Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Аскольд Иванчик.   Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII-VII вв. до н.э.

2.3.3. Традиция об основании Синопы милетскими переселенцами (Хаброн, Кой и Кретин)

Дальнейшие сведения перипла Псевдо-Скимна также восходят к местной традиции. Здесь уже идет речь не о местном герое, относимом к легендарным временам, предшествовавшим Троянской войне, а о реальных персонажах, скорее всего бывших действительными основателями города (о том, что Синопа основана милетцами, см. также Xen. Anab. VI, 1, 15; Diod. XIV, 31, 2; Strabo XII, 3, II). Сосуществование двух Gründungsgeschichten, одна из которых восходит к достоверному преданию о реальном основании города, а вторая является плодом локально-патриотического мифотворчества, призванного доказать его существование еще в героические времена и влючить город в общегреческие циклы легенд (мифы о Геракле, Троянский цикл, мифы об аргонавтах и т. д.) достаточно типичное для греческих колоний явление42. При этом в первой традиции могли фигурировать реальные основатели города, а во второй, естественно, более поздней — общегреческие или связываемые с ними местные герои.

Наиболее вероятно, что имена реальных основателей Синопы стали известны из семейных преданий, которые потомки первых колонистов, очевидно, сохраняли достаточно долгое время. В этой, а позже и в письменной, традиции должны были достаточно точно сохраняться не только имена предводителей первых колонистов, но и обстоятельства, связанные с основанием города. Кроме того, легенды, связанные с основанием колоний, имели общегосударственное значение43, а культ ойкистов (реальных или вымышленных) находился в центре их религиозной жизни44. Таким образом, эти легенды приобретали характер своеобразных ιεροί λόγοι, им уделялось самое серьезное внимание, точность их передачи тщательно охранялась, и они быстро подвергались письменной фиксации. Празднества в честь ойкиста, почитавшегося в качестве героя, давали ежегодный повод для воспоминаний об основании города45. Из сокращенного до шести строк пересказа Псевдо-Скимна видно, что в этой легенде существенную роль играли киммерийцы, однако детали рассказа нам уже недоступны. Упоминается, кроме того, и такая деталь, что по крайней мере часть колонистов была изгнанниками из Милета46.

В рассказе Псевдо-Скимна выделяется как бы два этапа заселения милетцами Синопы — первый связан с именем Хаброна, второй — Коя и Кретина. Первый из них в источниках больше не упоминается, два других как основатели Синопы упомянуты еще Флегонтом из Тралл (FGrHist 257 F 30 = Steph. Byz. s.v. Σινώπη47). Неясно, из какого источника происходит это упоминание и является ли оно независимым от Псевдо-Скимна. Скорее всего одного из этих основателей Синопы имеет в виду Плутарх (De Pyth. огас. 27, 408a), когда упоминает Кретина (имя в несколько другой форме) среди ойкистов, получивших оракул пифии, предписывавший им основать колонию в определенном месте: "Ιστέ γάρ τον Χΐον και Κρητίνον και Γνησίοχον και Φάλανθον άλλους τε πολλούς ηγεμόνας στόλων όσοις έδει τεκμηρίοις άνευρεΐν την δεδομένην έκάστω και προσήκουσαν ίδρυσιν — «Ведь вы знаете, по скольким указаниям надо было Хиосу, Кретину, Гнесиоху, Фаланту и многим другим руководителям экспедиций разыскать данное и предназначенное каждому место основания колонии». Среди перечисленных здесь персонажей хорошо известен Фалант, основатель Тарента48, а также Гнесиох, мегарский основатель Гераклеи Понтийской (FGrHist 70 F 44b = Schol. Apoll. Rhod. II, 351/352а). Если идентификация синопского Кретина и Кретина Плутарха верна49, в чем нет оснований сомневаться, учитывая редкость его имени (ср. LGPN, I, 273; 111,1, 258 [= Hdt. VII, 165]; 111,2, 248 [= Hdt. VII, 190])50, то это скорее всего свидетельствует о том, что во времена Плутарха был известен, во всяком случае в Дельфах, оракул, полученный Кретином перед отправлением в Синопу. В связи с этим следует отметить, что оракул, данный Фаланту в Дельфах, был известен в античности в разных версиях, две из которых сохранились51. Известно также два варианта оракула, полученного основателями Гераклеи52. Независимо от того, когда был написан этот предполагаемый ответ пифии Кретину, само его существование и известность в Дельфах подразумевают, что связанная с основанием Синопы история была достаточно широко распространена и за пределами города. Косвенно о том же свидетельствует сообщение Геродота о том, что киммерийцы, вторгшись в Азию, заселили полуостров, где находится Синопа (IV, 12, ср. ниже).

