Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Антонио Аррибас.   Иберы. Великие оружейники железного века

Глава 5ПОСЕЛЕНИЯ. И ЖИЛИЩА

   Типичное ибрейское поселение, как правило, располагалось на вершине удобного для обороны холма. Заявления Ливия о том, что в 217 году до н. э. римлянам сдались «120 народов», следует интерпретировать как рассказ об этих поселениях. Хотя местность была плотно заселена, а военные подразделения многочисленны, все говорит о том, что иберийские поселения представляли собой оборонительные сооружения для защиты окрестных полей.

   Существовали ли иберийские города в прямом смысле этого слова? Если предположить, что Ульястрет был греческим Кипселой, то наиболее технически развитыми «городами» Иберийского региона были Ансерюн и Буррьяч. На их архитектуру соответственно повлияли греческие поселения в Сен-Блэз и в Ульястрете. Нет никаких свидетельств тому, что Ансерюн или Буррьяч были настоящими городами. Следует учесть, что в более поздние сроки существовали Герунда и Ауса, которые являлись действительно большими иберийскими центрами. Связи между различными коммунами региона привели к созданию важного типа поселений: они служили торговыми центрами географически ограниченного региона и, возможно, «штаб-квартирой» племени.

   Мы все еще не можем установить связь какого-либо города или поселения с каким-либо конкретным племенем либо определить какой-либо чисто племенной город. Например, дала ли Индика свое название индицетам или получила свое название от этого племени? По мнению Ливия, некоторые индицеты желали поселиться поблизости от Эмпория. Отсюда можно сделать вывод, что они основали Индику в то время, когда их племя уже имело свое название.



   Можно лишь точно сказать, что в основном «город» был поселением с оборонительными сооружениями и с обрабатываемыми землями вокруг него. На карте поселений видно, что прибрежные города являлись колониальными торговыми центрами, редко иберийскими. Материковое кольцо небольших иберийских фортов контролировались городами. Находившиеся несколько вдали от берегов Гадес, Новый Карфаген и Акра Левке подпадали под финикийское и карфагенское влияние. В Эмпорий, а также в Гемероскопее и Сагунте прослеживается влияние греческой торговли.

   В двух случаях колониальное влияние было настолько сильным, что рассматриваемые поселения казались полностью греческими, а не эллинизированными иберийскими. В Ульястрете найдено гораздо больше греческой керамики, чем в других поселениях. Поэтому можно предположить, что это был греческий город. Политическая организация Сагунта больше похожа на греческую колонию, чем на местный эллинизированный город.

   К сожалению, наши знания об иберийских поселениях весьма ограничены. Основные причины нехватки подобной информации заключаются в сильной эрозии конических холмов Испанского Леванта и холмов степной зоны юго-восточных регионов, а также в переносе данных поселений в более позднее время (что имело место в долине Гвадалквивира и на большей части Каталонии). Отсутствие систематических раскопок подобных поселений – еще одна причина, почему наши сведения об этих городах намного скуднее сведений, которые мы имеем о захоронениях. Несмотря на это, прекрасные оборонительные сооружения, открытые в некоторых городах, и результаты последних раскопок в других поселениях дают нам представление о планировании иберами своих городов.

   Исследования данных поселений удобнее проводить по географическим регионам.

   Каталония. В каталонском районе обитали люди, которых можно отнести к иберийскому комплексу V и IV веков до н. э. Трудно точно определить местонахождение и распространение различных племен не только из-за расплывчатого содержания имеющихся текстов, но и из-за постоянного переноса границ, вызванного внутренними междоусобицами. В общих чертах распределение было следующим: к югу (Кампо-де-Таррагона) проживали коссетаны, которые в III веке преградили илеркаонам-илергетам доступ к морю. К северу от них проживали лацетаны, а к востоку – лайетаны, которые занимали все равнины вплоть до побережья. Между этими равнинами и Пиренеями обитал довольно отсталый конгломерат племен внутренних территорий: свессетаны и аусетаны, а в пиренейских долинах – баргузы, андосины, ареносы и серретаны. Индицеты Ампурдана располагались ближе всех к морю, и их самые южные поселения находились под постоянным давлением со стороны вольсков-тектосагов, обитавших к северу от Пиренеев.

