Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
А. Р. Корсунский, Р. Гюнтер.   Упадок и гибель Западной Римской Империи и возникновение германских королевств

Глава 5.Бургундское королевство

Древнейшие поселения бургундов находились, по-видимому, в южной Норвегии. Примерно во II в. до н. э. племя направилось к югу, жило, вероятно, некоторое время на острове Борнхолм (Бургундерхолм?) и затем в I или II в. н. э. оно поселилось в области между Средним Одером и Нижней Вислой. Около 200 г. (или в первой половине III в.) бургунды под давлением гепидов отступили к юго-западу и, пройдя Лаузиц и Гарц, достигли Верхнего Майна. Оттуда они предпринимали набеги на римскую территорию, при этом все время продвигаясь вниз по Майну. Первым сражавшимся с ними императором был Проб. Бургунды оттеснили алеманнов к западу и юго-западу и в середине IV в. дошли до впадения Майна в Рейн.1)

Распри между алеманнами и бургундами использовали римляне; император Валентиниан I (364—375) заключил союз с бургундами и натравил их на алеманнов (около 370 г.). Борьба между обоими племенами вызывалась и экономической причиной: оба племени стремились завладеть залежами соли, находившимися между областями алеманнов и бургундов.2)

По уровню своего социального и политического развития бургунды не представляли собой племенного союза; однако растущая социальная дифференциация и численность бургундов отличали их от небольших племен Ранней империи; поэтому мы определим их структуру как крупное племя.

Когда в 407 г. вандалы, аланы и свевы вторглись в Галлию, бургунды во главе со своим племенным королем Гундахаром (Гунтиаром — королем Гунтером сказания о Нибелунгах) заняли Майнц и прилегающую долину Рейна. Оттуда они вместе с аланами во главе с их племенным вождем Гоаром вторглись в нижнегерманскую провинцию и поддержали галльского узурпатора Иовина (411—413), выступившего против императора Гонория.

В 413 г. бургунды были признаны Западной Римской империей федератами и получили места для поселений в районе Вормса. Они находились еще на стадии разлагающегося родового общества, однако их социальная и имущественная дифференциация углублялась, и, вероятно, уже в это время у них появились первые [85] элементы классообразования, причем высшие слои группировались вокруг упрочившего свою власть короля. В это же время бургунды приняли христианство, но остается спорным, в форме ли арианства или католичества. Во всяком случае в их более поздних поселениях в Сабаудии они выступают как христиане арианского толка.3)

В занятой бургундами области раньше жили вангионы, германское племя, получившее, по-видимому, в первые десятилетия I в. н. э. разрешение от Рима на поселение между Вормсом и Майнцем.

Это племя еще до переселения подверглось сильному кельтскому влиянию, а в последующие века было в значительной степени романизировано. Занятая бургундами область в Рейнланд-Пфальце политически принадлежала римской провинции Germania Superior (Верхняя Германия), которая после административной реформы Диоклетиана стала называться Germania Prima (Германия I).

Центром провинции был Могунтиак (Майнц) — важный военный центр в системе защиты римских границ на Рейне. В III в. город был обнесен крепкой стеной, однако, несмотря на это, его в 368 г. разорили алеманны, а в 406—407 гг. опустошили аланы и свевы. До середины IV в. в Майнце стоял легион, а затем до начала V в. находился командир (dux) пограничного отряда. Ремесла и торговля Майнца в значительной степени быди направлены на удовлетворение потребностей гарнизона. В сельских местностях, господствовало типичное хозяйство римских вилл. Сельское хозяйство, скотоводство и ремесла снабжали своими продуктами в первую очередь пограничные войска в области Майнца, Альцея, Вормса, Крейцнаха и Бингена.4) Местное кузнечное ремесло процветало в районе Вормса и в бургундско-франкское время.5)

