Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
А. И. Неусыхин.   Судьбы свободного крестьянства в Германии в VIII—XII вв.

4. Распределение земельной собственности в различных населенных: пунктах Тироля в X—XI вв. (по дарственным и меновым сделкам)

Некоторые данные о распределении земельной собственности в разных областях Тироля можно почерпнуть из группировки дарений и меновых сделок по различным деревням. При этом, конечно, не следует забывать, что таким способом нельзя нарисовать полную картину распределения земельной собственности, так как мы узнаем из грамот лишь о тех земельных владениях, которые стали объектами сделок. Однако, принимая во внимание эту оговорку, мы все же можем попытаться составить некоторое представление о характере земельной собственности, особенно в тех деревнях, откуда исходило сравнительно значительное количество дарственных и меновых актов. Впрочем, некоторые выводы, как увидим ниже, можно сделать и относительно населенных пунктов с небольшим числом сделок.

Приступая к исследованию дарственных и меновых актов по деревням, считаем нужным прежде всего произвести группировку самих населенных пунктов как по различным географическим районам Тироля, так и по степени освоения земельных владений в тех или иных деревнях крупными и мелкими собственниками феодального типа. По этому последнему признаку можно разбить населенные пункты, встречающиеся в наших картуляриях на следующие три группы: 1) деревни, которые, по-видимому, уже к концу X — началу XI в. были освоены вотчинниками и из которых исходят дарения главным образом собственников мелковотчинного типа или крупных феодалов; 2) населенные пункты, в которых только начинается проникновение более или менее крупных собственников и откуда вплоть до второй половины XI в. исходит довольно много дарений средних и мелких собственников; 3) деревни, в которых наряду с дарителями мелковотчинного типа встречаются и средние собственники, принадлежащие к промежуточному слою, и мелкие собственники крестьянского типа.

К первой из намеченных нами групп принадлежит прежде всего семь поселений, расположенных сравнительно недалеко от Бриксенского епископства (к северо-востоку от него) и к северу от более значительного поселения — Брунека, обозначаемого позднее как castrum165. Это — деревни Уттенхейм, Тессельберг, Ауфхофен (Ufhovon), вилла св. Георгия, Стега, Оланг (Olaga), Разен (Rasina) в порядке их расположения с севера на юг от Уттенхейма до Брунека; Олага и Разен находятся к востоку от Брунека.

К этой же группе относятся по характеру земельной собственности деревни Тристах и Аслинг (в Восточном Тироле, в районе Линца). Если мы пока оставим эти деревни в стороне, то перечисленные семь населенных пунктов представятся нам как некое единство, своего рода скопление или «гнездо» поселений вблизи Бриксенского епископства, т. е. того крупного вотчинника, с которым и вступали в дарственные и меновые сделки жители окрестных, а также и более отдаленных деревень.

Из этих семи деревень имеем как раз сравнительно мало дарственных и меновых сделок с Бриксенским епископством, и притом большую их часть совершают либо явные феодалы, либо собственники мелковотчинного типа. Так, в Уттенгейме и Тессельберге происходит в 985—993 гг. обмен небольшими земельными владениями между Бриксенским епископством и нобилем Льюто, которого мы отнесли выше по ряду признаков к мелким вотчинникам166. В Тессельберге167 находились земельные владения фогта Одальскалька, которые он передал между 993 и 1000 гг. Бриксенскому епископству в обмен на 4 югера заселенной земли в Уттенгейме168. В Уфхофене и в вилле св. Георгия (получившей свое название от соответствующего наименования церкви) в 985—989 гг. сделал два пожалования Бриксенскому епископству герцог Каринтии Генрих (он передал по одной гуфе в каждом населенном пункте)169. В поселении Олага в 985—993 гг. происходит меновая и дарственная сделка свободного (liber) Адальперта, в силу которой он становится чиншевиком епископского вассала, фогта Одальскалька и прекаристом самого епископа170. Более чем через полстолетия после этого бриксенский епископ Альтвин передает вотчиннику Перехтольту общинные угодья в окрестностях Олага, расположенные, судя по названию местностей, на горных склонах между населенными пунктами Гейзельберг и Хагабах; эти угодья обозначены в грамоте характерным германским словом gimeineda. Взамен Перехтольт передает епископству право пользования такими же угодьями, расположенными между поселениями Хагабах и Мюльбах (к северу от Брунека вплоть до возвьшенности Мунтиниуза)171. Отсюда явствует, что вотчинник Перехтольт, так же как и бриксенский епископ, около середины XI в. захватывал общинные пастбища, которые раньше, по-видимому, принадлежали жителям соответствующих деревень (характерно, что Перехтольт в это же время дарит луга в Антгольце)172. В Олага во второй половине XI в. были и другие владения бриксенского епископа; одно из них он выменивает на владения Белампрета в Антгольце173. К числу феодальных собственников принадлежала, по-видимому, и матрона Перхта, которая передает епископству в Олага владения (predium), ранее находившееся в держании ее вассала Адальперта174. К группе собственников мелковотчинного типа в этой деревне относится Гартман (nobilissimus), который между 1085 и 1097 гг. передает епископству в Салаха близ Олага predium и мельницу175.

