Список книг по данной тематике

Реклама

  • магазин computera.ru читать
  • 1обзорник.рф

Loading...
Дэвид Лэнг.   Армяне. Народ-созидатель

Глава 2. Первые люди в Армении

В последние годы стала вырисовываться довольно четкая картина того, какие люди населяли издавна Армянское нагорье. Эта картина, пожалуй, дает научное обоснование древнейшим легендам вроде истории о Ноевом ковчеге. Притом это сравнительно новейшие изыскания. Пока западные археологи, используя находки, сделанные во Франции, реконструировали эволюцию человека на протяжении различных фаз и культур палеолита, мезолита и неолита, ряд знатоков ближневосточной археологии выражал сомнения в том, что в древнем каменном веке на территории Армении вообще существовала человеческая жизнь. Еще в 1909 году Жак де Морган утверждал, что Армения, как и соседствующее с ней Иранское плато, была абсолютно пустынной на протяжении большей части плейстоценового периода, который начался около миллиона лет назад и включает в себя великие обледенения, известные как Гюнц, Миндель, Рисс и Вюрм. Не принимая в рассмотрение случавшиеся в Армении промежутки между оледенениями, де Морган считал, что этот высокогорный регион, покрытый толстым слоем льда в течение сотен тысяч лет, абсолютно непригоден для поселения и пребывания там человека. Согласно гипотезе де Моргана, человек впервые появился в Армении в мезолитическую или ранненеолитическую эпоху, когда окончательное таяние великих ледников затопило Месопотамию и вытеснило уцелевших людей из низовьев Тигра и Евфрата в Анатолийские горы.

Однако это хитроумное объяснение прибытия Ноя к горе Арарат не выдерживает проверки данными современной археологии. Мы знаем, что в эпоху плейстоцена длительные просветы между обледенениями случались и на Кавказе, и в Западной Европе, создавая прекрасные условия для человеческой жизни. Открытия, сделанные в последние тридцать лет, доказывают, что Армения и вообще все Закавказье входят в число регионов, где обнаруживаются самые древние следы пребывания и трудовой деятельности наших предков. Здесь следует отметить, что пустынный район Гарежа, расположенный в Грузии восточнее Тбилиси, по соседству с северной границей Армении, является местом находки окаменевших останков ярко выраженной разновидности человекообразных обезьян, так называемого удабно-питека (от грузинского слова «удабно», означающего глушь, дикую природу). Это существо занимает промежуточное положение между шимпанзе и гориллой. Открытие было сделано в 1939 году советскими геологами Н.О. Бурчак-Абрамовичем и Е.Г. Габашвили. Останки эти весьма фрагментарны, всего два зуба, один из них коренной, но они представляют собой единственно найденное свидетельство обитания древнейших человекообразных обезьян на территории бывшего СССР. Некоторые советские ученые полагали, что Закавказье является одним из тех регионов мира, где на ранней стадии плейстоцена происходила эволюция человекообезьяны в Homo faber (доисторического человека, существа обезьяноподобного, но уже обладающего способностью к техническим изобретениям).

В отсутствие более существенных находок окаменевших останков обезьяны и человекообезьяны в Кавказском регионе мы вынуждены базировать свои заключения на древних каменных орудиях и артефактах. Кеннет Оукли в своей классической монографии «Человек-рукотворец» замечает, что «человек есть животное социальное, отличающееся наличием «культуры», то есть способностью изготавливать орудия и передавать свои идеи». Действительно, обезьяны могут иногда сделать какое-то приспособление для мгновенного решения какой-то обозримой проблемы. Ученые видели, как шимпанзе соединял две бамбуковые трубки, чтобы дотянуться до грозди бананов, болтающейся за пределами клетки, или же вставлял в бамбуковую трубку заостренный заранее зубами кусочек дерева. Однако их ум не способен проникнуться идеей придания камню или палке определенной заданной формы, чтобы использовать их в отдаленном неясном будущем. Такие обезьяны нам неизвестны. Систематическое изготовление орудий предполагает заметную способность к концептуальному мышлению, так что только на основании подобных находок в Армении и других местах Кавказа мы могли бы постулировать присутствие там человека с очень древних времен, не менее полумиллиона лет тому назад.

