Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
А. С. Шофман.   История античной Македонии

§ 2. Общественный строй македонских племен

Колыбелью македонян ученые считают долину Аксия.109) Здесь греческие колонисты узнали название «Македония», что обозначало первоначально область между Лудией и Аксием.110) Эта область постепенно расширялась по долинам рек Стримона и Галиакмона и достигла самых больших размеров во времена Филиппа II.111)

Из скудных и разбросанных сведений наших источников мы в состоянии указать, какие племена занимали долины рек Аксия, Стримона, Лилиаса и Галиакмона. В разное время здесь размещались фракийские, иллирийские и македонские племена.

На восток от фракийцев, на берегах Стримона и Несты находились эдонские племена.112) Главным местом их обитания, по указаниям Фукидида, была долина Стримона до Пангея.113) Фукидид упоминает эдонского царя Питака.114) Мы имеем старые эдонские монеты времен царя Геты (около 500 г. до н. э.).115) У эдонов был развит культ Диониса, распространенный также и в самой Македонии. В пангейской области и в близком соседстве с нею жили и другие племена, известные по монетам фрако-македонского типа.116) К этим племенам относятся: орескии, тинтениты, дерронии, тероны, дисороны, дионисии. На западе и востоке от Стримона жили [104] бисалты. Они имели богатые горные рудники.117) По верхнему течению Аксия, как указывает в VII книге Страбон, обитали различные племена пеонов, чьи имена встречаются в современной македонской области Пиянец. Вопреки мнению Белоха о греческом происхождении этих племен, проф. Кацаров склоняется к более распространенному мнению о тесной родственной связи их с иллирийцами.118)

По нижнему течению Аксия жили мигдоны и боттиэи. Уже при Геродоте и Фукидиде они вели оседлый образ жизни в этих местах.119) Западнее, у притока Аксия — Эригона, жили пелагоны.120) В соседстве с ними по верхнему течению — линкесты;121) по реке Галиакмону обитали эорды;122) по верхнему течению этой реки жили элимиоты;123) у устьев этой реки — оресты. Гекатей Милетский считает горномакедонских орестов молосским племенем.124) Эта мысль подтверждается Фукидидом, полагавшим наличие тесной связи между орестами и эпирскими племенами. 125) Страбон, говоря о древнем населении Македонии, указывал, что она была заселена фракийскими, иллирийскими и эпирскими племенами.

Проф. Кацаров являлся одним из горячих сторонников иллирийского характера горномакедонских племен: линкестов, орестов и др.126)

Позднее, по мере развития племенной жизни, были образованы племенные центры: Элимиотида на верхнем Галиакмоне, Орестида у устьев этой реки, Линкестида в плодоносной котловине на среднем Эригоне, Тимфея в горах у эпирской границы. Эти области составляли верхнюю Македонию. Страбон указывает, что «все пространство, занятое Линкестою, Пелагонией, Орестидою и Елимией, начали называть Верхней Македонией и еще называли ее «свободной»...127)

Фукидид приводит важное известие о миграции и затем [105] оседании различных македонских племен. К Македонии, пишет он, принадлежат также линкесты, элимиоты и другие племена внутри материка, которые воевали вместе с македонянами и были подчинены им, хотя каждое племя имело своего царя. Нынешней приморской Македонией овладел прежде всего Александр, отец Пердикки, и предки его, темениды, вышедшие в древности из Аргоса; они воцарились там после того, как победили в сражении пиериян и вытеснили их из Пиерии; пиерияне поселились потом у подножья Пангея по ту сторону Стримона, где заняли Фагрет и другие местности (и теперь еще береговая полоса под Пангеем, обращенная к морю, называется Пиерийской бухтой). Из страны, именуемой Боттиэей, они вытеснили боттиэев, которые живут теперь на границе с халкидянами. В Пеонии македоняне овладели узкой полосой земли вдоль реки Аксия, простирающейся по материку вглубь до Пеллы и моря; по ту сторону Аксия они владеют так называемой Мигдонией до реки Стримона, откуда они вытеснили эдонов. Из нынешней так называемой Эордеи македоняне вытеснили эордов, большая часть которых погибла, и лишь немногие из них поселились в окрестности Фиски. Из Алмонии вытеснены были алмоны. Македоняне подчинили своей власти и остальные племена, которыми владеют и по настоящее время; они взяли также Антемунт, Грестонию, Бисалтию и многие другие области собственно македонян. Все эти земли носят общее название «Македония».128)

Некоторые историки сомневаются в достоверности этого известия Фукидида. Указывалось, что последний хотел этим объяснить, почему в разных областях македонского царства находились различные племена.