В 30-е годы V в. бургунды попытались проникнуть в провинцию Белгику, однако натолкнулись на энергичный отпор, оказанный им полководцем Западной Римской империи Аэцием. С помощью гуннских наемников он в двух битвах (435 и 436 гг.) разбил бургундов; в этих битвах была уничтожена значительная часть бургундского племени и убит король Гундахар с братьями. Гибель бургундов, населявших область Вормса, легла в основу созданной позже «Песни о Нибелунгах». Часть бургундов продолжала жить в поселениях на правом берегу Рейна. В 451 г. они были вынуждены последовать за королем гуннов Аттилой в его походе в Галлию.6)

Остатки бургундского племени, избежавшие уничтожения в 436 г., Аэций вновь разместил в качестве римских федератов в области Сабаудия, охватывавшей территорию кантонов Во и Фричбур в Западной Швейцарии, департаменты Дуб и Верхнюю Сону (не выходя, однако, за пределы Соны), земли между Эной и Соной, преимущественно к северу от Лиона. В этих районах ветречаются бургундские названия мест, в ходе археологических раскопок обнаружен ряд предметов, в первую очередь металлические [86] украшения поясов, которые могли принадлежать бургундам. В целом, однако, в Сабаудии обнаружено очень мало археологических находок, которые с уверенностью можно было бы отнести к бургундам. Вероятно, предметы, найденные в захоронениях бургундов, мало отличаются — или совсем не отличаются — от предметов, найденных в захоронениях местного галло-римского населения, с которыми бургунды быстро ассимилировались. Большинство «бургундских» некрополей в этой области следует датировать уже временем франкского господства (после 534 г.). Таким образом, бургундские поселения можно характеризовать политически (но не по их культурному значению) как небольшой анклав на галло-римской территории.7)

Новое поселение бургундов находилось в римской провинции Viennensis, в последующие десятилетия оно распространилось на часть провинции Maxima Sequanorum, Lugdunensis Prima, Narbonensis Prima и Narbonensis Secunda. Однако Прованс и тем самым доступ к Средиземному морю был для них закрыт. В занятых бургундами галло-римских городах царила оживленная ремесленная деятельность, не прекращалась также торговля с Провансом и Италией. Наряду с мелкими и средними виллами на городской территории, в сельских местностях существовало и крупное землевладение. Важнейшими городами были Лион и Женева.

Главной военной задачей бургундских федератов в Сабаудии была защита северной границы от алеманнов. Аэций имел, вероятно, также в виду возможность использовать их военную силу в намечающемся конфликте с гуннами.

Бургунды, как и вестготы, получили в соответствии с римским законом о расселении варваров в качестве «гостей» две трети пахотной земли их «хозяев», половину лесов и лугов и треть рабов. Поскольку в V в. вследствие экономического кризиса и недостатка рабочих рук едва ли не половина пригодной для обработки земли пустовала, это ограничение крупного землевладения не воспринималось галло-римской аристократией как серьезный ущерб.8) К тому же германские пришельцы получали преимущественно земли императорского фиска. Земля и впредь обрабатывалась в соответствии с позднеримской традицией. Крупные галло-римские землевладельцы сохранили свои привилегии, свой патроциний, свою юрисдикцию; крупные магнаты сохранили личные военные дружины и т. д.9) К бургундам перешли военные задачи, которые раньше выполнял дукат Галлии; предводители бургундских отрядов были уравнены в правах с римскими офицерами, префектами и препозитами пограничных войск.10)

Поселение бургундов в Галлии и раздел земли с галло-римлянами ускорил процесс разложения родового строя бургундов. Кровнородственные группы (фараманны) распадались, хотя следы их отчетливо видны еще ко времени составления Бургундской Правды при короле Гундобаде. Земельный надел или земельный участок (sors) все более приближался к франкскому аллоду. Германские поселенцы (consortes) сообща владели неподеленными [87] угодьями, лесами и пастбищами. Между соседями (vicini) и совладельцами (consortes) существовали тесные хозяйственные связи. Остатки кровнородственных связей позднеродовой общины распались через несколько десятилетий после раздела земли с римлянами. Sors превратилась из земельного надела большой семьи в частную земельную собственность малой семьи, в свободно отчуждаемую собственность индивидуальной семьи.11)