Проблема установления времени создания человеком самых первых орудий осложнена существованием так называемых эолитов, то есть естественно разломанных камней, напоминающих по виду ранние каменные орудия, сработанные людьми. По правде говоря, естественные обломки камней, возможно, и служили нашим далеким предкам первыми орудиями. Даже сегодня некоторые племена, стоящие на низшей ступени развития, используют в качестве повседневных инструментов острые осколки камней, раковины или зубы акул. Австралийские аборигены умеют даже срубить дерево обломками камня с острым краем. Покойный аббат Анри Брейль как-то собрал близ Клермона (департамент Уазы) в слоях, датируемых 50 миллионами лет тому назад, целую кучу кремней, на первый взгляд напоминавших ранние орудия, изготовленные первобытным человеком. Однако дальнейшие исследования показали, что камни приобрели такую форму, будучи раздавленными валунами катившегося ледника. Кремень часто принимает такой вид под воздействием естественных факторов (давление тяжелых камней или льда, резкие изменения погодной температуры или нагрева). Такие причуды природы еще не являются доказательством появления древнего человека в тех или иных регионах земли.

В Армении случайно образованные эолиты встречаются нередко. Однако там, а также в Абхазии и на побережье Черного моря хватает и достоверных свидетельств существования в этом регионе производства орудий каменного века. Но так же достоверно, что мы не обнаруживаем здесь ничего приближающегося по древности к каменным орудиям, находимым в некоторых районах Африки. А именно тем, что обнаруживают в отложениях конца виллафранкского периода. Армения также не может соперничать с потрясающими находками в разломе Олдувай. Вместе с тем в последние 25 лет продемонстрировано присутствие в Армении и Западной Грузии обширных свидетельств аббевильской (шелльской) культуры, датируемой по меньшей мере четырьмя-пятью тысячами лет. Раскопки, проведенные на территории бывшей Турецкой Армении рядом турецких и западных ученых, а также советскими археологами, поистине революционизировали наши представления о времени самых ранних поселений человека в Кавказском регионе.

В пору появления первобытного человека на территории Армении – по-видимому, от 500 тысяч до миллиона лет тому назад – климат был относительно мягким и влажным. Типичными представителями животного мира были гиппопотамы, слоны, носороги, протолошади, верблюды, быки, саблезубые тигры и олени. Фауна плейстоцена в Армении хорошо изучена благодаря фундаментальным трудам Л.А. Авакяна, который приводит перечень редких животных, найденных в районе Гюмри, в том числе таких, как разновидности носорогов. Особый интерес представляют многочисленные находки костей животных, сделанные А.К. Векуа в озерных отложениях нижнего плейстоцена у подножия дацитовых холмов в Амиранисмта близ грузинского города Ахалкалаки, к северу от армянской границы. Создается впечатление, что в этом месте большое число животных было застигнуто внезапным извержением вулкана. Потоки раскаленной лавы затопили пастбища и леса, что и привело к гибели всего живого. В Амиранисмта Векуа идентифицировал несколько новых видов фауны – гиппопотама и неизвестных видов протолошади. Открытия А.К. Векуа, опубликованные в 1962 году, безусловно, укрепили предположение о том, что Армянское нагорье было одной из прародин лошадей.

В те времена Армению густо покрывали деревья, в том числе дубы, клены, вязы, ивы, барбарис. Многие субтропические вечнозеленые растения, которые теперь произрастают на побережье Черного моря, во влажных районах Лазистана и Мингрелии, тогда царствовали на всем Армянском нагорье.

Самые ранние каменные орудия, найденные на территории Армении, относятся к древним примитивным фазам развития человечества: к аббевильской, или шелльской, культуре. Заслуга их открытия принадлежит двум советским археологам – С.А. Сардаряну и М.З. Паничкиной. Они обнаружили их, проводя раскопки в местности, известной под названием Сатани-Дар, или Сатанский холм, близ горы Богутлу (Артин), на юго-западных склонах горы Алагёз (Арагац). Этот район богат обсидианом, вулканическим стеклом кислотного состава, представляющим собой комбинацию двуокиси кремния, окислов алюминия, кальция, железа, калия и натрия. Эти породы обладают высокой твердостью и одновременно хорошо поддаются обработке, что идеально подходит для изготовления острых топоров и подобных орудий. В этом отношении предметы аббевильской ремесленной культуры Армении отличаются от найденных на побережье Черного моря в Абхазии экспедицией Грузинской академии наук во главе с Н. Бердзенишвили в 1958 году. Абхазские орудия сделаны из местного кремня, также весьма пригодного для подобной цели, но все же уступающего по качеству вулканическим обсидианам Армении.

