Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
А.Н. Дзиговский.   Очерки истории сарматов Карпато-Днепровских земель

3. О некоторых особенностях распространения сарматских древностей в степи и лесостепи и их хронология.

Эффективность действий римлян по укреплению нижнедунайского участка границы и усилению своего военного присутствия на землях между Дунаем и Днепром достаточно наглядно демонстрируют археологические источники, особенно, что касается юга Буджака. Сарматские древности этой территории первой половины II в. представляют собой довольно безрадостную картину. Несколько одиночных погребений, "разбросаны" по степи между реками Днестр и Большой Катлабух на довольно значительном удалении друг от друга. Все они впускные в насыпи более древних курганов и сопровождались маловыразительным, а кроме того, бедным погребальным инвентарем, представленным, преимущественно, сероглиняной гончарной посудой, бронзовыми зеркалами, бусами и бисером573. Единичны сарматские древности первой половины II в. н.э. в Запрутской Молдове и Мунтении574. Однако, что характерно, чем севернее от Нижнего Дуная, т.е., чем значительнее удаление от нижнедунайского лимеса, тем все больше фиксируется сарматских погребений этого времени575. Такая характерная особенность распространения сарматских древностей может свидетельствовать только лишь об одном. Сарматское присутствие в Северо-Западном Причерноморье, особенно в степном междуречье Дуная и Днестра, в первой половине II в. н.э., столкнувшись с интересами Рима на этой территории, носило, исключительно, характер эпизодических проникновений, количество которых было существенно ограничено как введением регулярных частей римских войск в Тиру и другие пункты, расположенные на левом берегу Нижнего Дуная, так и продолжением строительства двух оставшихся участков Нижнего Бессарабского вала.

Иное дело лесостепные регионы, в частности, междуречье Среднего Прута и Днестра. Судя по всему, именно здесь, и уже в первой половине II в. возникают и функционируют значительные (Старые Куконешты I, Старые Куконешты II, Петрешты)576 и менее значительные (Новые Бедражи)577 сарматские могильники. Три последних памятника объединяет очень характерная деталь - наличие на этих могильниках рвов прямоугольной и квадратной формы. Дисскусия вокруг датировки этой очень интересной и весьма специфической группы сарматских древностей не утратила своей актуальности и по сей день. Их датируют второй половиной I- II вв. н.э.578; концом I-II вв. н.э.579; второй половиной II - первой половиной III вв. н.э.580; второй половиной (концом) II - первой половиной III вв. н. э.581; II - началом III вв. н.э.582