Косвенным подтверждением историчности традиции об основании Синопы Кретином может служить находка в Херсонесе Таврическом остраконов второй половины V в. до н. э. с именем Κρητίνης Μυός. Они входят в серию граффити, датирующихся между началом и концом V в. до н. э. (согласно последней публикации, их известно 45)53. Остраконы использовались по всей вероятности для голосования при выборах магистратов или остракизме (в своей последней публикации Ю. Г. Виноградов и М. И. Золотарев, поддерживавшие первоначально первую точку зрения, склоняются ко второй) и принадлежат к самому раннему слою Херсонеса. Этот слой относится к первому поселению, основанному здесь в конце VI в. до н. э. (Ю.Г. Виноградов и М.И. Золотарев датируют основание города 528/7 г. дон. э.). На остраконах преобладают дорийские (мегарские) имена, однако некоторые из них — ионийские, причем с явной милетской окраской54. При этом в ранний период существования Херсонеса (по меньшей мере до середины V в. до н. э.) в городе параллельно (очевидно, двумя разными группами жителей) использовалось мегарское и милетское письмо; впоследствии второе полностью вытесняет первое. Все это свидетельствует о присутствии в составе населения древнейшего Херсонеса, наряду с основной массой колонистов, бывших выходцами из дорийской Гераклеи и их потомками, достаточно значительной группы милетского происхождения, возможно, переселившейся из Синопы (учитывая ее активную колонизационную деятельность)55. К этой группе граждан Херсонеса принадлежал и Κρητίνης Μυός, явно ионийское имя которого сохранилось на четырех остраконах, причем выполненных как милетским, так и мегарским письмом. Таким образом, один из представителей херсонесской элиты второй половины V в. до н. э., семья которого скорее всего происходила из Синопы или, менее вероятно, из другой милетской колонии или самого Милета, носил редкое имя «Кретин». Нельзя исключать того, что он был связан с семьей синопского ойкиста, или был назван в его честь. То же имя засвидетельствовано в боспорской надписи (КБН 1036) эпохи Перисада II (284 — ок. 245 гг. до н. э.); население Боспора, как известно, имело в основном милетское происхождение, как и население Синопы.