В населенном пункте Стега, расположенном непосредственно в окрестностях Брунека (немного к северу от него и к югу от перечисленных ранее поселений) находились владения Бриксенского епископства, но в картулярии упоминается лишь одна гуфа в этом пункте, переданная епископством некоей Сванигильт (nobilis femina Svanihilt) в обмен на ее владения в графстве Пустрисса и в Рагене, состоявшие из пахотной земли и прав пользования альмендой — лугами, водами, горными дорогами и тропинками (владения Сванигильт описаны при помощи формулы принадлежности)176. Перечисленные в грамоте владения Сванигильт передала от имени своего мужа и трех своих внучек. Епископ предоставил ей в прекарий не только упомянутую гуфу в населенном пункте Стега, но и одну мельницу в Рагене и церковную десятину с переданного ею владения177, а также обязался ежегодно поставлять ей один воз вина. Прекарий действителен на срок жизни Сванигильт и ее мужа, но не переходит по наследству. Судя по характеру земельных владений Сванигильт в разных населенных пунктах и по факту уплаты ею церковной десятины с ее владений в Рагене, Сванигильт вряд ли была собственницей крестьянского типа: скорее это мелкая вотчинница; передача ей Бриксенским епископством в прекарий одной гуфы в селении Стега указывает на освоение владений в этом населенном пункте собственниками мелковотчинного типа, связанными с Бриксенским епископством.

Несколько отличается по количеству сделок от остальных шести пунктов, расположенных в районе Брунека, поселение Разен (Rasina), из которого исходит шесть сделок и которое фигурирует 17 раз в качестве места заключения таковых. По-видимому, Разен, расположенный к востоку от Брунека в долине Антгольца и на горных склонах южной ее части, был довольно значительным поселением: это явствует как из частого упоминания его в качестве места оформления сделок, так и из того, что он делится на Верхний и Нижний Разен (Ober-Rasen, Nieder-Rasen)178.

В начале XIII в. в Разене был небольшой бург, принадлежавший бриксенскому епископу179.

Из шести дарственных и меновых сделок, объектами которых являются земельные владения в Разене, три сделки совершают собственники феодального или мелковотчинного типа. Самый крупный из них, конечно, епископ бриксенский Альтвин, который передает во второй половине XI в. predium in loco Rasina двум свободным людям (liberi) по имени Сикко и Аппо в обмен на их владения в деревне Антгольц, находящейся к северо-востоку от Разена180. Другим собственником феодального типа в Разене является епископский вассал Тагини, передающий несколько позднее епископству в Разене земельное владение (predium), которое держит от него крестьянин Регингер181. Приблизительно за четверть века до этой сделки некий нобиль Вильгельм дарит епископству 12 пахотных участков без получения их в прекарий: весьма возможно, что Вильгельм был собственником мелковотчинного типа, хотя полной уверенности в этом нет ввиду недостаточности данных182. В отличие от него Готесхальк, который передает свои земельные владения (predium) в трех населенных пунктах — в Антгольце, Разене и в Гидоце возле Олага183, несомненно, принадлежит к собственникам феодального типа, так как в одной из грамот 1085—1090 гг.184 он назван в числе вассалов епископа Альтвина— наряду с другим епископским вассалом Викманом, фигурирующим в списке свидетелей упомянутой выше сделки Готесхалька.

По-видимому, феодальным собственником был и ingenuus Otto: он передает епископству в Разене (Ober-Rasen) между 1050 и 1065 гг. два двора, а также владение, полученное им по наследству от его брата Гартвига и состоящее из 12 югеров пахотной земли и 15 югеров луга; в том случае, если епископ найдет это количество лугов недостаточным, Отто готов прибавить в качестве компенсации еще 1 ager. Другой брат Отто, Одальрих, выменивает у епископа один из переданных Оттоном дворов на 2,5 югера пахотной земли185. Хотя объекты меновой сделки Отто и обоих его братьев сами по себе не дают оснований считать его феодальным собственником, но, вероятно, он тождествен с епископским вассалом того же имени, который через 15 лет после упомянутой сделки передает епископству земельное владение, примыкающее к двору в населенном пункте Фресниц186; местом сделки этого епископского вассала является населенный пункт Ауфхофен, который расположен недалеко от Разена; это дает основание к его отождествлению с ingenuus Otto, сделавшим несколько раньше дарение в Разене, тем более что его брат Одальрих в 1050—1065 г. сделал дарение в том же Фреснице, где он передал predium с 20 несвободными (mancipia)187.