Не так давно, для могильников поздних скифов Центрального и Юго-Западного Крыма в качестве опорных хроноиндикаторов была выделена целая серия предметов погребального инвентаря583, отдельные из которых находят свои аналогии и на занимаемых нас сарматских памятниках Среднего Прута, в частности, на могильнике Старые Куконешты II. Это некоторые типы краснолаковой керамики (пятно 29, погребение 2; пятно 31) и зеркала-подвески с боковой петлей, орнаментированной оборотной стороной и невысоким выступом или умбоном (пятно 22, погребение 1; пятно 38, погребение 1; пятно 40, погребение 2.)584. Краснолаковый сосуд из погребения 2, пятна 29 могильника Старые Куконешты II по форме тулова аналогичен хроноиндикатору 51 (ХИ-51), который появляется на позднескифских могильниках Крыма в начале II в.-135/140 гг. и продолжает встречаться здесь вплоть до 195/205 гг., а по форме ручки и особенностям крепления её к сосуду - хроноиндикатору 47 (ХИ-47), бывшему в употреблении на этих могильниках с начала II-135/140 гг. по 160/165 гг.585 Одноручный краснолаковый горшок из погребения пятна 31 могильника Старые Куконешты II по форме тулова (грушевидное) и по форме ручки, а также особенностям крепления её к сосуду практически идентичен хроноиндикатору 47 (ХИ-47). Зеркала-подвески с орнаментированной оборотной стороной из погребений пятен 22, 38 и 40 могильника Старые Куконешты II аналогичны хроноиндикатору 42 (Хи-42), который появляется на позднескифских могильниках Крыма в 80/90 - начале II в. и бытует до 160/165 гг.586 Если экстраполировать время бытования опорных хроноиндикаторов культуры поздних скифов Крыма на аналогичные предметы погребального инвентаря сарматского могильника Старые Куконешты II, то получится, что сосуд из погребения 2, пятна 29 представляет собой какой-то переходный тип данной категории краснолаковой посуды, бытовавшей с начала II в. по 190/205 гг. Краснолаковый горшок из погребения пятна 31, по аналогии, будет датироваться началом II в.-160/165 гг., а зеркала-подвески, соответственно, 80/90-160/165 гг. Однако, в отношении последних, ограничение верхней даты их бытования 160/165 гг. вряд ли будет правомерным поскольку, у сарматов они получают наибольшее распространение именно с середины II в.587 Следовательно, зеркала-подвески, выявленные на могильнике Старые Куконешты II, должны датироваться самым концом I - II вв.588 Из других вещей, которые могут быть использованы в качестве достаточно надежных хроноиндикаторов, здесь были обнаружены три фибулы и пряжки589. Фибулы из погребений 1, пятна 22 и пятна 34, согласно классификации Г. Б. Федорова, относятся ко второму типу и датируются II - началом III вв.590 Фибула из погребения 2, пятна 40, по типологии А. К. Амброза, датируется второй половиной I - и частью II вв.591 Пряжки из погребения 1, пятна 21 хотя и имеют незначительное утолщение передней части дужки, тем не менее, отсутствие на них фасетировки позволяет отнести их ко второй половине II - первой половине III вв.592 Рассматривая в целом могильник Старые Куконешты II как единый культурный и археологический комплекс, отметим, что взаимовстречаемость всех датирующих предметов в рамках этого комплекса была возможна лишь с начала II в., когда только появляются краснолаковые сосуды из пятен 29 и 31, фибулы из пятен 22 и 34, но уже бытуют зеркала-подвески из пятен 22, 38. 40 и фибула из пятна 40, и вплоть до 160/165 гг., когда выходят из употребления сначала фибула из пятна 40, а затем краснолаковый сосуд из пятна 31, продолжают бытовать все оставшиеся хроноиндикаторы и только входят в моду пряжки из пятна 21. А если говорить проще - с начала II по 160/165 гг., что и предполагает возможную дату функционирования сарматского могильника Старые Куконешты II в рамках этого времени (Рис. 31).

Рис. 31. Таблица хроноиндикаторов могильника Старые Куконешты II.
Рис. 31. Таблица хроноиндикаторов могильника Старые Куконешты II.

