Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Эллен Макнамара.   Этруски. Быт, религия, культура

Власть

Мы уже видели, насколько тесно религия в Этрурии переплелась со светской жизнью, поэтому знамения, приписываемые богам, можно было расценивать как руководство к действию в политической сфере.

Ежегодно представители двенадцати городов Этрурии собирались в храме Вольтумна, который, как мы знаем, был расположен на территории древних Вольсиний (Орвието). Здесь представители полисов обсуждали военные и политические вопросы. В этом этрусские города, вероятно, следовали примеру союза двенадцати греческих городов в Малой Азии. На протяжении столетий ситуация менялась, тот или иной этрусский город достигал расцвета или, напротив, приходил в упадок, вследствие чего политическое лидерство переходило от города к городу. Связь между этрусскими государствами должна была быть прежде всего религиозной; можно предположить, что, подобно грекам, собиравшимся в Дельфах или Олимпии для проведения панэллинских празднеств, этруски также собирались в Вольсиниях, чтобы принять участие в играх и большой ярмарке, а представители городов-государств обменивались здесь мнениями и вырабатывали планы общих действий. На этих собраниях избирались официальные лица. Некогда здесь, возможно, выбирали и царя, а позднее жрецов.

Вряд ли между этрусскими полисами существовало такое острое соперничество, какое бытовало между греческими городами-государствами, но они все же с трудом объединялись для совместных действий. В большинстве войн этрусские полисы сражались в одиночку или же заключали временные союзы с другими государствами, независимо друг от друга вступали в соглашения с Римом, заключая с ним перемирия. В целом можно говорить о том, что этрусские полисы образовывали свободную конфедерацию автономных городов-государств, связанных религиозными узами, общим языком и в некоторых случаях обоюдными интересами.

В то время, когда политическая организация италийских народов была все еще в основе своей племенной, в Этрурии процветала система городов-государств, напоминающих образования Греции или Великой Греции. Хотя в античных источниках и упоминается двенадцать городов Этрурии, точный список этих городов неизвестен, впрочем, вряд ли он оставался неизменным на протяжении столетий. По современной оценке, в этот список могли входить Цере (Черветери), Тарквинии (Тарквиния), Вульчи, Рузеллы (Руселлы), Ветулония, Вольсинии (Орвието), Клузий (Кьюзи), Перузия (Перуджа), Кортона, Арретий (Ареццо) и Волатерры (Вольтерра), а когда пали Вейи, их место заняла Популония.

Античные источники и эпиграфические свидетельства дают нам не более чем общие наброски картины политического развития этрусских государств. В ранние периоды существовали монархии, этот институт, вероятно, возник сразу же, как только оформились государства. Царя называли лукумоном (на этрусском – lauchme или lauchume). По аналогии с другими государствами цари, возможно, сосредотачивали в своих руках религиозную, военную и судебную власть.

Римляне переняли некоторые наиболее яркие этрусские традиции, включая инсигнии – символы царской власти, которые впоследствии стали символами римских магистратов. По утверждению Ливия, принимая царский сан от двенадцати ликторов, Ромул следовал этрусским традициям, а курульное кресло и toga praetexta, также пришедшие из Этрурии, были среди регалий римских магистратов. После установления республики у ликторов появились фасции – пучки прутьев с воткнутыми в них топориками, которые они несли перед консулами. Дионисий Галикарнасский рассказывает, как Луций Тарквиний Старший одержал победу над этрусками и те преподнесли ему символы царской власти – «золотую корону, трон из слоновой кости, скипетр с орлом на набалдашнике, пурпурную тунику, украшенную золотом и расшитую пурпурную мантию». Античные авторы могут ошибаться в деталях, но в целом римский церемониал вряд ли сильно изменился со времен Тарквиниев. Археологические раскопки наглядно подтверждают, что этруски в самом деле использовали многие из приписываемых им регалий.

В гробнице Ликтора в Ветулонии (VII век до н. э.) была найдена маленькая железная модель фасций. Это топорик с двумя лезвиями, подобно тому, которым потрясает Авеле Фелюск, изображенный на стеле (рис. 34). Расписанная пластина из Черветери, датируемая концом VI века до н. э., изображает сановника, возможно царя, сидящего на складном кресле, украшенном слоновой костью. Впоследствии это кресло превратилась в курульное кресло римских магистратов. На сановнике короткая пурпурная накидка, в руке он держит жезл. Такой же жезл, но с фигуркой животного на набалдашнике, держит человек, изображенный на табличках Бокканеро. Подобные регалии римских магистратов и полководцев, шествующих в триумфальных процессиях по улицам Рима, долгое время оставались неизменными, копируя свой античный прототип, в отличие от одежд, более подверженных влиянию времени.

