Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
А.Н. Дзиговский.   Очерки истории сарматов Карпато-Днепровских земель

2. Тираспольская курганная группа в Нижнем Поднестровье - поздние скифы или ранние сарматы?

Наиболее уязвимой стороной изложенных выше рассуждений является практически полное отсутствие в Северо-Западном Причерноморье археологических памятников середины - второй половины III в. до н.э., которые уверенно можно было бы связать с сарматами. Такое положение вынуждает нас обратить внимание на древности давно уже известные, культурно атрибутированные, занимающие своё прочное место в системе скифо-сарматских древностей этого региона.

Речь идет о Тираспольской курганной группе или "курганах Тираспольщины"66, интерес к которым неминуемо должен был вновь возникнуть в связи с начатыми и успешно продолжающимися исследованиями курганного могильника у с. Глинное в Нижнем Поднестровье, который является составной частью данной группы67. В свое время, при исследовании обширного Тираспольского курганного поля, супругами Стемпковскими у сел Глинное, Чобручи, Плоское, Терновка, Парканы было выявлено значительное количество погребений совершенных в могильных ямах единой, весьма специфической конструкции, а именно - катакомбах68 (Рис. 2). В настоящей работе нет никакой необходимости останавливаться на подробном описании и характеристике данных погребальных сооружений, поскольку А. И. Мелюковой уже был проведен детальный анализ этих древностей, разработана типология катакомб и определена их датировка69. Отметим лишь наиболее существенные слагаемые погребального ритуала и состава инвентаря. Катакомбы характеризуются перпендикулярным расположением входной ямы по отношению к могиле или же под определенным углом к ней (третий тип скифских катакомб по Б. Н. Гракову; 1 и 2 вариант III типа и 2 вариант (А) V типа катакомб Степной Скифии по В. С. Ольховскому; первый тип сарматских катакомб Южного Приуралья и Заволжья по К.Ф. Смирнову)70. Для подавляющего большинства катакомб обязательно наличие короткого и неширокого дромоса, соединяющего входную яму прямоугольной в плане формы с погребальной камерой. Некоторые из входных ям имели уступы-заплечики, идущие вдоль длинных сторон. В катакомбных погребальных сооружениях, в количественном отношении, явно преобладают одиночные захоронения, парные зафиксированы в трех случаях. Для всех погребенных характерны вытянутое положение, на спине, строго вдоль длинной оси катакомбы и устойчивая меридиональная (северная с отклонением к востоку или западу) ориентировка. В курганах 109 и 114 у с. Парканы погребенные были уложены головой на юг, в кургане 260 на Сербской земле - юго-запад и юго-восток. Единственный случай широтной ориентировки погребенного в катакомбе был зафиксирован в кургане 276 у с. Глинное, где в парном захоронении скелет ребенка был ориентирован головой на восток.

Рис. 2. Катакомбные погребальные сооружения Тираспольской курганной группы (по дневникам И. Я. и Л. П. Стемпковских).
Рис. 2. Катакомбные погребальные сооружения Тираспольской курганной группы (по дневникам И. Я. и Л. П. Стемпковских).

Из особенностей погребального ритуала следует отметить расположение напутственной пищи в миске с ножом у головы погребенных; размещение в некоторых захоронениях каменных плит небольших размеров, причем в трех катакомбах на них были поставлены сосуды, наличие в довольно значительной части катакомб лепных курильниц и гальки в некоторых из них. Два погребения сопровождались конскими захоронениями (курганы 345 и 412 у с. Чобручи). В кургане 345, в единственной на весь обширный некрополь катакомбе, где входная яма и могильная камера были расположены по длинной оси (второй тип катакомб по Б.Н. Гракову;71 вариант (А), второго типа по B.C. Ольховскому; второй тип по К.Ф. Смирнову в ногах погребенного, с правой стороны, было положено туловище лошади без ног и головы. В кургане 412, в парном захоронении, кости лошади находились в специальной нише, выкопанной в торцовой стенке могильной ямы72.

Состав погребального инвентаря характеризуется значительным количеством лепной керамики, предметами личного убора и туалета, хозяйственного и бытового назначения, украшениями. Предметы вооружения представлены, главным образом, наконечниками стрел. Причем, что особенно важно подчеркнуть, в подавляющем большинстве катакомб преобладают железные трехгранные втульчатые наконечники стрел. Согласно хронологии А.И. Мелюковой, катакомбы Тираспольского курганного поля датируются преимущественно II в. до н.э. Наряду с этим, здесь известны захоронения в погребальных сооружениях аналогичного типа, которые могут быть датированы концом IV - началом III вв. до н.э., и концом III в. до н.э. Появление катакомб на тираспольщине автор связывает с переселением в этот регион части скифского населения Нижнего Поднепровья, в погребальных традициях которого на рубеже IV-III вв. до н.э. получает распространение обычай сооружать меридиональные катакомбы и хоронить умерших головой на север. Предположительно, это переселение произошло в конце III или в начале II в. до н.э. под давлением с востока сарматов73.

С древностями, исследованными супругами И. А. и Л. П. Стемпковскими, поразительное сходство в конструкции могильных сооружений, деталях погребального ритуала и составе инвентаря демонстрируют материалы курганного могильника у с. Глинное, который предварительно датируется второй половиной III - началом II вв. до н.э. или последней третью III - первой четвертью II вв. до н.э. (Рис. 3). Изученные здесь комплексы не только подтвердили результаты раскопок супругов Стемпковских, но и существенно дополнили их как в количественном, так и в качественном отношении74. Становится вполне очевидным, что перед нами памятники одного культурного круга, являющие собой яркие археологические свидетельства существования на западе степного Причерноморья на протяжении III-II вв. до н.э. какой-то группы кочевого населения, оставившей эти многочисленные курганы.

Рис. 3 Погребальные сооружения могильника у с. Глинное (по Е. В. Яровому и И. А. Четаерикову).
Рис. 3. Погребальные сооружения могильника у с. Глинное (по Е. В. Яровому и И. А. Четаерикову).

Вся сложность заключается лишь в вопросе, кто кочевал в степях исследуемого региона в столь "темный" для его истории период? Дело в том, что если признать занимаемые нас древности действительно скифскими, то по целому ряду особенностей погребального обряда они будут стоять несколько особняком в системе погребально - поминальной обрядности населения Степной Скифии IV - III вв. до н.э. Таковыми являются: меридиональная ориентировка умерших, размещение напутственной пищи в миске, наличие курильниц, равно как и гальки в них, в могильной камере75. К вышеперечисленным особенностям необходимо также добавить обычай перекрещивания ног, меловую посыпку в катакомбах, обычай обжигания погребального инвентаря, захоронения собак во входных колодцах76. Безусловного внимания заслуживают и два кургана, раскопанные супругами Стемпковскими у сел Терновка и Глинное (185 и 276 соответственно), что, совершенно справедливо, отмечено в свое время А.И. Мелюковой77. Так, в первом из них было исследовано погребальное сооружение столь необычной конструкции, что вовсе не лишним будет привести его полное описание по дневнику Стемпковских. "Центральное могильное пятно, оказалось входом в мину (катакомбу - А.Д.), потолком (верхом) которой служила подошва кургана.