Сарматские древности на Среднем Пруте (Старые Куконешты II, Петрешты, Новые Бедражи), для которых характерно наличие прямоугольных и квадратных рвов, исследователи справедливо объединяют в одну культурную группу и предполагают их одновременное возникновение и синхронное функционирование593. Предложенная выше датировка могильника Старые Куконешты II, не входит в противоречие ни с датирующим материалом воинского могильника Новые Бедражи594, ни с вещами - хроноиндикаторами из могильника Петрешты595. Амфоры, выявленные на могильнике Новые Бедражи представлены одним типом. По классификации Д. Б. Шелова, они принадлежат к типу С и датируются II в. н.э.596 При этом, следует заметить, что аналогичная амфора из помещения А в Мирмекии, на основании находки которой, по сути, и дается данная датировка, была найдена среди материала II в., где, в частности, наличествовали боспорские монеты Рискупорида II, Савромата I, Котиса II, Eвпатора597. Железные мечи с кольцевым навершием, хотя и появляются еще в I в. до н.э. и встречаются вплоть III в. н.э., преимущественно бытовали в I - первой половине II вв. н.э.598 Учитывая тот факт, что мечи данного типа были найдены в шести из семи погребений могильника, следует полагать, что подобный тип клинкового оружия являлся наиболее характерным для населения, оставившего этот могильник. В таком случае, последний, хронологически, должен соответствовать если не всему периоду наибольшего распространения данного типа оружия, то, по меньшей мере, его заключительной фазе, то есть, первой половине II в. Этот тезис, подтверждает и находка длинного железного меча с рукоятью-штырем без перекрестия и навершия в седьмом, не только по счету, но и за номером погребении могильника599. Согласно типологии А. М. Хазанова, меч из погребения 7 относится к третьему типу мечей и кинжалов без металлического навершия. Появляются мечи данного типа в III-IV вв. н.э.600 Однако, эта датировка длинных мечей с клинком, основание которого образует прямой угол с рукоятью-штырем, вряд ли может быть принята, что признавал и сам А. М. Хазанов, отмечая находку меча данного типа в Керчи вместе с оттиском монеты Марка Аврелия (172-173 гг.)601. Еще более ранним временем датируются аналогичные мечи в отдельных сарматских комплексах Нижнего Дона602 и Заволжья603. Следовательно, длинные мечи этого типа появляются задолго до III в., хотя и были типичны для позднесарматской культуры II-IV вв.604 Находка на могильнике Новые Бедражи подобного меча в единственном экземпляре может свидетельствовать лишь об одном - данный тип оружия только начал входить в употребление у сарматов, оставивших этот могильник, так как в противном случае, если бы он был характерен для них, то следовало бы ожидать именно его наличия в подавляющем большинстве сарматских могил, но не мечей с кольцевым навершием. С датировкой могильника Новые Бедражи первой половиной - серединой II в. вполне сопоставимы и хронологические рамки бытования сильно-профилированной фибулы причерноморского типа (серия 1, вариант 1 -3), которая была обнаружена в том же погребении 7, и которая, согласно типологии А. К. Амброза датируется II - первой половиной III вв.605

Находки железного меча с кольцевым навершием, серебряного зеркала-подвески с орнаментированной оборотной стороной, фрагментов светлоглиняных узкогорлых амфор (тип С по Д. Б. Шелову)606, зафиксированные на могильнике Петрешты, также позволяют предполагать его синхронность как могильнику Новые Бедражи, так и Старые Куконешты II.

Таким образом, на Среднем Пруте, достаточно рельефно выделяется группа синхронных сарматских древностей, хронология которых вполне определенно укладывается в период начала II века и самого конца его второй трети607.