На первый взгляд, в рассказе Псевдо-Скимна имеется противоречие. Согласно этому рассказу, основатель Синопы Хаброн был убит киммерийцами. Таким образом, первое основание города милетцами было примерно синхронно нашествию киммерийцев, или, если предшествовало ему, то не намного, и находилось в рамках того же поколения (что для поздних хронографов в отношении VII в. до н. э. в большинстве случаев означает синхронность)56. Далее говорится, что «после киммерийцев» (μετά Κιμμερίους) Кой и Кретин восстановили город. При этом уточняется, что данное событие произошло, «когда киммерийцы совершили набег на Азию». Таким образом, второе основание города оказывается с одной стороны синхронным набегу киммерийцев, а с другой — более поздним. Вряд ли такое противоречие могло содержаться в источнике Псевдо-Скимна, вероятно, основанном в значительной степени на местной традиции и излагавшем связную историю Синопы или во всяком случае ее основания. Скорее всего, оно возникло в результате сокращения этого рассказа Псевдо-Скимном. Он сохранил структуру повествования, но сократил его до 11 строк: вначале излагается мифическая «праистория» Синопы, включая легенду об ее ойкисте Автолике (стк. 987 — 991), затем — история основания города в историческую эпоху, в ходе которой колонистам пришлось выдержать борьбу с киммерийцами (стк. 992 — 995). В последних двух строках (996 — 997) дается датировка этого события в форме, характерной для доалександрийской эпохи — по синхронизму с каким-либо известным событием. Таким событием в данном случае выступает набег киммерийцев на Азию, служивший для хронографов точкой опоры и в ряде других случаев (например, при попытках датировать Гомера, Архилоха или Каллина, см. выше, 2.1.3). Противоречие между двумя частями рассказа, событийной и датировочной, таким образом, мнимое и возникает лишь в результате употребления Псевдо-Скимном не очень удачных формулировок. Сама датировка, видимо, принадлежит автору источника перипла Ad Nicomedem regem и выводилась им из содержания синопских преданий об основании города. Эта датировка позволяет сделать некоторые существенные выводы о содержании рассказа источника Псевдо-Скимна, а следовательно и реконструировать некоторые детали синопской Griindungssage. Достоверность этой местной традиции должна быть достаточно большой, поскольку она в конечном счете восходит к непосредственным участникам событий.

Поскольку основание Синопы Коем и Кретином датируется по набегу киммерийцев и с ним же связано и убийство Хаброна, можно полагать, что все изложенные Псевдо-Скимном в строках 992— 996 события достаточно близки друг другу по времени и что все три основателя города принадлежали к одному и тому же поколению (возможно, Хаброн старше на одно поколение, но не более). Обе попытки милетцев обосноваться в Синопе, следовательно, не были разделены значительным промежутком времени. Таким образом, синопская традиция не содержала сведений о сколько-нибудь длительном пребывании киммерийцев в Синопе — речь шла или о нескольких годах, или просто о разрушительном набеге57.

Похожая история, связанная с киммерийцами, сохранялась также в устной традиции Самоса и Приены. Как явствует из письма Лисимаха к гражданам Самоса (283/2 г. до н. э.), эта история была хорошо известна в III в. до н.э. и использовалась в качестве исторического аргумента в земельных тяжбах (см. выше, 2.1.4). Согласно этой надписи, когда киммерийский царь Лигдамис захватил Ионию, он завладел и областью Батинетидой, а ее жители бежали на Самос (стк. 14 — 18, 29—31). Лигдамис удерживал область несколько лет, даже точное число которых было известно (в надписи сохранилась лишь конечная альфа, так что можно восстанавливать τρία, επτά или δέκα), а затем жители вновь смогли туда вернуться. Вряд ли, конечно, Лигдамис со своими киммерийцами действительно жил в течение этого периода именно в Батинетиде — речь скорее всего идет просто о периоде, когда область была покинута греками после разрушительного набега. Вполне вероятно, что подобный характер имела и традиция Синопы, с той лишь разницей, что там она была еще связана и с историей основания города. Слова Псевдо-Скимна μετά Κιμμερίους по аналогии с самосской традицией вполне могут быть поняты как указание на набег киммерийцев и на последующий за ним краткий период, когда Синопа была покинута и считалось, что ею владеют киммерийцы.