Многие из аббевильских ручных топоров, найденных Сардаряном с сотрудниками, можно увидеть в Историческом музее Армении в Ереване. Вес их доходит до 1,5 кг, а длина обычно составляет примерно 15 см. Их делали, выбирая овальный камень желаемого размера, который затем обкалывали по краям, сначала в одном направлении, затем в другом, чтобы получался двусторонний брусок, грушевидной или округлой формы, с извилистым или зигзагообразным краем, образованным пересечением глубоких насечек при обкалывании. Во Франции типично аббевильские ручные топоры сделаны из кремневых конкреций, которые обнаруживают в гальках 40-метровой террасы реки Соммы, относящихся по времени к теплому промежутку между двумя фазами второго, так называемого миндельского, оледенения. Шелльские ручные топоры из Армении походят, согласно сравнению Сардаряна, на образцы, найденные Г. и А. де Мортилетт в эстуарии Гаронны близ Тулузы. В настоящее время они выставлены в музее города Сен-Жермен-ан-Лэ.

Эти аббевильские, или шелльские, ручные топоры несут на себе глубокие шрамы сколов, сделанных, очевидно, более твердым камнем, использованным в качестве молотка или на краю тяжелого камня наковальни. Они являются орудиями многоцелевыми и, судя по всему, не были снабжены рукоятками, то есть не были топорами в современном понимании этого слова. Их использовали главным образом для резания и скобления, а также для рытья земли. Параллельно с этими обычными «coups-de-poing» (таков термин, применяемый для их обозначения) мы обнаруживаем грубо обработанные орудия разных форм и размеров, явно созданные для конкретных хозяйственных нужд.

Турецкие археологи также исследовали гористую местность к северу от города Карс – крепости, расположенной неподалеку от бывшей советско-турецкой границы. Орудия аббевильского, а позднее ашельского типа были найдены по соседству с Кизир-Дагом. Так как это место расположено всего лишь в 50 милях от раскопок на Алагёзе (Арагаце), то совершенно очевидно, что мы имеем здесь дело с комплексом ранних ремесленных цехов, оседлавших склоны Арпачая. Весьма полезная карта этих раскопок составлена советским археологом В.П. Любиным в 1957 году.

Тот факт, что в Армении была установлена местная аббевильская (шелльская) культура, представляет значительный интерес. Это связывает Армению с обширным комплексом подобных же первобытных центров деятельности человека, протянувшимся через Южную Англию, Францию и Испанию на другой берег Средиземного моря – в район Сахары и Египта, в Южную и Восточную Африку, Палестину, Сирию и далее, пересекая Южную Индию и дойдя до северо-востока Китая. Уже беглый взгляд на карту мира показывает, что Армения находится в фокусной точке этой системы ранних культур изготовления орудий. В.П. Любин указывал, что в эпоху раннего плейстоцена Мурат-Су, главный исток Евфрата, благодаря своему хорошему климату, наличию естественных скальных убежищ и избытку воды должен был предоставлять необычайно благоприятные условия для обитания первобытного палеолитического человека. Кажется весьма вероятным, что эта река, которая вбирает в себя воды, струящиеся с горных вершин, расположенных к западу от горы Арарат, река, которая протекает севернее озера Ван и стремится на запад в самую глубь Центральной Анатолии, уже со времен палеолита служила важным проводником культурных миграций между Кавказом и областью «Благодатного полумесяца».

Следующая стадия технологий каменного века известна как ашельская культура. Она названа так по Сент-Ашелю близ Амьена, где в 1834 году Риголло в гравийных карьерах на берегах Соммы обнаружил кремневые орудия определенного, четко выраженного типа. Ашельская культура представляет собой эволюцию от аббевилльской (шелльской) культуры к более изощренной и элегантной технике изготовления этих каменных инструментов. Эти «coups-de-poing» лучше исполнены: появляется новая овальная форма, известная как овоид, иногда дополненная S-образным изгибом по бокам орудия. Некоторые ашелльские кремневые орудия получили название «лиманды», или «ершоватки», потому что напоминают контуром очертания плоской рыбины. Другие имеют заостренную или миндалевидную форму.

Ашельская культура отлично представлена в Армении: изыскания Сардаряна на горе Артин дали более 400 артефактов различной формы и размера. В более широком смысле ашельский период простирается с конца аббевильского (примерно 400 тысяч лет до нашей эры) вплоть до среднего палеолита, или мустьерского периода (начинается примерно за 100 000 лет до нашей эры). Развитие культуры шло очень медленно, и техника ремесла оставалась практически единообразной на территории почти одной пятой мира. Многие ашельские ручные топоры из раскопок в таких отдаленных друг от друга местностях, как мыс Доброй Надежды, Кения, Мадрас и Лондон, практически неотличимы от найденных в Армении, за исключением того, что выполнены из разных типов горных пород.

