Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама




Loading...
Евгений Черненко.   Скифские лучники

II. Стрелы

Тонку тросточку сломил,
Стрелкой легкой завострил

А. С. Пушкин

Стрелы, использовавшиеся скифами, обычно состояли из трех частей — наконечника, древка и оперения. Общую длину древка скифских стрел, равную 60 см,1) установил Э. Ленд. Обычно древки в погребениях сохраняются плохо, чаще всего сравнительно небольшой кусок 1,5-2,0 см, примыкающий к наконечнику, обычно пропитанный окислами бронзы или железа, имеющими консервирующие свойства.

Приведем некоторые данные о длине древков.

Самые длинные сохранившиеся древки стрел известны из Битовой Могилы (71,28 см)2) и из погребения 17 кургана № 2 в I курганной группе Никопольского курганного поля (82 см).3) Близкую им длину (около 80 см) имели древки стрел в третьем Пазырыкском кургане.4) В кургане № 21 могильника у с. Кут часть древков сохранилась на всю длину — 45 см,5) в кургане № 4 группы Страшной Могилы у г. Орджоникидзе — на 50 см.6) Длину около 60 см имели древки стрел в кургане № 13 группы БОФ у г. Орджоникидзе,7) 70 см — в кургане из Чертомлыка.8) В кургане № 5 у с. Булгакове в Николаевской области стрелы сохранились на всю длину древка — 52 и 44 см,* в гробнице № 2 (погребение 1) кургана № 12 группы Носаки древки сохранились на длину 42-43 см.9)

Интересные данные о длине скифских стрел были получены при раскопках кургана Репяховатая Могила у с. Матусово Шполянского р-на Черкасской обл., проведенных в 1974 г. А. И. Тереножкиным, В. А. Ильинской и Б. Н. Мозолевским. В трех найденных горитах расстояние между наконечниками и костяной застежкой от клапана горита равнялось 40-50 см.10) Исходя из того что застежка находилась приблизительно на 1/3 длины стрелы от ее ушка, общая длина стрелы определяется [22] в 60-65 см. На плане бокового погребения Солохи изображен парадный горит длиной 42,5 см, из которого стрелы выступают почти на 1/3 его длины.11) Следовательно, длина стрел приближалась к 55 см.*

Таким образом, имеющиеся материалы позволяют говорить, что длина древков наконечников стрел колебалась от 44-45 см (сохранившиеся на всю длину древки из Кута и Булгаково) до 80-85 см (древки из кургана на Никопольском курганном поле). Такое различие в длине древков, возможно, объясняется использованием скифами разных по длине луков — коротких и длинных, о чем говорилось в главе о луках. Следует отметить, что длина даже полностью сохранившихся древков лишь близка реальной, но не равна ей. Они стали короче при усыхании дерева.

Во всех случаях древки в разрезе круглые и обычно имеют диаметр около 2-3 мм. Очевидно, эта толщина равна половине или трети реальной и объясняется высыханием дерева. Может быть, близки к реальным данные о толщине древков в кургане Три Брата под Керчью, где они у наконечников имеют толщину 0,4 см, а к концу расширяются до 0,3-0,6 см12) (рис. 12, 1). В кургане у с. Булгакове короткие (длина 44 см) древки имели диаметр 0,3 см, а длинные (52 см) — 0,5 см. По-видимому, диаметр древка зависел и от его длины.

Сохранившиеся древки гладкие, тщательно отшлифованные. Это объясняется стремлением избегать травм при стрельбе. Оканчиваются древки небольшим расширением, образующим ушко с выемкой для тетивы. Ширина и глубина выемок в ушке в сохранившихся экземплярах из кургана Три Брата колебались от 0,25 до 0,35 см.13) Аналогичные ушки сохранились и в Куль-Обе14) (рис. 12, 2). В Пазырке на Алтае древки стрел имели в среднем диаметр 6-7 мм. Они несколько сужались к наконечнику и расширялись у ушка до 9 мм. Вырез для тетивы в ушке стрелы — шириной около 5 мм, очевидно, близкий диаметр имела и сама тетива.15)

Рис. 12. Древки стрел.* 1 — курган Три Брата; 2 — Куль-Оба; 3 — Пазырык.