В Сабаудии возникло Бургундское королевство. Сначала его столицей была Женева. Страна была разделена на три пага: Genavensis (Женева и примыкающая к ней область), Equestris (Нион и его район) и Vallensis (долина Верхней Роны). При короле Гундиохе королевская власть укрепилась в тесном союзе с галло-римской аристократией, представители которой и в Бургундском королевстве занимали высокие государственные должности. В каждом паге был комит для германцев и второй комит для римского населения. Сами короли получали почетные титулы от римских императоров, такие, как vir illuster (высший ранг позднеримской сенаторской аристократии), они занимали должности высших западноримских военачальников и получали высший титул, который могли предоставить императоры Западной и Восточной империи — титул патриция. Эти титулы подняли их авторитет среди галло-римского населения. Для бургундов же они были королями (reges) и властителями (domini). Около второй половины V в. процесс формирования бургундского королевства завершился.12)

После смерти Авита (456) бургунды, воспользовавшись неустойчивостью сложившихся отношений, стали постепенно расширять свою территорию к югу, вниз по Роне. По договоренности с галло-римской сенаторской аристократией этой области они заняли часть провинции Лугдунензис и Максима Секванорум, в 457 г. захватили Лион. С вестготами их в этот период связывали дружеские отношения; в 456—457 гг. бургундские вспомогательные отряды сражаются на стороне вестготского короля Теодериха II со свевами в Испании. В 458 г. Лион был вновь взят западноримскими войсками под командованием императора Майориана, и городу пришлось уплатить большую дань, однако с 461 г. Лион окончательно перешел к бургундам и стал новой столицей королевства.13)

Однако, несмотря на приверженность части галло-римской аристократии Бургундскому королевству, многие лишь неохотно мирились с изменением политических условий. Для них бургунды по-прежнему оставались диким и вероломным народом. Выразителем их настроений стал Аполлинарий Сидоний, высказавший в 60-е годы V в. в стихотворении к своему другу сенатору Катуллину свое высокомерное презрение к германцам: «Что просишь ты меня, надеясь, что я в добром здравии, сложить стихи во славу Венеры, любимицы фесценнинских песен, когда я нахожусь среди полчищ длинноволосых варваров, вынужден слушать германскую речь, с мрачным видом выносить многократно похвалу тому, что поет обожравшийся бургунд, смазывающий волосы прогорклым [88] маслом? Сказать тебе, что мешает вдохновению? Муза, изгнанная щипковыми инструментами варваров, пренебрегает шестистопным ямбом (т. е. гексаметром. — Р. Г.) с тех пор как она видит семифутовых патронов... Тебя ведь не преследует отвратительный запах чеснока и вонючего лука, который отрыгивается, отравляя воздух, с раннего утра в течение десяти трапез, тебя не обременяет целый день — будто ты их престарелый дед или муж их кормилицы — толпа таких великанов и в таком количестве, что прокормить их не могла бы даже кухня Алкиноя».14)

Однако католическая церковь не разделяла это презрение к германцам. Папа Гиларий (461—468) называл короля Гундиоха, несмотря на то что тот был арианином, «сыном нашим» (films noster). Столь же лестным обращением был почтен папой Гелазием (452—496), несмотря на приверженность арианству, и остготский король Теодерих.15)

После убийства Майориана (461) бургунды вновь воспользовались политической слабостью Рима и сумели распространиться дальше на юг. В 463 г. они уже в Ди, в 466 г. в Отене, а между 470 и 474 гг. они осели в Вьенне и в Вэзоне. В этот период отношения между вестготами и бургундами испортились в результате борьбы за Прованс. Границей между ними осталась Дуранса, и вестготы сохранили господство над Провансом.

В 472—474 гг. бургундские отряды вместе с галло-римской аристократией защищали от нападений вестготов Овернь. Примерно с 474 г. бургунды постепенно продвинулись к северу от Женевского озера; в 479 г. они взяли Дижон, затем Безансон, а в 485 г. Лангр.

