Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Игорь Коломийцев.   Народ-невидимка

Глава первая. Народ без памяти

История сама по себе безмолвна. Нет ни одного исторического факта, ни одной исторической традиции, ни даже мифологической генеалогии, которые помогли бы нам ответить на вопрос о происхождении славян. Славяне появляются на исторической арене неожиданно как великий и уже сформировавшийся народ; мы даже не знаем, откуда он пришёл и каковы его отношения с другими народами.

    Любор Нидерле, чешский учёный-славист,
    "Славянские древности",1901 год.


Славяне обрушились на Европу стремительней июльского ливня. Ещё в V веке от Рождества Христова здесь решительно никто о наших предках не слышал и даже самые эрудированные писатели античности ни словом не обмолвились о существовании такового народа на страницах своих пространных сочинений. Но уже к концу следующего столетия военные походы и разбойничьи набеги этих северных варваров стали для ведущей европейской державы того времени – Византии – обыденней зимней стужи. Выдающиеся константинопольские полководцы и рядовые обыватели империи успели до тонкостей изучить нравы пришельцев, их привычки, внешний вид, религиозные пристрастия, легко различали восточных славян – "антов" и их западных собратьев – "склавинов". Иначе, впрочем, и быть не могло. Поскольку в один краткий миг эти дерзкие выскочки овладели почти половиной континента, неожиданно для всех захватив практически всю Восточную Европу от Волги и до Эльбы, а также от берегов Балтики вплоть до островов в Эгейском море. Что там говорить, они чуть было не отняли у греков их древнюю прародину – Элладу. То есть почти сразу после своего внезапного выхода на авансцену истории славяне превратились в грозную силу, считаться с которой пришлось и дальним и ближним соседям.

Может показаться странным, но всезнающие античные историки так и не поняли, откуда же явились пришельцы – эти бесчисленные толпы свирепых дикарей, выпавшие на придунайские провинции Византии подобно нежданному снегу. Почему они ничем не проявили себя в прежние века? Где они скрывались ранее? Отчего об этом народе никто не ведал в эпоху Гомера или во времена Геродота? Впрочем, греко-римские авторы всегда смотрели на чужаков с плохо скрываемым презрением. Может прославленные древние писатели просто не захотели разбираться в такой ерунде, как родословная неких жалких варваров, прячущихся в дремучих и страшных лесах Севера?

Казалось, что с возникновением первых самостоятельных славянских держав – Киевской Руси, Болгарского и Моравского царств положение в корне изменится. Действительно, в ту раннюю пору отечественной государственности учёные мужи рьяно заскрипели гусиными перьями по пергаментным свиткам, собирая сказания о днях минувших и "предания старины глубокой". Но, удивительное дело – ни ум, ни усердие, ни прилежание так и не помогли доморощенным летописцам пробиться в толщу родной истории глубже всё того же периода внезапного появления славян на границах Византии. "Во мнозих же временах сели суть словене по Дунаю, где есть ныне Угорска земля и Болгарска", – утверждал легендарный Нестор, монах Киево-Печёрской лавры, автор "Повести временных лет".

Нестор-летописец

Нестор-летописец

Он был твёрдо убеждён, что предки оказались на Балканах – в нынешних венгерских и болгарских пределах – сразу после крушения знаменитой Вавилонской башни и уже оттуда распространились по всему миру. Подобный почти библейский вариант славянской родословной вполне польстил самолюбию их князей и бояр эпохи раннего Средневековья. Но в новое время, когда в крови и пороховом дыму Северной войны родилась колоссальная Российская империя, и над необъятными просторами Евразии широко разверз крылья двуглавый орёл – наследие сиятельного Константинополя – столь фантастическая версия происхождения пращуров уже не могла никого устроить. Именно тогда отсутствие славного прошлого у прародителей многих восточноевропейских наций стало просто неприличным. На поиски древнейших славян были немедленно отряжены лучшие силы тогдашней науки, в первую очередь в лице историков немецкого происхождения. Увы. Проштудировав горы византийских, германских и отечественных хроник, они столкнулись с тем, что обнаружить какие-либо сведения о жизни наших предков в начале нашей эры, не говоря уже о более ранних временах, не удаётся.

