Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Аскольд Иванчик.   Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII-VII вв. до н.э.

Часть 2. Греки и евразийские номады в VII в, до н. э.· Первые контакты

Впервые греки непосредственно столкнулись с евразийскими номадами во время походов последних на территорию Малой Азии. Появившись сначала в Закавказье, номады достаточно быстро стали продвигаться на запад, вступая в конфликты с восточными державами (Урарту, Ассирией, Фригией). Вскоре их отряды достигли Лидии и греческих городов Ионии, где греки впервые и познакомились с ними близко. Благодаря свидетельствам аккадских источников, это событие может быть датировано достаточно точно: первые набеги евразийских номадов на Лидию датируются концом 70-х —началом 60-х гг. VII в. до н. э.1 Как явствует из тех же источников, та группа евразийских номадов, с которой впервые столкнулись греки, называлась киммерийцами.

Прямые столкновения греков и лидийцев с киммерийцами привели к радикальному изменению представления о последних. От гомеровского полумифического образа «народа и города» киммерийцев, находящихся у входа в Аид, не осталось и следа. Чтобы убедиться в этом, достаточно сопоставить разобранное выше свидетельство Гомера с немногочисленными дошедшими до нас фрагментами лирических поэтов, бывших современниками столкновений греков с киммерийцами в Малой Азии.

Кроме этих немногочисленных и достаточно случайных упоминаний степных кочевников в ранней лирике, сведения об их вторжениях сохранялись, очевидно, в основном в устной традиции. Эта традиция получила письменную фиксацию не раньше конца VI в. до н. э., когда возникает ионийская проза, а скорее всего, еще позже, в течение V в. до н. э. Таким образом, по меньше мере сто первых лет своего существования большая часть античной традиции, связанной с ранними контактами греков и евразийских номадов, передавалась в устной форме и, следовательно, была подвержена всем особенностям развития фольклора. Видимо, здесь речь должна идти прежде всего об «устных новеллах», специфической городской фольклорной форме, широко распространенной в греческих городах Малой Азии и использовавшейся ионийскими логографами, включая Геродота, в качестве основного источника информации2.

Сохранявшиеся в местной традиции сведения о нашествиях кочевников могли быть весьма точными. Так, к этой традиции, очевидно, восходит сообщение Страбона (I, 3, 21) о походах киммерийского царя Лигдамиса, которое содержит деталь, подтвержденную аккадскими надписями — его гибель в Киликии. Вероятно, этой традиции были известны не только место гибели Лигдамиса, но и ее обстоятельства. Как показывают сообщения Каллимаха (Ad Dian. Ill, 251—258; fr. 75, 23 Pfeiffer, ср. выше, 1.1.5), гибель Лигдамиса приписывалась мести Артемиды Эфесской, что более соответствует смерти от внезапной болезни, чем гибели в бою. При этом поздняя версия «анналов» Ашшурбанипала (редакция IT, 159-161), составленная вскоре после смерти Лигдамиса, показывает, что он действительно умер от болезни и весьма красочно описывает ее симптомы: «Он обезумел и в безумии кусал свои пальцы. Половину его тела разбило ударом, острая боль прон[зила его внутренности] (буквально: «шип возник у него внутри»), его язык был истерзан(?), его член отпал (стал вялым?). В выделениях и истечениях, стонах и стенаниях он испустил дух»3. Столь же точная информация о походах Лигдамиса, также сохранявшаяся первоначально в устной традиции, приводится в письме Лисимаха к гражданам Самоса, которое содержит даже точное число лет, в течение которых киммерийцы контролировали местность Батинетида на побережье поблизости от Самоса (см. ниже, 2.1.4).

Возможно, с устной традицией связано также сообщение Аристотеля о том, что киммерийцы в течение ста лет жили в Антандре (Aristot. apud Steph. Byz. s.v. = Plin. N.h. V, 123). Однако о конкретном содержании этой традиции судить трудно, поскольку, кроме самой этой цифры, никаких других сведений о ней не сохранилось.

Несомненно, к фольклорной новелле восходит сохранившееся в составе словаря Стефана Византийского (s.v. Συασσός) сообщение о пребывании киммерийцев во Фригии: Συασσός κώμη Φρυγίας, έν ταύτη τη κώμη φασι Κιμμερίους εύρεΐν έν σιροΐς τεθησαυρισμένας μυριάδας πυρών, αφ' ών αύτού επί πολύν χρόνον διατραφήναι — «Сюасс, фригийская деревня. Говорят, что в этой деревне киммерийцы нашли хранившиеся в подземных зернохранилищах десятки тысяч (медимнов) зерна, которым они там питались долгое время». По этому сильно сокращенному и прошедшему, очевидно, через большое количество посредников сообщению невозможно восстановить первоначальный сюжет новеллы. Однако его характер и конкретная привязка к определенному населенному пункту свидетельствуют о том, что в основе сообщения лежит местная традиция фольклорного характера. Возможно, эта легенда была αίτιον какой-нибудь местной достопримечательности.