Из числа дарителей в Разене (на протяжении второй половины XI в.) к собственникам нефеодального типа, по-видимому, принадлежала вдова некоего Родана — матрона Вилла, которая передала Бриксенскому епископству между 1050 и 1065 гг. совместно с двумя своими сыновьями владение в Разене (predium)188. Весьма возможно, что Вилла, которая упоминается в Бриксенском картулярии только один раз, и ее покойный муж Родан принадлежали к промежуточному слою мелких и средних собственников.

Тем не менее преобладание в Разене во второй половине XI в. собственников феодального и мелковотчинного типа позволяет отнести и это поселение к числу населенных пунктов, сравнительно рано освоенных вотчинным землевладением как самого Бриксенского епископства, так и других вотчинников. Конечно, отсюда не следует делать слишком поспешный вывод о полном исчезновении свободной крестьянской собственности в этих поселениях. Против такого вывода говорит одна из более поздних грамот (XII в.): согласно этой грамоте некий rusticus Откер, о зависимости которого от какого-либо вотчинника нет никаких сведений, передает Бриксенскому епископству во спасение своей души и своих родственников владения, которые он имел на возвышенности Имберг возле Разена189. Эта сделка свидетельствует против полного поглощения мелкой крестьянской собственности к концу XI — началу XII в. в селении Разен; ибо если даже это и единичный случай, то все же он характерен. С другой стороны, наличие таких случаев, конечно, не дает оснований к отказу от нашего общего заключения о большой роли вотчинного землевладения в семи деревнях, расположенных в окрестностях Брунека190. Это заключение приложимо также и к некоторым поселениям в районе Линца, а именно к деревням Тристах и Аслинг. Из четырех грамот картулярия, относящихся к селению Тристах, три грамоты оформляют поземельные сделки епископства с мелким вотчинником Скротом191, а четвертая фиксирует обмен владениями между Бриксенским епископством и патриархом Аквилеи192. Из шести грамот картулярия, относящихся к Аслингу, две фиксируют сделки Бриксенского епископства с тем же мелким вотчинником Скротом193, две другие оформляют дарения бриксенского каноника-нобиля Геримберта194, а остальные две тоже исходят от собственников вотчинного или мелковотчинного типа; один из них (ingenuus Цакко) передает владение (predium... in monte Aznic) и четвертую часть доходов с церкви там же195, а другой ingenuus Оци отказывается от притязаний на свои владения в Аслинге и совершает ряд дарений в нескольких населенных пунктах196. Населенный пункт Аслинг был расположен на горных склонах (может быть, на горной террасе): он лишь два раз обозначен как locus, а в остальных случаях как mons197.

Поселением иного типа, довольно сильно отличающимся по характеру распределения земельной собственности от разобранных выше, был населенный пункт Антгольц (или Энтгольц). Селение Антгольц расположено в составляющей северо-восточное ответвление Pustrissa vallis боковой долине р. Антгольц и по горным склонам вдоль нее на протяжении значительной части ее течения,— почти от озера того же названия в ее верховьях вплоть до Верхнего Разена. Антгольц состоит из трех составных частей: одна из них находится в верховьях р. Антгольц, другая — в среднем ее течении, а третья — ближе к низовьям. Не случайно, в некоторых грамотах речь идет не только о locus Antholz, но и о pagus с тем же названием198.

Бриксенский картулярий содержит 11 грамот, оформляющих поземельные сделки в Антгольце за вторую половину XI в.199 Среди лиц, совершающих эти сделки, имеются как вотчинники, так и средние и мелкие собственники. К вотчинникам относятся прежде всего уже известные нам Перехтольт и Готесхальк, из коих первый передает епископству между 1050 и 1065 гг. всего несколько лугов возле Фирбруннен в Антгольце200, а второй дарит пахотные поля и луга в Антгольце, Разене и в Гидоц возле Олага201.

По-видимому, вотчинницей была и некая матрона Адальгейт, ибо, несмотря на отсутствие сведений о составе ее владений, грамота, фиксирующая прекращение ее тяжбы с Бриксенским епископством из-за земельной собственности в Антгольце, составлена в таких выражениях, которые подчеркивают ее близость к бриксенскому епископу Альтвину; к тому же ее тяжба с епископством была прекращена при посредничестве ее дочери и ее мужа Оци, которого мы на основании других грамот квалифицировали как вотчинника. В числе свидетелей сделки Адальгейт фигурируют вотчинники Готесхальк и Вихман202. К числу вотчинников, делающих дарения в деревне Антгольц, относится также уже известный нам nobilis Отто203: он передает епископству один луг в Антгольце — в долине Випольдсталь204. Как уже было указано выше, он, по-видимому, тождествен с епископским вассалом того же имени, так как этот вассал (miles Otto) в те же годы передает епископству predium возле Фресница, т. е. в том самом населенном пункте, в котором Одальрих, брат ingenuus'a Otto (не обозначенного как miles), дарит Бриксенскому епископству одно владение (predium) с 20 mancipia (№ 162).