Нельзя не согласиться с Кацаровым, который указывал, что расселение различных племен в Македонии шло через добровольное и насильственное размещение. О времени завоеваний и этих племенных перемещений Фукидид ничего не говорит. Вероятнее всего, это был процесс постепенный. Антемунт был взят Аминтой I, а Бисалтия и Пиерия — Александром I, очевидно, вследствие греко-персидских войн. Затем была освоена область к истоку от р. Лидиаса до Аксия, которая получила название Македония.129)

В хозяйстве насельников долин македонских рек главную роль играли земледелие и скотоводство. У жителей свайных построек, следы которых были открыты в Македонии, одним [106] из средств к существованию были речные богатства.130) Геродот оставил нам живое описание жизни обитателей свайных построек на нижнем течении Стримона, на Просийском озере. О том, что это описание относится непосредственно к македонским племенам, свидетельствует указание Геродота о территориальной близости данного озера к Македонии.131)

Свайные постройки были удобны для систематической рыбной ловли, служили в качестве заграждений от диких зверей, являлись лучшей защитой при нападении неприятеля. В жизни обитателей свайных построек, естественно, большое значение играло рыболовство. Человек ловил рыбу либо из дома, либо спускался по лесенке в челнок из выдолбленного ствола первоклассного македонского леса и ловил рыбу посредине реки или озера. Кроме рыболовства жители занимались также охотой на суше, возделывали свое поле на берегу.

Несмотря на большую роль рыболовства в жизни обитателей свайных построек, земледелие и скотоводство оставались основными отраслями хозяйства македонских племен на протяжении длительного этапа их развития. Основными сельскохозяйственными культурами были: пшеница, просо, горох, ячмень. В прибрежных долинах и равнинах, обильно орошаемых многочисленными реками и ручьями, хорошо росли зерновые культуры и впоследствии табак. О развитии земледелия, кроме археологических данных, дает сведения и нумизматика. Различные высокохудожественные монеты, чеканившиеся на протяжении VI—III вв. во всех городах фракийского побережья, Македонии, Халкидики, служили бесспорным доказательством не только интенсивной добычи, но и высокой древней техники обработки драгоценных металлов у местных племен задолго до водворения там греков.132) На этих монетах, фракийских и македонских, часто изображались запряженные волы, лошадь и даже хлебные колосья.

На склонах гор развивалось скотоводство, которое также являлось одним из основных занятий македонских племен.

Приручение и разведение домашних животных, создание больших стад было возможно только в определенных местах точно так же, как развитие земледелия было невозможно в горах и на их склонах. Там, где были удобные условия для охоты и приручения животных, часть племен вела бродячий [107] образ жизни, занимаясь скотоводством, другая часть вела оседлую жизнь, занимаясь преимущественно земледелием. Между кочевниками-скотоводами и оседлыми земледельцами имелась бесспорная связь, но существовали и серьезные противоречия, которые порождали постоянные столкновения, нападения друг на друга. Македонские племена жили в непрекращающейся межродовой борьбе. Такая борьба возвышала племенных вождей. По мере усиления этой борьбы складывались органы военной демократии.

Буржуазная наука считает эти органы родового строя монархическими, и поэтому установление государства она относит к такому периоду, когда существовала еще типично патриархальная родовая организация.133)

Еще американский ученый Морган в своей работе «Древнее общество», построенной на обширном фактическом материале, собранном Гротом, пришел к выводу, что родовому строю был чужд монархический образ правления. С его точки зрения монархия несовместима с гентилизмом по той причине, что родовые учреждения по своему существу демократичны.134)

Опираясь на историю Грота, Морган в своем исследовании решительно отмежевывается от его выводов относительно чисто монархического строя в самом раннем примитивном управлении племен, в частности греческих.135) Между тем в науке незаслуженно принято мнение Грота, и буржуазные историки и археологи считают его исторической истиной, а раннее монархическое правление естественным, необходимым и первоначальным.