С северной стороны кургана 8 равных ступеней, каждая 6 вершков ширины и 5 вершков высоты. Длина от первой до последней ступеньки - 1 сажень, 1 аршин, 10 вершков; ширина 14 вершков. Высота от последней ступеньки до поверхности кургана 2 аршина, 11 вершков. Ступеньки ведут в канаву, длиной 1 сажень, 2 аршина, 12 вершков; шириной возле ступеньки 15 вершков и расширяясь по направлению к мине - 1 аршин, 6 1/2 вершков и 14 1/2 вершков глубиной. Высота канавы до подошвы мины 2 аршина, 7 1/2 вершка. Из канавы в мину ведет лишь одна ступенька, высотой 8 вершков, шириной 9 вершков, длиной 13 вершков. Мина правильной овальной формы, длиной 1 сажень, 2 аршина, 8 вершков; шириной отверстия мины 2 аршина, 2 1/2 вершка (при подошве), в центре 1 сажень, 6 вершков и восточная сторона 2 аршина, 2 1/2 вершка. Высота отверстия 3 аршина, в центре 1 аршин, 15 вершков и восточная сторона 1 аршин, 6 вершков.

Засыпана мина желтой глиной с черноземом. Внутри мина грубой работы. Стены и потолок носят на себе следы работы лопатами. Пол вымазан желтой глиной. По всем признакам мина была разграблена раньше. Кроме разбросанных, сильно истлевших костей, одного уголька и перетлевшего дерева (дуба) ничего не оказалось. При входе в мину, на её подошве, за каждым штыком лопаты, попадалось перегнившее дерево дуб. Из мины на запад, ведут пять ступеней - 1 сажень, 1 аршин, 6 1/2 вершков от последней ступеньки до поверхности кургана, 3 нижние ступеньки больше. Длиной каждая 2 аршина, 13 вершков, шириной 10 1/2 вершков, высотой 9 вершков. Расстояние от нижних до двух верхних 15 1/2 вершков. Верхние ступеньки неодинаковы: нижняя 2 аршина, 8 1/2 вершков, верхняя - 2 аршина, 5 1/2 вершков длины. Шириной обе 6 вершков и высотой обе 8 вершков. Западная часть кургана, где находятся ступени, насыпана чистым черноземом от поверхности кургана, на 1 аршин 10 вершков, и далее до самой подошвы ямы чистой желтой глиной...78.

Если попытаться реконструировать данное погребальное сооружение, согласно дневниковых записей Стемпковских, то оно, судя по всему, будет представлять собой дромосную могилу с меридиональным расположением дромоса по отношению к широтно ориентированной катакомбе (Рис. 4).

Рис. 4. Графическая реконструкция дромосной могилы, исследованной у с. Терновка (согласно дневниковых записей И. Я. и Л. П. Стемпковских)
Рис. 4. Графическая реконструкция дромосной могилы, исследованной у с. Терновка (согласно дневниковых записей И. Я. и Л. П. Стемпковских)

К последней с запада, вероятно, несколько позднее, с верха насыпи кургана был прокопан грабительский ход, через который и было совершено ограбление. И хотя ограбленность погребения, до некоторой степени, снижает вероятность подобной реконструкции, тем не менее, наличие именно дромосной могилы в этом кургане вряд ли может вызвать сомнение. Очень интересен и второй курган, где погребенная была уложена практически по диагонали неограбленной катакомбы79 (Рис. 2, 4). Как видим, перечень особенностей погребального ритуала, достаточно рельефно выделяющих катакомбы Тираспольского курганного поля в системе погребально-поминальной обрядности населения Степной Скифии IV - III вв. до н.э., весьма внушительный. В этой связи, представляется вполне оправданным остановиться более подробно на основных из них. Начать, пожалуй, имеет смысл с самих могильных сооружений, которые, как уже отмечалось несколько выше, представлены, в подавляющем большинстве, катакомбами с перпендикулярным расположением входной ямы по отношению к погребальной камере или же под определенным углом к ней. Близкие по своей общей конструкции могилы известны в скифских древностях Днепровского Лесостепного Правобережья80, Нижнего Поднепровья81 и Нижнего Подунавья82, датирующихся в пределах IV - начала III вв. до н.э., где они фиксируются вместе с катакомбами других типов, не составляя при этом, в отличие от Тираспольского курганного поля, не только абсолютного, но и вообще какого-либо более или менее значимого большинства83. В степном Причерноморье катакомбы рассматриваемого типа появляются, судя по всему, не ранее первой половины - середины IV в. до н.э.84, хотя вполне вероятно и некоторое "омоложение" этой даты85. В целом же, катакомбы как погребальные сооружения, будучи редкими в Степной Скифии в VI-V вв. до н.э., получают широкое распространение в IV-III вв. до н.э., а линия развития их на данной территории прослеживается еще с эпохи бронзы86. Однако, в последнее время, появляется все больше археологических данных, убедительно свидетельствующих о том, что катакомбы как погребальные сооружения были не менее характерны и для сарматского мира. Так, если исходить из обобщающего материала, содержащегося в исследовании М. Г. Мошковой и В. Ю. Малашева, то становится очевидным, что еще одним регионом относительно широкого распространения катакомб во второй половине I тыс. до н.э., следует признать Южное Приуралье, где данные погребальные сооружения, теперь уже в достаточном количестве, известны в "савромато-сарматских" древностях V-II вв. до н.э.87 И, хотя явное большинство здесь составляют могилы с расположением входной ямы и камеры по одной оси или под тупым углом друг к другу, тем не менее, необходимо подчеркнуть, что наиболее ранние Южно-Уральске катакомбы, датирующиеся V в. до н.э., имеют Т-образную форму88, т.е. типологически соответствуют тираспольским. Вопрос о происхождении ранних катакомбных сооружений кочевников Южного Приуралья остается во многом открытым и до настоящего времени. Исследователями предлагается несколько вариантов его решения. Согласно первому из них, определенное влияние на их происхождение оказали племена Средней Азии89. Второй вариант не исключает вероятности местного происхождения погребальных конструкций данного типа90. Третий - предполагает "скифский импульс" из более западных регионов, в частности, с территорий лесостепного и степного Поднепровья91. Каждая из приведенных точек зрения достаточно обоснована и заслуживает серьезного внимания, однако, если вспомнить о том, что погребальные сооружения подбойно-катакомбного типа были широко распространены в VI-V вв. до н.э. и у кочевников Семиречья92, то тезис о юго-восточных корнях происхождения катакомб у номадов Южного Урала представляется наиболее вероятным, хотя нельзя полностью исключать и обратного93.

В то же время, невозможно не заметить, что весь спектр мнений, касающихся проблемы происхождения катакомб у скифов степного Причерноморья, саков Семиречья или "савромато-сарматов" Южного Приуралья как нельзя лучше отражает возможную конвергентность процесса развития этой формы могильных сооружений, шедшего практически одновременно в разных регионах Евразии, на что уже давно и вполне справедливо обращалось внимание94. И как бы в дальнейшем она не решилась, уже сейчас в вопросе культурной интерпретации катакомб Тираспольского курганного поля их "скифская" или "позднескифская" принадлежность выглядит далеко не бесспорной, тем более, что отдельные, весьма необычной конструкции, а следовательно, "несерийные" катакомбные могилы Тираспольщины находят свои прямые аналогии в раннесарматских древностях Илекского микрорайона95.