Создание Бургундского королевства не уничтожило полностью находящееся в упадке рабовладельческое общество. Процесс распада общественных отношений поздней античности продолжался и в рамках этого королевства; существовали еще античные формы рабства, колоната и крупное галло-римское землевладение, причем рабы все больше и больше сближались с колонами. Бургунды селились обычно разбросанно среди галло-римских владений и имели также своих римских колонов. Сближение рабов и колонов выражалось, например, в том, что господин раба больше не нес ответственность за ущерб, причиненный кому-либо его рабом без его ведома. Рабы обязаны были возмещать ущерб из своего пекулия. Вместе с тем, однако, еще существовало резкое юридическое разграничение между рабами и свободными. Если свободная выходила за раба, оба карались смертью.16) По всей видимости, в бургундском королевстве было еще много рабов, как германских, так и галло-римских.17) В правовых источниках упоминается торговля рабами.18) Особым статусом обладали королевские рабы: вергельд за их убийство был равен вергельду за убийство свободного бургунда.19) Со второй половины V в. возникают бенефиции бургундской служилой знати.20) А. И. Неусыхин указывает в этой связи: «Из слияния старой. родоплеменной и служилой знати начал складываться будущий господствующий класс, а из разоряющихся [89] свободных, вольноотпущенников, колонов и посаженных на землю-рабов — класс зависимого крестьянства».21)

После смерти Гундиоха Бургундское государство было разделено между его четырьмя сыновьями. Внутренняя борьба за престолонаследие сотрясала государство, пока на трон не вступил Гундобад (480—516), при котором Бургундия достигла вершины своего могущества. События развивались следующим образом.

Когда умер Гундиох, Гундобад был изгнан своим дядей Хильперихом I из пределов государства и нашел приют в Западной империи. Его братья провели вышеупомянутый раздел страны; резиденцией Хильпериха II стал Лион, Годегизеля — Женева иг Годомара — Вьенна. Гундобад стал при дворе Равенны преемником умершего в 472 г. высшего военачальника Западной Римской империи Рикимера.22)

После краткого царствования императора Олибрия, находившегося под влиянием вандальского короля Гейзериха, Бургундское королевство в течение некоторого времени определяло политику Западной Римской империи. После смерти Олибрия Гундобад посадил на императорский престол в Равенне Гликерия (473—474), который предоставил ему полную свободу действий. Гликерия сменил присланный из Византии император Юлий Непот (474— 475), который отстранил Гундобада. Тогда тот вернулся на родину и вытеснил из Женевы Годегизеля. Однако бургунды утратили свой статус федератов лишь с падением Западной Римской империи в 476 г. Они воспрепятствовали продвижению алеманнов в Швейцарию и помогли западноримской армии под командованием Аэция разбить в 451 г. гуннов Аттилы, послав в поддержку свои войска.

В 491—492 гг. Гундобаду удалось устранить обоих враждебных к нему братьев, Хильпериха II и Годомара. Но Годегизель, которого он некогда изгнал из Женевы, был еще жив. Гундобад заключил с ним союз и предпринял раздел государства. В 492—493 гг. Гундобад, используя войну между Одоакром и остготами, многократно вторгался в Северную Италию; в 493 г. он вернулся оттуда с богатой добычей и 6 тыс. пленными. Некоторое время Марсель, Арль и Авиньон в Провансе также находились Под властью бургундов, однако к началу VI в. они вновь отошли к вестготам. Собравшийся в 499 г. в Лионе синод особо отметил хорошее отношение Гундобада к католическим епископам его государства. К этому времени и ряд членов королевской семьи бургундов приняли христианство в форме католичества. Племянница Гундобада, ставшая женой франкского короля Хлодвига, принадлежала к католической церкви.23)