Интересный пример дарительницы, передающей епископству небольшие по размерам владения в Антгольце и в других местах, но не являющейся собственницей крестьянского типа, представляет некая Виллипирх, обозначенная как nobilitatem sortita, matrona nobilis. Она дарит Бриксенскому епископству всего 3 югера луга в Антгольце205; в те же годы ее брат Гартман совместно с ней дарит один луг в пределах долины Антгольца206. Между тем из несколько более поздней грамоты того же Гартмана, обозначенного в ней как «nobilissimus», явствует, что он передал Бриксенскому епископству два владения: мельницу возле Олага и другое — в населенном пункте Прагс207. Кроме того, Виллипирх имела тяжбу с Бриксенским епископством из-за какого-то владения, которое в свое время передал епископству уже известный нам Герипрет (ни состав этого владения, ни название населенного пункта, в котором оно было расположено, не указаны)208. Так как матрона Виллипирх в Бриксенском картулярии упоминается лишь в разобранных нами грамотах, а Герипрет в качестве дарителя выступает всего три раза209, то трудно установить характер взаимоотношений Виллипирх и Герипрета: остается неизвестным, был ли он ее мужем (это в грамотах обычно указывается, а между тем в № 314 данных об этом нет) или каким-либо ее родственником. Во всяком случае он имел, по-видимому, какие-то общие с ней права на то владение, из-за которого она вела тяжбу с Бриксенским епископством: иначе непонятно, почему она отказалась от притязаний именно на владение, переданное Герипретом. Факт ее близости к епископству, а также наличие совладения с ее братом Гартманом, делающим дарения в разных местах, говорит против ее принадлежности к собственникам крестьянского типа. Однако отсутствие более точных сведений о ней не позволяет отнести ее к вотчинникам-феодалам; весьма возможно, что она была собственницей мелковотчинного типа.

В близких взаимоотношениях с Бриксенским епископством находится и nobilis Гелампрет, передающий в 1060—1070 гг. одно владение (predium) в Антгольце и в те же годы подаривший одну гуфу в другом населенном пункте (Хаттенхофен), предназначая одновременно остальные свои владения в Хаттенхофене некоей «famula» Вацилле и ее детям210. Весьма возможно, что он был собственником вотчинного или мелковотчинного типа; однако скудость данных о нем вынуждает нас отнести его, как и Виллипирх, к таким собственникам, реальное экономическое положение которых остается недостаточно выясненным.

С трудом поддается установлению реальное положение некого Юнхрама (liber), который упоминается в картулярии всего один раз. Он передал совместно со своим сыном Бриксенскому епископству свое владение (predium) в Антгольце в обмен на владение епископства там же, принадлежавшее раньше некоему Адальперону211. Получить дополнительные сведения о Юнхраме как земельном собственнике можно лишь косвенным путем, а именно путем попытки выяснения экономического положения Адальперона, который был родственником некоего Руодперта, происходившего из «знатного рода» (ex nobili procrealus sobole), и сделал ряд дарений в нескольких населенных пунктах как от своего имени, так и совместно со своей женой Итипирх212. Не исключена возможность, что этот Руодперт тождествен с епископским вассалом того же имени (miles Ruodpertus), ибо дарения Руодперта относятся к 1065—1075 гг., a miles Ruodpertus упоминается в грамоте 1050—1065 г. в качестве посредника дарственной сделки графа Мегинхарда, причем в списке свидетелей этой сделки значится Адальперон213. Если это отождествление правильно, то обмен владениями в Антгольце между Юнхрамом и родственником епископского вассала Руодперта Адальпероном говорит против принадлежности Юнхрама к собственникам крестьянского типа. В отличие от Юнхрама таковыми были два других обитателя деревни Антгольц, а именно Сикко и Aппo, обозначенные как свободные люди (liberi). Бриксенский епископ Альтвин заключает между 1065 — 1075 гг. с каждым из них две меновые сделки, предоставляя и тому и другому по одному владению (predium) в Разене. В обмен Сикко передает епископству в Антгольце то владение, которое раньше было предоставлено епископскому министериалу (или зависимому от епископства лицу) Эккерику214. Aппo дарит епископству три югера луга и четыре югера пахотной земли215; тот же Аппо (Эппо) в те же годы передает епископу и остальные участки луга, которые принадлежали ему в Антгольце (т. е., по-видимому, все его луга в этой деревне, на что указывает особое подчеркивание этого обстоятельства в кратком тексте грамоты)216. Эккерик вряд ли был крупным министериалом, так как об этом нет никаких данных и он упоминается в качестве «serviens ecclesiae» всего один раз. Поэтому передача его бывшего держания свободному человеку Сикко не может служить аргументом против крестьянского происхождения последнего.