   Чтобы точно определить время происхождения иберийских народов, следует обратить взгляд на некоторые города эпохи поздней бронзы. Планировка Марлеса характерна для города с овальной центральной частью и радиально расположенными домами, тыльная часть которых формирует стену, окружающую поселение. Примером этого типа может служить Ла-Педрера-де-Балагер, центральная улица которого очень напоминает планировку городов степного района и имеет прямые параллели в долине Эбро и Нижнем Арагоне.

   Каталония во времена иберов имела два выдающихся, хотя и спорных, поселения: Эмпорий и Таррагону. Оба относятся к циклопическим конструкциям. Проблема датирования стен Таррагоны еще не решена окончательно, хотя последние раскопки приписывают их к начальному периоду римского нашествия во II веке н. э. Совсем по-другому обстоят дела в Эмпорий, стратиграфия которого указывает на период 1-й половины IV века до н. э., примером чему служит стена греческого Неаполиса. Несмотря на остатки стены более древнего и неопределенного периода, постройки Индики – крупного или небольшого индицетского города – по-видимому, относятся к IV веку.

   По заверению Страбона, Эмпорий изначально был разделен стеной на два поселения: индицетов и греков. По словам Ливия, обе эти части были окружены одной общей стеной. Греческая часть у моря равнялась 400 шагам, а местная материковая – 3000. Стена вокруг центральной части Индики, вероятно, была построена по той же циклопической технологии, как и греческая. Похоже, это подтверждают остатки крепостных стен Индики, укрепленных многоугольными башнями под кесаревой стеной Ампурьяса. Сам факт существования циклопических конструкций в других городах доримского периода говорит о традиционном использовании этого метода строительства народами полуострова.

   Нам известно большое число городов Каталонии от Пиренеев до Эбро. Они расположены на конических высотах над прибрежной равниной и речными путями, по которым осуществлялись контакты с внутренними территориями. Обычный план этих, расположенных на вершинах городов (иногда они находятся на склонах холмов) напоминает либо сетку внутри контурных линий, либо конус, окруженный стеной. Последний представляет собой весьма обычный план квадратов. Оба типа были широко распространены в Каталонском регионе.

   Города Верхней Каталонии принадлежат к первому типу и, как правило, соседствуют с землями индицетов Ампурдана и близлежащих регионов. Хотя все эти пункты лишь частично раскопаны, их план вполне возможно определить, особенно в наиболее крупных поселениях.

   В районе проживания индицетов особо следует упомянуть о следующих трех поселения: Сан-Жулья-де-Рамис, Кастель-де-ла-Фоска и Ульястрет.

   Сан-Жулья-де-Рамис занимает площадь 70 тысяч квадратных метров и считается одним из самых больших иберийских городов. Его прямоугольные дома (некоторые из них пятиметровой длины) построены по обеим сторонам улиц. Выходящий к морю Кастель-де-ла-Фоска представляет собой акрополь на каменистом полуострове с естественным портом и хорошо защищенным перешейком. Изначально этот древний город окружала циклопическая стена. Позднее он расширился на террасы по склонам и в IV–III веках до н. э. превратился в чисто иберийское поселение. Об этом свидетельствует иберийская расписная керамика, изготовленная с помощью гончарного круга. Близким его аналогом считается по условиям жизни соседний город Ла-Креуэта. Эволюционные фазы этих городов хорошо просматриваются в структурных различиях отдельных участков их стен.