Ашельская культура захватывает период рисского оледенения. Предыдущее оледенение, миндельское, совпадает с концом аббевильской культуры. Оно оказало самое суровое воздействие на жизнь всей Европы. Однако миндельское оледенение не повлияло заметным образом на климат Армении, расположенной южнее основного пояса льда и мороза. Посему в Армении не находят никаких следов арктической флоры и фауны, характерной для миндельского оледенения в Северной Европе.

Это означает, что жизнь человека на территории Армении могла продолжаться в ту пору без существенных осложнений. Если на северо-западе Европы не найдены ручные орудия, изготовленные в период максимума второго (миндельского) оледенения, в Армении их производство почти не прерывается, так что переход от аббевильской к ашельской культуре здесь менее резок.

Сардарян смог классифицировать ашельские орудия из Сатани-Дар последовательно по стадиям развития: раннеашельские, среднеашельские и позднеашельские.

В дополнение к стандартным типам ашельских предметов в Армении мы встречаем рабочие орудия так называемого клактонского типа (по городку Клактонон-Си, Англия), и левалуазского типа (по предместью Парижа Левалуа). Левалуазские орудия отличаются тем, что их изготавливают из обломков камня, которым предварительно придают форму черепахи. Идея состоит в том, чтобы обработать кусок кремня или обсидиана таким образом, чтобы при обкалывании отлетали пластинки, уже готовые к использованию. Сардарян собрал также прекрасную коллекцию обсидиановых и дацитовых ножей, скребков, колунов и сверл, вполне сравнимых с найденными в раскопах Западной Европы. Некоторые из этих орудий служили также наконечниками копий, стрел или пик. Хотя их часто находят наряду с более крупными ашельскими ручными топорами, предметы клактонского и левалуазского типа представляют собой несомненный шаг вперед в изготовлении и применении более специализированных каменных орудий и оружия, характерных для поздних стадий ашелльской культуры.

Кроме Сатани-Дарского раскопа, следы ашельских поселений обнаружены также в других точках Армении, а именно вблизи курорта Арзни, в 18 километрах к северу от Еревана. Здесь река Раздан вытекает из озера Севан в сторону Аракской равнины, образуя удобные террасы и плато с многочисленными источниками пресной и минеральной воды. В районе Арзни ашельские ручные топоры из черного, красного и серого обсидиана находили еще в 1933 году (геолог А.П. Демехин), а дальнейшие раскопки производили археологи С.Н. Замятин и М.З. Паничкина. В совокупности с многочисленными ашельскими находками в раскопах между Гаграми и Сухуми на побережье Черного моря и теми, что обнаружены в Южной Осетии, непосредственно к югу от главного Кавказского хребта, эти следы ашельской культуры в Армении свидетельствуют о существовании значительного, хоть и рассеянного, населения по всему Закавказью в период между 400 тысячами и 100 тысячами лет до нашей эры.

В середине периода ашельской культуры Армения подверглась сильнейшему рисскому оледенению. Теплолюбивые вечнозеленые деревья и субтропическая растительность исчезают, одновременно с саблезубыми тиграми и другими млекопитающими, нуждающимися в жарком климате. Животные приспосабливаются к прохладной обстановке, обретая защитный шерстяной покров, а потому мы видим, как мамонты заменяют слонов, а мохнатый носорог вытесняет своего безволосого родича. Теплолюбивые вечнозеленые растения, которые теперь растут по берегам Каспийского и Черного морей, отступают с Армянского нагорья. Их сменяют буки, дубы и другие лиственные деревья.

Человеческая жизнь в этот период, естественно, крайне примитивна. Внешне человек практически неотличим от своих диких предков. Люди живут группами без какого-либо фиксированного убежища, поддерживают себя охотой и сбором диких плодов, орехов и ягод. Съедобные коренья выкапывают грубыми каменными орудиями, а плоды и орехи сбивают с верхних веток длинными палками. К концу ашельской культуры широко распространилось употребление огня, а люди стали одеваться в шкуры животных.

Кроме Закавказья, следы ашельской культуры были обнаружены на юге Украины, в Крыму (Киик-Коба) и в Туркмении (на восточном побережье Каспия).