К мелким собственникам-аллодистам мы относим также некую Эyгилу, которая традировала епископству один целый манс в населенном пункте Бурин и, кроме того, predium в Антгольце. Бурин расположен сравнительно недалеко от Антгольца, несколько к западу от Брунека, так что наличие у Энгилы владений в двух соседних поселениях вполне возможно и в том случае, если она была мелкой аллодиальной собственницей. В грамоте она обозначена как вдова некоего Эккихарда217, который более в картулярии не встречается, ибо упоминающийся в гораздо более ранних грамотах Эккихард не мог быть мужем Энгилы ввиду несоответствия дат218. Сама Энгила в качестве дарительницы встречается в Бриксенском картулярии только один раз; ее дарение — безусловное. Все это вместе взятое не дает оснований считать ее вотчинницей. Особое место в составе контрагентов сделок в деревне Антгольц занимает член епископской familia Адальпрет, который передает между 1075 и 1090 гг. без всяких условий один небольшой луг площадью в три югера219. Несмотря на незначительный размер его вклада, Адальпрет, конечно, не является мелким аллодистом; он вообще не входит в нашу классификацию собственников, так как его дарение представляет собой сделку между епископством и лицом, находящимся под его властью. В списке свидетелей сделки Адальпрета значатся, между прочим, вотчинники Готесхальк и Викман.

Из анализа поземельных сделок в Антгольце в течение XI в. явствует, что это поселение может быть отнесено — по составу обитавших в нем собственников — к так называемым деревням смешанного типа. Наряду с явными вотчинниками (Готесхальк, Перехтольт, Адальгейт, Отто) в Антгольце в качестве контрагентов поземельных сделок фигурируют собственники мелковотчинного типа (матрона Виллипирх и ее брат Гартман, а также Гелампрет) и, наконец, мелкие свободные аллодисты (Сикко, Аппо и Энгила). В Антгольце XI в. были и собственники, реальное положение которых не поддается выяснению: это прежде всего Юнхрам; к ним можно отнести с некоторыми оговорками также Виллипирх и Гартмана, хотя ряд данных говорит в пользу их принадлежности к мелким вотчинникам.

Несмотря на наличие собственников с невыясненным экономическим положением, Антгольц все же представляет собой пример деревни, которая отнюдь не принадлежит целиком различным крупным и мелким вотчинникам, хотя их частичное вторжение в эту деревню успело к середине XI в. дать весьма ощутительные результаты, выразившиеся в меновых и дарственных сделках между бриксенским епископом и разного рода собственниками, в том числе и крупными вотчинниками. Однако их проникновение в Антгольц еще не привело (до конца XI в.) к превращению этого поселения в целиком зависимую деревню. При оценке этого факта следует иметь в виду, что нам известна лишь небольшая часть земельных собственников в Антгольце XI в.: это вытекает уже из значительных размеров Антгольца, общая земельная площадь которого (и, в частности, культивированная или пригодная под обработку земля), конечно, настолько же превышала совокупность упоминающихся в Бриксенском картулярии земельных владений, насколько и количество домохозяйств в этой деревне было больше того их числа, которое выступает в грамотах. Весьма возможно, что в составе собственников Антгольца, не заключавших сделок с епископством, были и мелкие и средние собственники, не уловленные грамотами Бриксенского картулярия. Ибо Антгольц не только целиком не принадлежал в XI в. ни бриксенскому епископу, ни какому-либо другому крупному феодалу, но и не был поделен между несколькими феодалами: их проникновение в Антгольц носило дробный и частичный характер. Этот вывод не может поколебать и факт наличия в Антгольце в XII в. земельных владений упомянутого монастыря Ау возле Боцена (иначе — монастыря св. Марии в Owe Pozani), потому что владения этого монастыря, описанные неопределенно как predia, разбросаны по разным населенным пунктам (кроме Антгольца,— в Олага, Мельтене и других селениях), а некоторые из них сводятся к правам верховной собственности на половину общинного леса ряда деревень (вне пределов Антгольца). Тем самым характер их размещения лишь подтверждает дробность проникновения крупных феодалов в Антгольц даже к концу XII в.220

Другую картину рисуют грамоты, относящиеся к нескольким небольшим населенным пунктам, расположенным вокруг более крупного поселения Клаузен (к юго-западу от Бриксена), превратившегося в конце XII — начале XIII в. в город221. В каждом из этих пунктов контрагентами сделок выступают главным образом крупные и мелкие вотчинники. Эти поселения в районе Клаузена напоминают в этом отношении населенные пункты в районе Брунека. Хотя расстояние между самым северным из этих последних Уттенхеймом и Клаузеном больше, чем расстояние между Клаузеном и Брунеком, тем не менее деревни в районе Клаузена расположены сравнительно недалеко от Бриксенского епископства (к югу от него); они довольно рано (с конца X — начала XI в.) начали осваиваться как самим епископством, так и светскими феодалами, а также и мелкими вотчинниками.