"У славянских летописей слишком короткая память", – жаловались немецкие профессора дочери Петра Великого императрице Елизавете. Реальная российская история, с их точки зрения, началась в девятом веке с призвания новгородцами датского конунга Рёрика, нам более известного под именем князя Рюрика. Такой поворот темы мыслящая общественность страны восприняла как ощутимый удар по национальной гордости великороссов, оскорбление лучших патриотических чувств. В сентябре 1749 года химии адъюнкт Михайло Ломоносов, разгневанный тем, что прародителей тем самым на весь свет объявили "народом подлым", то есть лишённым сносной родословной и сколь-нибудь славных древностей, подал "репорт" в канцелярию Российской Академии наук. В той памятной записке великий учёный в пух и прах разнёс сочинение профессора Герарда-Фридриха Миллера и в пику ему и прочим иностранцам брался самолично разыскать славянскую старину. Неукротимый Михайло Васильевич на время забросил весьма плодотворные занятия точными науками ради усердных, хотя и порой неуклюжих попыток обрести предков в лице "роксаланов", "пруссов", "ставанов" и прочих летописных племён, чьё имя хотя бы в малейшей степени находило отзвук в русском языке. Доказательства родства употреблялись самые простые. "Роксаланы" – это смешанное племя "россов" (то есть русских) и аланов. Прозвище балтийских "пруссов" или "поруссов", с точки зрения Ломоносова, должно переводиться, как "по Руси живущие". А "ставаны", как полагал новоявленный российский историк, это просто исковерканное в устах римлян самоназвание "славяне".

Михайло Ломоносов, российский учёный-энциклопедист

Михайло Ломоносов, российский учёный-энциклопедист

С этих самых пор и по день нынешний отечественные учёные вполне самостоятельно ищут следы пращуров на пыльных дорогах Евразии. И всё бы хорошо – защищены сотни, если не тысячи кандидатских и докторских диссертаций, получены государственные премии, присвоены звания академиков и член-корреспондентов. Из книг и монографий, посвящённых прошлому славян, вполне можно выстроить ещё одну Вавилонскую башню или лестницу от Земли до Луны. Да только воз и ныне там, где находился. На сегодняшний день мы знаем о древней прародине предков ничуть не больше, чем известно о ней было во времена Нестора или в эпоху Ломоносова. То есть почти ничего.

Как возникли славяне? Отчего мир не слышал об их существовании вплоть до начала новой эры? Где они прятались до этого? Почему почти сразу разделились на склавинов и антов? Далёкая и таинственная прародина пращуров по-прежнему свято хранит свои секреты. Густой туман надёжно окутал её призрачные очертания. Наиболее честные историки время от времени вынуждены признавать очевидное бессилие науки перед загадкой внезапного появления этого народа в середине I тысячелетия от Рождества Христова. <>"Вопрос о происхождении славянских племён в настоящее время является ещё далеко нерешённым" –напишет в 1953 году выдающийся советский археолог Петр Третьяков. А ещё по прошествии полувека известный славист, автор многих книг, профессор Аполлон Кузьмин флегматично заметит: "Проблема происхождения славян обсуждается в науке уже более двух столетий. Археологи, лингвисты, антропологи, этнографы предлагают разные концепции и гипотезы и пока остаются в основном каждый при своём мнении".

