Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Алексей Гудзь-Марков.   Домонгольская Русь в летописных сводах V-XIII вв

Ростислав Мстиславович (1160 - 1168)

Внук Мономаха и праправнук Ярослава Мудрого Ростислав Мстиславович сел на стол в Киеве 12 апреля 1160 г.
Приезд Ростислава киевляне не могли не заметить загодя. С севера, от Вышгорода, ехал князь, и его алый плащ и стяг были заметны среди тающего снега. Это зрелище наверняка у многих соратников брата, отца и деда Ростислава вызвало слезы.
1 мая Ростислав приехал в город «Моровииски». Сюда безо всякого «извета» приехал Святослав Ольгович. Князья сели за полный яств стол и принялись одаривать друг друга «соболми и горностаими, и черными кунами, и песци и белыми волкы, и рыбьими зубы».
Утром Святослав Ольгович пригласил на обед Ростислава, и началось веселье более прежнего. Святослав преподнес Ростиславу «пардусъ, и два коня борза, оу ковану седлу». Скоро князья разъехались по городам.
Возможно, дружба Святослава Ольговича с Ростиславом стоила первому того, что сын Долгорукого Ярослав, сидевший в Турове, вторгся в волость Ольговичей.
Ярослав Юрьевич, перейдя Днепр, появился под Путивлем. Скорее всего, о том загодя было известно половцам, и они также появились на берегах Десны.
Жители города «Вырь» затворили перед Ярославом ворота. Князь пошел в «Зартыи» (Зарытый), но скоро вновь вернулся к Вырю.
Святослав Ольгович выступил в поле сам и вывел из усадеб и городов бояр, перебил много половцев и среди них хана «Сантуза».
А Ростислав Мстиславович в «насадяхъ» вниз по Днепру, в «Олешье», послал мужей «Гюрга Нестеровича и Якуна» на несчастного галицкого изгоя Ивана Берладника. В Киеве стало известно, что Иван взял Олешье, но главной причиной похода могло быть обязательство Ростислава, взятое им перед Ярославом Осмомыслом ранее.


Берладника настигли у «Дуиня» (Дуная) и «избиша е».