Наши знания о главных центрах ашельской культуры в Армении существенно расширяются, когда мы переходим к мустьерской эпохе. (Так называли советские ученые период, включающий культуры, относящиеся к 100 тысячам – 40 тысячам лет до нашей эры. Западные ученые объединяют эту группу культур общим, несколько расплывчатым термином «средний палеолит».) Мустьер – это материальная культура неандертальского человека, которая была обнаружена во многих точках Западной Азии, Европы и Северной Африки. Самые ранние неандертальцы этой эпохи (такие, как в Эрингсдорфе близ Веймара) жили в относительно мягких условиях, преобладавших на территории Европы в последней трети риссвюрмского межледниковья. Их кочевая жизнь на открытом воздухе подобна жизни ашельцев. Более поздняя и более типичная мустьерская культура развилась в Европе в условиях холодной тундры, вызванных к жизни четвертым, или вюрмским, оледенением, которое также существенным образом повлияло на климат Армении. Неандертальцы приспособились к суровости этого климата, поселившись в пещерах и закутавшись в шкуры животных. Они жгли костры, чтобы согреться и отогнать хищников, подстерегавших их у входа в пещеры. Они были бесстрашными и умелыми охотниками и пользовались для охоты на мамонтов и шерстистых носорогов деревянными копьями и каменными метательными снарядами.

На закате ашельской эпохи и на протяжении мустьерской происходят значительные изменения в строении человеческого тела. Древний обезьяночеловек, или питекантроп, и его преемники, Homo habilis, или Homo faber, постепенно развились в людей с узнаваемыми чертами современного человека. Эти неандертальцы, получившие прозвание по долине Неандерталь близ Дюссельдорфа, где был найден самый знаменитый их экземпляр, обладали низким ростом, всего 5 футов, были коренастыми, неуклюже ходили и бегали враскачку. У них были кривые ноги, низкая посадка плеч и согбенная спина. Их выдающиеся вперед челюсти, убегающий назад лоб и глубоко посаженные глаза с низко нависшим надбровным костным валиком создавали внешность малопривлекательную. Голова сидела на короткой толстой шее, практически составлявшей единое целое с затылком.

Советский археолог Г.А. Бонч-Осмоловский изучал строение кисти руки неандертальского человека из Киик-Коба (Крым) и обнаружил, что она очень мощная, грубая и неуклюжая, с пальцами широкими и похожими на обрубки. Сильно развитые мускулы придавали ей мощь необычайную. Однако она лишена гибкости и подвижности, свойственных руке современного человека. Особенно интересной для изучения неандертальского человека из Центральной Азии оказалась находка захоронения 8—9-летнего мальчика, найденного в 1938 году, сделанная А.П. Окладниковым в пещере Тешик-Таш (Южный Узбекистан). По черепу этого ребенка скульптор М.М. Герасимов произвел свою знаменитую реконструкцию. Отец Тейар де Шарден в свое время разделил неандертальских людей на две основные группы: «дикари» и «продвинутые». К «дикарям», проживавшим на Яве, в Родезии и в других местах, он отнес обладателей более плоских черепов, с более убегающими лбами, резче выступающими челюстями и, вообще, более обезьяноподобным обликом. «Продвинутые» неандертальцы, которые жили на территории Палестины, Западной Азии и Германии, были более «цивилизованными». Они обладали выступающими скулами, относительно высоким лбом, хорошо выраженным подбородком и менее выступающими челюстями.

Мустьерский человек в Армении значительно улучшил технику изготовления обсидиановых орудий по сравнению со своими ашельскими предшественниками. Неандертальцы, кроме ручных топоров и других традиционных орудий, делали скребла, диски с отверстиями, пластинчатые орудия, ножи, наконечники для копий и маленькие острия, похожие на наконечники стрел. Они заостряли края оружия и инструментов тонкой «доводкой» и скрупулезным скалыванием. По-видимому, они не работали с костью, хотя использовали большие твердые кости бизонов в качестве наковален и подставок для рубки. Некоторые из этих неандертальцев были каннибалами. Они были организованы в свободные племена, или кланы, часто хоронили мертвых согласно неким ритуалам и раскрашивали себя двуокисью марганца и красной охрой при проведении магических обрядов и церемоний.

Самым важным центром эволюции такого неандертальского человека в мустьерскую эпоху был регион, лежащий к югу от Кавказского хребта, включающий в себя Грузию, Абхазию и Армению. На Черноморском побережье Абхазии и Мингрелии (древней Колхиды), а также поблизости от него известно не менее 25 точек мустьерской культуры. Пять из них расположены в долине Риони и 20 вдоль течения реки Куры (Мхтвари) и ее притоков. Следы мустьерской культуры были найдены в пещере Кударо (Осетия), где найдены также кости носорогов, серн, сурков, кротов, барсуков, выдр, хомяков, зайцев и хорьков.