В истории древней Греции, однако, этот укоренившийся взгляд может быть легко опровергнут самими историческими фактами, приведшими исследователя к выводу, что эта «монархическая власть» есть не что иное, как ветхий остаток «варварства», который в результате обостряющихся противоречий материальной жизни отбрасывается и заменяется [108] установлениями народными. Относительно истории древней Македонии, где «монархия» существовала в раннюю эпоху и не перерастала как будто ни в какие другие формы правления, буржуазные ученые и до сих пор придерживаются того мнения, что в этой стране с глубокой древности управляли наследственные цари. Многие ученые указывают, что царская власть, как остаток первобытных отношений, приобрела всемирно-историческую значимость. Монархия в Македонии стала основным фактором политического развития. Македонский народ был, как никакой другой в древности, монархичен, и нет никакой существенной разницы между «царями» до Филиппа и Филиппом.136)

Исходя из такого неправильного, антиисторического утверждения, все «цари» до Филиппа, засвидетельствованные источниками, ничем не отличаются от последнего, за исключением того, что Филипп был более деятельным и энергичным, справившимся с внешними и внутренними врагами и объединившим страну. Этим самым стирается грань между двумя пережитыми Македонией периодами — периодом родового общества до образования государства и периодом существования самого античного государства, а басилевсы эпохи первобытного строя неправильно ставятся в один ряд с царями периода государственного объединения.

То, что власть басилевса переходила обычно от отца к сыну, еще не говорит о существовании твердой наследственной власти. Должность басилевса была выборной, но фактически она закреплялась за одной семьей, так как обычно на эту должность избирался или утверждался советом сын умершего басилевса. Сыновья могли рассчитывать на наследование в силу решения народного собрания при поддержке большинства родов.

У басилевса были три основные функции: военная, жреческая и судебная. «Последние не были точно определены, первые были присвоены ему как верховному представителю племени или союза племен».137)

В Македонии царь лишь на войне был неограниченным распорядителем. Он имел авторитет только тогда, когда сам был храбрым воином и хорошим полководцем. На войне осуществлялась полнота его власти. Возрастание военной силы царя особенно проявилось тогда, когда македонским племенам приходилось вести беспрестанную борьбу с воинственными фракийскими и иллирийскими племенами. Кроме этой основной военной функции, царь был еще в мирное [109] время жрецом и судьей.138) Как и гомеровский басилевс-царь, он владел значительными землями и богатством. Несмотря на особый почет и популярность его, он не имел монархической власти.

Царь пользовался довольно широкими полномочиями, но совет старейшин родов и собрание воинов ограничивали царские полномочия неписаными вековыми обычаями. Так например, право осуждать члена племени на смерть было изъято из функций царя и предоставлено компетенции собрания способных нести оружие мужчин. Все участники собрания убивали преступника камнями или копьями.139) На наличие такого положения указывал Квинт Курций.140) Арриан, говоря о предшественниках Филиппа и Александра, в известной мере также это подтверждает.141)

Однако по мере роста социального неравенства первоначальная военная демократия, основанная на равенстве, стала разлагаться. Народное собрание уже не играет главной роли в решении важнейших вопросов (регулярные собрания способных носить оружие людей стали собираться все реже и реже). В особых случаях, например при воцарении, народ, живший недалеко от столицы, собирался туда, чтобы поздравить нового царя. Наверное, разбирались народом и некоторые общественные дела, но активного участия его в политической жизни мы не наблюдаем. В это время образовавшаяся родовая аристократия, владевшая большими земельными участками, и племенные басилеи стали окружать царя и часто диктовать ему волю вопреки воле народа. Сам царь превратился в рупор их вожделений и охранял интересы этой могущественной земельной знати. Последняя же обедала за его столом, а на войне составляла его дружину.