До сих пор "отыскать" прародину славян удавалось лишь разного рода околонаучным авантюристам и проходимцам, навязчивым комментаторам "Влесовой книги" и прочим псевдоучёным шарлатанам. Они внезапно обнаруживают праотцов то в горах Кавказа, то под стенами осаждённой ахейцами Трои, то среди соседей Рима – этрусков, а то и вовсе на землях таинственного материка Атлантиды, в одночасье погрузившегося в пучину морских вод. Поводами к таким далеко идущим выводам оказываются, как правило, случайные совпадения каких-нибудь слов или древних племенных названий. Например, имя "сарматы" расшифровывают как "царь-матерь". Прозвище народа "этруски" выводят от фразы "это русские". Ну, а легендарных атлантов, на правах сходства этнонимов, разумеется, признают прародителями восточнославянского племени "анты". Упаси Бог, я вовсе не против поиска таинственных стран и исчезнувших континентов, но нельзя же, как во времена Ломоносова, сводить все доказательства родства к банальному созвучию пары-тройки согласных или гласных звуков!?

Но оставим в покое воинствующих дилетантов, обратимся к мыслям и трудам серьёзных учёных. Отчего же, не смотря на все старания, этим светилам науки так и не удалось добиться видимого успеха? Дело, конечно, не только в скудости сведений из византийских хроник и славянских летописей, в конце концов, письменные источники – далеко не всё. Но славяне как будто вздумали играть с историками в прятки. С какой стороны к ним не подойди – везде упираешься в глухую стену.

Всякий народ, даже письменностью не владеющий и соседей не беспокоящий, оставляет на поверхности планеты вполне реальные следы своего былого существования. Это руины городов, развалины дворцов и храмов, могилы вождей и знатных воинов, сломанные орудия труда, выброшенные за ненадобностью предметы быта, черепки разбитой посуды, пришедшее в негодность бронзовое и железное оружие и прочий хлам. Всё, чем мы пользуемся, всё, что любим, всё, чем владеем, когда-нибудь станет прахом, уйдёт под землю. И может быть, через тысячу лет найдётся какой-нибудь археолог-зануда, извлечёт на свет божий некую милую вашему сердцу безделушку – фарфоровую собачку, украшавшую комод в гостиной или старинные часы-ходики, честно отмерившие ваш век, и, опираясь на данные находки, с умным видом будет делать смелые выводы об уровне развития современных людей.

Не исключение и славяне. Раз они на Земле обитали, значит, должны были здесь наследить, следовательно их вполне могут обнаружить археологи. Однако всё оказалось не так просто. Многие народы, и наши предки в их числе, оставили после себя очень невыразительные отметины. Например, городища и селения многих древних восточноевропейских племён схожи друг с другом, как две капли воды. В подобных случаях исследователей обычно выручают раскопки могил. Не секрет, что захоронения вождей и знатных воинов изобилуют ценными вещами – парадным оружием, красивой посудой, ритуальными принадлежностями, различными символами власти, да и сам тип могильника – курган или простая яма – может немало рассказать историкам относительно корней этноса и его религиозных взглядов.

Однако, наши предки, как будто назло учёным, предпочитали погребения, практически не дающие зацепок археологам. Ещё киевский монах Нестор, первый русский летописец, с возмущением отмечал у некоторых современных ему славянских племён пережитки древнего языческого похоронного обряда: "возлежат на кладу мертвеца и сожгут и, посеем, собравше кости, вложат в судиноу малоу". То есть сделают деревянный погост, предадут огню тело покойного, а прах соберут в горшок или другую небольшую посудину, затем всё это выставят на столб у проезжей дороги или повесят где-нибудь на ветвях священного дерева. Иногда просто развеют пепел в заповедной роще или над обрывом великой реки. Но своих покойников сжигали и прочие европейцы: германцы, кельты, балты, финны, гунны. В самом лучшем случае археологи обнаруживают в подобных могильниках кучку золы, несколько обугленных человечьих костей, порой вперемешку с овечьими, козьими или свиными. Можно ли по таким невзрачным останкам отличить древние племена друг от друга?

