Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Галина Данилова.   Проблемы генезиса феодализма у славян и германцев

«Закон Винодольский» о положении кметов в обществе.

Кметы «Закона Винодольского» — члены общины. Они живут в общине и без разрешения общины и князя не могут уйти из нее288. Жизнь общинника-кмета оценивается в 100 либров289. Связь между родственниками в общине и между членами общины еще очень велика. Убивший общинника-кмета половину виры (т. е. 50 либров) платит родственникам убитого и 2 либра — общине. Но, видимо, уже действуют новые порядки, так как первые 50 либров наследуют дети убитого290. В «Салической Правде» и других германских «Правдах» так ярко право на прямое наследование (от отца к сыну) не выступает.
Мелкая доля виры, получаемая общиной (2 либра, или 2% с общей суммы виры в 100 либров), объясняется, видимо, степенью силы общинных связей в марке у хорватов. Связи «ближников» (родственников по крови) — сильнее (они получают 50% виры). По-видимому, сказывается наличие большой семьи или, как называют ее у южных славян, «задруги», которая поддерживалась у них очень долго (и, по словам М. М. Ковалевского291, и, по словам Ф. Энгельса292).

В обществе, в котором живет кмет, выделяются две социальные группы — «кметы» и «племенитые». Последние, видимо,— представители феодального класса, так как имеют явные преимущества. Мы готовы согласиться с тем, что кметы были «крепостными князя» 293. Но добавим, что они также зависели и от племенитых людей, т. е. от других феодалов.

По нашему мнению, в «Законе Винодольском» отражена уже несколько более поздняя стадия феодализации, чем в «Русской Правде». Там властителем над смердом выступает только князь — крупный феодал, по «Закону Винодольскому» господами кмета могут быть и князь, и монастырь, и даже племенитый человек, если он землевладелец.

Таким образом, специфика отношений в Винодоле проявляется в том, что, во-первых, крепки связи общины с кметами (кметы — члены общины, несомненно). Во-вторых, крепки еще связи кметов с «ближниками», т. е. с родственниками (получающими 50% штрафа, следуемого по суду за убийство кмета). В-третьих, феодализация в Винодоле идет своим путем: кмет зависим нё только от князя, но и от другого феодала. Это очень интересный случай для наблюдения. Как мы могли по германским «варварским» «Правдам» наблюдать, исследуя их одну за другой294, процесс закрепощения свободного человёка — члена общины (ingenuus), так по источникам славянским мы можем проследить за аналогичным процессом у славянских народов. Например, мы знаем, что русские смерды зависели от князя, а если судить по «праву мертвой руки», применяемого к ним, были и крепостными князя. Близки к этому и кметы «Закона Винодольского».

В Ягич для подкрепления предположения о крепостной зависимости кмета использует грамоты более позднего происхождения (XV века). В одной из них говорится: «Кмет винодольский был обязан возжею и поклоном»295. Иными словами, он должен был возить разные предметы на двор монастыря, князя или другого феодала, должен был «поланять», т. е. дарить или отдавать известную долю своих доходов тому же феодалу и должен был «тяжать», т. е. обрабатывать, землю (а, может быть, виноградники) своего господина296.
Следовательно, эта позднейшая грамота еще раз уточняет, что хозяином кмета мог быть не только князь, но и другой феодал (монастырь, властель и т.д.). Это верно. По мнению Б. Д. Грекова, между XIII и XV веками разница малая. Что сложилось в XV веке (несвобода кмета), в XIII веке могло быть в зародыше297. И мы с этим согласны.

Статьи о кметах в «Законе Винодольском» довольно многочисленны (17, 25, 31, 36, 50, 54, 70, 75-я).

В 17-й статье «Закона Винодольского» говорится о том, что у кмета есть семья (дети, которым идет 50% виры за убийство кмета), «ближний?», т. е. родственники (которым идет 48% виры за вычетом того, что полагается общине — 2%). Интересна подробность, на которую не обратили внимания исследователи: по «Закону Винодольскому» князь не получает никакой части штрафа или вергельда за убитого. А все германские «Правды» и «Русская Правда» во всех статьях отмечают долю штрафа, которая идет законодателю (королю, князю). Здесь этого нет. Князю полагается пеня только в том случае, когда кметы между собой подерутся. И эта пеня не должна превышать 40 сольдинов298. Статья 25 как будто уравнивает кметов между собой.