Примитивные обсидиановые орудия (средний палеолит)


В Республике Армении места мустьерской культуры расположены по соседству с горой Артин, то есть там же, где обитали первобытные люди в период аббевильской и ашельской культур. Еще такие точки находятся около деревни Пемзашен, к северо-западу от горы Алагёз, и в районе Ноемберяна, на армяно-азербайджанской границе. Особенно важными являются многочисленные находки из Арзни и других точек, расположенных вдоль долины реки Раздан, берущей начало в озере Севан. Они были опубликованы в 1950 году М.З. Паничкиной. Предметы мустьерской культуры из долины реки Раздан, общим числом примерно 340, отличаются большим разнообразием типов и форм. Некоторые из них напоминают найденные в крымской пещере Киик-Коба, другие похожи на кремневые орудия из узбекской пещеры Тешик-Таш, еще одни сравнимы с мустьерскими изделиями из Умм-Куатафа близ Иерусалима (опубликованы Р. Невиллем в 1931 году).

На территории бывшей Турецкой Армении мустьерские изделия находят в очень отдаленных друг от друга точках, в том числе в долине реки Борлук к югу от Карса и в 120 милях от нее, близ маленького городка Лиз, к западу от озера Ван и северо-востоку от Муша. Лиз расположен в непосредственной близости к Мурат-Су, что служит дополнительным аргументом в пользу утверждения Любина, а именно, что долина этой реки была важнейшей артерией, по которой шел культурный обмен между Арменией и областью «Благодатного полумесяца» на протяжении многих периодов предыстории Анатолии.

Следующей фазой обитания человека в Армении является ранний палеолит, который растянулся на период примерно от 40 тысяч до 12 тысяч лет до нашей эры. Его часто называют «оленьим» веком. Климат основной части Европы и Северной Азии все еще оставался холодным, а в начале этого периода еще и очень влажным. Со времен наивысшего расцвета неандертальцев ледники почти не сдвинулись с места и все еще покрывали большую часть Северной Европы и Сибири. В Армении ледники и снега простирались вниз по склонам Арарата, Алагёза, Бингёля и других горных гигантов. Линия вечных снегов на Главном Кавказском хребте, на расстоянии нескольких сотен миль к северу, пролегала очень низко, на высоте 1200–1300 метров. (Сегодня она находится на высоте 2800–3400 метров.) Мамонты, олени и шерстистые носороги жили там более или менее многочисленными стадами и были типичными представителями животного мира той эпохи. В Армении обнаружены останки мамонтов, бизонов, предков современной лошади и оленей.

В пределах великого вюрмского оледенения различают две более мягкие, промежуточные, фазы, во время которых температура была благодатнее. Однако вскоре холода вернулись, причем на этот раз климат был суше и суровей. В ту пору к уже перечисленным животным добавились антилопа-сайга, серны, зубры, сурки и тушканчики. Многие из этих животных известны нам сейчас не только по их окаменевшим останкам, но и по изумительным наскальным рисункам, обнаруживаемым в пещерах начиная от Альтамиры в Северной Испании, в Перигоре, а также других регионах Франции вплоть до Урала в России и дальше на восток. Они свидетельство художественного мастерства этих далеких предков современного человека.

Культура самого раннего верхнего палеолита, ранее называемая нижнеориньякской, а теперь известная как шательперронская, уже предчувствовалась в недрах ашельской. Шательперронская культура, возможно, зародилась недалеко от Армении. Согласно Оукли, она, по всей вероятности, распространилась из Юго-Западной Азии в Восточную Европу перед концом мустьера, так что во Франции, как и в Палестине, произошло некоторое смешение двух традиций. Шательперронцы пользовались ножами с каменными лезвиями, у которых один край был прямым и острым как бритва, а второй, противоположный, изогнут до самого кончика и затуплен резким обколом. Такого рода приспособления в Армении не редки: Сардаряну удалось собрать по крайней мере 18 экземпляров.

Среди ученых не стихают споры о том, проистекают ли культуры раннего верхнего палеолита, особенно известная ныне как ориньякская, непосредственно из культуры неандертальцев, а именно мустьерской. Многие западные археологи полагают, что ориньякская культура была привнесена в Европу некими пришельцами с востока, известными под именем кроманьонцев. Кроманьонцы были выше ростом и сложены изящнее, чем сутулые неандертальцы. Западные ученые склонны считать, что кроманьонцы развились независимо от неандертальцев, которых затем и вытеснили благодаря большей сообразительности и техническим достижениям. Советские археологи, верные своим эволюционным взглядам и убежденные в определяющем влиянии среды, утверждали, будто кроманьонцы и затем современный гомо сапиенс являются прямыми потомками неандертальцев, которые преобразились в человека более привлекательного эстетически и более ловкого за счет естественного развития и естественного отбора.