Ещё одним надёжным свидетельством исторического пути того или иного народа обычно считается его речь. Изучая язык этноса, лингвисты могут установить близких и дальних родственников, и даже тех соседей, с кем он чаще всего соприкасался и контактировал в отдалённом прошлом. Недаром ещё классик советской славистики академик Борис Рыбаков отмечал: "В научном поиске древнейших судеб славянства первое место принадлежит лингвистике". Речь славян типично индоевропейская, а значит, по мнению учёных, она восходит к общему языковому предку большинства европейских народов. С одной стороны, это, конечно, очень лестно, ибо сближает наших пращуров с прочими коренными обитателями континента: германцами, кельтами, италийцами, фракийцами, балтами, греками. Из всех нынешних жителей Европы лишь баски, финны, эстонцы и венгры взросли от иных корней. С другой стороны, данный вывод усложняет и без того нелёгкую задачу учёных, поскольку индоевропейская семья – самая многочисленная и чрезвычайно широко распространившаяся по лику планеты. В древности её представители не только плотно заселили западную оконечность самого крупного материка Земли, но часто встречались также на просторах азиатского континента. Северная Индия, Монголия и Уйгурия, Анатолия, Иран, Закавказье, территории бескрайней Великой степи, раскинувшейся от берегов Дуная до холмов Корейского полуострова – всё это земли, где обитали родственные нам индоевропейцы. Найти среди них предков не проще, чем отыскать иголку в стоге сена.

Попытку обнаружить истоки славян учёные предпринимали и при помощи науки топонимики. Последняя дисциплина изучает происхождение собственных имён различных географических объектов – гор, рек, озёр и тому подобного. Считается, что свои названия (топонимы) они получили от народов, живших в той или иной местности много веков и даже тысячелетий назад. Например, великие реки Восточной Европы прозваны были задолго до нашей эры и, независимо от смены населения на их берегах, сберегли древние иранские корни вплоть до наших дней. Дон (Дан) и Днепр (Данапр), Днестр (Данастр) и Дунай (Данубий) сохранили память об арийских ираноязычных этносах, у которых слово "дан" означало любую реку. Нельзя ли, вооружившись подобным методом, отыскать прародину славян на карте Евразии – вдруг там обнаружится область с обилием топонимов, образованных от славянских корней? Но, куда бы ни бросали исследователи взор – на Запад или Восток, Север или Юг – всюду они натыкались на чуждые термины. Под пластом кажущихся родными названий залегал прочный фундамент балтских, германских, кельтских или фракийских слов. Даже в областях нынешнего расселения славянских народов, собственно им принадлежат лишь прозвища небольших речушек и ручьёв, в то время как древнейшие имена наиболее значимых рек и озёр всюду чужды их речи.

Невозможность найти прародину славян с помощью данных топонимики поставила учёных буквально в тупик. "Такой путь – с горечью писал великий чешский исследователь славянских древностей Любор Нидерле мог бы привести к абсурдному выводу, что в Европе вообще не существует области, которую можно было бы считать славянской прародиной, так как нет области, где бы географическая терминология была бы чисто славянской. Пришлось бы исключить славян из числа обитателей древней Европы, предположив, что появились они здесь лишь несколькими столетиями позднее, уже в нашей эре…" Как видим, в глазах историков предки выглядят практически неуловимым племенем. Будто укрытые сказочной шапкой-невидимкой, они ловко маскируются среди прочих народов Европы и Азии, чтобы объявиться внезапно для всех в середине первого тысячелетия, когда объятые ужасом византийские авторы напишут о неисчислимых толпах «склавинов», обрушившихся на придунайские провинции империи с яростью шквального ветра. Как же нам в таком случае найти пропавших пращуров?

Любор Нидерле, чешский учёный, основоположник славистики


Любор Нидерле, чешский учёный, основоположник славистики

В приключенческой литературе, стоит только кому-то бесследно исчезнуть, на его поиски незамедлительно отправляют опытного сыщика. Может и нам есть смысл заменить традиционные методы исторического исследованиями приёмами из детективного жанра? В действительности, разве розыск славян не напоминает типичный сюжет криминального романа, где есть пропавший субъект; никто не знает, куда он делся; не найдено чётких следов или отпечатков пальцев; вокруг крутится множество весьма подозрительных лиц; имеется ряд противоречащих друг другу предположений; и в центре всего повествования лежит одна неразгаданная тайна. Что ещё нужно, чтобы закрутить лихой детектив, пусть даже с научным уклоном?