Сарматские грунтовые погребальные памятники со рвами прямоугольной и кольцевой формы, на исследуемой территории, известны и значительно южнее - в Буджаке. Это могильники Васильевка, Алияга и Холмское. Два последних, зачастую, объединяют с могильником Старые Куконешты II в одну хронологическую группу и рассматривают как синхронные608. Авторы, исследовавшие сарматский могильник Холмское, а впоследствии и опубликовавшие его материалы, склонны датировать этот памятник второй половиной либо концом II - первой половиной III вв.609 Для обоснования датировки рассматриваемого могильника именно этим временем А. В. Гудкова и М. М. Фокеев, в качестве опорных хроноиндикаторов выделяют краснолаковые сосуды, фибулы, застежки-зажимы, сердоликовые граненые бусы, крупную бронзовую прямоугольную пряжку и овальные железные пряжки610. Соглашаясь с предложенной датой, представляется все-же, что её верхняя граница может быть несколько сужена. Дело в том, что небольшие краснолаковые кувшины из погребений 13 и 22, хотя в общих чертах и однотипны, тем не менее отличаются друг от друга как по форме тулова и ручки, так и особенностям крепления последней к сосуду611. Кувшин из погребения 22, по всем своим параметрам, стоит ближе всего к сосудам, которые были выделены в качестве опорных хроноиндикаторов (ХИ-51) для могильников поздних скифов Крыма, где они бытовали, начиная с начала II и вплоть до 195/205 гг.612 В то время как сосуд из погребения 13, по форме ручки и особенностям её крепления к тулову и венчику сходен с кувшином из погребения 2, пятна 29 могильника Старые Куконешты II, хотя и отличается от него очертаниями корпуса. Вероятнее всего, здесь мы также сталкиваемся с переходным типом данной категории краснолаковой керамики613, бытовавшей во II в.н.э. Кроме того, датируя оба сосуда концом II - серединой III вв.614 опираясь преимущественно на типологию, разработанную для данной группы краснолаковой посуды Т. Н. Книпович, авторы почему-то оставляют без внимания аналогичные кувшинчики из Мирмекия, которые согласно этой же типологии "принадлежат, очевидно, второй половине I и II вв. н. э."615 По всей видимости, нет никакой необходимости и ограничивать время бытования бронзовых застежек-зажимов в Причерноморье первой половиной - серединой III в., либо концом II - серединой III вв.616 Идентичные застежки хорошо известны в позднескифских могильниках Крыма, на материалы одного из которых, в частности, ссылаются и сами А. В. Гудкова и М. М. Фокеев, где они появляются уже в 135/140 - 160/165 гг. и продолжают бытовать вплоть до 240/250 гг. (ХИ-56)617. И тогда не будет еще одной необходимости "омолаживать" фибулы из погребения 19, которые были найдены в одном комплексе с аналогичной застежкой-зажимом и которые, согласно авторам, по классификации К. Годловского датируются второй половиной II в.618 Вряд ли правомерно, при определении хронологии сердоликовых граненых бус "упирать" преимущественно на III в. Ведь та же Е. М. Алексеева, на работу которой ссылаются А. В. Гудкова и М. М. Фокеев, в своем более позднем, исследовании датирует их II-III вв., отмечая при этом единичные находки аналогичных бус как в первой половине I в., так и в конце IV в.619 Да и овальные пряжки, хотя и имеют утолщенную переднюю часть дужки, тем не менее, по отсутствию на них таких признаков как сильно нависающий над краем рамки конец язычка и ступенчатого среза возле его основания, вполне могут быть датированы второй половиной II - серединой III вв.620 И тогда, если сопоставить время бытования всех предметов погребального инвентаря, которые были выделены в качестве опорных хроноидикаторов для определения хронологии сарматского могильника Холмское, то получится, что их взаимовстречаемость в рамках единого комплекса, коим выступает в данном случае сам могильник была возможна лишь во второй половине II века н. э. То есть, когда уже бытуют краснолаковые сосуды, застежки-зажимы, овальные железные пряжки, сердоликовые граненые бусы, но только появляются фибулы и бронзовая крупная прямоугольная пряжка, которые затем вместе с краснолаковыми сосудами, при продолжении бытования оставшихся хроноиндикаторов, выходят из употребления в самом начале III в. Следовательно, для сарматского могильника Холмское, с достаточной долей вероятности, может быть принята дата — вторая половина II века н. э. (Рис. 32). Ещё один грунтовой могильник, где были выявлены рвы как прямоугольной, так и кольцевой формы - Васильевка - датируется концом II - первой половиной III вв.621 Любопытно, что в Дунай-Днестровском междуречье погребально-поминальные конструкции подобной формы обнаружены и на курганных могильниках сарматов, таких как Дзинилор, Нагорное, Хаджидер II, Дивизия и Алкалия622. При этом, чрезвычайно интересно отметить, что все они также датируются концом II - первой половиной III вв.623 Таким образом, в Буджаке выделяется достаточно значительная группа сарматских древностей, аналогичных по особенностям погребального ритуала, среднепрутским, которые могут быть датированы в пределах последней трети II - первой половины III вв.

Рис. 32. Таблица хроноиндикаторов могильника Холмское II.
Рис. 32. Таблица хроноиндикаторов могильника Холмское II.