Гетеры, будучи в основном представителями македонской знати, являлись владельцами крупных земельных участков. Феопомп указывает, что «земли, с которой они пользовались [110] доходами, были у них не меньше, чем у 10000 греков, владеющих самой лучшей и самой обширной землей».142) Они имели земли больше, чем 70 тысяч богатых землевладельцев в других частях Греции. «Македонский вельможа, — толкует Белох это место Феопомпа, — имел в среднем в 10 раз больше земли, чем богатый землевладелец в остальной Греции».143) Таким образом, экономической базой македонской знати являлось крупное землевладение. Благодаря постоянным завоеваниям новых областей знать имела возможность увеличивать свои земельные богатства. Царь имел право раздавать землю своим подчиненным. Из одной, правда, более поздней, надписи Касандра из Потидеи можно сделать заключение, что завоеванные земли царь обычно превращал в царскую собственность и эти земли раздавал в качестве награды за военную службу.144)

Здесь следует отметить одно из существенных различий в земельных отношениях «гомеровской эпохи» и соответствующего ей македонского периода.

Энгельс в «Анти-Дюринге», говоря об истории Греции в героические времена, указывает, что «уже и тогда земля обрабатывалась преимущественно самостоятельными крестьянами; более крупные поместья знати и родовых вождей составляли исключение и к тому же исчезли».145) Это исчезновение крупных земельных владений, имевшее место в гомеровское время, не характерно для Македонии. Там крупные земельные владения не только не исчезают, а становятся достоянием сравнительно небольшой кучки землевладельцев.

Мы можем предположить, что в это время свободное население Македонии состояло из крупных земельных собственников и из массы мелких производителей.

Надо учесть, что роль человека в общине в значительной мере зависела в то время от его роли на войне, а богатство от количества награбленной добычи. Всё учащавшиеся войны требовали усовершенствования военного дела, обеспечения обмундированием и снаряжением воинов, на что приходилось делать много денежных затрат. Это было под силу только богатым аристократам. Хорошо вооруженные аристократы, которые строились в первых рядах, решали исход сражения [111] и к своим земельным богатствам прибавляли многочисленные военные трофеи от военных набегов. Ядро пехоты в военных походах составляли свободные крестьяне, жившие в условиях общинного землепользования и быта.

Каждый македонянин вступал в ополчение, если в страну вторгался неприятель. Ополчение это не было обучено и организованно. После общих походов отдельные македонские роды и племена не признавали власти верховного предводителя, стремясь стать самостоятельными. Даже во время создания знаменитой македонской фаланги еще при Александре деление производилось по родам и племенам.146) Эти роды и племена, принимавшие участие в военных набегах, чрезвычайно ревниво охраняли от всяких покушений свое право на причитающуюся им часть военной добычи. Об этом свидетельствует растянувшаяся на столетия борьба между македонскими племенами за превращение их в одно целое объединение, победоносно завершившееся лишь при царе Филиппе.

В течение долгого времени племена жили в межродовой вражде, препятствовавшей закреплению власти одного племени над другим. Самые сильные тенденции к децентрализации исходили от племен Верхней Македонии — линкестов, орестов и элимиотов, которые, по словам Фукидида и Ксенофонта, выступали против объединения Македонии. Линкесты с помощью иллирийцев вплоть до Александра возглавляли антигосударственную оппозицию. Усиление межродовых столкновений вызывало, с одной стороны, появление новых укрепленных городищ, с другой — рост военных дружин.

Мы не знаем названий всех руководителей племен в мирное время. Они тем более неизвестны в период военной опасности. До VIII в. нельзя назвать ни одного из вождей македонских племен, руководивших или завоевательными походами, или обороной своих богатств от алчных вожделений других. До нас дошли, по рассказам Юстина и Диодора, три имени царей, еще совершенно не известных Геродоту и Фукидиду: Каран, царствовавший якобы 28 лет, Кен — 23 года и Тирм — 45 лет. С этими именами источники не связывают никаких исторических событий: они, видимо, принадлежат к области мифологии.