Богатая среднекроманьонская культура особенно хорошо представлена в Армении и Грузии. Так, Георгий Ниорадзе (1886–1951) изучал ориньякскую пещерную стоянку в Девис-Хврели, расположенном в Шорапанском районе Грузии. Он обнаружил там человеческую челюсть и множество кремневых орудий, а также костей животных, что позволило ему убедительно воссоздать жизнь первобытного человека в Грузии во времена верхнего палеолита. Что касается Армении, мы можем основываться главным образом на обсидиановых орудиях, сделанных близ горы Артин и в Разданской долине. Разработана система исследований многочисленных пещер и гротов, связанных с разданскими находками. По аналогии с Грузией и с учетом сурового климата ориньякской поры можно не сомневаться, что в Армении найдутся свидетельства пещерных стоянок людей ориньякской культуры.

Орудия и оружие ориньякской культуры отличает замечательная техника создания каннелюров, которую трудно скопировать даже сегодня. Ушли навсегда мустьерские скребла с их «решительными» обколами. Их место заняли тщательно изготовленные концевые скребки, у которых ударные сколы сходятся веером к центральной точке. Часто встречаются резцы, у которых кончик имеет острый рабочий край и затупленную спинку (техника, явно взятая из шательперронской культуры). Иногда мы видим орудия двойного назначения: скребок с одного конца и резец с другого. Имеются орудия, изготовленные из кости. Их много в армянских пещерных стоянках того периода. На горе Артин и в других местах Армении находят дацитовые и обсидиановые ножи, относящиеся к ориньякской культуре. По правде говоря, находки на горе Артин, где рядом с полуобработанными кусками дацита и обсидиана валяются осколки и обломки камней той же породы, являются свидетельством того, что на протяжении многих тысяч лет там была истинная фабрика первобытных орудий, откуда в соседние области регулярно экспортировались как готовые изделия, так и каменные заготовки для них.

Интересно отметить, что советский археолог Е.И. Крупнов полагает, будто в период существования ориньякской культуры происходила значительная миграция кавказских племен в Европейскую Россию. Было проведено сравнение между некоторыми типами тонко отделанных кремневых стрел и наконечников стрел, связанных с грузинским местечком Гварджиласклде, и аналогичными находками из Костенок и Борщева со Среднерусской возвышенности близ Воронежа. Из их сопоставления следует вывод, что в эпоху верхнего палеолита племена из Закавказья, а возможно, и с юга Армении передавали свои методы обработки каменных орудий в регионы, лежащие к северу от Кавказского хребта, а именно в области, лежащие вокруг Азовского моря, а также вдоль Дона и Волги.

На основе рассмотрения другой группы обсидиановых орудий из района Алагёза Сардарян предположил, что здесь имеет место особая верхнепалеолитическая культура – солютрейская. То есть в Армении также представлена культура, названная по месту первобытной стоянки близ местечка Ле-Солютре в департаменте Дордонь, Франция. Ее считали чисто местной разновидностью солютрейской культуры, отличающейся высокоспециализированной техникой обработки кремней. Ее представители изобрели тип тонкого наконечника копья, известный как «лист лавра». Они также усовершенствовали технику обработки кремней сжатием, что позволяло им обновлять старые орудия по всей поверхности, а не только по краям.

Как часто утверждают, солютрейцы произошли откуда-то с территории нынешней Венгрии и являются гибридом неандертальского и ориньякского человека. Хотя следы их обитания отмечены в нескольких точках на юге России, присутствие их в районе Средиземноморья и на Ближнем Востоке обычно отрицается. По мнению многих археологов, культура эпохи неолита, которую Сардарян классифицировал как солютрейскую, в действительности является гораздо более поздней. Создается впечатление, что в настоящий момент наличие истинной солютрейской культуры в Армении следует исключить.

Как и во многих других точках обитаемого мира в период между 40 и 30 тысячами лет до нашей эры первобытный человек, поселившийся в Армении, уже относился к виду homo sapiens, то есть «человек разумный». Его умственная деятельность и даже моральные и религиозные воззрения почти не отличаются от тех, что имели место на ранних этапах истории человечества и даже более поздних. С тех пор как он утратил обезьяноподобные черты, полностью овладел прямохождением и руки этого человека стали руками, подобными современным, экономическая и социальная жизнь его вошла в более развитую и лучше организованную фазу.