Около 500 г. между братьями — Гундобадом и Годегизелем. начались раздоры, которые перешли затем в военные действия. В их борьбу вмешался Хлодвиг, считая королевство бургундов легкой добычей, тем более, что Годегизель его поддерживал. В 500 или 501 гг. Гундобад был разбит войском Хлодвига близ Дижона и бежал в Авиньон. Хлодвиг преследовал его до [90] Вьенны — резиденции Годегизеля, но затем внезапно вернулся в свое государство, вероятно потому, что король вестготов Аларих II двинулся к его границам. Гундобад собрал новые силы и захватил Вьенну. В происшедших сражениях Годегизель был убит, и с этого времени Гундобад стал единоличным властителем Бургундского королевства. В 503 г. Хлодвиг и Гундобад встретились близ Оксерра и заключили соглашение, в силу которого Гундобад поддержал франкского короля в его войне с вестготами в 507 г.

Сильные контингенты войск бургундов вступили в борьбу на стороне франков не в последнюю очередь и для того, чтобы расширить собственную территорию к югу и юго-востоку. Однако вмешательство остготского короля Теодериха в 508—512 гг. вновь лишило бургундов их завоеваний. При этом Авиньон перешел под власть остготов.24)

Когда умер Гундобад, власть перешла к его сыну Сигизмунду (516—524), который уже в начале VI в. принял христианство в форме католичества. Важным свершением Гундобада и его римских юристов было создание в начале V в. двух сборников законов. Бургундская Правда (Lex Burgundiorium), которая составлялась и дополнялась в 501—515 гг., рассматривала дела бургундов, но применялась также в случае тяжб между бургундами и галло-римлянами. Второй сборник Lex Romana Burgundionum, составленный около 506 г., был предназначен для судебных разбирательств тяжб между галло-римлянами, проживавшими в Бургундском королевстве. Этот кодекс был компиляцией предписаний позднеримского права, преимущественно из кодекса Феодосия. Браки между бургундами и римскими гражданами не разрешались. Однако мирное сосуществование между ними этим не нарушалось. С недавнего времени нам стали известны раскопки бургундских захоронений в Моннэ-ла-Вилль (департамент Юра), совершенных бургундами в середине V в. на ранее существовавшем кладбище. Обе группы населения и впредь сообща пользовались этим некрополем; уже одно это может служить свидетельством добрососедских отношений между бургундами и галло-римлянами в сельских местностях.25) Бургунды не создали какого-либо собственного обряда захоронения, отличающегося от галло-римских обычаев.

Бургундская Правда представляла собой сочетание предписаний обычного права, составленных преимущественно в период расселения, и новых королевских привилегий, возникших после создания королевства. Наследник Гундобада Сигизмунд сделал еще ряд добавлений. В соответствии с римской традицией отдельные законы датировались годами римских консульств. Не только в Lex Romana Burgundionum, но и в Бургундской Правде отчетливо проступают следы влияния позднеримского вульгарного права.26) В соответствии с предписаниями Бургундской Правды о наказаниях свободные бургунды делились на три юридически отделенные друг от друга группы: на оптиматов, называемых также potentiores, potentes или honestiores, представляющих собой возникающий господствующий класс; на средний слой свободных, определяемых [91] как mediani или mediocres, и низший слой свободных — minimi, inferiores, humiliores или viliores. В соответствии с этим делением различался и вергельд, уплачиваемый за убийство свободного. Вергельд оптимата составлял 300 солидов, свободного среднего слоя — 200 солидов, а низшего свободного — 150 солидов.27) Еще ниже стояли вольноотпущенники и рабы. Масса воинов-бургундов, которые стали владельцами наделов (sortes) и свободными крестьянами, принадлежала, вероятно, к средней категории свободных. Служилая знать короля принадлежала к оптиматам; к ним были приравнены и католические епископы. Третью низшую группу составляли, вероятно, разорившиеся свободные. Галло-римляне также обладали правом носить оружие и были обязаны служить в армии. Браки между бургундами и сельским галло-римским населением разрешались. Преследование беглого раба не прекращалось, по бургундскому праву, за давностью срока.28)

Католическая церковь стремилась усилить свое влияние в Бургундском королевстве. Так, например, если в Южной Галлии католический клир в начале VI в. совершенно очевидно враждебен по отношению к арианам-вестготам и поддерживает католиков-франков, то антибургундских настроений католической церкви мы не обнаруживаем.29) Можно предположить, что причины этого заключались в следующем: во-первых, в то время бургунды состояли уже в союзе с франками, и, во-вторых, наследник престола Сигизмунд уже перешел в католичество.

