен лет, безвестно испарились. Одно из двух: либо многие этносы оказались не очень устойчивы, что противоречит нашим знаниям о природе этих образований, либо... либо мы имеем дело с явными заблуждениями представителей современной исторической науки, которые оказались не способны отследить весь жизненный путь того или иного племени.

И на то есть свои причины. Нелегко достоверно восстановить историю не имеющих собственной письменности варваров, которые к тому же упорно не желают пребывать на одном и том же месте, легко срываются в дальние походы, периодически меняют не только среду обитания, но и во многом — образ жизни, отдельные привычки, иногда даже язык. И все это осложняется еще тем обстоятельством, что имена народов в древности были весьма недолговечны. Древние хронисты не успевали записать один этноним, как он уже бывал отброшен и заменен новым. Народ, живший на берегах реки или склонах горной гряды и нареченный в честь этих географических объектов, перебираясь в другие края, менял и собственное прозвище. Смена руководящей верхушки, появление деятельного и прославленного вождя, меткая кличка, данная соседями, — словом, поводов к замене самоназваний было предостаточно.

Типичнейший пример такому положению дел — восточные славяне, непосредственные предки русских. В начале нашей эры они, вместе с западными собратьями и, возможно, балтами прозывались венедами. Затем появился новый этноним — склавины. К IV веку восточная ветвь славянского рода стала носить другое имя — анты. Позже их величали полянами, древлянами, северянами, ильменчанами, полочанами и дулебами. А уж потом они назвались Русью. За неполное тысячелетие четыре совершенных переименования.

Причем наши пращуры все это время жили в непосредственной близости к цивилизованным римлянам, грекам и византийцам, благодаря трудам которых мы сегодня можем эти изменения отследить. А если бы предки, подобно восточным германцам, перемещались по Евразии на многие тысячи километров в период Великого переселения народов? Или вообще, как кочевники, меняли б раз в столетие страны и континенты? Сумели бы мы их узнать после очередной смены имени и территории обитания?

Посему немудрено, что по страницам учебников и академических трудов бродят народы, неизвестно откуда явившиеся и куда канувшие. Это вовсе не означает, что они сформировались позже остальных этносов или в самом деле куда-либо исчезали, но свидетельствует лишь об одном — их не сумели признать. Ученые-историки не смогли разгадать, какой этноним эти люди носили в прошлом или в позапрошлом веке и где они ранее жили.

В любом случае давайте договоримся, что сама по себе замена племенного названия не означает конец существования одного этноса, равно как и рождение другого. И признаем тот вполне очевидный факт, что имена народы меняют очень часто и новые зачастую ничего общего с прежними не имеют.

Поэтому этнонимы получаются своего рода историческими Миражами, вечно изменчивыми и нестойкими, тающими, как утренний туман, и постоянно ускользающими из рук исследователей Древности. Гоняться за ними и бесполезно, и глупо. Еще более нелепыми выглядят попытки некоторых историков или этнографов создать целые теории происхождения этносов на основе созвучия отдельных племенных названий. Например, таких, как имя восточных славян «анты» и легендарные «атланты». Или «этруски» — «русские».

Подобный способ творения этногенетических версий недавно встретился мне в писаниях одного самобытного ичкерийского историка, который, недолго размышляя, вывел предков британцев с гор Кавказа. В чеченском языке когда-то имелось слово «инглези», что означало «передовой отряд». Следовательно, по светлой мысли данного ученого мужа, некий боевой авангард армии гордых кавказских горцев в ходе Великого переселения народов покинул родные места, пересек весь континент, вышел на берега Ла-Манша, форсировал этот пролив и основал новую нацию — «инглези», они же англичане. К чему другие доказательства британо-чеченского родства, если так удачно совпали два слова!

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Э. А. Томпсон.
Гунны. Грозные воины степей

Эдуард Паркер.
Татары. История возникновения великого народа

Вадим Егоров.
Историческая география Золотой Орды в XIII—XIV вв.

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Светлана Плетнева.
Половцы
e-mail: historylib@yandex.ru
X