Итак, синопская традиция может быть восстановлена следующим образом. Первоначально милетец Хаброн во главе группы колонистов обосновался здесь, но вскоре был убит киммерийцами. Неясно, находились ли они в окрестностях Синопы уже к моменту прибытия милетских колонистов или появились здесь вскоре после этого. Историчность пребывания киммерийцев в соседних районах вряд ли может вызывать сомнения и подтверждается свидетельствами клинописных источников58 и археологическими данными — находкой кочевнического погребения в Имирлере, к югу от Синопы59. Киммерийцы, видимо, разрушили первое поселение милетцев. Вскоре, однако (как в случае с Батинетидой, традиция могла сохранять и точное число лет, нам, к сожалению, не известное), они вернулись во главе с изгнанниками Коем и Кретином и восстановили (συνοικίζουσι, см. выше, 2.3.0) разрушенное поселение. Перед отправлением они получили в Дельфах оракул, предписывающий им восстановить Синопу. Неясно, получили ли они этот оракул в действительности, или он был создан post eventum, но в любом случае получение оракула и, видимо, его текст составляли часть традиции. Эта традиция, по всей видимости вполне достоверная в основных чертах, стала известна за пределами Синопы достаточно рано — знакомство с ней обнаруживает уже Геродот (IV, 12). Вполне вероятно, что он получил свою информацию о Синопе и ее связи с киммерийцами в Дельфах — если оракул, данный Кретину, был известен во времена Плутарха, то он вполне мог быть известен и во времена Геродота (нет оснований предполагать, что он был создан позже его времени). Возможно, этот оракул, скорее всего упоминающий киммерийцев, был единственным источником сведений Геродота по истории Синопы (она упоминается у него еще дважды в чисто географическом контексте: I, 76; II, 34). В таком случае понятно, почему он, вопреки синопской (и, вероятно, милетской) традиции, считал синопский полуостров незаселенным до нашествия киммерийцев60. Широкое использование Геродотом текстов дельфийских оракулов в ряде других случаев хорошо известно61. Вполне возможно, что прибывшие на место Синопы милетские колонисты были одними из первых ионийских греков, непосредственно столкнувшихся с киммерийцами, а пережившие киммерийский разгром спутники Хаброна могли принести в Милет первые достоверные и достаточно подробные сведения о степных кочевниках62.



42 См. Prinz 1979, 1-3; Leschhorn 1984, 116-117; Strubbe 1984-1986, 253-273 (очень представительная подборка подобных легенд, существовавших в разных городах Малой Азии, в том числе многочисленные примеры одновременного существования нескольких легенд о мифических основателях городов); Miller 1997, 203 — 207 (сосуществование двух легенд в Абдере уже в эпоху Пиндара).


43 Именно с этим связана и возможность изменения политически ориентированных легенд при смене политической обстановки. Наиболее радикальным примером такого рода, видимо, является смена ойкиста в Амфиполе: когда он сменил свою ориентацию на проспартанскую, культ реального основателя города афинянина Хагнона был заменен культом погибшего спартанского полководца Брасида. Брасид был похоронен в Амфиполе и провозглашен его ойкистом: Thuc. V, 11, 1. Ср. об этом эпизоде и о других случаях смены ойкиста Malkin 1985, 122-127.

44 Λαμπρός 1873; Leschhorn 1984, 98-105, 339-343; Malkin 1987, 189-240; Dougherty 1993, 24-27; Miller 1997, 195-196. Важность культа ойкиста подчеркивается тем, что спор о его личности мог вызвать в городе стасис: Diod. XII, 35.

45 Об устной традиции, границах ее достоверности и отношениях с письменной традицией, в особенности о специальных условиях, способствовавших длительному сохранению достоверных сведений в устной форме, см. подробно Thomas, 1989; Thomas 1992. Ср. Dougherty 1994, 35-46. Автор убедительно и с многочисленными примерами показывает, что Κτίσις не представляла собой самостоятельного жанра в архаической поэзии, однако легенды об основании колоний часто включались в поэтические произведения различных жанров, предназначенные для публичного исполнения. Это, разумеется, способствовало не только относительно ранней письменной фиксации таких легенд, но и длительному и точному их сохранению в устной традиции.

46То, что колонистов возглавляют изгнанники (политические беженцы или осужденные за преступления, обычно непреднамеренное убийство), является обшим местом в легендах о колонизации, см. Dougherty 1993, 31-44, ср. Miller 1997, 50-60, 86-87. Это, конечно, вовсе не противоречит тому, что по меньшей мере часть подобных легенд исторически достоверна, особенно если речь идет не об убийце (несомненный фольклорный мотив), а о политических беженцах и относительно недавнем прошлом. Ср. характерное замечание Платона (Legg. 735е-736а), что колонизация — это эвфемизм политического изгнания.