Карана называли родоначальником царской фамилии.147) С его именем обычно связывали основание столицы Эги. Указания о нем встречаются у Феопомпа, которые затем используются Диодором, Юстином, Синкеллом и Евсевием.148) [112]

Совершенно нельзя согласиться с мнением Парибени, что мифический Каран было название главы государства, вроде фараонов в Египте или бренное у галлов, а не собственным именем.149) Нельзя также согласиться и с его другим мнением, что во времена легендарных Карана, Пердикки и Архелая уже существовало македонское государство. Отождествление Карана с египетскими фараонами, естественно, влечет за собой признание наличия в Македонии той формы государственной власти, которую представлял на востоке фараон. Но для такого утверждения у нас нет никаких оснований.

Геродот называет основателем македонского царства Пердикку I (729—678 гг.), который бежал из Аргоса с двумя [113] своими братьями — Гаванесом и Аэропом к иллирийцам. Из Иллирии они перешли в Македонию.150) Это мнение Геродота, в отличие от этнографо-географической части его труда, покоится, главным образом, на устной традиции, в которой мы находим большое количество легендарного и сказочного материала.151)

Мы можем предположить, что сказания о теменидах как основателях македонского царства и родоначальниках македонских царей искусственно вплетены в миф о походе дорийцев и возвращении Гераклидов. Они политически тенденциозны, ибо показывали родословную басилеев, захвативших наследственную власть Гераклидов, а божественное происхождение власти, естественно, должно было возвеличить ее значение и поднять ее авторитет.152)

В действительности же в то время еще никакого македонского царства не существовало, как не было и никакой наследственной династии, возглавлявшей его. Отдельные племенные вожди выбирались и смещались по воле племени. Имена их до нас не сохранились.153) Но во время греческой колонизации, по мере проникновения греков на север, было важно для них закрепить в сознании туземного населения генеалогический миф о Гераклидах и тем самым найти историческое оправдание своей политики в македонских землях.

В это время македонские племена вели ожесточенную межплеменную борьбу. Характер этой войны был вызван дальнейшим развитием родоплеменных отношений. Известный [114] отпечаток на эту борьбу наложила неравномерность развития македонских племен. Если линкесты жили отдельными племенами, ни один из руководителей которых нам еще неизвестен, то нижнемакедонские племена в то время образовали уже союз племен, во главе которого стоял царь. Античная традиция сохранила имена этих царей. Интересы нижнемакедонских племен требовали объединения, чему противились линкесты. Последние в своей борьбе с нижнемакедонскими племенами использовали своих соседей — иллирийцев и пеонийцев. Этим объясняется тот факт, почему постоянная борьба с иллирийцами велась одновременно с борьбой с пеонийцами и особенно с линкестидами, жившими по соседству с первыми. Нижнемакедонские племена, завоевав в то время Эордею, стали ближайшими и опаснейшими соседями линкестов, а вместе с этим и иллирийских родов, стремившихся на юг. Поэтому нижнемакедонским племенам пришлось выдержать тяжелые бои с западными соседями. Тяжелые и часто безуспешные военные столкновения с линкестидами и иллирийцами заставляли нижнемакедонские племена прибегать к помощи внешней силы.154)

О развитии производительных сил македонских племен в это время у нас очень мало данных.155) Можно лишь предположить, что дальнейшее развитие производительных сил шло по пути развития скотоводческого и земледельческого хозяйства. Об этом могут свидетельствовать некоторые археологические данные из Западной Македонии, Чаучицы, Вардино и Вардарофца. Раскопки этих мест показали большое развитие орудий труда. Оно, без сомнения, было связано с появлением железа, сыгравшего, как известно, революционную роль в истории.156) «Железо сделало возможным полеводство на крупных площадях, расчистку под пашню широких лесных пространств».157)