Погребальные сооружения со специально оформленным входом известны в курганных древностях IX - середины VIII вв. до н.э. пограничного с Лесостепью Поднепровья96; в скифских или скифоидных курганах VII-V вв. до н.э. и IV-III вв. до н.э. Днепровского Лесостепного Правобережья97, и в то же время, они совершенно не характерны для погребальных комплексов Степной Скифии VII-III вв. до н.э.98 С другой стороны, дромосные могилы получают широкое распространение у саков Семиречья в VI-V вв. до н.э.99, практикуется этот тип погребальных сооружений и кочевниками Южного Урала в VI-III вв. до н.э.100, где дромосные гробницы появляются и прочно утверждаются со второй половины или конца VI в. до н.э. не без возможного влияния как ранних саков Приаралья, Восточного Казахстана, Семиречья, так и ранних скифов Северного Причерноморья и Поднепровья101. В связи с рассматриваемым типом погребальных сооружений, вполне уместно будет привести и мнение, высказанное, в свое время, К. Ф. Смирновым о генетической связи приуральских дромосных могил с ранними сарматскими катакомбами этой территории 102. Безусловно, следует отметить и раннесарматские дромосные могилы IV в. до н.э. междуречья Дона и Северского Донца, которые, предположительно, связываются с "сирматами" античных авторов103.

Обычай расположения погребенных по диагонали могильной ямы получает широкое распространение в среднесарматской культуре. Однако, у кочевников Южного Приуралья он фиксируется уже с рубежа VI-V вв. до н.э. или начала V в. до н.э.104, где продолжает практиковаться и в IV-III вв. до н.э. и в III-II вв. до н.э.105 Почти синхронны или даже несколько предшествуют ранним приуральским, диагональные погребения саков низовьев Сыр-Дарьи106.

Меридиональная ориентировка погребенных, в отличие от широтной, в целом, нехарактерна для древностей Степной Скифии VII-III вв. до н.э. На этой территории, она имеет тенденцию к резкому увеличению, особенно северной, лишь в IV-III вв. до н.э. При этом необходимо заметить, что данная тенденция, здесь, жестко связана именно с Т-образными катакомбами и их вариантами, где меридиональная ориентировка, по сути, только и господствует. Ни в катакомбах других типов, ни в простых грунтовых ямах ее процент значительного числа не составляет107. Следовательно, не исключено, что появление и распространение катакомб с перпендикулярным расположением входной ямы по отношению к могильной камере или под углом к ней и резкое возрастание доли меридиональной ориентировки в погребальном ритуале населения Степной Скифии, в отмеченное время, могут быть явлениями взаимосвязанными.

В восточноевропейской Лесостепи, в частности, на Днепровском Правобережье, где также выявлены Т-образные катакомбы, датирующиеся IV-III вв. до н.э., для древностей середины VII - начала III вв. до н.э., при общем преобладании широтной ориентировки, процент меридиональной относительно высок на протяжении всего широкого периода, меняясь, главным образом, в ранне-средне-позднескифское время лишь количественным соотношением северной и южной ориентировок108. Таким образом, здесь предполагаемой взаимосвязи между появлением занимающих нас катакомб и меридиональной ориентировкой погребенных не наблюдается.

Как это не покажется странным, но она, до некоторой степени, прослеживается гораздо восточнее, в Южном Приуралье, где, начиная с рубежа V-IV вв. до н.э.109 или IV в. до н.э.110 в раннесарматских (прохоровских) древностях начинает господствовать меридиональная (южная) ориентировка, которая, зачастую, особенно в бассейне р. Илек, встречается в этом регионе и в предшествующее "савроматское" время111. Как известно, именно у южноуральских кочевников катакомбные погребальные сооружения также получают относительно широкое распространение в V-II вв. до н.э., причем все самые ранние из них (V в. до н.э.) - Т-образного типа112. Правда, в подобных катакомбах Степой Скифии преобладает все же северная ориентировка, в связи с чем вполне возможны определенные возражения против привлечения "савромато"-сарматских древностей Южного Приуралья в качестве аналогий. Но, во-первых, речь идет о тенденции смены широтной ориентировки меридиональной вообще и о последней, как таковой, в ее широком понимании. А, во-вторых, не следует забывать, что процент "чисто" южной ориентировки в T-образных катакомбах степных скифов тоже достаточно высок113. Хотелось бы также обратить внимание и на особенности ориентировки сарматских погребений Северного Причерноморья II-I вв. до н.э.114, в которых северная ориентировка является едва ли не основной, и это при том, что на более восточных территориях обитания сарматов в это время повсеместно господствует южная ориентировка. Конечно, стабильность меридиональной ориентировки в древностях Днепровского Лесостепного Правобережья середины VII - начала III вв. до н.э. и фиксация здесь на позднескифском этапе Т-образных катакомб как нельзя лучше могут объяснить причины ее резкого увеличения в подобных погребальных сооружениях Степной Скифии, что стало результатом переселения на эту территорию в IV-II) вв. до н.э. какой-то части скифских лесостепных племен115. Однако данное логичное предположение вовсе не исключает и возможности проникновения в степи Северного Причерноморья в отмеченный период населения более восточных регионов116, в частности, кочевников Южного Урала, у которых также отмечено и господство меридиональной ориентировки и наличие катакомб. Ведь если трезво рассудить, то и южноуральские Т-образные катакомбы V-II вв. до н.э. и типологически близкие им скифские лесостепные IV-III вв. до н.э. Днепровского Правобережья, в равной мере могут "маркировать" предполагаемые передвижения, тем более, что разница между ними, в общем количестве, практически минимальна117.

Следы обжига на предметах инвентаря, угольки, кусочки реальгара - все эти особенности погребального обряда, фиксирующиеся в катакомбах Тираспольского курганного поля118, имеют самое прямое отношение к культу огня. В формах, связанных непосредственно с последним, данный культ достаточно характерен для ранних саков Приаралья VII- V вв. до н.э.119, кочевников Приуралья и Поволжья VIII-IV вв. до н.э.120, населения Днепровского Лесостепного Правобережья VII-III вв. до н.э.121 В то же время, на территории Степной Скифии, в VII-III вв. до н.э. более или менее видимого распространения он не имел122. Символом огня принято считать и мел123. Между тем, меловая посыпка, как одна из форм проявления культа огня какой-либо широкой практики в погребально-поминальной обрядности племен восточноевропейской лесостепи VI-III вв. до н.э. и степных скифов этого же времени не получила. В могилах первых она вообще встречается в единичных случаях124, вторых - хотя и несколько чаще, однако мало-мальски значительного числа, в общем количестве их могильных комплексов не составляет125.

С другой стороны, вряд ли кто-то станет отрицать тот факт, что меловая посыпка особо характерна для раннесарматских (прохоровских) древностей Южного Приуралья и Поволжья126, где подобный ритуал не так уж малозаметен и в предшествующее "савроматское" время127. В памятниках раннего этапа развития прохоровской культуры Южного Приуралья белое вещество, особенно меловой порошок, очень часто выступает в качестве заменителя огня, являясь при этом одной из основных форм проявления его культа128. В этой связи, хотелось бы обратить внимание на одну весьма любопытную деталь: меловой порошок, как нигде более на территории распространения скифских степных древностей рубежа V-IV-III вв. до н.э., почему-то чаще всего встречается именно в катакомбных погребальных сооружениях Тираспольской курганной группы129.