Прицельная стрельба из лука стрелой, не имеющей оперения, практически невозможна. Оперение имели и скифские стрелы. Оно хорошо заметно на стрелах, лежащих в горитах, изображенных на предметах торевтики. Стрелы с оперением видны на поясе у воинов из погребения № 76 могильника Тли16) (см. рис. 7). Две оперенные стрелы поразили оленя на ажурной пластине из кургана у с. Гюновка Запорожской области (рис. 13). На этих стрелах заметны не только часть оперения, но и ушки. Отчетливо видно, что оперение начинается не у ушка, а на некотором отдалении от него. Стрелу с оперением и ушком держит в руках воин на золотом перстне из гробницы IV в. до н. э. на горе Митридат в Керчи.17) Воин на перстне из Керчи, очевидно, проверяет прямизну стрелы — это очень важно для точности стрельбы (рис. 14, 1). [23]

Арабский средневековый трактат о стрельбе из лука сообщает, что от места нахождения оперения на древке по отношению к ушку зависят точность боя и скорость полета стрелы: близость к ушку обеспечивала точность выстрела, а удаление ее к наконечнику — быстроту полета18) и, следовательно, ударную силу. Кроме оперенных в древности применялись и неоперенные стрелы (судя по упоминанию Геродота о ликийцах, имевших «неоперенные камышовые стрелы»19)).

Рис. 13. Пластина из Гюновки.

О месте помещения оперения на древке на некотором удалении от ушка говорит пластина из Гюновки. Может быть, об этом же свидетельствует и наличие украшений в виде полос разного цвета (красного, черного, белого, желтого), образующих три системы окраски на древках из кургана Три Брата.20) Скифский лук и стрелы с оперением и ушком изображены на монетах Пантикапея IV в. до н. э.21) (рис. 14, 2). Очевидно, оперение прикреплялось к той части древка, где не было окраски. На некоторых древках кургана Три Брата расписаны краской только последние сантиметры, и в этом случае оперение могло крепиться у самого ушка, на других — раскраска кончалась на расстоянии около 5 см от ушка.

Окраска древков стрел нередко встречается в скифских погребениях. Чаще окрашена часть древка, примыкавшая к наконечнику. Для окраски обычно применялась красная или черная краска. Иногда окраска состояла из чередующихся полос разной длины, выполненных в одном или двух цветах. Известна и окраска древков в той части, которая находилась у оперения.

Интересный вариант окраски дают древки стрел из гробницы № 2 (погребение [24] 1 кургана № 12 в уроч. Носаки. На некоторых из них сохранились следы окрашенности: в районе разреза для тетивы нанесена полоска ярко-красного цвета длиной 1-1,2 см, а у наконечников — полоса черного цвета шириной 1-1,3 см. Черная краска окаймлена красной каемкой шириной 0,2-0,3 мм.22) На этих древках полосы окраски довольно широкие. На большинстве древков из других комплексов эти полосы обычно уже. Во всех погребениях, где были найдены окрашенные древки, известна только окраска полосами краски разной ширины, нанесенными поперек древка.

Полихромная роспись из четырех цветов известна только в одном погребении кургана Три Брата (сочетание полос красного, черного, белого, желтого). В пределах одного набора известны от одного до трех способов окраски части древок. Выяснить, связаны ли они с определенными типами наконечников, не удалось. На тщательную фиксацию способов росписей древков, очевидно, следует обратить внимание при раскопках.