Совершенствование орудий производства не могло не повлечь за собой развития земледельческого производства и возрастающего разнообразия земледельческих продуктов. По выражению Энгельса, это была эпоха железного меча, железного плуга и топора.158) Железо способствовало не только развитию земледелия и скотоводства, но и развитию [115] ремесла. Железо «дало ремесленнику орудия такой твердости и остроты, которым не мог противостоять ни один камень, ни один из известных тогда металлов».159) Об усовершенствовании ремесленных изделий свидетельствуют прекрасно сработанные на гончарном станке керамические сосуды. Разнообразная деятельность в земледелии и ремесле привела ко второму крупному общественному разделению труда и обусловила также развитие торговли и обмена. Македонские племена, главным образом Нижней Македонии, находившиеся в ближайшем соприкосновении с греческими колониями, начинают вступать в более или менее тесные торговые отношения с югом. Македонские города становятся производственными и торговыми центрами. Появление торговой верхушки, связанной с греческим миром, свидетельствовало уже о значительном расслоении патриархально-родового общества. [116]


109) Tomaschek, Die alten Thraker, I, Wien, 1899, р. 13, сл. ; Kretschmer Einlei ung {sic — HF}, 246.

110) Ср. Hdt., VII.127.

111) По утверждению Кацарова, греческие колонисты, поселившиеся на македоно-фракийском берегу, назвали прибрежные области по имени фракийских племен (Пиерия, Бисалтия, Мигдония с ее областями: Антемунт, Крестония и др.). См. Г. Кацаров. Царь Филипъ II Македонски, стр. 2.

112) Tomaschek, указ. соч., стр. 33 сл.

113) Thuc., IV.109.

114) Там же, 107.

115) Неаd, Historia Numorum, стр. 201.

116) Hdt., VIII.116.

117) До греко-персидских войн бисалты и крестоны были под единой властью и имели одного царя. Это подтверждается монетами. См. Неаd, указ. соч., стр. 200.

118) Strab., VII, frgm., 38, 41; Кацаров, указ. соч., стр. 8.

119) Hdt., VIII.123; Thuc., II.99, 100.

120) Hom., Il., II.21, 154.

121) Thuc., II.99.

122) Hdt., VII.185; Thuc, II.99.

123) Thuc., II.29.

124) FHG, frgm., 77.

125) Thuc., II.80.6.

126) Г. Кацаров, указ. соч., стр. 24. Эту мысль разделяют и югославские ученые. См. Историjа народа Jугославиjе, стр. 23.

Небезынтересно отметить, что Н. Г. Чернышевский, подчеркивая негреческое происхождение македонян, считал их родственными с иллирийцами. По его мнению, греческая цивилизация захватила прежде всего высшие классы македонского населения, народ же оставался очень долгое время в своей самобытной культуре (Н. Г. Чернышевский, собр. соч., т. XVI, стр. 133).

127) Strab., VII.7.

128) Thuc., II.99.

129) Hdt., VII.127; ср. Мüller, Wonsitzedesmaked. Volkes, 29; Abel, указ. соч., стр. 140.

130) См. Г. Шкорпил, Доисторические памятники Болгарии, стр. 74; Записки Императорского одесского общества истории и древностей, т. XIX, Одесса, 1896.

131) Hdt., V.16-17. См. Г. Шкорпил, указ. соч., стр. 6; Димче Коцо, Наколните жилишта во охридското езерокроj струга и средневековните споменици во Струга и Струшко. «Годшиен Зоорник», кн. 4, Скопjе, 1951, стр. 3-26.

132) А. П. Манцевич, Гребень и фиала из кургана Солоха, «Советская археология», XIII, М.-Л., 1950, стр. 236.

133) О наличии родовой организации у македонян свидетельствуют раскопки в Пателе так называемой гальштадтской культуры (примерно 1000—500 гг. до н. э.). Могильник в Пателе интересен тем, что он отчетливо сохранил родовой принцип захоронения. Трупы клались в четырехугольные ящики из каменных плит. В самих ящиках весьма часто находились черепа и человеческие кости, сложенные в кучи кругом них. Около одной могилы найдено 14 сложенных в кучу черепов (См. «Известия русского археологического института в Константинополе», т. IV, вып. 3, София, 1899, стр. 151). Во многих могилах найдено большое накопление костей и черепов, собранных в особом ящике или в особом сосуде (См. «Известия русского археологического института в Константинополе», VI, вып. 1, София, 1900, стр. 475-476; Археологические известия и заметки, издаваемые императорским Московским археологическим обществом, т. VII, М., 1899, № 8-10, стр. 275).