По мере того как отдельные земли Руси стремительно обособлялись и сила князей уменьшалась сообразно с размерами их все более мельчавших уделов, степь не дремала. Половцы уважали силу и понимали, что новое поколение Ярославовичей это не Мономах и не Мстислав I.
В 1160 г. орда кочевников появилась на рубеже Волыни и Галиции между «Мунаревомъ и Ярополчемъ». Выступили Ярослав Изяславович и Владимир Андреевич с Волыни и подошли галичане. Половцев избили и много народа, уводившегося на невольничьи рынки юга, «отполониша». Воевали с половцами и верные Киеву берендеи поросья. В тот год они избили половцев в «облазне».
В 1160 г. продолжилось немирье в полоцкой земле. Рогволод Борисович получил помощь от Ростислава из Киева. На берега Западной Двины пришли три сотни «торков с Жирославомъ, съ Нажировичем». Судьба их была печальной. Торки начали умирать с голода и вернулись на Днепр «пеши», не дождавшись завершения кампании.
Тем не менее Рогволод Борисович выступил с полочанами к Минску на Ростислава Глебовича. Полочане простояли у Минска шесть недель, пока не заключили мира с Ростиславом Глебовичем. Минский князь высадил из поруба «Володшю» (брата) и снял железо с Брячислава (двоюродного брата).
В 1160 г. к Изяславу Давыдовичу к «Выреви» подошли приглашенные им половцы. Князь выступил к Чернигову, к своей старой отчине, стремясь изгнать из города Святослава Ольговича.
Изяслав Давыдович стал на левом берегу Десны «по Крырову. оли до оустья а в низъ до Стоняничь».
Святослав Ольгович в Чернигове не остался в одиночестве. В городском детинце сидели племянник Святослав Всеволодович и сын великого киевского князя Рюрик Ростиславович.
Стали биться через реку. Со стен Чернигова были видны столбы дыма, поднимавшиеся над заречными селами. Половцы зажигали тесовые и соломенные кровли изб и овинов, а людей сгоняли на дорогу и вели в степь, в полон (полон — от слова полный).
Послали за помощью в Киев. Ростислав отправил к Чернигову «Ярославич Зяславич», Владимира Андреевича и галичан. Как только о том стало известно Изяславу Давыдовичу, левый берег Десны опустел. Напрасно Святослав Ольгович со Святославом Всеволодовичем и Рюриком Ростиславовичем целый день бродили за рекой.
Изяслав Давыдович стоял у «Игорева броду». Сюда к князю приехал гонец из Чернигова с сообщением, что Святослав Ольгович болен, а дружина и союзники разошлись. Видимо, многие в Чернигове желали восстановления на столе Изяслава Давыдовича.
Изяслав повернул полк и половцев назад и скоро стал «противу Свенковичемъ». С наступлением зори Изяслав начал переправляться через Десну.
Святославу Ольговичу доложили, что неприятель близко и «селце стго Сспа» (село, принадлежавшее Спасскому собору Чернигова) зажгли. Это было неожиданностью, но Святослав Ольгович сумел собрать начавшие расходиться силы. Вернулся и «Тудоръ Елчичь» с галицкой помощью.
К ночи Изяслав Давыдович отступил от Чернигова к «Выреви». К Вырю подошел Владимир Андреевич и пожег острог. Изяслав Давыдович скрылся в степи.
А в Выре сидел хорошо нам знакомый Иван Ростиславович Берладник с княгиней.
Владимир Андреевич подошел к «Зарытому» и, «повоевав окрестности», повернул домой, на Волынь.
Война тем не кончилась. К Изяславу Давыдовичу подошли новые половецкие силы, и князь выступил к «Воробеине и к Росусе». Навоевавшись, Изяслав пошел к городу своего племянника «Вщижю».
Наступила зима, и Изяслав Давыдович разорил часть земель в смоленском княжестве. То была месть за помощь Святославу Ольговичу. Половцы зимой вывели из смоленской земли «дшь боля тмы (10 ООО) а иныя исекоша».
Изяслав Давыдович понимал, что с помощью одних половцев Чернигова не вернуть. И Изяслав обратился к Андрею Боголюбскому, прося у него дочь за своего племянника Святослава Владимировича.
Боголюбский, хотя и был занят широким строительством, послал в помощь Изяславу сына Изяслава с полком и муромцами.
Святослав Владимирович сидел во «Вщижи» в осаде, с нетерпеньем ожидая дядю с помощью. Как только Святослав Ольгович узнал, что зимними дорогами ко Вщижу идут суздальские полки, осада с города была снята. Память о Долгоруком была крепка в Южной Руси.
Зимой 1160г. во Вщиже справили свадьбу Святослава Владимировича с дочерью Боголюбского.
Изяслав Давыдович сыновей не оставил, а единственный племянник, породнившись с домом Долгорукого, фактически пресек ветвь Ярославова древа, известную как Давыдовичи.
В конце зимы 1160 г. Святослав Ольгович вновь осадил Вщиж и простоял под его стенами пять недель. Возможно, Ольговича напугал союз Давыдовичей с Боголюбским. Стояли под Вщижем, греясь у костров, помимо киевских и смоленских союзников Святослава Ольговича и Всеслав Васильевич из Полоцка и «Кстятинъ Серославичь с галичаны».