Как нетрудно заметить, отмеченные выше особенности погребального обряда занимаемых нас курганов Тираспольщины, наряду с памятниками степных скифов V-III вв. до н.э. и населения восточноевропейской лесостепи этого же времени, также находят свои аналогии и в синхронных древностях кочевников Южного Урала. Следовательно, полное игнорирование данного факта, даже с учетом общеиранских корней некоторых из этих особенностей вряд ли будет объективным. Регион Южного Приуралья примечателен и тем, что именно здесь к началу IV в. до н.э. сложилась раннесарматская (прохоровская) культура130, которая впоследствии широко распространяется на огромнейшей территории от Урала до Днепра. Среди специфических черт погребального обряда этой культуры выделяются, в частности, меридиональная (южная) ориентировка, положение умерших по диагонали, меловая и белая подсыпки, дромосные камерные гробницы, подбойные и катакомбные погребения131. Некоторые из этих раннесарматских черт появляются в памятниках южно-уральских кочевников уже в конце VI-начале V вв. до н.э., где они фиксируются в жесткой связи друг с другом в рамках единых богатых комплексов. Будучи поначалу (южная ориентировка, подбои, катакомбы, белые подсыпки) своеобразными "маркерами" сословия военно-жреческой знати, эти черты, начиная с рубежа V-IV в. до н.э. все больше перенимаются рядовым населением, хотя дромосные гробницы продолжают сооружаться исключительно для более значимой, в социальной стратификации, части общества132. Ведущая роль в процессе сложения культуры южноуральских кочевников конца VI-V вв. до н.э. отводится номадам Южного Зауралья при возможном значительном влиянии на данный процесс как скотоводов Средней Азии или Казахстана, так и степного и лесостепного скифского населения Восточной Европы133. Возвращаясь непосредственно к рассматриваемому вопросу, заслуживающим внимания представляется тот факт, что в "скифских" курганах Тираспольщины, в большей или меньшей степени, фиксируются практически все те черты погребального обряда, которые выделяются как специфические для прохоровской культуры, особенно ее раннего этапа.

Крайне любопытны и некоторые другие особенности погребального ритуала катакомб Тираспольского курганного поля, такие, например, как наличие в захоронениях курильниц и гальки в них. Обнаруженные здесь ритуальные сосуды характеризуются округловыпуклым или яйцевидным туловом, хорошо выраженным горлом и широким плоским дном (Рис. 5).

Рис. 5. Лепные курильницы из погребений Тираспольской курганной группы (по А. И. Мелюковой; Е. В. Яровому и И. А. Четверикову).
Рис. 5. Лепные курильницы из погребений Тираспольской курганной группы (по А. И. Мелюковой; Е. В. Яровому и И. А. Четверикову).

Корпус сосудов орнаментирован глубокими вертикальными бороздками или вертикальными и косыми каннелюрами134. Аналогичные курильницы135 выявлены в скифских погребениях Нижнего Подунавья конца IV- начала III вв. до н.э.136 или первой четверти III в. до н.э.137, на городище Надлиманское в Нижнем Поднестровье138, известны они и в комплексах лепной керамики V-III вв. до н.э. Елизаветинского городища на Нижнем Дону139. Одни исследователи ведут линию развития подобных курильниц с Кавказа140, другие находят их соответствия в лепной керамике "савроматов"141. С учетом результатов раскопок последних лег коллекция этих культовых сосудов, в настоящий момент, количественно выглядит достаточно представительски142 и остро нуждается в новой типологии, а вопрос их происхождения - отдельного и специального исследования. В то же время, уже сейчас можно осторожно предполагать, что в форме тулова, особенностях оформления дна, специфическом декоре этих ритуальных сосудов нашли свое отражение керамические традиции как собственно "савроматов", так и населения Северного Кавказа. Тем более, что в лепной керамике Степной Скифии IV в. до н.э., рельефный орнамент практически полностью исчезает, а прочерченный встречаемся очень редко143. В продолжение поднятого вопроса необходимо подчеркнуть еще несколько важных моментов. Во-первых, на территории Степной Скифии находки курильниц рассматриваемого типа фиксируются, главным образом, в курганах Тираспольщины и отдельных скифских древностях Нижнего Подунавья конца IV - начала III вв. до н.э. или первой четверти III в. до н.э., где они являются одной их характернейших особенностей погребального ритуала144. Во-вторых, данные ритуальные сосуды демонстрируют жесткую связь только с Т-образными катакомбами и их вариантами145, причем исключительно в отмеченных выше регионах. В-третьих, обычай размещения курильницы в могиле носит явно инновационный характер в погребальной обрядности степных скифов рубежа V-IV-III вв. до н.э.146, а у населения восточноевропейской лесостепи этого, как впрочем и предшествующего времени, он вообще неизвестен147. В связи с последним, вполне уместно будет отметить, что курильницы, как ритуальные сосуды, тесно связанные с культом огня, получают широкое распространение в раннесарматской (прохоровской) культуре148, где они, с самого ее начала, "заменили каменные переносные жертвенники"149. Разумеется, речь идет не о каких-то отдельных типах курильниц, в данном случае аналогичных тираспольским или нижнедунайским, а о самом обычае размещения их в могиле, как одном из основных элементов погребального ритуала в целом.

Несомненный интерес представляет и такая специфическая особенность как размещение гальки в курильницах. Находки самих галек в погребениях фиксируются очень широко как во времени, так и пространстве. Они известны в погребениях XIII-IX вв. до н. э. раннего Тулхарского могильника в Среднеазиатском междуречье150, захоронениях саков VII-VI вв. до н.э. низовьев Сыр-Дарьи151, кочевников Южного Урала конца VI- начала V вв. до н.э. и IV-III вв. до н.э.152, меотов VI-V вв. до н.э. и меото-сарматов III- начала I вв. до н.э. Прикубанья153, степных скифов рубежа V-IV-III вв. до н.э.154 И хотя трактовка предназначения галек весьма неоднозначна, тем не менее практически все исследователи отмечают их прямую связь с религиозными и мифологическими представлениями древнего населения155. В то же время, обычай размещения гальки в сосуде, причем именно в ритуальном сосуде, встречается далеко не во всех вышеупомянутых регионах. Ритуальные сосуды с галькой известны в отдельных скифских древностях Нижнего Подунавья первой четверти III в. до н.э.156, у меотов Северо-Западного Кавказа конца VII-VI вв. до н.э. и V-III вв. до н.э.157, сираков Прикубанья второй половины IV в. до н.э. -середины I в. н.э.158 и населения Центрального и Северо-Восточного Кавказа III-I вв. до н.э.159, входившего, по всей вероятности, в сиракский союз племен160. То есть, если говорить о регионах в целом, на Нижнем Дунае, Нижнем Дону и Северном Кавказе. Примечательно, что в Прикубанье находят свои соответствия и некоторые другие особенности погребального ритуала катакомбных могильных сооружений Тираспольского курганного поля, в частности, обычай перекрещивания ног и размещения напутственной пищи в миске с ножом161. Первый признак достаточно распространен у меотов в III-I вв. до н.э., второй - как у них, так и у сираков этой же территории, у которых он, наравне с обычаем размещения гальки в сосуде, рассматривается как результат "меотизации” последних162. С другой стороны, у степных скифов рубежа V-IV-III вв. до н.э. и населения восточноевропейской лесостепи этого времени перекрещенность ног и традиция размещения напутственной пищи в миске с ножом встречаются крайне редко163.