Хотя основными занятиями верхнепалеолитического человека оставались охота, сбор плодов и ягод, он также выучился ловить рыбу, а может быть, даже начал приручать диких животных. Там, где не было естественных укрытий или пещер, он делал навесы из шкур или строил полуподземные убежища, крытые ветками и землей. Такие жилища были обнаружены на юге России. Что касается общественной организации его жизни, многие советские ученые во главе с М.О. Косвеном полагают, что именно в пору верхнего палеолита зародился институт матриархата, то есть матриархатного племенного уклада, который существовал на протяжении мезолитического и неолитического периодов. Несомненно, верхнепалеолитический человек имел явную склонность (особенно в России) вырезать обнаженные женские фигурки, большей частью обладавшие большими животами и тяжелыми висячими грудями, символизировавшими плодовитость. Хотя встречаются также фигурки, изображающие женщин стройных и пропорционально сложенных.

За эрой ориньякской культуры развилась мадленская, последняя фаза верхнего палеолита. Мадленская культура названа так по местечку Ла-Мадлена, где близ Лез-Изис (департамент Дордонь, Франция) было найдено скальное убежище, хотя она простирается на многие районы Европы и Западной Азии. Мадленская культура зарождается на последней стадии вюрмского оледенения и продолжается в более мягкие климатически времена послеледникового периода. Орудия тогда изготавливались из слоновой кости и рога оленя, причем эти многочисленные находки были очень красивы. Мастерство тогдашних резчиков по кости характеризуют тонкие костяные иглы с ушком, которыми они сшивали шкуры и меха, делая одежду. Именно тогда пещерная живопись, впервые проявившаяся в пору Ориньяка, достигла своего высочайшего уровня. Каменные орудия этой эпохи из Европы, Армении и Грузии выполнены очень умело, хотя и редко достигают совершенства изделий ориньякских мастеров. Появляются новые типы каменных орудий – резцы, пилки, двусторонние скребки, кривые струги и другие хитроумные приспособления, сделанные таким образом, чтобы их можно было насадить на деревянную или костяную рукоятку.

Обычно считают, что мадленцы были кочевниками и что в гористых краях, вроде Кавказа или Центральной Франции, они зимой жили в пещерах, близ входа, а летом кочевали вслед за стадами диких животных. В степях Южной России охотники на мамонтов зимой строили землянки, а летом жили в легких хижинах или шалашах. Каменные круги, отмечающие места крытых шкурами шатров мадленцев – охотников на оленей были обнаружены на севере Германии. Охотились мадленцы главным образом с помощью копий, а также, судя по некоторым из пещерных рисунков, заманивали свою добычу в ловушки и силки.

В Армении следы мадленцев найдены в местах древних стоянок людей каменного века около горы Алагёз и горы Артин (Сатани-Дар), а также в Анипемзе в низовьях реки Ахурьян и вдоль течения реки Раздан выше Еревана. Во многих случаях эти находки изделий мадленской культуры ассоциируются с рассеянными обсидиановыми микролитами, то есть миниатюрными каменными орудиями, которые относят к азильскому типу. Это более поздняя стадия развития человеческой культуры, от мезолита до среднекаменного века, видимо, около 10 тысяч лет до нашей эры. Насколько нам известно на сегодня, мадленцы не оставили в Армении каких-то выдающихся памятников искусства эпохи верхнего палеолита. Хотя не исключено, что они будут обнаружены в будущем.

Многое еще предстоит сделать, прежде чем изучение первобытного человека на территории Армении можно будет назвать полным и всеобъемлющим. Однако уже сейчас у нас есть достаточно оснований, чтобы причислить Армению к группе колыбелей человеческой цивилизации. За несколько десятилетий середины ХХ века советскими учеными было найдено достаточно доказательств того, что на высотах Армянского нагорья в течение долгого времени обитали сначала питекантропы (обезьянолюди), затем гомо абилис (человек умелый, или рукотворец) и неандертальцы и, наконец, современный гомо сапиенс (человек разумный). Вся эта предыстория растянулась более чем на полмиллиона лет. А посему Армения по праву считается одним из древнейших очагов человеческой культуры и является неотъемлемым звеном в длинной цепи палеолитических культур Южной Азии, Средиземноморья, Центральной Европы и Африки.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

под ред. Анджелы Черинотти.
Кельты: первые европейцы

И. М. Дьяконов.
Архаические мифы Востока и Запада

Эллен Макнамара.
Этруски. Быт, религия, культура

Дэвид М. Вильсон.
Англосаксы. Покорители кельтской Британии

Ю.Н. Воронов.
Тайна Цебельдинской долины
e-mail: historylib@yandex.ru
X