Так, в небольшом поселении Барбиан (недалеко от Клаузена, к югу от него) в начале и в середине XI в. были владения графа Ратпота и бриксенского епископа. Граф Ратпот передает в этом пункте епископству в 1005 г. свои владения вместе с восемью несвободными и с правом пользования угодьями; в состав передаваемых им объектов сделки входили пахотные поля и виноградники, упомянутые в «формуле принадлежности»222. Через полвека после этого бриксенский епископ Альтвин совершает меновую сделку с двумя братьями Гартвиком и Вольфтрегилем, которые обозначены как nobiles: епископ жалует им два манса в Барбиан в обмен на два их манса в населенном пункте Лацфонс (близ Клаузена, к северу от него); мансы этих братьев передаются ими без несвободных, но с правом пользования угодьями; кроме того, они традируют епископству еще полманса в том же Лацфонсе223. Из разбираемой грамоты явствует, что до этой сделки епископ имел в Барбиан земельные владения, которые теперь переходят в обладание более мелких собственников — упомянутых двух братьев. В других грамотах Бриксенского картулярия братья Гартвик и Вольфтрегиль совместно не выступают224; судя по этому признаку, а также по составу передаваемых ими владений в двух населенных пунктах (Лацфонс и Барбиан), они не были собственниками феодального типа, а являлись либо мелкими вотчинниками, либо средними свободными собственниками.

В деревне Педрац (in loco Petrazzes) к северо-западу от Клаузена зафиксировано дарение двух тяглых наделов с сидящими на них зависимыми крестьянами; эти тяглые наделы вместо с несвободными и с правом пользования угодьями передает соборному капитулу Бриксенской церкви уже известный нам граф Ратпот225.

В соседней деревне Альбиун к югу от Клаузена тот же граф дарит бриксенскому епископу один тяглый надел с сохранением за собой права пожизненной его эксплуатации226. В той же деревне приблизительно через 20—25 лет после этого бриксенский епископ Гартвиг дарит Бриксенской церкви одну зависимую гуфу с манципиями, которую раньше передал его вассал Адальпрет227.

В конце XI в. в том же населенном пункте Альбиун происходит обмен владениями между некоей матроной Ирмингарт и епископом Альтвином: Ирмингарт передает Бриксенскому соборному капитулу свое владение (predium) в Альбиуне и получает в обмен от него другое владение в населенном пункте Филандерс228. Так как объекты меновой сделки обозначены широким по содержанию термином «predium» и притом без дальнейшей конкретизации этого понятия, то невозможно судить о размерах владений Ирмингарт в Альбиуне. Однако несомненно, что сделка заключена между крупным церковным феодалом и членом familia той же церкви (свидетели сделки делятся па две группы: «de nobilibus» и «de familia»229, т. е. на светских лиц и членов церковной «familia»). В населенном пункте Фельтурнес (Velturnes, Feldthurns) в конце X — середине XI в. происходят поземельные сделки между феодальными собственниками, причем объектами этих сделок являются как отдельные гуфы, так и целые имения с несвободными.

Между 985 и 993 гг. фрейзингенский епископ Авраам передает четыре гуфы в Фельтурнес бриксенскому епископу Альбуину в обмен на восемь других гуф там же230; по-видимому, объектами обмена были тяглые гуфы, принадлежащие тому и другому епископу, так как, несмотря на отсутствие упоминания об их держателях, с них идет чинш231.

Между 1050 и 1065 гг. вотчинник Готесхальк передает Бриксенской церкви ряд своих владений в Боцене, Фельтурнес, в Матрей и его окрестностях. Эти владения состоят из виноградников и пахотных полей (с правом пользования угодьями); в их составе упомянуты 25 манципиев и, кроме того, один serviens Ozzo232. Хотя в грамоте не указано, какие из этих владений Готесхалька были расположены именно в Фельтурнес, но их вотчинный характер и в этом населенном пункте не подлежит сомнению. Ценой этого дарения Готесхальк освобождается от несения личной вассальной военной службы бриксенскому епископу, но с тем условием, что его сын будет продолжать нести ее233.

Несмотря на все различия в социальном составе дарителей и контрагентов меновых сделок в изученных нами тирольских населенных пунктах разного типа, проделанное нами исследование обнаруживает довольно большой процент феодальных собственников (крупных и более мелких) наряду с некоторыми собственниками крестьянского типа в поселениях всех трех групп в течение X—XI вв.

Между тем произведенный нами в предыдущем разделе анализ целого ряда индивидуальных экономических биографий традентов за тот же период позволил нам установить наличие довольно значительного количества членов промежуточного слоя с мелковотчинной структурой владений, а также и собственников крестьянского типа (наряду с мелкими вотчинниками). Это кажущееся противоречие объясняется тем, что, прослеживая индивидуальные экономические биографии, мы избирали тех контрагентов сделок, которые выступают в грамотах по нескольку раз, и поэтому имели возможность лучше выяснить их социальную физиономию, а тем самым — уловить в их составе собственников разного типа (в том числе и представителей промежуточного слоя и свободных крестьян). В отличие от этого группировка дарителей и участников меновых сделок по деревням не может дать полную картину социального состава населения этих деревень по той причине, что грамоты дают нам возможность выявить лишь небольшую составную часть их обитателей; это соображение относится не только к Антгольцу, но и к другим населенным пунктам, в особенности к таким, из которых до нас дошли в грамотах сведения всего о двух-трех контрагентах сделок. К тому же и об этих контрагентах мы имеем лишь недостаточные данные, так как многие из них встречаются в грамотах всего один раз.