Сложную и красивую систему полихромной росписи имели в нижней части древки стрел из курганов Горного Алтая. В отличие от окраски скифских древков, полосы располагались не только поперек, но и вдоль них. На некоторых экземплярах они начинались у самого ушка и занимали 10-15 см.23) В кургане № 401 у с. Журовки вместе с наконечниками стрел «...сохранились кое-где ярко-красные блестки от перышек стрел».24) Э. Ленц отнесся к этому с сомнением, связав появление этих блесток с окислением стрел.25) В кургане № 346 (Зеленая Могила) у с. Теклино в месте окончания древков были «...найдены остатки красной краски, которая, может быть, указывает на окраску перьев у стрел в красный цвет».26)

Рис. 14. Изображения луков и стрел. 1 — перстень из Керчи;
2 — монета Пантикапея.
(в книге расположены вертикально. HF)

Для оперения обычно использовались перья из крыльев птиц. По свидетельству упомянутого выше арабского трактата в средние века на Руси и на Востоке лучшими для оперения считались перья орла, грифа, сокола и морских птиц, использовались перья и других птиц, имеющихся в данной местности.27) Остатки оперения из жестких перьев, вероятно, беркута найдены в одном из сарматских погребений [25] Поволжья (Второй Бережновский могильник, курган № 17, погребение I).28) Оперение из огромных хвостовых перьев имели стрелы из Ноинулинских курганов.29)

Процесс изготовления оперения несложен — с выбранного для этой цели пера сдиралось с двух сторон опахало, обычно с верхним тонким слоем стержня, после чего с помощью клея крепилось к древку по оси с двух или трех сторон. Может быть, скифы для крепления оперения на древке использовали полоски из тонкой узкой кожи, как это делали сарматы, судя по находке в упомянутой выше могиле Второго Бережновского могильника.30) С. И. Руденко на основании находки возле ушка одной из стрел третьего Пазырыкского кургана обмотки из сухожилий увидел в ней средство крепления тетивы.31) Однако эта деталь не могла, очевидно, использоваться для крепления тетивы, поскольку она находилась непосредственно на ушке и была бы сорвана при стрельбе. Скорее всего обмотка скрепляла треснувшее ушко (рис. 12, 3).

Порода дерева, из которого изготовлены древки скифских стрел, практически еще не определялась. А. И. Мелюкова и К. Ф. Смирнов отмечают, что для этой цели применялись береза, ясень, тополь.32) Древко должно было быть без сучков и легко подвергаться обработке с помощью такого несложного орудия, как нож, нередко входившего в состав колчанного набора (например, шесть наборов из Толстой Могилы33)).

Древки стрел изготовлялись и из тростника. Такие древки были найдены в курганах под Смелой, в Малой Цимбалке,34) известны и среди памятников савроматов и сарматов.35) Широкое распространение в древнем мире тростника для изготовления древков стрел подчеркнул М. П. Грязнов.36) «Камышевые стрелы» персов упоминает Геродот,37) а у Фукидида тростник даже фигурирует как синоним стрелы.38)

Очень интересно свидетельство Плиния о значении тростника. «...Если бы кто-нибудь тщательно сосчитал эфиопов, египтян, арабов, скифов, бактров, столь многочисленные сарматские и восточные племена, а также все владения, занимаемые парфянами, то оказалось бы, что во всем мире почти равная часть людей живет, побежденная тростником».39) Тростник — подходящий материал для изготовления древков. Он достаточно прочен, идеально прямой, не требует почти никакой обработки. Немаловажным является и его повсеместное распространение практически на берегах всех водоемов Евразии. Недостатком тростника является его хрупкость. Повысить прочность его можно было закалив стебель на огне, как это делалось в небольшом гималайском княжестве Бутан.40)

К недостаткам относится и его трубчатость, которая затрудняла надежное крепление наконечника и делала невозможным изготовление ушка для запуска тетивы. При натягивании лука тростник в этом месте неминуемо был бы раздавлен пальцами руки, а при натяжении и выстреле его бы расщепила тетива. Для устранения этого недостатка нужны были дополнительные приспособления на концах древка. Древко должно было быть составным. Без применения дополнительных деталей тростниковым древком пользоваться было нельзя. Интересно был решен переход от тростникового древка к наконечнику, прослеженный в карасукском могильнике Дандыбай (рис. 15, 1). В верхний край тростникового древка был вставлен отрезок ветки груши, заостренный конец которой входил во втулку наконечника.41) Такой же способ крепления бронзового наконечника, найденного в «сокровищнице» Персеполя, предполагает [26] Э. Шмидт,42) опубликовавший этот комплекс. Бронзовые втульчатые наконечники стрел с железными насадками использовались с VI в. до н. э. до рубежа новой эры на огромной территории азиатских степей, в Китае и Индокитае.43)

Рис. 15. Части составных древков стрел.
1 — Дандыбай: 2 — Темир-Гора; 3 — Персеполь.