134) Л. Морган, Древнее общество, Л., 1935, стр. 140.

135) Там же, стр. 143.

136) Кацаров, указ. соч., стр. 89.

137) Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 109.

138) Hdt., IX.44; Arr., III.16.9; Plut., Dem., 42.

139) Arr., III.26.4, IV.14.5; Curt., VI.II.38.

140) Он писал: «De capitalibusrebus, vetusto Macedonummrdo inquirebati exercitus, in расе erat vulgi. Nihilpotestas regum volebat, nisi prius voluisset auctoritas» (Curt., VI.8.25).

Правда, здесь следует иметь в виду, что автор относил эти слова к определенному событию, связанному с заговором Филоты и заговором «пажей». Однако указание Курция не оставляет сомнения в том, что еще во времена Александра, при раскрытии заговора на его жизнь, вдохновитель этого заговора Филота был судим по старым обычаям, т. е. всем войском, причем сам Александр выступал в качестве обвинителя.

141) Arr., IV.11. К словам Арриана также нужно относиться с такой же осторожностью, как и к словам Курция. Эти слова приведены из беседы Каллисфена с Аристархом (Анаксархом. Обсуждается предложение Анаксарха воздавать Александру божественные почести — HF), в которой Каллисфен, противопоставляя общество и советников Камбиза и Ксеркса представителям из рода Геркулеса и Эака, указывает, что предки последнего (Александра — HF) пришли в Македонию и царствовали до сих пор не насильственно, а согласно македонским законам.

142) FHG, v. р. 320-321, frgm. 249.

143) Белох. История Греции, I, II, стр. 382, прим. 3.

144) См. Rostowzew. Studien zurgeschichte des röm. Kolonats, 251, сл. Kaerst, I, 182, Дройзен, I, стр. 47, прим. 22. Однако эту надпись, чрезвычайно интересную и важную, следует использовать с большой осторожностью, т. к. у нас нет полной уверенности в том, что она не переносит более поздних отношений на ранние. См. С. И. Ковалев, Македонская оппозиция в армии Александра, «Известия ЛГУ», 1930, стр. 162, прим. 81.

145) Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, М, 1957, стр. 165.

146) Arr., III.16; Curt., V.2.6; Diod., XVII.57.2.

147) FHG. v. I, р. 283; Theop., frgm. 30; ср. Synkell, р. 262; FHG. v. Ш, р. 689-690, Porphyrii Tyrii fragmenta, 1; Just. VH, I.

148) Согласно легенде, Каран, потомок Теменеса, брат могущественного царя Фейдона из Аргоса, желая приобрести себе царство, собрал в землях своего брата и остальной части Пелопоннеса греческое войско и направился, по предсказанию дельфийского оракула, на север. Здесь он поддержал находящегося в войне с эордами царя орестов с условием получить половину страны и основал город и царство македонское (См. Diod., frgm. LVII, VII.15). Несколько иначе об этом рассказывает Юстин (Just., VII.1.7; Solin, 15). По его словам, Карану во время его завоевательного похода оракул приказал следовать за стадом коз. В Эматии стадо, ища убежище от дождя, забежало в город Эдессу. Войско, не замеченное жителями благодаря дождю и сильным туманам, последовало за ним и заняло этот город. С этих пор город был переименован в Эги (от слова «коза») и стал столицей царства. С того времени при походах войско сопровождали козы (Just., VII.1.9-10). Другие цари объединили разные племена и основали македонское царство. Иное сказание о Каране мы встречаем у Феопомпа и Диодора. Они указывают, что Каран был братом аргийского царя Фейдона, который воевал с Кисеем, царем эордеев. Он успел разбить эордеев, получить половину завоеванной им области, обещанную царем орестов за помощь. Там он основал город, завоевал Македонию и установил свою власть, которая впоследствии перешла к его наследнику Кену. Павзаний подтверждает мысль о том, что Каран боролся с Кисеем и победил его (Paus., IX.40.8).