В III веке до н. э. этруски из знатных семей носили длинные одеяния с каймой, похожие на toga praetexta, белую тогу с пурпурной каймой, которую носили римские магистраты и свободнорожденные мальчики. В гробнице Франсуа в Вульчи, роспись которой датируется IV веком до н. э., изображена фигура Нестора, облаченного в длинную пурпурную накидку – этрусское представление о царском облачении, а Вел Сатис одет в великолепную пурпурную тогу, расшитую фигурами танцующих воинов, – это одеяние очень напоминает toga picta, в которую облачались полководцы во время своих триумфальных шествий по улицам Рима в дни республики.

Тем временем в Средиземноморье политическая власть переходила от монархии в руки знати. Так, последний царь был изгнан из Рима в 509 году до н. э. Возможно, те же процессы происходили и в Этрурии, где главную роль стал играть класс людей, останки которых впоследствии упокоились в роскошных гробницах. К концу V века до н. э., к общему возмущению этрусских государств, в Вейях, переживавших кризис, была восстановлена монархия.

К этому времени политическая власть в Этрурии, возможно, в целом перешла к знати (principes), которую составляли члены аристократических семей. Этот класс созывал собрание, подобное римскому сенату, которое делегировало властные полномочия магистратам, ежегодно избираемых из участников собрания. Из многочисленных надгробных надписей, датируемых в основном периодом после завоевания Римом, мы узнаем названия должностей, которые при жизни занимал покойный. В надписях встречаются слова purth, zilath и maru; резонно предположить, что чиновники, занимавшие эти должности, формировали нечто вроде коллегий, подобно римским, однако точное значение этих названий нам неизвестно. Мы знаем только, что эти должности можно было занимать в довольно юном возрасте и не единожды. Надгробная надпись в Вульчи рассказывает о мужчине, который семь раз был zilath и один раз занимал должность purth; скончался он в возрасте семидесяти двух лет. Вторая надпись, относящаяся, по всей вероятности, к его сыну, говорит о молодом человеке, умершем в возрасте двадцати пяти лет, к этому времени он уже состоял в должности zilath. На надгробных рельефах в Вольтерре и других городах мы видим изображения высокопоставленных людей. Они отправляются в загробный мир, одни слуги несут перед ними связки прутьев и трубы, другие – скамеечки и письменные принадлежности, символы судебного поста.

Недостаточно информации, которая могла бы помочь нам в определении положения других классов. Число правящих семей (gentes), было велико, и пропасть, отделявшая их от остального общества, всегда оставалась достаточно широкой. Это межклассовое разделение до некоторой степени смягчалось распространенной системой клиентелы, при которой знатный человек оказывал покровительство свободному бедняку в обмен на верную службу. Хотя аристократическое общество существовало в Этрурии достаточно долго, социальные перевороты начались лишь в конце IV века до н. э., когда из Ареццо (Арретия) была изгнана знатная семья Цильниев.

Пятьдесят лет спустя, в 265 году до н. э., после падения этрусских городов, произошла еще одна социальная революция, на этот раз в древних Вольсиниях, и, хотя деталей мы не знаем, суть произошедшего нам ясна: знать отказалась от большей части своей власти, отпустила на волю некоторых рабов и позволила им войти в собрание. Те немедленно воспользовались ситуацией, инициировав передел собственности, отвергнув позволение знати присутствовать на собрании, и потребовали разрешить межклассовые браки. Знать обратилась за помощью в Рим, однако планы их были раскрыты и многие знатные люди были убиты еще до того, как прибыли римляне. Ни одна история не могла бы яснее рассказать о глубоком расслоении этрусского общества в тот период.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мария Гимбутас.
Балты. Люди янтарного моря

Гвин Джонс.
Норманны. Покорители Северной Атлантики

Гвин Джонс.
Викинги. Потомки Одина и Тора

Дэвид Лэнг.
Грузины. Хранители святынь
e-mail: historylib@yandex.ru
X