Рассматривая в целом хронологию данного пласта сарматских древностей со специфическими особенностями погребально-поминального обряда, явно принадлежащего какой-то единой группе кочевого населения, представляется достаточно очевидным ее определение, в пределах начала II - первой половины III вв. В то же время, становится не менее очевидным, что в рамках отмеченного периода, эти древности, в лесостепных и степных районах исследуемого региона, судя по всему, асинхронны. В этой связи, обращает на себя внимание фиксация значительного количества сарматских памятников в междуречье Среднего Днестра и Прута, датирующихся первой - второй третью II в. и, практически, отсутствие таковых, в указанное время, в более южных районах (Буджак). Очень показательно и повторение ситуации с количеством и характером этих памятников для отмеченных территорий в последней трети II - первой половине III вв., но теперь уже с точностью "до наоборот"624. Что, в свою очередь, с достаточной долей уверенности, дает возможность утверждать об имевшей место подвижке кочевого сарматского населения в последней трети II в. из лесостепных районов в Буджакскую степь625.



573 Дзиговський О.М. Культура сарматов...-С.105,106; 128.
574 Bichir G. Culture carpica.-Bucuresti, 1973.-Р 166-169; он же. Patrunderea sarmatilorla Dunarea demijloksi de jos si relatiile in geto-dacii//Museul National.-1976.-III.-P. 118-119; он же. Geto-daciidin Muntenia in epoca romana. - Bucuresti. 1984. - P.95-98; он же Date noi (II)...P.297-305.
575 Дзиговський O.M. Культура сарматов. .-С 106,107.108. Аналогичная ситуация с расположением сарматских древностей в исследуемом регионе уже имела место в конце I в. до н.э. -первой четверти I в. н.э. и была тесно связана с политикой Рима в отношении нижнедунайских территорий (см. предыдущую главу).
576 Дергачев В.А. Материалы раскопок археологической экспедиции на Среднем Пруте (1975-1976 гг.).-Кишинев.1982.-С.85,124; Курчатов С И.. Чирков А.Ю Население Пруто-Днестровского междуречья so II - IV вв. н.э. в свете последних открытий//Актуальные проблемы ис-торико-археологических исследований.-К.. 1987.-С.91,92.
577 Яровой Е.В., Чирков А.Ю Воинский сарматский могильник в Единецком районе на Пру-те//Проблемы скифо-сарматской археологии Северного Причерноморья.-Запорожье, 1989 -С.182,183; Курчатов C.I., Симоненко О.В.. Чирков А.Ю. Сарматський воiнський могильник на Середньому Прутi//Археолопя.-1995. -№1 .-С. 112-123.
578 Яровой Е.В., Чирков А. Ю. Воинский сарматский могильник...-С. 183.
579 Гросу В.И. Хронология...-С.71.
580 Курчатов C.I , Симоненко О.В., Чирков А.Ю. Сарматський вожський могильник.. -С.122.
581 Гудкова А.В., фокеев М.М. Земледельцы и кочевники в низовьях Дуная I - IV вв н.э -С 32
582 Курчатов С.И. Новые материалы из раскопок сарматского и Черняховского могильников у с.Петрешты МССР//Проблемы скифо-сарматской археологии Северного Причерноморья.-Запорожье, 1989 - С. 74.
583 Труфанов С.И. К вопросу о периодизации культуры поздних скифов Крыма//Никонии и античный мир Северного-Причерноморья.-Одесса, 1997.-С.269-274-
584 Дергачев В. А. Материалы... - С. 110, 111, рис. 38.3; рис. 39,12; С. 114, 115, рис. 40.5; с. 119, 120, рис. 3,10.
585 Труфанов А.А. К вопросу..-С.272,273.