Ах да, чуть не забыл, в таком случае нам понадобится главный герой – опытный сыщик, и по совместительству, провожатый в мире исторических поисков, чей проницательный ум способен легко и непринужденно распутывать самые сложные узлы любых парадоксов и с блеском находить ответы на весьма замысловатые загадки прошлого. Конечно, до сих пор великие литературные детективы, созданные гением Конан Дойля или Агаты Кристи, искали в основном банальных убийц или заурядных мошенников, а вовсе не следы древнейших народов. Но может быть, нам удастся уговорить кого-нибудь из них взяться за это нелёгкое дело? А если нет, отчего нам самим не попробовать себя в роли учёных-детективов! Если в вашем теле ещё жив дух здорового авантюризма – милости прошу в наш клуб исторических следопытов. Выбирайте себе подходящую роль, примеряйте любой костюм – вот трубка комиссара Мегрэ, там котелок и тросточка Эркюля Пуаро, на вешалке висит слегка мятый плащ лейтенанта Коломбо. Снаряжаемся и в путь.

Я предлагаю поиграть вместе со мною в поиски предков, скажем, по методу Шерлока Холмса. Пусть нашими проводниками станут обитатели известной квартирки по Бейкер-стрит. А мы все – их старательными помощниками. Если нет возражений – тогда, юные ассистенты великих сыщиков, получите своё первое задание. Сосредоточьтесь и мысленно нарисуйте себе воображаемый портрет древних славян. Пусть он будет таким, каким вы его вынесли из школьных уроков, вузовских лекций, чтения научной и популярной литературы.

Итак: красивые, стройные и высокие, золотоволосые и голубоглазые люди. Сильное, благородное и процветающее племя. Мужественный народ, который не претендует на земли соседей, но и в свою страну врага не пустит. Независимые и непокорные земледельцы, часто страдавшие от набегов коварных степняков-кочевников. Ну что, у всех в общих чертах получилась подобная картинка?

А теперь поднимите эту благостную икону как можно выше над головой и с размаха обрушьте хрустальный образ предка на каменный пол. Так, чтобы осколки брызнули в разные стороны. Вытравим из нашего подсознания все засевшие там стереотипы восприятия славян. Договоримся, что мы абсолютно ничего о них не знаем. Начнём наши поиски с "табула раса" – чистого листка.

* * *

Холодный осенний дождь усердно барабанил в окна скромной лондонской квартирки, настаивая на том, что о вечерней прогулке можно забыть. Двое старинных приятелей, несхожих друг с другом, как огонь и вода, и оттого ещё более неразлучных, сидели в маленькой гостиной у камина, угли в котором почти догорели. Ужин был давно съеден, пиво выпито, наступило время выкурить трубку или сигару. Словом, самая подходящая обстановка для неспешной и задушевной беседы.

– Друг мой, признаюсь, я удивлён тем обстоятельством, что вы согласились бросить свою обычную практику и заняться поисками этих, как их там… славян. Насколько мне известно, история в чистом виде вас никогда не интересовала.

– Ваша правда, Уотсон, данная наука всегда казалась мне занятием для чудаков. Рассеянный профессор, нашедший в архивах пыльную рукопись XIII века или какой-нибудь чумазый антрополог с лопатой наперевес – вот образчики людей, страшно далёких от мира сего, беспомощных и непрактичных. Возьмите, к примеру, нашего общего друга доктора Мортимера. Всякий свободный час он проводит в раскопках древних могил, и разглядывает полуистлевшие черепа с удовольствием, которое искусствоведы получают от картин Тициана или фресок Рафаэля. Разве можно ждать от такого рода "учёных" сколь-нибудь точных сведений? Не мудрено, что они окончательно запутались в своих версиях. И потом, все историки болеют одной и той же болезнью – народ, чьим прошлым они занимаются, кажется им самым великим, самым доблестным и славным. То есть, они идеализируют объект своего поиска. А ведь это большая ошибка. К примеру, вы ищите джентльмена в читальном зале Британской библиотеки, а он в это время сидит с друзьями в ближайшей пивной. Нет уж, чтобы кого-то найти, надо знать не столько его достоинства, сколь недостатки. Уверяю вас – историки просто по природе своей не способны обнаружить славян.