Как видим, в занимаемых нас курганах Тираспольщины нашли свое отражение погребально-поминальные традиции разного, в культурном отношении, населения - скифских или скифоидных племен восточноевропейской лесостепи, "савроматов" и ранних "прохоровцев" Южного Приуралья, сарматов Прикубанья, меотов этой же территории и, как это не покажется странным, в наименьшей степени, собственно степных скифов, что, по сути, и выделяет эти памятники в системе скифских древностей Северного Причерноморья IV-III вв. до н.э. На первый взгляд, данный тезис мало что дает для решения вопроса о культурной принадлежности Тираспольской курганной группы. Однако, это не совсем так. Дело в том, что древности скифских или скифоидных племен восточноевропейской лесостепи конца IV-III вв. до н.э. и кочевников Южного Урала этого же времени дают практически идентичный набор наиболее характерных черт погребального обряда (конструкция могильного сооружения, меридиональная ориентировка умерших, огненный ритуал), фиксируемых в курганах Тираспольщины. При этом не следует забывать и о возможном значительном влиянии первых на процесс формирования раннесарматской (прохоровской) культуры Южного Урала. Следовательно, отмеченные выше черты могут рассматриваться в качестве культурных индикаторов, в равной мере, как того, так и другого населения164. Не говоря уже о том, что такой признак, как мел порошком, достаточно часто встречающийся в катакомбах Тираспольщины, вообще является одной из характернейших черт погребального ритуала ранних "прохоровцев". Что касается северо-кавказских параллелей в рассматриваемых древностях, то и они могут быть вполне объяснимы с учетом факта сложения в Прикубанье в середине III в. до н.э. сирако-меотского союза племен165.

Впрочем, здесь гораздо большую определенность дают не столько особенности обряда, хотя и они сами по себе достаточно специфичны, сколько состав инвентаря катакомб Тираспольщины, на анализе которого мы вкратце и остановимся166 (Рис. 6).

Рис. 6. Предметы погребального инвентаря могильника у с. Глинное (по А. И. Мелюковой; Е. В. Яровому и И. А. Четверикову).
Рис. 6. Предметы погребального инвентаря могильника у с. Глинное (по А. И. Мелюковой; Е. В. Яровому и И. А. Четверикову).

Судя по опубликованным материалам, набор инвентаря интересующей нас группы древностей, носит ярко выраженную западную (предметы личного убора, отдельные формы лепной керамики) и восточную (предметы вооружения и поясного снаряжения) "окраску". Казалось бы, его состав для контактной зоны, коей является Нижнее Поднестровье, ничего необычного из себя не представляет, а лишь свидетельствует о широких связях кочевников этого района как с населением кельто-фракийского мира, так и племенами, обитавшими в совершенно противоположном направлении. На самом деле все обстоит не так просто, как может показаться поначалу, и весь интерес заключается в том, что если вещи первой группы (фибулы, вазы - "фруктовницы") достаточно характерны для весьма обширной территории, особенно в западу от Днестра, то предметы второй (железные трехлопастные втульчатые наконечники стрел, удила с крестовидными псалиями с шипами, наконечники копий и дротиков, секиры) явно тяготеют к вполне конкретному региону, а именно - Северному Кавказу167. Скажем больше, железные трехлопастные втульчатые наконечники стрел и удила с крестовидными псалиями совершенно определенно связываются исследователями с северокавказскими сарматами, а если быть более точным, с сираками этой территории168. Более того, удила с крестовидными псалиями с шипами выделяются в качестве характернейших черт или этнографических определителей культуры сарматов Кубани169. Однако, самое поразительное состоит в том, что и железные трехлопастные втульчатые наконечники стрел и удила с крестовидными псалиями, в плане их культурной интерпретации, оказываются вполне сопоставимы как с традицией помещения гальки в сосуд-курильницу, так и с обычаем размещения напутственной пищи в миске с ножом. Следовательно, становится достаточно очевидной жесткая связь между определенными особенностями ритуала и отдельными предметами инвентаря, которые, теперь уже в целом, характерны для одной культуры, в данном случае, для сарматов Прикубанья. Вполне возможно, что с территорией Северного Кавказа связана и, происходящая из катакомб Тираспольщины, целая серия пластинчатых конских налобников с крючком170, которые, хотя и характеризуются как позднескифские171, тем не менее допускается их изготовление и использование в другой культурной среде172. В связи с изложенным, самого серьезного внимания заслуживает и выделение азиатской части Боспора, как возможной территории распространения каннелированных курильниц173. Ранее уже упоминалось, что подобные ритуальные сосуды в значительном количестве зафиксированы и в катакомбных могилах Тираспольской курганной группы. Таким образом, новые материалы, вкупе с давно уже известными, дают определенные основания усомниться в однозначности интерпретации рассматриваемой группы древностей как скифских. Разумеется, делать далеко идущие выводы до полной публикации всех материалов было бы несколько преждевременным и даже рискованным. Однако, и закрывать глаза на очевидные факты также не представляется возможным. Дело в том, что очень уж показательна синхронность появления этого пласта древностей на западе степного Причерноморья174 и катастрофы, которая постигла оседлое и кочевое население огромной территории от Нижнего Дона до Нижнего Подунавья175.