С мифом о Каране ассоциируется миф об Архелае, свободно переработанный Еврипидом для его драмы «Архелай». Если мы сопоставим предание о Каране с содержанием драмы Еврипида, то найдем в них много точек соприкосновения. Это говорит о том, что в основе еврипидовской драмы «Архелай» лежит бесспорно предание о Каране (См. Бешевлиев, указ. соч., стр. 42). По этому мифу, Архелай, сын Теменеса, изгнанный своими братьями, пришел в Македонию к царю Кисею. Последний за помощь в борьбе с соседями обещал Архелаю в случае успеха дочь и царство. Архелай победил врагов, но царь раскаялся в своем обещании и хотел лишить Архелая жизни. Но последний был предупрежден об этом одним рабом. За измену он сталкивает Кисея в обрыв и вслед за козой бежит, как ему предсказывает божество, в Македонию и строит там город Эги.

Г. Кацаров указывал, что в легенде о Каране вскрыт зооморфный миф. Македоняне первоначально почитали бога-козла по имени Каран (рогатый). Поэтому на знамени македонского войска и на монетах было изображение козла (Г. Кацаров, указ. соч., стр. 38). Сам царь в позднейшее время тоже украшал свой шлем рогами. Интересно отметить, что в ранний период козы у фракийцев считались тотемными животными. Козел был главным атрибутом бога Гермеса, который считался фракийским божеством. Из Фракии этот культ был заимствован греками (См. «Исторически преглед», 1950, № 4-5, стр. 547).

149) R. Paribeni, указ. соч., стр. 27-28.

150) Hdt., VIII.137, 138.

151) В. Клингер считает предание Геродота о трех братьях обыкновенной сказкой (В. Клингер, Сказочные мотивы в истории Геродота. Киев, 1903, стр. 94 сл.). Такие мотивы имеются в болгарских народных сказках, в немецких и др. В. Бешевлиев приходит к выводу, что в Геродотовом предании о происхождении македонского царского рода содержатся три различные составные части: 1) народная сказка, 2) воспоминания о действительных событиях, связанных с пребыванием трех братьев в Иллирии, 3) упоминание предания о гераклидском происхождении македонских царей из Аргоса.

152) В. Бешевлиев, указ. соч., стр. 33.

153) О Пердикке Геродот приводит только одни легенды. Также мало сообщают источники и о сыне Пердикки — Аргее, который управлял царством 15 лет (ок. 659—645 гг. до н. э.). Мы имеем сведения о войне, которую вел Аргей с Галаурой — царем иллирийского племени Гавлантии, которое жило в южной Иллирии и предпринимало грабительские походы на Македонию (Polyaen, IV.I). Македонским племенам приходилось вести суровую борьбу с иллирийцами и фракийцами, не раз наводнявшими страну (Just., VII.2.6).

Сын Аргея, Филипп I (644—640 гг.), пал в битве с иллирийцами, оставив несовершеннолетним своего сына Эропа (639—574 гг.). При нем иллирийцы снова напали на Македонию и разбили македонские ополчения. Лишь ценою больших усилий царю удалось во второй раз разбить неприятеля (Just., VII.2.6, сл.).

С 573—541 гг. до н. э. царем был Алкета, о котором никаких определенных сведений также не сохранилось.

154) Линкесты, опираясь на соседей — иллирийцев, — пытались уничтожить македонское царство. Вплоть до эпохи Александра они были самыми ярыми врагами единства Македонии. В состав македонского государства они вошли позднее и только принудительным путем.

155) Мы имеем мало вещественных данных, эпиграфических или нумизматических до V в. Аминта I — первый македонский царь, о котором имеются более достоверные сведения.

156) Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 168.

157) Там же.

158) Там же.

159) Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 168.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Антонин Бартонек.
Златообильные Микены

А. Ф. Лосев.
Гомер

Дж. Пендлбери.
Археология Крита

Хельмут Хефлинг.
Римляне, рабы, гладиаторы: Спартак у ворот Рима

В.И.Кузищин.
Римское рабовладельческое поместье
e-mail: historylib@yandex.ru
X