Однако группировка традентов по деревням выявляет — отчетливее, чем анализ индивидуальных экономических биографий — успехи процесса феодализации в Тироле в течение XI в. (обилие епископских вассалов и министериалов, наличие зависимых держателей тяглых мансов и т. д.). Неполноту картины этого процесса по материалу изученных нами населенных пунктов мы стремимся восполнить отдельным исследованием истории поземельной собственности в одном из них и притом в таком, из которого исходят многочисленные грамоты с разного рода сделках и который в течение второй половины XII в. превращается в город234. С этой целью мы посвящаем особый раздел данной главы истории земельной собственности в Боцене и его окрестностях в X—XII вв.

* * *



Несмотря на справедливость и очевидность только что сделанного вывода о росте феодального землевладения и об усилении феодализации в Тироле в XI в., отсюда нельзя умозаключать (как уже было отмечено выше) о полном исчезновении свободной и полусвободной крестьянской собственности.

Ее наличие в Тироле в течение XI и даже XII в. можно установить (помимо сделанных выше наблюдений) путем разбора данных о совладении угодьями (в частности, горными склонами) и особенно о социальной физиономии тех лиц, которые названы обобщающим термином «rustici», означающим крестьян вообще в смысле земледельцев, независимо от их социального статуса.

По вопросу о совладении приведем в качестве примера прежде всего дарения, исходящие из одного и того же места — возвышенности Руцоль, расположенной близ Маульс в районе Клаузена. Несмотря на то, что в этом районе среди участников сделок преобладают крупные и мелкие вотчинники, возвышенность Руцоль находится в совладении нескольких собственников нефеодального типа, обозначаемых в грамотах терминами nobilis и liber. Так, между 1070—1080 г. некий nobilis Людвиг традирует епископству свои права на возвышенность Руцоль235, полученные им в свою очередь от другого нобиля — Адальперона. Хотя грамота Людвига формулирует эту сделку как дарение всей возвышенности Руцоль, однако и из упоминания Адальперона и из двух других грамот явствует, что она принадлежала нескольким лицам.

В те же годы liberi Марти и Эбергарт дарят — каждый отдельно — епископству свою долю пользования той же возвышенностью, причем оба дарителя указывают в своих грамотах, что они получили это право пользования по наследству236. У нас нет никаких оснований принимать этих четырех совладельцев горных склонов Руцоль за вотчинников. Скорее — это мелкие или средние свободные собственники, часть которых могла пользоваться горными пастбищами237, а другая часть могла иметь там и пахотные земли в результате распашек и корчевок, которые непрестанно происходили в Тироле на протяжении X—ХIII вв.238 К таким владельцам пахотной земли на склонах Руцоль могли принадлежать вышеупомянутые Людвиг и Адальперон. Из грамот Бриксенского картулярия нам известны и другие случаи наличия пахотных участков на горных склонах: примерами могут служить манс крестьянина (rusticus) Вальтера на возвышенности Альпигерис239, гуфа другого крестьянина (rusticus) — Рицо на возвышенности Родунк возле Наудерса240 в окрестностях Мюльбаха (к западу от Брунека)241, владения уже известного нам свободного крестьянина Откера на горном склоне Имберг возле Разена242. Эти случаи подводят нас к поставленному выше вопросу о лицах, обозначенных как rustici.

Всех rustici, встречающихся в Бриксенском картулярии, можно подразделить на следующие группы: 1) держатели мансов и гуф; 2) люди, обрабатывающие predia, которые входят в состав чужих владений; 3) лица, не находящиеся в зависимости от вотчинников. Rustici — держатели мансов и гуф — встречаются в Бриксенском картулярии в составе передаваемых епископству вотчинных и мелковотчинных владений. Это формулируется в грамотах таким образом: традируется «манс, обрабатываемый в настоящее время таким-то крестьянином» (mansus... tunc temporis a quodam rustico... cultum et possessum). Такой способ описания подобных держаний резко отличается от описания обычных тяглых мансов с сидящими на них сервами или mancipia, когда просто указывается манс и число несвободных243. Уже одно это говорит против отождествления rustici, сидящих на мансах, с совершенно несвободными держателями. Разбор отдельных случаев мансовых держаний rustici еще более убеждает нас в этом.