66 Мелюкова А.И Скифские курганы Тираспольщины (по материалам И.Я. и Л.П. Стемпковских) //МИА. - 115.- 1962, -С. 114-115.
67Яровой Е.В., Четвериков И.А., Субботин А.В. Новый курганный могильник скифской культуры в Нижнем Поднестровье// Никоний и античный мир Северного Причерноморья. - Одесса, 1997. С.251-255; Яровой Е.В., Четвериков И.А., Субботин А.В. Погребальный обряд курганного могильника у с. Глинное (по данным раскопок 1995-1997 гг.) // Чобручский археологический комплекс и вопросы взаимовлияния античной и варварской культур (IV в. до н.э. - IV в н.э.). Тирасполь, 1997. - С. 14-19; Яровой Е.В., Четвериков И.А. К вопросу о культурной принадлежности памятников Тираспольской группы (в свете исследований могильника у с. Глиное)// Чобручский археологический комплекс и древние культуры Поднестровья. - Тирасполь. 2000. - С. 3-28.
68Дневники раскопок Стемпковских. Хранятся в архиве Херсонского краеведческого музея. Фонд археологии. № 104/125: 120-2; 121-2; 122-2.
69Мелюкова А И. Скифские курганы Тираспольщины.. - С. 114-166.
70Граков Б. Н. Скифские погребения на Никопольском курганном поле // МИД. - 1962. № 115 С. 84-85 Ольховский B.C. Погребально - поминальная обрядность населения степной Скифии (VII - III вв. до н.э.). - М., 1991. С. 28; 215, Табл. II; Смирнов К.ф. Сарматские катакомбные погребения Южного Приуралья - Поволжья и их отношение к катакомбам Северного Кавказа // СА. - 1972. - № 1С,74.. Рис. 1.
71Граков Б.Н. Скифские погребения... - С. 84: Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 27: Смирнов К.Ф, Сарматские катакомбные погребения... - С. 74, рис. 1.
72Мелюкова А.И. Скифские курганы Тираспольщины...-С. 141
73Мелюкова А.И. Скифские курганы. . - С. 147-164.
74Яровой Е.В.. Четвериков И.А., Субботин А.В. Новый курганный могильник - С.251-255; они же. Погребальный обряд С. 14-18; Яровой Е.В., Четвериков И.А. К вопросу... - С. 3 - 28
75См. Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность, - С, 103; 114 - 115; 116.
76Яровой Е.В. Четвериков И.А. К вопросу... - С. 4, 5, 6.
77Мелюкова А.И. Скифские курганы Тираспольщины - С. 140, 141.
78Дневник Стемпковских за 1898г - с. 89-90; 1 аршин равен 71 см, 1 сажень - 3 аршинам: 1 вершок - 4,4 см.
79Дневник Стемпковских за 1899 г. - С. 125. Судя по рисунку, под определенным углом по отношению к продольной оси катакомбы был уложен и погребенный в кургане № 279 (Рис. 2. 3) ус. Глиное (там же. - С. 131).
80Ковпаненко Г.Т., Бессонова С.С., Скорый С.А. Памятники скифской эпохи Днепровского Лесостепного Правобережья (Киевско-Черкасский регион). - К., 1989. - С. 43.
81Граков Б.Н. Скифские погребения .. - С. 84 - 85; 95; Андрух С.И. Могильник Мамай-гора в Нижнем Поднепровье// Скифы и сарматы в VII - III вв. до н. э. Палеэкология, антропология и археология, М., 2000. - С. 112. 114. 118.
82Редина Е.Ф. Погребальный обряд скифов Днестро-Дунайских степей// Археологические памятники степей Поднестровья и Подунавья. - К.. 1989. - С. 29; 31 - 33; она же. К вопросу о формировании Тираспольской группы скифских памятников// Чобручский археологический комплекс и древние культуры Поднестровья. - Тирасполь, 2000. С. 28 - 30.
83Исключением является лишь могильник Дервент в Нижнем Подунавье, где из 16 погребений 14 были совершены в катакомбах, конструктивно близких тираспольским. Еще две катакомбы этого могильника характеризовались расположением входной ямы и могильной камеры по одной оси (см. Редина Е.Ф. К вопросу... - С. 28).
84Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 94, 95.
85См. например: Граков Б.Н. Скифские погребения... - С. 95; Андрух С И. Нижнедунайская Скифия в VI- начале I вв. дон., э. (этно-поэтический аспект). - Запорожье, 1995. С. 48, 50; Редина Е.Ф. К вопросу... - С. 28.
86Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 39, 94.
87Мошкова М.Г., Малашев В.Ю. Хронология и типология сарматских катакомбных погребальных сооружений// Археология Волго-Уральского региона в эпоху раннего железного века и средневековья. - Волгоград, 1999. - С. 177 - 180.
88Там же. - С. 180, 185.
89 Железчиков Б.Ф., КригерВ.А. Катакомбные захоронения Уральской области//СА. - 1978. - №4. - С. 227; Таиров А. Д., Гаврилюк А. Г. К вопросу о формировании раннесарматской (прохоровской) культуры// Проблемы археологии Урало-Казахстанских степей. - Челябинск, 1988. -С. 147.
90Мошкова М.Г., Малашев В.Ю Хронология и типология... - С. 186.
91Гуцалов С.Ю. О роли скифов в формировании прохоровской культуры// Раннесарматская культура: формирование, развитие, хронология. - Вып.2. - Самара, 2000. - С. 68.
92Рамиль Исмагил. Сарматское окно в Европу// Вопросы археологии Западного Казахстана. - Самара, 1996. - С. 179.
93Мошкова М.Г., Малашев В.Ю. Хронология и типология... - С. 186.
94Мандельштам А.М. Памятники эпохи бронзы в Южном Таджикистане. - // МИА. - 1968. -№ 145. - с. 139; Смирнов К.ф. Сарматские катакомбные погребения... - С. 75, 76.
95см. Дневник Стемпковских за 1897 г. - С. 21; Мелюкова А.И. Скифские курганы... - С. 139, табл. 10,4 и Мошкова М.Г.. Малашев В.Ю. Хронология и типология... - С. 179, рис. 1.
96Ковалева И.Ф., Мухонад С.Е. Скифское погребение конца VI-V вв. до н.э. у с. Александрова // Древности Степной Скифии. - К., 1982,- с.91.
97Ковпаненко Г.Т. Курганы раннескифского времени в бассейне р.Рось,- К., 1981,- с.66,68; Ковпаненко Г.Т., Бессонова С.С., Скорый С.А Памятники скифской эпохи Днепровского Лесостепного Правобережья... - с. 33,38,43; Табл. 4, 6, 8.
98Мурзин В.Ю. Погребальный обряд степных скифов в VIII - V вв до н.э.// Древности Степной Скифии, - К., 1982, - с.47-б4; Ольховский B.C. Погребально - поминальная обрядность ...
с. 49, 50, 52
99Рамиль Исмагил. Сарматское окно в Европу... - С, 178, 179.
100Смирнов К.ф Савроматы. Ранняя история и культура сарматов. М., 1964 - С. 313. рис. 20. он же. Сарматы на И леке. - М., 1975. - 159-160: он же. Дромосные могипы ранних кочевников Южного Приуралья и вопрос о происхождении сарматских катакомб // Вопросы древней и средневековой археологии Восточной Европы. - М., 1978. - С 57-61, Мошкова М П Сарматские погребения Ново - Кумакского могильника близ г Орска // Памятники Южного Приуралья и Западной Сибири сарматского времени. - М., 1972. - С. 41. 44: Таиров А.Д., Гаврилюк А.Г. К вопросу о формирования раннесарматской (прохоровской) культуры. - Табл. 1
101Таиров А. Д., Гаврилюк А.Г. К вопросу о формировании - С. 144, 145.
102Смирнов К. Ф. Савроматы. - С. 84; он же. Дромосные могилы... - С. 64.