47 У Евстафия (ad Dion. 772), заимствовавшего это указание у Стефана, оно искажено: κτίσμα κατά τινας Κριτίου ανδρός Κωου. Евстафий понял имя второго основателя Синопы как этникон, ср. в рукописях Стефана: Κριτίου κώιου, с тем же искажением имени. Предположение о том, что первоначально единственным основателем Синопы считался Кретин, а Κφος — не имя, а этникон (Bilabel 1920, 33-34; Asheri 1973, 75; Ehrhardt 1983, 56; Marcotte 2000, 147, п. 27; 260—261, с неточным переводом «се fut le tour de Kretines de Cos et d'exiles milesiens») кажется маловероятным, поскольку противоречит как прямому указанию Псевдо-Скимна, нашего древнейшего источника, упоминающего этих персонажей и сообщающего об их происхождении из Милета, так и общему мнению о том, что Синопа была именно милетской колонией, и отсутствию в ее надписях каких-либо следов дорийского влияния. Однако ссылки на то, что свидетельство Псевдо-Скимна якобы подтверждается независимой передачей текста Флегонта Геродианом (Bilabel 1920, 31; Максимова 1956, 46-47; Hind 1988, 222, п. 36) -следствие недоразумения. Действительно, в издании А. Лент-ца (Herodian. I, 339, 21-22) имеется фраза Σινώπη πόλις δι αφανέστατη τοΰ Πόντου, κτίσμα Κρήτινου καί Κωου, ώς φησι Φλέγων, однако она заимствована им именно из Стефана Византийского в соответствии с его убеждением (ошибочным), что чуть ли не вся информация Стефана происходит из сочинений Геродиана (Lentz 1867, CXXXVI-CXXXVII). При этом А. Лентц, как и в других случаях, практически не обращал внимания на состояние текста первоисточников, из которых он заимствовал предполагаемые фрагменты Геродиана. в частности, не отделяя в них рукописных чтений от конъектур (о недостатках издания см. Schultz 1912, 961-962). Таким образом, якобы независимое «свидетельство Геродиана» — не что иное, как все та же фраза Стефана Византийского с конъектурой А. Майнеке. Ту же ошибку повторил и Marcotte 2000, 261.

48 Turk 1938, 1623-1625; Berard 1941, 176-186; Schmid 1947, 126-128; Leschhorn 1984, 31-41; Malkin 1987, 47-52, 216-221.

49 Cp. Bürchner 1885, 55, Anm. 1; Bilabel 1920, 31-32.

50 В родосском Камире известна патра под названием Κρητινάδαι (Segre, Pugliese Carratelli 1952, 143-145, № 1-2, ср. Peek 1969, 12—13, благодарю А.Брессона за это указание). Однако персонаж по имени Кретин, игравший роль в легендах об основании города, неизвестен. Основателем Камира считался Алтемен, культ которого засвидетельствован в городе, см. Bresson 1986, 411 — 421, особ. 414. Название патры, очевидно, связано с деревней Κρητίναι / Κρητηνία, находившейся в окрестностях города, и, вероятно, с критским происхождением, которое приписывалось Алтемену, ср. Bechtel 1917, 574.

51 Parke, Wormell 1961, vol. II, 20-21, 211, № 46-47, 525-526, Fontenrose 1978, 280-281, № Q 34-36, здесь же см. другие оракулы, связанные с основанием колоний, большинство которых было, очевидно, написано post eventum. О дельфийских Gründungsorakel см. Schmid 1947, 94-137; Parke, Wormell 1961, vol. I, 49-81; Fontenrose 1978, 137-144; Leschhorn 1984, 105-109; Malkin 1987, 17-91; Malkin 1989, 132-136; Dougherty 1992, 28-44; Dougherty 1993. 18-21, 45-60; Miller 1997, 88-144.

52 Parke, Wormel 1961, vol. II, 162-163, № 401 (= Apoll. Rhod. II, 846-850), 402 (= Just. XVI, 3, 4); Fontenrose 1978, 299-300, № Q 94. Cp. Malkin 1987, 73-77.