Дочь Боголюбского с облегчением вздохнула, когда ее супруг поцеловал крест к Святославу Ольговичу, обещая быть «въ всей воли его».
Зима, а вместе с ней и 1160 г. закончились на Руси двумя событиями. Андрей Боголюбский встретился с Изяславом Давыдовичем на «Волоце» (Волок Ламский). Князья отправили в Новгород посла с требованием склонить голову перед Боголюбским.
На Ярославовом дворе над Волховом стали собирать одно вече за другим. И стали новгородцы «мясти». Это был удар Боголюбского по Киеву и Чернигову.
Не преминул последовать ответный удар. Мстислав II Изяславович с союзниками три недели продержал в осаде Туров, но ничего не добился от сидевшего в городе «Гюргя» Глеба Юрьевича.
Наступивший 1161 г. не назовешь спокойным. Сказалось то, что было заложено в предыдущем году. Новгородцы потребовали от сидевшего под городом на Городище Святослава Ростиславовича убрать из Нового Торга младшего брата Давыда Ростиславовича. Новгородцы объяснили князю, что не могут «дву кнзю держати». Святослав отправил Давыда в Смоленск и тем оголил рубеж с Боголюбским.
И снова зашумело вече в Новгороде. Скоро новгородцы схватили Святослава Ростиславовича и «запроша в ыстебке». А княгиню отправили в монастырь. Дружину «исковаша», товар князя «разъграбиша». В конце концов, Святослава Ростиславовича отвезли в Старую Ладогу.
Когда о пленении сына узнал Ростислав Мстиславович в Киеве, он велел схватить всех новгородцев и «оуметати е оу Пересеченьскыи погребъ». В том погребе за одну ночь задохнулось четырнадцать новгородцев. Скоро Ростислав выпустил новгородцев из погребов, но развез их по городам.
Тем временем в Суздале Андрей Боголюбский принимал послов из Новгорода. Просили у Андрея сына. Боголюбский предложил брата Мстислава Юрьевича, ранее сидевшего в Новгороде. Послы возразили, и пришлось Боголюбскому отправить в Новгород племянника Мстислава Ростиславовича.
Когда в Суздале решили вопрос с новым князем, в Старой Ладоге освободили Святослава Ростиславовича. Князь добрался до Полоцка, а оттуда Рогволод Борисович (союзник Ростислава) проводил Святослава до Смоленска.
В 1161 г. Рогволод Борисович вновь ходил к Минску на Ростислава Глебовича, а затем, заключив мир, вернулся в Полоцк.
А в северо-восточных землях завершали строительство Успенского собора во Владимире-на-Клязьме. Когда работы закончили, в Ростове сгорели все церкви и среди них соборная «дивная великая», каких не было «николиже» и «ни будеть». Ростовские церкви были деревянными, и их гибель в момент рождения белокаменного колосса на Клязьме по-своему символична. В права новой столицы залесской земли вступал новый город, средоточием силы и красоты которого был Успенский собор.
А в Южной Руси произошел скандал, к концу года приведший к войне. Началось с того, что Ростислав Мстиславович послал к Святославу Ольговичу просить прислать в Киев сына Олега. Великий князь объяснил: пусть юноша познает «кияны лепшия», берендеев и торков.
Олег Святославович приехал в «Олжиче», а Ростислав Мстиславович стоял у «Шелвовее селца. подъ Боркомъ». Два дня шли пиры, а на третий день Олег «оусрете» Ростислава. Тот предупредил Олега: «стерезися: хотять тя яти».
Олег Святославович сослался на болезнь матери и стал проситься у великого князя в Чернигов. Ростислав и в помыслах не держал зла на Олега, не имея «лиха въ срдци». Кому-то не нравилась дружба Ольговичей и Ростислава Мстиславовича.
Олег, приехав в Чернигов, не передал слышанного отцу, но «погневася на отца в тайне» стал проситься подальше на восток к «Курьску».
Когда Олег приехал в Курск, к нему, на берег Сейма, поспешили послы от Изяслава Давыдовича. Скоро между Олегом и Изяславом был заключен союз. Сделал то Олег «безъ отня света».
Святослав Ольгович «велми быс печаленъ», узнав, что его сын Олег и племянник Святослав Всеволодович «сложилися любовью» с Изяславом Давыдовичем.
Бояре Святослава Ольговича не любили сидевшего в Киеве Ростислава и всячески настраивали своего князя против него. Скоро и сам Святослав Ольгович стал подумывать о дружбе с двоюродным братом Изяславом Давыдовичем.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Галина Данилова.
Проблемы генезиса феодализма у славян и германцев

под ред. В.В. Фомина.
Варяго-Русский вопрос в историографии

под ред. А.С. Герда, Г.С. Лебедева.
Славяне. Этногенез и этническая история

А.С. Щавелёв.
Славянские легенды о первых князьях
e-mail: historylib@yandex.ru
X