586 Там же.-С.272.
587 Скрипкин А.С. Нижнее Поволжье в первые века нашей эры.-Саратов,1984.-С.48; Симоненко О.В. Сармати Пiвнiчного Причорномор'я. Хронологiя, перюдизацiя та етно-полiтична iстоpiя. -С.16
588 Обычно подобные зеркала датируются II-III вв. (см. например: Хазанов А.И.Генезис сарматских бронзовых эеркал//СА.-1963.-№4 -С,67). Тем не менее, в городах Северного Причерноморья они появляются уже в конце I-II вв; в Поволжье - Приуралье в начале II в., в горных районах Северного Кавказа в конце I в., на позднескифских могильниках Центрального и Юго-Западного Крыма в 80/90 гг.- начале II в. (см. Хазанов А.М.Генезис...-С.67, Скрипкин А С. Нижнее Поволжье..-С.44,47; Абрамова М.П.Зеркала горных районов Северного Кавказа в первые века нашей зры//История и культура Восточной Европы по археологическим данным.-М.,1971.-С. 129- 131; Труфанов А.А, К вопросу...-С.272). В этой связи, хотелось бы отметить одну любопытную особенность, а именно - практически одновременное появление зеркал-подвесок с орнаментированной оборотной стороной на огромной территории от Приуралья до Крыма.
589 Дергачев В.А.Материалы...-С, 110,112,116, Т18,120.
590 Федоров Г.Б. Население..-Табл. 36; Табл.43/4.
591 Амброз А.К. Фибулы юга Европейской части СССР//САИ -1966.-Вып. Д 1-30.-С 45, Табл. 5, 14.
592 Симоненко О.В. Сармати...-С.17,18.
593 См. например: Яровой Е.В., чирков А.Ю. Воинский сарматский могильник...-С. 182; Симоненко О,В. Сармати...-С.13.
594 Яровой Е.В., Чирков А.Ю. Воинский сарматский могильник...-С 182; Курчатов C.I., Симоненко О.В., Чирков А.Ю. Сарматський вожський могильник. -С.143-119.
595 Курчатов С.И ., Чирков А.Ю. Население...-С.92; Курчатов С.И Новые материалы...-С.74.
596 Шелов Д.Б. Узкогорлые светлоглиняные амфоры первых веков нашей эры. Классификация и хронология//КСИААН СССР.-1978 -Вып. 156.-С.18.
597 См. Гайдукевич В.Ф. Раскопки Мирмекия в 1935-1938 гг//МИА.-1952.-№25.-С.170; Шелов Д. Б.Узкогорлые светлоглиняные амфоры.. -С. 18; Первая серия монет Рискупорида II была выпущена в 69-80 гг., вторая - 80-93 гг.; Монеты Савромата 1 выпускались с 93 по 118 гг.; Коти-са II - с 123 по 130 гг.; Евпатора - с 154 по 170 гг (см. Frolova N.A. The coinage of the Kingdom of Bosporus AD. 69-238.//BAR International Series 56. - 1979.-R 14-16, 17; 17-29, 30; 30 - 36, 38-39)
598 См. Скрипкин А.С.Азиатская Сарматия. Проблемы хронологии и её исторический аспект.-Саратов, 1990.-С. 124,125; Курчатов C.I., Симоненко О.В., Чирков А.Ю. Сарматський... - С. 121; Симоненко О.В. Сармати... - С. 10.
599 См. Яровой Е.В,, Чирков А.Ю.Воинский сарматский могильник...-С.182; Курчатов C.I., Симоненко О.В., Чирков А.Ю. Сарматський воiський могильник...--С.117, 118.
600 Хазанов А.М. Очерки...-С.17,20.
601 Там же.-С.21.
602 Раев Б.А. Сарматское погребение из кургана у хутора Арпачин//СА.-1979.-№1 -С. 262.
603 Скрипкин А.С. Азиатская Сарматия.-С. 132.
604 Там же.
605 Амброз А.К. Фибулы...-С.41.
606 См. Курчатов С И., Чирков А.Ю. Население... - С. 92; Курчатов С.И. Новые материалы., -С. 74.
607 К данной группе сарматских памятников, вероятно, принадлежит и курган, исследованный у с.Корпач, Единецкого р-на нынешней Молдовы, который датируется узкогорлыми светлоглиняными амфорами (тип С по Д.Б.Шелову) в пределах II в. (см. Гросу В.И. Сарматский курган ус.Корпач//СА.-1979.-№2.-С.250-255).