К. Ф. Смирнов верно обратил внимание на то, что в савроматских погребениях во втулках бронзовых наконечников иногда находились короткие деревянные части древков. «Их нижние концы, выходящие из втулки, несколько заострены и не производят впечатления обломанных и истлевших».44) Исходя из этого К. Ф. Смирнов делает вывод об использовании савроматами составных древков, когда нижний конец короткого деревянного стержня вставлялся в конец тростниковой трубки. Такой же способ использования тростника для изготовления древков у скифов предполагает А. И. Мелюкова, оговаривая, правда, что «...точных указаний на это нет».45) Веские доводы в пользу существования составных древков у скифов привела Э. В. Яковенко. Ссылаясь на работу Б. А. Шрамко, она приводит его мнение о наличии деталей из твердого дерева, удачно названных «переходными стержнями», в курганах № 456 у с. Макеевки и № 400 у с. Журавки.46)

Аналогичные переходные стержни, по ее мнению, были найдены в кургане № 12 группы 22-й шахты под г. Орджоникидзе, кургане № 14 группы Широкое-III Скадовского р-на Херсонской обл. Здесь сохранились переходные стержни из дерева длиной от 1,3 до 3 см. «При рассмотрении этих стержней в лупу видно, что они обработаны острым инструментом: одна сторона у них тонкая и заостренная — для втулки наконечника, другая, служившая насадкой тростникового древка, — утолщенная, слегка конусовидная».47) Перечень погребений, в состав инвентаря которых входят бронзовые наконечники стрел с переходными стержнями, можно было бы продолжить, включив в него десятки находок.

Рис. 16. Костяные ушки стрел. 1 — уроч. Дарьевна, 2 — Сувар; 3 — Ильичевка;
4, 5 — Черебаево, 6 — Елизаветовская, 7 — средневековые.

Помимо этих приспособлений, обычных для погребений IV в. до н. э., в более ранних комплексах применялись, по-видимому, и другие. Э. В. Яковенко обращает внимание на шесть костяных предметов из Темир-Горы, о которых писал исследователь этого интереснейшего археологического комплекса А. Е. Люценко, отмечая, что в погребении [27] были найдены «...шесть костяных... трубочек с двумя бронзовыми, по-видимому, принадлежащими к ним наконечниками».48)

Безусловно, костяные трубочки связаны с наконечниками стрел. Это, помимо четкого указания А. Е. Люценко, подтверждает и наличие окислов бронзы именно на тех частях деталей, которые помещались во втулках наконечников (рис. 15, 2).

Детали составных древков представляли собой небольшие, почти цилиндрические, столбики длиной 2,4 см, имеющие у одного конца шип длиной 0,5 см, пропитанный окислами бронзы, и отверстие на другом конце, куда вставлялось древко,49) или еще один промежуточный деревянный стержень.

Это трудоемкое в изготовлении и не очень надежное приспособление, по-видимому, не получило распространения в скифском воинском быту, поскольку применение их не позволяло иметь обширные колчанные наборы. Гораздо проще было изготовлять переходные стержни из дерева. Поэтому в более позднее время они, очевидно, не использовались.

В случае применения тростниковых древков из дерева изготовлялось и ушко. Деревянные детали нижней части наконечников, не защищенные окислами бронзы, подобно переходным стержням, не сохранились. Представление о них дает костяное ушко из кургана в уроч. Дарьевка (рис. 16, 1) под Шполой. Оно имеет вид несколько сужающегося в верхней части цилиндра, в нижней части которого находится полуовальный вырез для тетивы, а в верхней — глухое отверстие, куда вставлялось древко. Высота около 2 см, диаметр около 8-9 мм.50)