53 Виноградов, Золотарев 1990, 57-74 = Vinogradov. Zolotarev 1990, 94-109 (та же статья переиздана в Vinogradov 1997, 405-419 с добавлением Addenda, учитывающих некоторые новые остраконы); Виноградов, Золотарев 1999, 106-114.

54 Виноградов, Золотарев 1999, 126.

55 Пример Херсонеса Таврического, в котором на раннем этапе его истории с полной несомненностью засвидетельствовано сосуществование ионийского и дорийского элемента, опровергает расхожее мнение о том, что дорийцы и ионийцы не основывали совместных колоний. См. например Miller 1997, 30. Впрочем, и другие примеры сосуществования дорийцев и ионийцев в рамках одной колонии известны, см., например, Thuc. VI, 5, 1 (Гимера). Не видели в этом ничего удивительного и сами древние, считавшие, например, малоазийскую Синнаду колонией дорийцев и ионийцев, см. Strubbe 1984—1986, 269 — 270 (в том числе о монетах с легендой Συνναδέων Δωριέων Ιώνων).

56 Это обстоятельство игнорируется сторонниками «ранней колонизации» (см. ниже), которые датируют поселение Хаб-рона ранним временем, например серединой VIII в. до н. э.: Miltner 1939, 192; Graham 1958, 34, и др. В таком случае, Хаброн должен был прожить мафусаилов век, чтобы его могли убить киммерийцы. М. И. Максимова (Максимова 1956, 42-46), хотя и отмечает, что Хаброн был убит киммерийцами, все же датирует его первой половиной VIII в. до н. э. Предлагаемая ею картина совершенно фантастична. Не говоря уж о том, что она датирует появление киммерийцев в Синопе и разгром милетского поселения серединой VIII в. до н. э., что противоречит всем известным сведениям об их походах, она заставляет киммерийцев населять полуостров Синопы, как известно, отрезанный от хинтерлянда горами и удобный только для мореходов, в течение более 100 лет, а потом его покинуть, чтобы завоевать Азию. Как это совмещается с ее же представлениями о киммерийцах как кочевниках, остается неясным. Уход киммерийцев из Синопы, после которого, как она считает, они захватили Сарды, М.И.Максимова почему-то датирует 632 г. дон. э., что также противоречит свидетельствам источников. Ср. Hind 1988, 212-213. Предположение В. Паркера (Parker 1995, 9, 31) о том, что греческая колония в Синопе существовала уже в начале VII в. до н. э. и именно тогда была разрушена киммерийцами, также совершенно голословно и не подтверждается никакими аргументами.

57 Предположение о том, что киммерийцы обитали в течение одного или двух поколений на месте Синопы (Hind 1988, 214; Parker 1993, 31) крайне маловероятно. Синопа, гористый мыс (сам город расположен на узком перешейке, соединяющем его с материком), область которого отделена горами от хинтерлянда, по своим географическим условиям непригоден для длительного пребывания кочевников, какими были киммерийцы. Нет и никаких археологических данных о пребывании киммерийцев на месте античного города. Здесь, как и в других случаях, связанных с киммерийцами, следует, очевидно, говорить о разрушительном краткосрочном набеге, а не о заселении разрушенного города.

58 Ср. Ivantchik 1993, 65-76, 95-125; Иванчик 1996, 68-79, 100-131.

59 Ünal 1983, 65-81; Hauptmann 1983, 268-269. Ср. Ivantchik 1997, 25-28; Иванчик 2001а, 42-49.

60 Вопреки мнению В. Паркера (Parker 1995, 9, Anm. 8) эти обстоятельства заставляют усомниться в том, что Геродот черпал свои сведения о Синопе из милетского источника.

61 См. специально Oeri 1899.

62 Ср. Parker 1995, 9.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии

А. И. Тереножкин.
Киммерийцы

Валерий Гуляев.
Скифы: расцвет и падение великого царства

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Евгений Черненко.
Скифский доспех
e-mail: historylib@yandex.ru
X