– И поэтому вы согласились им помочь?

– Дорогой Уотсон, вы прекрасно знаете, что я никогда никому не помогаю, даже полиции. Я просто делаю свою работу. Видите ли, в данном случае сама задача показалась мне не лишённой некоторой интриги. Разве не любопытно то, что утеряна родословная не какой-нибудь там отдельной личности, а целого народа, или точнее, семейства народов. И никто не смог обнаружить его следы. Вот скажите, Уотсон, вы, как патриот короны, неужели б не расстроились, узнав, что британцы в одночасье начисто лишились своего славного прошлого и не знают, кто они и откуда явились их предки?

– Полагаю, Холмс, нет нужды равнять британцев и славян. Видите ли, нам, англичанам, есть, чем гордиться. В отличие от остальных обитателей Острова – шотландцев и валлийцев, которые, несомненно, происходят от кельтских народов, издревле осевших в этих местах, наши прямые прародители – германские племена англов, ютов и саксов – приплыли с Континента в пятом веке нашей эры, то есть, в эпоху Великого переселения народов. Саксы, как известно, первоначально жили на Севере Германии, там до сих пор имеется провинция Саксония. Англы и юты обитали на полуострове Ютландия. А ещё раньше, насколько историки осведомлены, предки всех германских народов заселяли Скандинавию. И уже оттуда, с Севера, двинулись на покорение Европы. Несомненно, истоки нынешних англичан лежат на берегах холодных морей, на родине могучих викингов. Героические, однако, были времена, громкая слава древних германских воителей ещё долго витала над нашим континентом. Впрочем, имеются учёные, которые считают, что история этих северных народов уходит корнями в немыслимую глубь веков. Эти историки утверждают, что предки германцев произошли от арийских племён, которые при помощи боевых колесниц покорили Персию и Индию. Именно древние арийцы – наши вероятные пращуры – принесли тамошним обитателям санскрит – наречие, родственное европейским языкам, создали знаменитые Веды – нетленное сокровище общемировой культуры. В эпоху абсолютной дикости арии привили основы цивилизации жителям далёких азиатских окраин, а затем вернулись в Европу, чтобы покорить значительную её часть. Вне всяких сомнений, германские народы, и англичане в их числе, вполне могут гордиться благородством своего происхождения!

– Блестящая речь, Уотсон. Вот уж никогда бы не подумал, что тема прошлого британцев вас так вдохновит. Однако, друг мой, заметьте, что прочим европейцам тоже, как правило, есть, чем гордится в плане исторических традиций. Наши соседи французы – ведут свою родословную от галлов, кельтского племени, сражавшегося с самим Юлием Цезарем. Правда галльскую кровь слегка разбавили на юге страны римские поселенцы, а на севере германские племена – франки и норманны. О глубоких корнях германцев мы с вами уже говорили. Итальянцы напрямую восходят к древним римлянам и прочим италийцам – этрускам, венедам, самнитам. Не так ли? Впрочем, свой след на Апеннинах оставили и германские народы – лангобарды и остготы, явившиеся туда в эпоху Великого переселения. Современные испанцы происходят от кельтиберских племён, тоже кельтов, но издревле осевших на Пиренейском полуострове. Правда, в Средние века там же оказались и германцы-вестготы. Что касается нынешних греков, то они упорно пытаются доказать всему миру, что их прародители – древние эллины, создатели самой блестящей цивилизации древнего мира. Даже малые балканские народы – албанцы, румыны и прочие – и те помнят о своих истоках, указывая на некогда знаменитых иллирийских и фракийских предков. И только славяне окончательно запутались в собственной родословной.