Прямой аналогией ушку из Дарьевки является костяное ушко эпохи поздней бронзы из Сувара51) (рис. 16, 2). Интересно костяное ушко из цилиндрического отрезка кости с выемкой для тетивы на одном конце и выемкой для древка на другом из сабатиновского слоя поселения у с. Ильичевка52) (рис. 16, 3). Набор разнообразных костяных ушек для тростниковых древков стрел из срубного погребения у с. Черебаево на Поволжье представлен тремя типами ушек — цилиндрическое с выемкой для тетивы, по-видимому, вставлявшееся в трубку тростника; более крупное того же типа, но с выступом-шипом, входившим в тростинку, и изготовленное из части трубчатой кости; треугольное в плане с острием, входившим в тростинку53) (рис. 16, 4).

Помимо втульчатых, в эпоху поздней бронзы применялись более простые в изготовлении черешковые ушки из рога или кости, повторявшие форму ушка деревянной стрелы54) (рис. 16, 5).

Но основная масса древков, очевидно, имела черешковые ушки, сделанные из прочного дерева. Очень простое, но достаточно рациональное ушко составной стрелы обнаружила в 1976 г. Э. В. Яковенко у станицы Елизаветовской (курган № 67, погребение 1). Оно изготовлено из части трубчатой кости и имеет вид вытянутого треугольника с выемкой в узкой стороне* (рис. 16,6). Ушко абсолютно аналогично черебаевскому.

Следует отметить, что втульчатые и черешковые ушки, применявшиеся со времени поздней бронзы, оказались настолько рациональными, что эта система использовалась на протяжении тысячелетий. Костяные ушки древков русских стрел XVI—XVII вв. из собрания ГИМ имеют ту же схему, что и ушки стрел эпохи поздней бронзы55) (рис. 16, 7). [28]


1) Ленц Э. Э. Заметки о предметах вооружения из раскопок 1903 года близ. с. Журовки, Киевской губ. — ИАК, 1905, вып. 14, с. 65.

2) Zakharov A . A. J. A. Zaretsky's Excavations in the Governement of Kharkov. — ESA, VII, Helsinki, 1932, p. 69.

3) Граков Б. Н. Скифские погребения на Никопольском курганном поле. — МИА, 1962, № 115, с. 59.

4) Руденко С. И. Культура населения горного Алтая в скифское время. М., Л.; 1953, с. 261.

5) Березовецъ Д. Т. Розкопки курганного могильника епохи бронзи та скiфського часу в с. Кут. — АП. К., 1960, т. 9, с. 67.

6) СД, с. 143.

7) Там же, с. 162.

8) Артамонов М. И. Сокровища скифских курганов. Прага, 1967, с. 49.

* Раскопки О. Г. Шапошниковой.

9) Бидзиля В. И., Болтрик Ю. В., Мозолевский Б. Н., Савовский И. П. Курганный могильник в уроч. Носаки. — В кн.: Курганные могильники Рясные Могилы и Носаки. Киев, 1977, с. 143.

10) Ильинская В. А., Мозолевский Б. Н., Тереножкин А. И. Курганы VI в. до н. э. у с. Матусов. — В кн.: Скифия и Кавказ. Киев, 1980, рис. 9; Клочко В. И. Новые данные о типах скифских горитов и колчанных наборов VI в. до н. э. — В кн.: Новые исследования археологических памятников на Украине. К., 1977, с. 50.

11) Манцевич А. П. Парадный меч из кургана Солоха. — МИА, 1969, № 150, рис. 1.

* Возможно, в этом горите, как и в других скифских парадных горитах IV в. до н. э., стрелы были покороче и длина их не превышала длины горита. Во всяком случае, на всех изображениях горитов близкого типа стрелы не выходят за его габариты.

12) Бессонова С. С. Указ. соч., с. 246. [153]

13) Там же, с. 246.

14) ДБК, табл. XXVII, 20.

15) Руденко С. И. Культура населения Горного Алтая в скифское время, с. 261.

* В книге было «луков» — HF.

16) Техов Б. В. Очерки древней истории и археологии Юго-Осетии. Тбилиси, 1971, рис. 77, 12, 13.

17) Манцевич А. П. Изображения «скифов» в ювелирном искусстве античной эпохи, с. 21, рис. 1, 8.

18) Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие. — САИ, 1966, вып. E1-36, с. 51.

19) Геродот. История, VII.92, с. 337.

20) Бессонова С. С. Погребение IV в. до н. э. из Трехбратнего кургана, с. 246-247, рис. 2, 15-16.

21) Бурачков П. Общий каталог монет, принадлежащих эллинским колониям. Одесса, 1884, ч. 1, табл. XIX, 50.

22) Видзиля В. И., Болтрик Ю. В., Мозолевский Б. Н., Савовский И. П. Курганный могильник в урочище Носаки, с. 143.

23) Руденко С. И. Культура населения Горного Алтая в скифское время, табл. CXIX-СХХ.

24) ИАК, вып. 14, с. 18.

25) Ленц Э. Э. Указ. соч., с. 67.

26) Смела, т. 3, с. 20.

27) Медведев А. Ф. Указ. соч., с. 51.

28) Синицын И. В. Древние памятники в низовьях Бруслана. — МИА, 1960, № 78, с. 32.

29) Руденко С. И. Культура хуннов и Ноинулинские курганы. М.; Л., 1962, с. 25.

30) Там же.

31) Руденко С. И. Культура населения Горного Алтая в скифское время, с. 261, табл. CXIX.

32) Мелюкова А. И. Вооружение скифов, с. 16; Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 32; Смирнов К. Ф. Сарматы на Илеке, с. 163.

33) Черненко Е. В. Оружие из Толстой Могилы. — В кн.: Скифский мир, Киев, 1975, с. 152; Мозолевский Б. М. Указ. соч., с. 177. О ножах при горитах см. главу «Гориты и колчаны».

34) Смела, т. 2, с. 105; ИАК, 1910, вып. 35, с. 70; OAK за 1868, Спб., 1870, с. XVII.

35) Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 32.

36) Грязнов М. П. Памятники карасукского этапа в Центральном Казахстане. — СА, 1952, т. 16, с. 134-135.

37) Геродот, VII.61, с. 332.

38) Фукидид. История, IV.40.2 / Пер. Мищенко, с. 178.

39) Плиний. Естественная история, XVI.106. — ВДИ, 1949, № 2, с. 312.

40) Пессель М. Путешествия в Мустанг и Бутан. М., 1978, с. 213.

41) Грязнов М. П. Указ. соч., с. 134, рис. 3, с. д.

42) Schmidt E. F. Persepolis. Chicago, 1957, vol. 2, p. 99, fig. 20, A.

43) Литвинский Б. А. Древние кочевники «Крыши мира». М., 1972, с. 100.

44) Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 32.

45) Мелюкова А. И. Вооружение скифов, с. 16.

46) Яковенко Э. В. Курган на Темир-Горе, с. 263.

47) Там же.

48) Там же, с. 263.

49) Там же, с. 262-263, рис. 1, 3.

50) Смела, т. 2, табл. XIV, 7.

51) Медведев А. Ф. Указ. соч., с. 50, табл. II, 10.

52) Шаповалов Т. А. Поселение срубной культуры у с. Ильичевка на Северском Донце. — В кн.: Энеолит и бронзовый век Украины. Киев, 1976, рис. 7, 20.

53) Синицын И. В. Археологические раскопки в зоне строительства Сталинградской ГЭС — КСИИМК, 1953, вып. 50, с. 85, рис. 35, 2.

54) Медведев А. Ф. Указ. соч., с. 50, табл. 9.

* Благодарю Э. В. Яковенко и И. Б. Брашинского за разрешение опубликовать этот предмет.

55) Там же, табл. II, 11-14.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Вадим Егоров.
Историческая география Золотой Орды в XIII—XIV вв.

Светлана Плетнева.
Половцы

Василий Бартольд.
Двенадцать лекций по истории турецких народов Средней Азии

Коллектив авторов.
Гунны, готы и сарматы между Волгой и Дунаем

М. И. Артамонов.
Киммерийцы и скифы (от появления на исторической арене до конца IV в. до н. э.)
e-mail: historylib@yandex.ru
X