   Рис. 30. План поселения Ульястрет, провинция Жерона

   Наиболее важным поселением равнины Ампурдана является Ульястрет, равный по значимости Эмпорию. Это изолированный холм 30 метров высотой, возвышающийся над осушенной в настоящее время болотистой равниной к юго-западу от Эмпория, которая в прошлом доходила до основания поселения. Равнина имеет треугольную форму и занимает площадь примерно 40 тысяч квадратных метров. С востока поселение охраняют утесы, а южную и юго-западную стороны составляют покатые склоны. Чтобы исправить этот природный недостаток, здесь была построена крепкая стена трехметровой толщины. Местами она достигает высоты 4 метров. Около 450 метров ее уже раскопаны. В ее основании лежат трапециевидные и многоугольные блоки, на которых возвышаются слои тесаных камней, размеры их уменьшаются по мере возвышения. Некоторые участки стены построены из перемежающихся широких и узких блоков, среди которых временами попадаются опорные и клиновидные камни с бороздками. На протяжении всей стены можно заметить различные методы строительства. Некоторые участки состоят исключительно из циклопических блоков, обтесанных для уменьшения их размеров. Эта технология обработки камня фактически применялась повсеместно. Стену защищают несколько круглых и две прямоугольные башни, расположенные с интервалами 30 метров.

   В стене имеется четверо ворот, одни из которых представляют собой главный вход сложной постройки, охраняемый справа круглой башней, встроенной в трапециевидный бастион. С левой стороны стена закругляется, формируя проход. Этот проход находится в глубине общей линии обороны, и более поздние постройки скрывают его. От ворот начинаются подходы к акрополю. Главный из них ведет в центральную часть трапециевидной застройки, отмеченной группами домов, у некоторых имеются портики. От других ворот зигзагообразная дорога петляет вверх, и от каждого изгиба отходят меньшие по размеру соединяющие дороги. Раскопанные дома находятся на территории между стеной и акрополем. Дома имеют многоугольную или квадратную форму. В мягком камне пола много ям – хранилищ.

   Обнаруженный в 1947-м и впервые раскопанный в 1951 году Ульястрет всегда считался центром обитания индицетов. Но по всей видимости, он был таким же важным центром, как Ампурьяс и Кипсела. Мы до сих пор находимся лишь на предварительной стадии изучения этого очень интересного поселения. Некоторые участки стены еще не раскрыты, и не установлено соотношение между различными археологическими уровнями и архитектурными остатками, но уже можно эту древнюю стену датировать IV веком до н. э. Впоследствии стена была достроена и укреплена прямоугольными и круглыми башнями, вероятно относящимися к промежуточной фазе. План и методы строительства этой стены перекликаются с постройками греческих поселений Западного Средиземноморья конца IV века, такими, как Капо-Сопрано-де-Жела и Сен-Блэз.

   Архитектурные детали Ульястрета скопированы с некоторых иберийских городов района Каталана. При создании этих городов использовались более совершенные методы строительства, чем у соседей.

   Города побережья Марезма обычно строились по секционному плану (Бурриач, Кальдетас), однако в Пуч-Кастельяре прослеживается план конусной стены. После Ульястрета Бурриач является наиболее технически развитым центром. Внешние углы некоторых участков стены указывают на влияние строительных методов Ульястрета, так же отесывали многие блоки внешней поверхности стены с обеих сторон. Аналогичное влияние прослеживается и в Тивиссе (провинция Тарагона), на реке Эбро в Южной Каталонии. Здесь вход защищают две большие башни, создающие треугольное и многоугольное строение с двумя внутренними комнатами, выходящими поверх широкого створа ворот. Эта конструкция напоминает постройки Ульястрета. Однако как по своему плану, так и месту расположения этот город принадлежит к поселениям регионов Нижнего Арагона и долины Эбро, с которыми он поддерживал тесные контакты.

   Каталонские города возводились из камня. Из него строились как основания, так и верхние части стен. В уже тщательно раскопанных поселениях отмечается использование саманного кирпича (для строительства верхней части стен, а также для других целей). Этот строительный материал присутствует в Пуч-Кастельяре (Санта-Колома-де-Граманет) и в Ла-Торре-дельс-Энкантатс (Кальдетас), где найдены небольшие глиняные кирпичи размером 10 ? 20 см.