103Смирнов К.ф. "Амазонка" IV века до н.э. на Дону // СА. 1982. -№ 1. - С 120-131: он же. Сарматы и утверждение их политического господства в Скифии. - М., 1984. - С.40-54: Там же: Максименко В.Е., Смирнов К.Ф., Горбенко А.А., Лукьяшко С.И. Курган у пос. Шолоховский. -С.124-141, Там же: Максименко В.Е., Смирнов К ф , Косяненко В.М. Курган у хут, Кащеевка. -С. 148-156.
104Смирнов К.Ф. Савроматы. - С.47-48.
105Смирнов К.Ф. Сарматы на Илеке. - С. 48, 53, 73-78, 135-136, 143, 160-161.
106Толстов С.П, Итина М.А. Сакинизовьев Сыр-Дарьи (по материалам Тагискена) // СА. - 1966. - № 2. - С. 163,. 165; Итина М. А., Яблонский Л. Т. Саки Нижней Сыр-Дарьи. - М., 1997. - С. 31, 69, 70.
107Ольховский B.C. Скифские катакомбы в Северном Причерноморье//СА. -1977.-№ 4 - С. 121, 127, табл. 2; он же. Погребально-поминальная обрядность... - С. 102, ЮЗ, табл. 16, 17.
108Ковпаненко Г. Т. Бессонова С. С., Скорый С. А. Памятники скифской эпохи... - С. 34, 39, 47, табл. 6, 7, 9.
109Таиров А. Д., Гаврилюк А.Г. К вопросу... - С. 152.
110Смирнов К. Ф. Савроматы... - С. 286 он же. Сарматы и утверждение их политического господства... - С. 44.
111Смирнов К. Ф. Савроматы... - С. 91; он же. Сарматы на Илеке. - С. 161.
112Мошкова М. Г, Малашев В.Ю. Хронология и типология ... - С. 180.
113см. Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - табл. 17.
114Симоненко О,В. Ранньосарматський перюд у Пiвнiчному Причорномор'i// Археологи. -1994. - № 1. - С. 37; он же. Особенности раннесарматской культуры Северного Причерноморья// Раннесарматская культура; формирование, развитие, хронология - Вып.1. - Самара, 2000. - С. 158, 159.
115Мелюкова А. И. Скифские курганы... - С. 162, Ольховский B. C. Скифские катакомбы .. - С. 125, 126; он же. Погребально-поминальная обрядность... - С. 155; Ольховский В. С , Шилов Ю А. Скифский погребально-культовый комплекс кургана Цыганка// РА. - 1995. - № 4. - С. 112
116Подобное предположение уже имело место в исследовании B. C. Ольховского (см. Погребально-поминальная обрядность... - С. 155), однако, судя по его более поздней совместной работе с Ю. А. Шиловым, автор изменил свою точку зрения.
117См. Мошкова М. Г., Малашев В. Ю. Хронология и типология... - С. 180; Ковпаненко Г. Т., Бессонова С. С , Скорый С.
118Памятники скифской эпохи... - С. 43. Дневник Стемпковских за 1898 г. - С. 89 - 90; Яровой Е. В., Четвериков И.А. К вопросу... -С. 5, 6
119Итина М. А Ранние саки Приаралья// Степная полоса азиатской части СССР в скифо-сарматское время - М . 1992. С 38, Итина М. А. Яблонский Л. Т. Саки Нижней Сыр-Дарьи. - С. 11 -27.
120Смирнов К. Ф. Сэвроматы. - С. 96 - 100.
121Ковпаненко Г. Т.. Бессонова С. С., Скорый С. А. Памятники скифской эпохи... - С. 27 - 47.
122Ольховский B. C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 160.
123См. например: Iллiнська В. О. Кургани оафського часу Посульско-Донецького люостепу// Археолопя. 1962. - Т. XIV. - С. 60.
124Там же; Петренко В. Г Правобережье Среднего Приднепровья в V - III вв. до н.э.// САИ. 1967. - Вып. 1 - 4. - С. 19
125Из 1357 скифских погребальных комплексов степного Причерноморья рубежа V - IV - III вв. до н.э. меловая посыпка зафиксирована всего в 27 (см. Ольховский B. C. Погребально-поминальная обрядность... -Табл. 13, 19).
126Мошкова М.Г. Памятники прохоровской культуры// САИ. - 1963. - Вып. Д1 -10. - С. 23; она же. Происхождение раннесарматской (прохоровской) культуры- - М., 1974. - С. 11; Смирнов К.ф. Сарматы - огнепоклонники// Археология Северной и Центральной Азии. - Новосибирск, 1975. - С. 155- 159.
127Смирнов К.Ф. Савроматы. - С. 94 - 96.
128Смирнов К.Ф. Сарматы на Илеке. - С. 162.
129В могильнике у с. Глинное, являющемся составной частью данной группы, меловая посыпка отмечена в 8 катакомбах (см. Яровой Е.В., Четвериков И.А. К вопросу... - С. 4). Еще три катакомбы с подобным ритуалом были исследованы супругами Стемпковскими в 1899 г., причем также у этого села (см. Дневник Стемпковских за 1899 г. - С. 125 - 127. 131 - 132). Такимоб-разом, на данном могильнике уже известно 11 комплексов с меловой посыпкой (ср. Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 114).
130Смирнов К.ф. Савроматы. С. 286.
131Мошкова М. Г. Происхождение.. - С. 11; Смирнов К.Ф Сарматы и утверждение их политического господства С.17; Таиров А.Д-, Гаврилюк А.Г. К вопросу... - С 143.147.
132Таиров А. Д.. Гаврилюк А. Г. К вопросу.., - С. 151, 152.
133Таиров А.Д , Гаврилюк А.Г. К вопросу... - С. 148, 149. 151; Таиров А.Д. Генезис раннесарматской культуры Южного Урала// Археологические памятники Оренбуржья. - Вып. II. - Оренбург, 1998. - С. 87 - 89; он же. Прохоровская культура Южного Урала: генезис и эволюция// Раннесарматская культура, формирование, развитие, хронология. - Вып 1. - Самара, 2000. - С. 16 - 19; Глебов В.П. К вопросу о генезисе раннесарматской культуры// Проблемы археологии Юго-Восточной Европы, - Ростов-на-Дону, 1998. - С. 93; Яблонский Л.Т. Антропологические аспекты формирования раннесарматской культуры// Раннесарматская культура: формирование, разивтие, хронология, - Вып, 1. - Самара, 2000. - С, 38, 39; Гуцалов С.Ю О роли скифов в формировании прохоробской культуры - С. 58 - 74.
134Мелюкова А. И. Скифские курган ы Тираспольщины,- С. 157; Яровой Е. В., Четвериков И. Д., Субботин А.В. Погребальный обряд, - С. 18; Яровой Е.В., Четвериков И. А. К вопросу... - С. 13.
135Именно каннелированные курильницы, а не лепные сосуды, украшенные по тулову орнаментом в виде вертикальных напепны; валиков.
136Андрух С. И. Нижнедунайская Скифия в VI- начале I в. до н,.э.(этно-политический аспект). - С.45, 46.
137Редина Е. Ф, К вопросу о формировании Тираспольской группы скифских памятников . -С. 28
138Там же. - С. 30.
139Марченко К. К. Лепная керамика V-III вв .до н.э. городища у станицы Елисаветовской на Нижнем Дону// СА.-1972.-№ 1,- С. 126, 127.
140Яковенко Е В. Про куляст курильниц IV-I ст. до н.е.//Археолопя.-1971.-№ 2.-С.91,92.
141Смирнов И.ф.Савроматы...С. 1 А, он же. Сарматы и утверждение их политического господства... С. 58, 65; Редина Е.Ф. Лепные курильницы из скифских погребений Северо-Западно-го Причерноморья // Проблемы скифо - сарматской археологии Северного Причерноморья.-Запорожье, 1989 - С.134.
142Яровой Е. В.. Четвериков И. А. к вопросу... - С. 13.
143Гаврилюк Н. А. История экономики Степной Скифии VI-III вв. до н.э. - Киев, 1999,- С.251.
144Редина Е.ф. Лепные курильницы...- С.133; Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 115.
145См. Дневник Стемпковских за 1899 г. - С. 124, 150; -за 1910 г. - С. 173, 174, 177; Редина Е.ф. Лепные курильницы... - С. 133; она же. Погребальный обряд скифов... - С. 32; Андрух С. И. Нижнедунайская Скифия... - С. 45 - 46.