Но о равенстве кмета со всеми членами общества речи быть не может. Наоборот, статья 54 прямо указывает на то, что кмет не равен племенитому, так как лишен права выступать за него в суде299. Уж если запрещалось выступать за племенитого, тем более нельзя было выступать против племенитого. Равенства между Ними нет, так как один — земледелец, а другой (кмет) — зависимый человек. Кмет зависим не только от князя и от любого феодала, но даже и от: дворцового чиновника.

Разница между кметом и дворцовым чиновником сказывается во всем. Например, в случае кражи скота кмет получает возмещение в двойном размере, а дворцовый чиновник (служащий князя) 300 — в семикратном. Феодализация общества здесь налицо. Это дало право академику Б. Д. Грекову сказать: «Кметы (часть или все — не известно) обязаны рентой в пользу своих хозяев землевладельцев и в то же время несут повинность в пользу государства. Перед нами феодальное общество и, естественно, что винодольское кметство ничем по существу от крестьян других феодальных стран соответствующего времени не отличается» 301. С этим мы согласны. Но хотим добавить, что «Русская Правда» отразила феодальную зависимость смерда только от князя, а «Закон Винодольский», составленный позже, отражает уже следующую ступень феодализации: кмет зависим и от чиновников князя, ставших феодалами. В «Русской Правде» есть к таким отношениям подход. Там выделены огнищанин как близкий к князю человек, его служащий, и «тивун», но там нет еще указаний на то, что они могут закрепощать смерда. «Закон Винодольский» говорит об этом вполне откровенно.

Следует, однако, отметить, что по «Закону Винодольскому» трудно установить конкретную степень зависимости крестьянства в указанный исторический момент. Происходит ли это от недомолвок закона или от того, что феодализация все еще не была завершена, судить трудно. Мы попытаемся выяснить этот вопрос, проанализировав другой источник.

Статья 75 «Закона Винодольского» очень ясно трактует о социальных группировках в обществе, среди которых кмет занимает низшее место. Статья упоминает людей именитых (В. Ягич их прямо называет дворянами302), людей церковных и кметов303. Две первые группировки (к ним, конечно, надо еще отнести и князя как первого феодала) составляют люди привилегированные. Это класс феодалов. А кметы — люди зависимого состояния.

К сожалению, конкретное содержание ренты, какую платил кмет феодалу, «Закон Винодольский» не указывает. Эту конкретную сторону вопроса о закрепощении кмета и о Дальнейшей феодализации у хорватов можно выяснить путем исследования памятника более позднего происхождения и более тщательно разработанного. Речь идет о «Полицком статуте». Но перед этим рассмотрим положение кмета в маленьких славянских общинах Каствы и Вепринца.





288 См.: «Закон Винодольский», стр. 17. («Закон Винодольский». Под ред. В. Ягича, стр. 69, примеч. 137).
289 Либр равен 8 волам.
290 См.: «Закон Винодольский», стр. 31.
291 См.: М. М. Ковалевский. Экономический рост Европы, ч. 1.
292 См.: Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства.— К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21.
293 В. Ягич. Закон Винодольский, стр. 144.
294 См.: Г. М. Данилова. Возникновение феодальных отношений у франков IV—VII вв.; ее же. Аламаннское и баварское общество VIII и начала IX в.
295 Грамота от 1450 г.
296 См.: «Закон Винодольский». Под ред. В. Ягича, стр. 128. Примечания.
297 См.: Б. Д. Греков. Винодол., стр. 44.
298 См.: «Закон Винодольский», ст. 25
299 Там же, ст. 54.
300 Там же, ст. 50. («Двор княж или служабници вишени — од одного седам»).
301 Б. Д. Греков. Винодол, стр. 46.
302 См.: «Закон Винодольский». Под ред. В. Ягича, стр. 98.
303 Там же.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Валентин Седов.
Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование

Д. Гаврилов, С. Ермаков.
Боги славянского и русского язычества. Общие представления

Алексей Гудзь-Марков.
Индоевропейцы Евразии и славяне

Любор Нидерле.
Славянские древности

Сергей Алексеев.
Славянская Европа V–VIII веков
e-mail: historylib@yandex.ru
X