   Использование сырца для верхней кладки стен в городах Каталонии объясняет отсутствие в Ульястере большой верхней части стены недалеко от ворот. Вероятно, она служила для поддержки деревянной конструкции на каменной стене, что позволяло достроить сырцовый верх и амбразуры наподобие тех, которые мы видим в Капо-Сопрано (Жела). Это была обычная практика строительства восточных греческих городов фокейского региона, например Смирны.

   Долина Эбро. Раскопки в начале XX века позволили установить группу исключительно схожих городов в долине Эбро, в Нижнем Арагоне. Впервые они появляются в период культуры послекельтского послебронзового века и существуют до фазы поздней иберийской керамики во II веке до н. э.

   Эти города следовали древнему плану высоких платформ, окруженных овалом, из которого исходят ряды домов с двумя или тремя широкими прямоугольными комнатами, обычно снабженными портиком. Строительным материалом служили большие саманные кирпичи (30 ? 40 см), а камни использовались только для фундамента. Здесь явно просматривается кельтская модель планов либо на открытой площади, либо с широкой центральной улицей. Это подтверждают некоторые конструктивные детали, такие, как поддерживающие деревянные балки, встроенные в стены (как в Кабесо-де-Монлеон-де-Каспе), плоские крыши, снижающиеся к передней части, очаги, скамейки и кладовые.

   Как правило, самые старые города находятся в районе центрального Эбро, например Кортес и Редаль. Они содержат элементы слияния культур послебронзового века и курганного периода.



   Рис. 31. План поселения Пуч-Кастельяр, Санта Колома-де-Граманет, Барселона

   Рис. 32. План башен у входных ворот в поселении Тивисса, Таррагона

   Самыми ранними городами считаются Эскодинес-Башес и Эскодинес-Альтес. Иберийская керамика впервые встречается в V–IV веках до н. э. вместе с улучшенной планировкой домов и более крупными городами. Эти факторы указывают на увеличение населения, что соответствует рассказам древних авторов об огромных людских ресурсах этого района. Так, в Сан-Антонио-де-Каласейте древний кельтский центр, расположенный на возвышенности и относящийся к VI веку до н. э., значительно разросся к концу V века. Сохранился общий план центральной улицы. За выходящими на нее домами есть еще одна, обнесенная валом, дорога с новыми домами в конце. В городе встречается странный тип дома с двумя противоположными полукруглыми частями. В соответствии с планом улицы центральные дома больше тех, которые расположены на окраинах. Добавление еще одной стены в тыльной части мотивировано местными конфликтами во время иберийского захвата данного района. Аналогичные черты прослеживаются в Лес-Омбриес, где меньшие по размеру дома соответствуют иберийской модели, так же как в Эдьс-Кастельянс. Ла-Жессере-де-Касерес (Таррагона) прямоугольные или трапециевидные дома с обеих сторон центральной улицы окружены стеной с закругленными углами, адаптированной к неровностям местности. Аналогичные черты присутствуют и в Пьюро-дель-Барранк-Фондо.

   Самым большим из всех городов района Эбро является Кабесо-де-Алькала-де-Асайла (Теруэль). Позднее он превратился в иберийский город и с многими изменениями продолжил свое существование вплоть до римского периода. Его извилистые и не ровно вымощенные улицы в общем соответствуют плану центральных улиц, типичному для этого региона. Большие прямоугольные дома составляют единые массивы. В более богатых домах двери имеют встроенные в стены скамейки из самана, покрытого известняковыми плитами, подобно тем, которые найдены в коридорах. Слева от двери находятся очаги и углубления с глиняными чанами, в которых встречается винный камень. В более бедных домах в дальнем конце центральной комнаты имеются кладовые и зернохранилища.

   Ла-Педрера-де-Балагер (Лерида) иллюстрирует, как города долины Эбро поддерживали связь по реке Сегре с аналогичными поселениями отдаленного района Сольсонес – такими, как Кастельвель, Ансереса и Сан-Мигель-де-Сорба на территории ласетанов.