Как и в других возникших в этот период германских королевствах, и в Бургундии народное собрание носящих оружие свободных отошло в прошлое. Муниципальные учреждения Поздней Римской империи продолжали функционировать в Вьенне и Лионе, а также в других местах. И в бюрократическом аппарате королевской канцелярии продолжали действовать римские традиции. Известен галло-римский юрист при дворе Гундобада Лаконий, игравший здесь такую же роль, как Лев Нарбоннский при дворе вестготов.

При короле Сигизмунде католическая церковь достигла цели, к которой она давно стремилась. По примеру короля последовал общий переход в католичество. Это было, в частности, успешным завершением беспрерывных усилий епископа Авита Вьеннского (494—518), князя церкви в ранге сенатора галло-римского происхождения.

Сигизмунд видел в католической церкви подходящего союзника, способного помочь ему упрочить королевскую власть в борьбе с поднимающейся знатью. Перед лицом могущественных соперников, франков и остготов, он пытался также установить дружественные отношения с Византией. В письмах к императору Анастасию (491—518) он именует себя солдатом императора, утверждает, что Бургундское королевство является частью Империи, уверяет, что ждет приказаний императора.30) В свою очередь Анастасий наградил его почетными титулами magister militum Galliae и [92] патриция. Еще будучи наследником престола, Сигизмунд основал в 515 г. монастырь Агом (Сен-Морис в Валэ), куда он потом и удалился. Церковный собор в Эпаоне 517 г., во главе которого стоял Авит Вьеннский, подтвердил дружественное отношение церкви к бургундскому королю.31)

Сорок решений собора относились к положению клира, церковному имуществу, религиозным обычаям, вопросу о смягчении положения рабов и к правам епископов. Церкви, захваченные-арианами, были возвращены католикам. После смерти императора Анастасия византийско-бургундские отношения изменились.. Новый император Юстин (518—527) стремился улучшить отношения с остготами, тогда как Сигизмунд сохранял к ним враждебность, вследствие чего он оказался во внешнеполитической изоляции.

Однако провизантийская политика короля встречала одобрение отнюдь не всех знатных бургундов. В их кругах образовалась оппозиция, ослабившая положение короля. В 522—523 гг. франки и остготы вторглись в Бургундию. Остготы прошли через Дурансу на север и заняли ряд бургундских городов. В сражении с франками в 523 г. бургундское войско было разбито. Сигизмунд пытался найти убежище в монастыре Агом, но попал в руки франков; его младшему брату Годомару удалось бежать. В том же году Сигизмунд умер и через год трон перешел к Годомару, последнему королю бургундов (524—534).

С новыми силами Годомар в 524 г. победил франков, сражавшихся под предводительством королей Хлодомера и Теудериха, в битве под Везеронсе, в которой Хлодомер был убит. Хотя тем самым прежняя граница с франками была восстановлена, южные области между Дурансой и Изером остались во власти остготов.

О дальнейшей политике Годомара известно мало. На собрании знатных (Conventus Burgundionum) в Амберье в 524 г. были приняты добавления к Бургундской Правде. В них шла речь о праве принимать бургундов, бежавших из областей, занятых остготами, и наряду с прочими рассматривался вопрос об отпуске на волю рабов, бежавших в военное время в Бургундию.32) В 533 г. остготская королева Амаласунта, правившая от имени своего сына Аталариха, вернула бургундам захваченные у них области, желая заручиться их поддержкой.