608 См. например: Гудкова А.В., Фокеев М М. Земледельцы и кочевники...-С.31,35,38; Гросу B.И. Хронология памятников .-С.79.80; Симоненко О.В.Сармати...-С.13.
609 Гудкова А.В., Фокеев М. М. Земледельцы и кочевники . .-С. 32, Эта дата была принята практически всеми исследователями, за исключением, пожалуй, В.И. Гросу, полагающего, что сарматский могильник Холмское, в целом, следует относить ко II в. (Гросу В.И.Хронология...- C.80).
610 Гудкова А.В., Фокеев М М.Земледельцы и кочевники....-С 31,32.
611 Там же.-С. 14 и 19: Рис. 5,9 и 8,8; См. об этом: Книпович Т.Н. Краснолаковая керамика первых веков нашей эры из раскопок Боспорской экспедиции 1935-1940 гг.//МИА.-1952 -Т.1.-№25.-С.304.
612 Труфанов А.А. К вопросу...-С.272,273.
613 Книпович Т.Н. Краснолаковая керамика ..-С,304.
614 Гудкова А.В., Фокеев М.М.Земледельцы и кочевники...-С.26.31.
615 Книпович Т.Н. Краснолаковая керамика...-С 303. Таким образом, согласно характеристики и определения хронологии этого типа краснолаковых сосудов данной Т.Н.Книпович, становится очевидным, что подобные кувшины имели достаточно широкий хронологический диапазон бытования в Северном Причерноморье, начиная от второй половины I в.н э и заканчивая первой половиной III в. Следовательно, их привлечение в качестве опорных хроноиндикаторов при определении хронологии того или иного памятника будет правомерным только лишь в сопоставлении со временем бытования других датирующих предметов в каждом конкретном случае.
616 Гудкова А.В., Фокеев М.М. Земледельцы и кочевники...-С.27;32.
617 Труфанов А.А. К вопросу ...-С.272,273.
618 Гудкова А.В., Фокеев М.М. Земледельцы и кочевники.-С 17;27;31,32.
619 Алексеева Е.М. Античные бусы Северного Лричерноморья//САИ.-1982.-П-12,-Т.З,-С. 18-19.
620 Симоненко О.В. Сармати...-С.17.
621 Дзиговський О.М. Культура сарматiв,..-С.118.119.
622 Гудкова А.В., фокеев М.М. Земледельцы и кочевники...-С.35, 36-49; Субботин Л.В., Дзиговский А.Н.Сарматские древности Днеотро-Дунайского междуречья.-К.,1990.-Т.1 -С.4-38; Т.Н.-С.2-12.
623 Дзиговський О.М. Культура...-С. 111; 116-121; ср. Гудкова А.В., Фокеев М.М. Земледельцы и кочевники...-С.39.
624 См. Гросу В.И. Хронология памятников... - С. 48 - 83. 83 - 91, Рис. 2, рис. 3; Дзиговський О.М. Культура сарматiв .. - С. 105 - 107, 108 - 122. 128. 129. 138.
625 См. Курчатов С.И., Чирков А.Ю. Периодизация памятников сарматской культуры в лесостепной зоне Молдавии// Древнейшие общности земледельцев и скотоводов Северного Причерноморья (V тыс. до н.э - V в. н.э.). - К., 1991. - С. 216. Отдавая должное тезису авторов о массовом оттоке сарматского населения лесостепной Молдавии к началу III в., в связи с Мар-команнскими войнами, в то же время, необходимо отметить, что исследователи совершенно не конкретизируют территории, на которые шел этот отток.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Тамара Т. Райс.
Скифы. Строители степных пирамид

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии

А.И.Мелюкова.
Скифия и фракийский мир

А.Н. Дзиговский.
Очерки истории сарматов Карпато-Днепровских земель

Э. Д. Филлипс.
Монголы. Основатели империи Великих ханов
e-mail: historylib@yandex.ru
X