146Ольховский B. C. Погребально - поминальная обрядность... С. 115.
147Петренко В. Г. Локальные группы скифообразной культуры лесостепи Восточной Евро-пы//Степи Европейской части СССР в скифо-сарматское время. - М.. 1989. - С. 67 - 80.
148Мошкова М. Г. Памятники прохоровской культуры. - С. 29, 30: Смирнов К.ф. Курильницы и ритуальные сосудики Азиатской Сарматии// Кавказ и Восточная Европа в древности. - М. 1973. - С. 168.
149Смирнов К.ф. Сарматы - огнепоклонники. - С. 158.
150Мандельштам А.М. Памятники эпохи бронзы в Южном Таджикистане. - с. 54,92. Судя по исследованиям последних лет, эти древности сейчас датируют в пределах XVl/XV - XII вв. до н.э (см. РузановВ.Д. Новые данные о дате погребений типа "ямы со спуском” Тулхарского могильника// Взаимодействие культур и цивилизаций. - Санкт-Петербург, 2000. - С. 142 - 144.
151Вишневская О. А. Культура сакских племен низовьев Сыр-Дарьи в VII-V вв. до н.э. - М., 1973.-С.34, 37, 120, 122; Итина М.А., Яблонский Л.Т. Саки Нижней Сыр-Дарьи - С. 13, 70.
152Смирнов И. Ф.Савроматы...С.48.50; Пшеничнюк А. Х. Культура ранних кочевников Южного Урала.-М., 1983.-С.107.
153Анфимов Н.В. Меото -сарматский могильник у станицы Усть-Лабинской // МИА.-№23.-С.159,170, 204-206.
154Ольховский B. C. Погребально - поминальная обрядность... - С.115.
155См. Мандельштам.А.М. Памятники...С. 124,125; ; Итина М.А., Яблонский Л. Т. Саки... - С. 41; Смирнов К.Ф.Савроматы...с.255; Ольховский B.C. Погребально - поминальная обряд-ность...С. 114, 115.
156Редина Е. Ф. Лепные курильницы... - С. 133; она же. К вопросу... - С. 28.
157Каменецкий И. С. Меоты и другие племена Северо-Западного Кавказа в VII в. до н.э. - III в. н.э.// Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время. - М., 1989. - С. 232, 236.
158Ждановский А.М., Марченко И.И. Сарматы в Прикубанье// Проблемы сарматской археологии в истории. - Азов, 1988. - С. 45, 46; Ждановский А.М. К истории сиракского союза племен (по материалам курганных погребений Среднего Прикубанья)//Дон и Северный Кавказ в древности и средние века. - Ростов-на-Дону, 1990. - С. 37.
159Абрамова М. П. К вопросу о связях населения Северного Кавказа сарматского времени// СА. - 1979. - № 2. - С. 34.
160Виноградов В. Б. Сиракский союз племен на Северном Кавказе// СА. - 1965. - С. 108
161Дневники Стемпковских за 1898 г. С 94; за 1899 г. - С 124, 138, 150, 154; за 1910 г. С. 183; Яровой Е.В., Четвериков И.А., Субботин А. В Новый курганный могильник... - С. 254, 255; Яровой Е.В., Четвериков И.А. К вопросу... - С. 4.
162Каменецкий И. С. Меоты и другие племена... - С. 240, 247. 251. Следует заметить, что этот тезис далеко не бесспорен, так как и обычай размещения напутственной пищи в миске с ножом и сосуды-курильницы с галькой характерны для всех хронологических групп сиракских погребений Прикубанья (см. Ждановский А. М., Марченко И. И. Сарматы в Прикубанье. - С. 45. 46). Следовательно, речь, скорее всего, должна идти о межэтнической интеграции пришлого кочевого и местного оседлого населения данного региона, на что уже вполне справедливо обращалось внимание (Там же. - С. 47; Ждановский А. М. К истории... - С. 41).
163Петренко В.Г. Локальные группы... - С. 67 - 80; Ковпаненко Г. Т. Бессонова С. С., Скорый С. А. Памятники... - С. 47,48; Ольховский B.C. Погребально-поминальная обрядность... - С. 101, 116, 153.
164См. Ольховский B. C.. Шилов Ю. А, Скифский погребально-культовый комплекс... - С. 112.
165Лимберис Н. Ю , Марченко И. И. Сиракский союз плмен и Боспор// Скифия и Боспор. - Новочеркасск 1989. - С 124.
166К настоящему времени, инвентарь катакомбных погребальных сооружений Тираспольского курганного поля уже получил вполне качественное осмысление е работах А. И. Мелюко-вой, Е. В. Ярового и И.А. Четверикова (см. Мелюкова А. И. Скифские курганы... - С. 147 - 161, Яровой Е. В.. Четвериков И.А. К вопросу... - С. 6 - 8, 11 - 16), поэтому, в данном исследовании, он вряд ли нуждается в повторном подробном рассмотрении.
167См. Яровой Ё. В., Четвериков И.А. К вопросу... - С. 11 - 16.
168Абрамова М. П. Сарматы и Северный Кавказ// Проблемы сарматской археологии и истории. -Азов, 1988. - С. 8,9; она же. Некоторые особенности материальной культуры сарматов Центрального Предкавказья//Проблемы истории и культуры сарматов. - Волгоград. 1994. - С. 11,12.
169Лимберис Н.Ю., Марченко И.И. Сиракский союз племен... - С. 124; Марченко И И. Сираки Кубани (по материалам курганных погребений Нижней Кубани). - Краснодар, 1996. - С. 74, 75; Симоненко А.В. “Клады” снаряжения всадника II - I вв. до н.э.: опыт классификации и этнической интерпретации// Вторая Кубанская археологическая конференция . - Краснодар, 1993. - С. 90; он же. Населения Украiни за сарматськi доби// Давня iстopiя Украiни - Т.2. - кнiб, 1998.- С 156.
170См. Яровой Е. В., Четвериков И. А., Субботин А. В. Новый курганный могильник... - С. 254; Яровой Е. В.. Четвериков И.А. К вопросу... - С. 14, 15.
171Симоненко А. В. О позднескифских налобниках// Древности Степной Скифии. - Киев, 1982. - С. 237 - 245.
172См. Полин С.В. От Скифии к Сарматии. - С. 64, 65; Симоненко О.В. Ранньосарматський перюд у Пiвнiчному Причорномор'i. - С. 44.
173Марченко К.К. Демографическая и военно-политическая ситуации в Нижнем Подонье в конце IV - первой четверти III вв. до н.э.// Скифы Северного Причерноморья в VII - IV вв. до н.э. (проблемы палеоэкологии, антропологии и археологии). - М., 1999. - С. 78.
174Вести разговор о хронологии группы погребений в катакомбах у с. Глинное до полной публикации всего вещевого комплекса вряд ли имеет особый смысл, тем не менее, заметим, что те предметы погребального инвентаря, которые уже получили свое освещение в научной литературе и, которые могут выступать в качестве "хроноиндикаторов" (фибулы, крестовидные псалии с шипами) дают более широкую дату, нежели последняя треть ill - первая четверть II вв. до н.э. Речь должна идти, как минимум, о середине III - середине II вв. до н.э. (ср. Яровой Е. В., Четвериков И. А. К вопросу... - С. 16, 17).
175См. Виноградов Ю. А., Марченко К. К., Рогов Е. Я. Сарматы и гибель "Великой Скифии".-С.93-103; Виноградов Ю. Г Херсонесский декрет..- С. 104-124; Бруяко И В. От диорамы к панораме ... С. 325-332.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

С. В. Алексеев, А. А. Инков.
Скифы: исчезнувшие владыки степей

Вадим Егоров.
Историческая география Золотой Орды в XIII—XIV вв.

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Эдуард Паркер.
Татары. История возникновения великого народа
e-mail: historylib@yandex.ru
X