Однако это не могло уже предотвратить близкую гибель Бургундского государства. В 534 г. объединенные франкские войска под командованием королей Хильдеберта, Хлотаря и Теудеберта разбили бургундов в решающей битве под Отеном. Годомар находился в осажденном городе, который вскоре был взят франками. Источники сообщают различные версии о дальнейшей судьбе Годомара; неизвестно, был ли он убит, взят в плен или ему удалось бежать. Во всяком случае больше о нем никаких сведений нет; с ним погибло и Бургундское государство.33)

Три франкских короля разделили между собой Бургундское королевство. Теодеберт получил его северную часть с городами [93] Отен, Лангр, Безансон, Аванш и Шалон-на-Соне; Хильдеберт взял центральную часть с Маконом, Женевой, Лионом и Вьенной, а Хлотарь — Гренобль, Баланс, Ди и прилегающие районы.

Бургунды не оставили следов собственной материальной и духовной культуры, если не считать мелких предметов обихода в захоронениях и ремесленных изделий, в первую очередь оружия. Как уже было указано выше, бургундские короли охотно перенимали позднеримские традиции в значительной степени и потому, что противопоставляли их обычаям родоплеменной знати. Существует лишь очень немного памятников бургундского языка, литературы на языке бургундов нет. Романизация бургундского населения шла очень быстро. У бургундов вошли в оборот золотые монеты с изображением, византийских императоров. Латынь осталась языком административного управления, порядок взимания налогов для галло-римлян также не изменился. От латинской поэзии при королевском дворе бургундов не сохранилось ничего; нам известно лишь, что при дворе Хильпериха некий Секундин, а при дворе Гундобада некий Гераклий исполняли роль придворных поэтов. Законы бургундов сохранили свое действие вплоть до IX в.34)

Бургундский народ был, вероятно, слишком немногочислен, чтобы при превосходящем числе галло-римлян длительное время сохранять свое своеобразие. К тому же численность бургундов значительно уменьшилась в кровопролитных войнах. Римская же культура сохраняла еще такую притягательную силу, что бургунды и не пытались создать нечто свое. Решающим фактором было военное превосходство франков, противостоять которому они не могли на той стадии, когда новые общественные отношения еще не получили должного развития. После завоевания государства франками бургундская знать была полностью интегрирована и «включена» во франкскую систему господства.35) В последующие века бургунды играли определенную роль в этногенезе французского народа. [94]



1) Krüger В. (Hrsg.) Die Germanen. Bd 1, S. 54, 386; Ptolemäus. Geographica, 2, 11; Plin. Nat. hist. 4. 99; Dixon Ph. Barbarian Europe, p. 12 (карта).; Diesner H.-J. Die Völkerwanderung, S. 130f.; P err in O. Les Burgondcs, p. 92-97, 101-108, 136-140; Demougeot E. La formation de [222] l'Europe et les invasions barbares de l'avènement de Dioclctien au début du; VIe siècle. Vol. 2, p. 248-251.

2) Amm. Marсel., 28, 5, 9-14.

3) Orosius 7, 32, 11-15; Socrates. Hist, eccles., 7, 30; Demougeot E. Op. cit., p. 492; Günther R., Kopstein H. (Hrsg.): Die Römer an Rhein and Donau, S. 374.

4) Günther R., Коsptein H. Op. cit., S. 180.

5) Ср.: Ausgrabungsiniormation in «Der Tagesspiegel». (West-)Berlin,, от 5.10. 1980.

6) Chronica Gallica a.452, 118 (Chronica minora 1, 660); Prosper, Chron.,, 1322 (Chronica minora 1, 475); ср.: Apoll. Sid., Carm. 7, 232-235.

7) Воuffard P. Nécropoles burgondes de la Suisse. Les garnitures de ceinture, p. 9-13; 43, 65 (Puc. 6), 79-86; Mооsbrugger-Leu R. Die Schweiz zur Merowingerzeit. Bd 2, S. 15k; Martin M. Archäologische Aspekte zur burgundischen Geschichte. — In: IXe Congrès Union Internationale des Sciences Préhistoriques et Protohistoriques. Nice, 1976. Colloque XXX: Les relations entre l'Empire Romain tardif, l'Empire Franc et ses voisins, p. 201s.; Berchem van D. L'établissement des Burgondes en Sapaudia. — In: 14e Rencontre du Centre Européen d'études burgondes médianes. Genève, 1972, p. 59-64.