Не исключено, что в основе этой новеллы лежит некое реальное событие, связывавшее киммерийцев с деревней Сюасс. Во всяком случае, само пребывание киммерийцев во Фригии вполне достоверно. Оно свидетельствуется, с одной стороны, античной традицией, согласно которой фригийский царь Мидас покончил с собой во время нашествия киммерийцев, а с другой некоторыми данными клинописных текстов. Появление киммерийцев во Фригии и, вероятно, их последующие совместные действия с фригийцами датируются примерно 70-ми годами VII в. до н. э. Связанная со смертью Мидаса античная традиция (Strabo I, 34, 21; Eustath. Ad Od. λ 14, ср. Euseb. Hier. 92a Helm, Arm. 184 Karst; Hellanic. FGrHist 4 F 85) и соответствующие аккадские тексты подробно рассмотрены мной в другом месте4, что позволяет перейти к анализу других традиций, связанных с пребыванием евразийских номадов в Малой Азии.



1 См. Ivantchik 1993, 95-97; Иванчик 1996, 100-103, ср. выше, 1.2.5.

2 См. подробно, с описанием стилистических и структурных особенностей этих новелл Hausrath 1914, 441 — 461; Howald 1923, 127-146; Aly 1921, особ. 236-263; Aly 1925, 196 — 212; Доватур 1957; Trenkner 1958, 1-5, 23-24. О значении устной традиции для Геродота, которое особенно подчеркивал А. Момильяно (Momigliano 1966, 127-135, 211-217), из недавних работ см. с дальнейшей литературой Schepens 1980, passim; Murray 1987, 93-115; Raaflaub 1988, 197-225; Cobet 1988, 226-233; Thomas 1992, 101-113; Burkert 1995, 139-148.

3 Ср. новое издание надписи из храма Иштар: Fuchs 1996, 287 — 288, 295, хуже сохранившийся несколько более полный текст призмы редакции. См. теперь Borger 1996, 197, 251. Высказанные недавно X. Заутером сомнения в отождествлении Лигдамиса греческих источников и Дугдамме ассирийских текстов (Sauter 2000, 235-237) лишены серьезных оснований. То же касается и его сомнений в отождествлении греческих Κιμμέριοι с аккадскими Gimirraia (в обсуждаемых им текстах на самом деле Gimi/erraia, в чем автор не отдает себе отчета). Посвященная ассирийским текстам часть его книги (Sauter 2000, 217 — 248) в целом обнаруживает слабую осведомленность автора о связанных с ними проблемах, что зачастую приводит его к весьма спорным и сомнительным выводам (например, о том, что киммерийцы в 714 г. дон. э. составляли часть ассирийской армии, и связанная с этим реконструкция событий, в целом совпадающая с гипотезой А. Кристенсен: Kristensen 1988, ее критику см. Ivantchik 1993, 51-53; Иванчик 1996, 55-58). Замечу, что и вся книга в целом весьма поверхностна и содержит ряд прямых ошибок, а свои выводы автор часто формулирует на основании сомнительных гипотез, выдаваемых за факты, или вовсе обходится без серьезной аргументации.

4 Ivantchik 1993, 68-74; Иванчик 1996, 71-77. Ср. Muscarella 1989, 333-344. Автор принимает распространенную, но на мой взгляд ошибочную, датировку Мидаса античной традиции VIII в. дон. э. и рассматривает в основном археологические свидетельства контактов между греками и фригийцами в эту эпоху. Ср. также Parker 1993, 28 — 31. Предлагаемая им датировка разрушения фригийского царства и гибели Мидаса после 665 г. до н. э. основывается лишь на общих рассуждениях и не кажется достаточно обоснованной. Bossert 1993, 287 — 292 предполагает, что в античной традиции сохранились сведения о трех разновременных Мидасах, в том числе одном, относящемся к XV в. до н. э. (!), причем считает все три сохранившиеся у античных хронографов даты достоверными. На мой взгляд, это предположение ошибочно. Образ Мидаса соединил в себе всю доступную грекам информацию о Фригии, причем античные авторы всегда считали, что речь идет об одном единственном царе. Все предлагавшиеся датировки его смерти не принадлежат традиции, а являются результатом поздних калькуляций, которые имеют очень мало шансов дать достоверный результат. Расходятся они потому, что различные хронографы в основу своих подсчетов клали различные сведения, ср. литературу в процитированных выше работах.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Р.Ю. Почекаев.
Батый. Хан, который не был ханом

коллектив авторов.
Тамерлан. Эпоха. Личность. Деяния

Э. Д. Филлипс.
Монголы. Основатели империи Великих ханов

Светлана Плетнева.
Половцы

Герман Алексеевич Федоров-Давыдов.
Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов
e-mail: historylib@yandex.ru
X