– На самом деле, Холмс, это не так уж сложно объяснить. Мы ведь знаем, что дело было на Востоке континента, вдалеке от очагов цивилизации. Там пространства обширней, леса гуще, множество рек и болот. Жило себе в глухих дебрях небольшое племя, соседей не трогало, античных авторов не волновало. А затем раз – и объявилось на исторической сцене. "Это мы, принимайте нас!"

– Замечательная версия, Уотсон, но вы забываете о роли, сыгранной славянами в судьбах нашего континента. Перед нами не какой-нибудь скромный маленький народец, а подлинный суперэтнос. То есть, сверхнарод, прародитель целого семейства этносов. В истории Европы таковых было, если мне не изменяет память, всего лишь трое: кельты, германцы и, наконец, наши герои – славяне. В конце концов именно их потомкам принадлежит почти половина Европы. Да и античные историки постоянно сообщали о "бесчисленных толпах склавинов". А ведь великое множество не рождается из малого, тем более, из ничего...

– Не проще ли тогда предположить, что этот, как вы изволили его назвать, суперэтнос, явился откуда-то из глубин Азии, вместе с какими-нибудь гуннами или татарами? В тех краях хватает племён азиатского толка. Возьмите, к примеру, турок или венгров.

– Справедливое замечание. Но заметили ли вы, мой дорогой Уотсон, что те, кого вы так деликатно назвали "племенами азиатского толка", отличаются в своём роде необычной внешностью. В их облике без труда угадывается некая экзотика, непривычная глазу европейца. Взгляните на необычный разрез глаз венгерских женщин, их широкие скулы, а также крючковатые носы или смуглую кожу турок. Не забудьте, к тому же, что венгры и турки говорят на иных, неиндоевропейских наречиях. Что же касается тех, кого мы ищем, то язык славян, как признают все лингвисты, очень напоминает речь древнейших индоариев. Да и внешность славян в Европе выглядит вполне заурядной. Поляка или чеха вы ни за что не отличите от германского крестьянина или норвежского рыбака. Впрочем, и русский мужик, если его вытряхнуть из ужасного овчинного тулупа, хорошенько отмыть, сбрить нелепую бороду, вполне сойдёт за француза или немца.

– С чего, в таком случае, вы намерены начать столь оригинальное расследование?

– Друг мой, а кто вам сказал, что оно хоть чем-то отличается от обычного нашего дела? Представьте себе: найден джентльмен, потерявший память. Он не знает своё имя и не ведает, в какой стороне находится его дом. Что следует предпринять в этом случае?

– Наверное, надо выяснить, кто и где впервые его встретил, в каком виде, не было ли чего-нибудь странного в поведении потерявшегося субъекта…

- Вы правы, Уотсон. Здесь важна каждая мелочь. Какой портной сшил его костюм, что за предметы были в его карманах. Не имелось ли при нём каких-либо бумаг. Быть может, он бормотал некие слова или обрывки фраз на неизвестном языке. Следует внимательно осмотреть его фигуру – плечи, руки, ладони. Нет ли татуировок или родимых пятен? Занимался ли он физическим трудом, есть ли мозоли или иные профессиональные отметины? Не угадывается ли в его манере держать себя военная выправка или осанка аристократа? Словом, необходимо выявить всю совокупность деталей. Каждая из них может стать решающей и главной. Именно поэтому нам следует незамедлительно допросить в качестве свидетелей тех древних авторов, кто первым обратил внимание на славянское племя. Может быть, в их сочинениях обнаружатся некие зацепки для наших поисков?
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Алексей Гудзь-Марков.
Домонгольская Русь в летописных сводах V-XIII вв

Под ред. Е.А. Мельниковой.
Славяне и скандинавы

В. М. Духопельников.
Княгиня Ольга

под ред. А.С. Герда, Г.С. Лебедева.
Славяне. Этногенез и этническая история

Игорь Коломийцев.
Славяне: выход из тени
e-mail: historylib@yandex.ru
X