8) Musset L. Les invasions. Les vagues germaniques, p. 285s.; LBurg., 54.

9) Bruguière M.-B. Littérature et droit dans la Gaule du Ve siècle, p. 278; Demоugeоt E. Op. cit., vol. 2, p. 493-497.

10) Folz R., Guillou A. e. a. De l'Antiquité au Monde Médiéval, p. 56.

11) Njeussyсhin A. I. Die Entstehung der abhängigen Bauernschaft, S. 427-454; о Бургундской правде прежде всего S. 442f.

12) Musset L. Op. cit., S. 113f.

13) Demougeot E. Op. cil, vol. 2, p. 650-656; Fоlz R., Guillou A. e. a. Op. cit., p. 66s.; Perrin O. Op. cit., p. 335-346; Dixon Ph. Op. cit., p. 66 (карта).

14) Apoll. Sid. Carmen XII.

15) Concilia Antiqua Galliae. Ed. Sirmоnd, 1, 132; ср.: Perrin O. Op. cit.. p. 342.

16) LBurg., 35, 2.

17) LBurg., 10, 2.

18) LBurg., 56, 1; Const. Extravag. D, tit. 21, 2.

19) LBurg., 2, 1.

20) Njeussyсhin A. I. Op. cit., S. 455-459.

21) Ibid., S. 459.

22) Demougeot E. Op. cit., vol. 2, p. 656s.

23) Ibid., p. 661s.; Perrin O. Op. cit., p. 448 (карта).

24) Demougeot E. Op. cit., vol. 2, p. 662-671.

25) О Lex Romana Burgundionum см.: Wenger L. Die Quellen des römischen Rechts, S. 558-560; о Monnet-La-Ville см.: Mercier Cl. et Mercier-Rolland M. Le Cimetière burgonde de Monnet-La-Ville. P., 1974; Ament H. Franken und Romanen im Merowingerreich als archäologisches Forschungsproblem. — In: Bonner Jahrbücher, 178, 1978, S. 377-394, о Monnet-La-Ville S. 382f.

26) Gesetze der Burgundern Hrsg. von F. Вeyerle, Weimar, 1936; Perrin O. Op. cit., p. 467-479.

27) Njeussychin A. I. Op. cit., S. 454k; LBurg. 2, 2; Perrin O. Op. cit., p. 487-494.

28) Demougeot E. Op. cit., vol. 2, p. 664-666.

29) Rouche M. L'Aquitaine des Wisigothes aux Arabes (418—781). Vol. 1, p. 32.

30) Avitus. Epist. 93s.

31) Perrin O. Op. cit., p. 516s.

32) Demougeot E. Op. cit., vol. 2. p. 672s.

33) Perrin O. Op. cit., p. 538-540.

34) Vogt J. Der Niedergang Roms, S. 450-466.

35) Musset L. Op. cit., p. 207; Воsi К. Die ältesten sogenannten germanischen Volksrechte und die Gesellschaftstruktur der Unterschichten. — In: Gesellschaft, [223] Kultur, Literatur. Festschrift für L. Wallach. Hrsg. К. Воsi, Stuttgart, 1975, S. 137; Irsigler F. Untersuchungen zur Geschichte des frühfränkischen Adels.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Сергей Утченко.
Юлий Цезарь

Глеб Благовещенский.
Юлий Цезарь

А. А. Молчанов, В. П. Нерознак, С. Я. Шарыпкин.
Памятники древнейшей греческой письменности

Чарльз Квеннелл, Марджори Квеннелл.
Гомеровская Греция. Быт, религия, культура

Юлий Цезарь.
Записки о галльской войне
e-mail: historylib@yandex.ru
X