   В иберийском городе Кастельвель, построенном поверх другого, более древнего поселения, каменистая почва пола в домах понижена и выровнена. В полу вырыты ямы для хранения запасов. Ансереса была окружена стеной, а ее дома построены из камня без использования самана. Полы в домах вымощены глиняными черепками, что характерно для некоторых городов района Марезма, например Кальдетаса. В Сорбе найдены целые серии круглых, овальных или прямоугольных ям – хранилищ, некоторые из них соединяются подземными проходами. Такое большое количество подпольных хранилищ можно встретить только в Ульястрете и Ла-Фоске. Все эти города лацетанов были разрушены между 198-м и 194 годом до н. э. при набегах воинственных соседей. Однако Сорба была восстановлена в попытке установить дружеские отношения между победителями и побежденными.

   Город Тивисса, занимающий 40 тысяч квадратных метров, окружен каменной стеной на циклопической основе. Полы в домах города выстланы большими плоскими камнями. Для народов долины Эбро он служил воротами к морю. Его стратегическая позиция в месте, где река выходила на прибрежную равнину, имела исключительно важное значение.

   Испанский Левант и Юго-Восток. Чисто иберийские города, в которых нет более ранних уровней, находятся в районе Испанского Леванта. Они обычно расположены на конических холмах, недалеко от реки, а их план представляет собой радиальную сетку, поднимающуюся по террасам.

   В сравнении с небольшим количеством кладбищ плотность поселения в этом районе довольно высока. Примеры такого типа городов можно встретить в долинах Валенсии и Аликанте, например Пуч-де-Алькой. Аналогичным городом является Ла-Серрета, занимающая площадь 27 тысяч квадратных метров. Еще один пример – город Чарполар, охранявший внутренние территории Дианиума и находившийся под защитой крутых склонов. Наиболее типичными и известными городами считаются Ла-Бастида-де-Мохенте, Лирия и Рочина.

   Ла-Бастида-де-Мохенте занимает площадь 20 тысяч квадратных метров и является частью оборонительного прибрежного пояса между Гемероскопеей и Акра Левке. Контестаны оставили его еще до начала Пунических войн. Раскопки показали беспорядочную группу домов довольно сложного плана. Находки под толстым слоем золы относятся к IV и V векам до н. э., в Лирии, на внутренних территориях равнины Валенсии, было разрыто более 130 домов, расположенных на искусственных террасах. Находки V века относятся к моменту создания поселения, а внезапный конец его наступил в 76 году до н. э.

   Иным типом поселения была Рочина. Занимаемая ею небольшая площадь в 700 квадратных метров говорит о том, что это скорее был маленький укрепленный форпост на реке Палансия, чем центр постоянного проживания. В его 17 прямоугольных домах, расположенных по обе стороны узкой улицы, могли найти убежище не более 200 человек. В домах каменный фундамент, глинобитные стены, крыши из хвороста и полы из утоптанной земли.

   Рочина, Сегорбе и другие маленькие крепости охраняли земли за Сагунтом, большим равнинным городом. У археологов есть большие сомнения по поводу Сагунта, однако Ливии дает подробное описание этого города во время нашествия Ганнибала. Он был атакован в трех местах с угла стены, выходившей на плоский открытый участок земли. Этот участок прикрывали мощные башни, а сама стена была крепче, чем в других местах. Она была построена из камня и глины, в связи с чем ее с легкостью разрушали атакующие и восстанавливали осажденные. Последний укрепленный пункт Сагунта, форум, находился в самом высоком секторе. Упоминание о форуме, несвойственном для иберийского города, характер городских строений и параллели с Ульястретом – все это подталкивает нас к мысли о том, что Сагунт был настоящим греческим, а не иберийским городом.

   Города юго-востока провинции Мурсии и Альбасете, например Мека и Амарехо, напоминают вышеописанные. Наиболее интересным среди них несомненно является Эль-Кабесо-дель-Тио-Пио-де-Арчена (Мурсия), расположенный на высоте 200 метров над руслом реки Сегуры, на искусственных насыпях и террасах. Стены его больших домов, построенные на толстом фундаменте из известнякового раствора, все еще возвышаются до двух метров. В южной части найдены 7 совмещенных жилищ, а на плато – большое прямоугольное строение.

   Верхний Гвадалквивир. Как ни парадоксально, в этом районе, имевшем огромное коммерческое и культурное значение и давшем наиболее богатые находки греческого и иберийского характера, нам известно лишь одно поселение.



   Рис. 33. План поселения Ла-Бастида-де-Мохенте, Валенсия

   Во времена иберов неподалеку от захоронения Эль-Кольядо-де-лос-Хардинес (Хаэн) существовал населенный центр. Позже он был захвачен римлянами, и на его месте возник либо город со смешанным населением, либо два отдельных населенных пункта. Руины указывают на большую населенную местность с прямоугольными домами на каменных фундаментах, с покрытыми натуральным шифером крышами. Покатая местность внутри стен выложена камнями. Главный вход охраняют две башни, в основании которых все еще видна циклопическая каменная кладка. Площадка перед ними была раскопана. Вымощенное пространство позволяло разъехаться двум повозкам. Дома расположены на двух отдельных участках, полы сделаны из утоптанной земли и плиток из обожженной глины. Некоторые дома сгруппированы по три или четыре. Вероятно, некоторые семьи пользовались несколькими домами, в которых есть по два и более входов. Эти постройки разделяют узкие извилистые улочки, лишенные какого-либо плана.

   Долина Гвадалквивира. На равнине, где, вероятно, располагался Тартесс, колониальная деятельность несомненно должна была привести к основанию целого ряда настоящих городов. Это подтверждает огромное число находок в этом районе, но нам известны лишь два поселения, одно из которых, Осуна, явно относится к римскому периоду. Другое – Кармона, вместе с поселением Эль-Карамболо все еще исследуются.

   Энгель и Пари в 1903 году раскопали крепость Осуну и открыли около 100 метров ее стены. Она представляла собой созданное наспех сооружение, грубо обработанные камни которого скреплялись глиной. Стена имела пять полукруглых башен, от которых можно провести интересные параллели к сооружениям городов севера, извилистые участки стен которых также следовали неровным контурам почвы. Стена состоит из двух параллельных секций, выходящих на склон. Их внутренняя часть заполнена камнями и землей. Датировка этих сооружений вызывает большие споры, однако местные находки позволяют отнести ее ко II веку до н. э.

   Совсем другое дело Кармона, которая ставит перед нами проблему цивилизации, предшествовавшей формированию иберийской культуры, а именно: Тартесса. Ранние попытки Шультена оставили ее нерешенной: его раскопки в Серро-дель-Триго (Кото-де-Донья-Ана, Кадис) только слегка коснулись поверхности города романизированных рыбаков. В Эль-Карамболо и Кармоне раскопки были скорее посвящены изучению стратиграфии поселений, чем планов городов. В результате этого раскопанные участки довольно малы.

   Таким образом, андалузский тип иберийских городов остался почти неизвестным. Последние исследования взаимоотношений тартесской цивилизации с предшествующими и последующими культурами не пролили никакого света на иберийский мир. Несмотря на это, последние примеры Кармоны и Эль-Карамболо иллюстрируют широкий и нераскрытый потенциал андалузского региона для будущих исследований тартесско-турдетанской цивилизации. Поселения, которые, как считается, должны там находиться, чье важное значение подтверждают как письменные источники, так и плодородие земель данного региона, ожидают археологов, чтобы вновь увидеть свет.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Жаклин Симпсон.
Викинги. Быт, религия, культура

Т.Д. Златковская.
Возникновение государства у фракийцев VII—V вв. до н.э.

Гвин Джонс.
Викинги. Потомки Одина и Тора

Пьер-Ролан Жио.
Бретонцы. Романтики моря

Гордон Чайлд.
Арийцы. Основатели европейской цивилизации
e-mail: historylib@yandex.ru
X