Эти держания входят в состав владений вотчинников Одальскалька, Перехтольда, Тагини и Вальтера; во всех случаях их упоминания каждый раз приводится имя соответствующего их держателя (rusticus) и его манс рассматривается как некое хозяйственное единство; при этом нет указаний на несвободный социальный статус держателя и на его повинности (кроме обработки данного манса).

Так, miles Перехтольд передает епископству один манс, принадлежавший ранее вотчиннику Одальскальку в местности Ленгхольц (к востоку от Грейфенбурга в Верхней Каринтии); этот манс обрабатывается крестьянином (rusticus) Драгмером244. В составе владений другого светского вассала, Тагини, в Верхней Каринтии находились два манса, обрабатываемые rustici: один на берегу озера Мильштет, а второй — на горных склонах Альпигерис245,— если оставить пока в стороне принадлежавшее Тагини predium с сидящим на нем держателем (rusticus). В числе владений, передаваемых церковным феодалом Вальтером, упомянут манс, составляющий «целую гуфу» (integra huba) на уже известной нам возвышенности Родунк, который обрабатывает rusticus Рицо, причем вслед за этим в грамоте идет очень подробная «формула принадлежности»246. Выделение крестьян — rustici в качестве держателей мансов или гуф в составе владений светских и церковных вотчинников (таких, как Перехтольд, Одальскальк, Тагини, Вальтер) вряд ли может быть случайным: оно подчеркивает их особое социально-экономическое положение,— независимо от их правового статуса,— хотя приведенные данные и не позволяют окончательно решить вопрос о личной свободе или несвободе этих rustici. Во всяком случае, если они и не были лично совершенно свободными, то они обладали какими-то существенными элементами свободы и не могут быть приравнены не только к сервам и к mancipia, но и к колонам. Правда, иногда rusticus является в Бриксенском картулярии держателем сервильного манса, как это имеет место в одном из владений некоего нобиля (он же и liber) Хеймо, который, по-видимому, был либо мелким вотчинником, либо собственником с мелковотчинной структурой владений, ибо он на протяжении четверти века (с 1065 по 1090 г.) сделал несколько дарений в пяти населенных пунктах с зависимыми держаниями в их составе247; в их числе он передал в населенном пункте Тейстен близ Вельсберга (к востоку от Брунека) один сервильный манс, который обрабатывал rusticus Хериман вместе со своим сыном248. Однако, как известно, на сервильном мансе могли сидеть и лично свободные держатели.

Из числа rustici, которые держали predium, отметим прежде всего некоего Дицла, который обрабатывал predium, принадлежащий тому же Хеймо в местности Люрна в районе Брунека; любопытно, что это владение раньше принадлежало упомянутому Дицла вместе с Адальгером и его двумя сыновьями, причем Адальгер обозначен как serviens (в данном контексте это, очевидно, зависимый человек)249. Отсюда можно умозаключить, что Дицла был лично свободен.

В качестве rustici — держателей predium упоминаются Регингер в составе дарения Тагини в Разене250, Гунцо в дарении нобиля Вециля в Антгольце251, уже известный нам Сикко в дарении матроны Уты в Тейстене252, и, наконец, Сицо в дарении нобиля Эппо в долине Арн253.

Хотя «predium» — термин настолько широкий по содержанию, что под ним может иногда подразумеваться и манс с гуфой (ср. № 389), тем не менее он большей частью выступает в грамотах как способ обозначения владения, составляющего определенный хозяйственный комплекс254, принадлежащий собственнику, а не держателю: predia, как держания, представляют исключение, а это заставляет нас предполагать, что держатели этих predia были раньше их собственниками, т. е. аллодистами.

Оба упоминания rustici в Бриксенском картулярии в качестве дарителей относятся к середине и второй половине XII в. Об одном из них — Откере, передающем между 1140 и 1142 гг. свои владения (bona) возле Разена — уже шла речь выше255. Объект дарения другого (rusticus Diethmar) в населенном пункте Торентен (к западу от Брунека) назван аллодом; это — небольшое владение размером в 12 югеров, которое передал сын Дитмара (того же имени) с условием сохранения права пользования им за собой и своими братьями256. Факт позднего упоминания в Бриксенском картулярии rustici в качестве аллодистов вряд ли является случайностью, ибо он связан с целым рядом других параллельных фактов. По-видимому, в Тироле в течение XI—XII вв. шел двусторонний процесс: с одной стороны, остатки прежнего свободного крестьянства превращались не только в полностью зависимых, но и в лично свободных держателей (rustici бриксенских грамот XI в.), а с другой стороны, складывались новые общины; они состояли из разных слоев населения, но в их состав входили и крестьяне — частично зависимые и обедневшие (pauperes), а частично такие свободные крестьяне, которые приобрели свободу именно в результате освоения новых земель (в ходе непрестанных расчисток и лесных корчёвок), а отчасти и роста городов и товарно-денежных отношений. Совокупность таких крестьян различного социально-экономического положения стали обозначать терминами «rustici» и «cultores» в качестве земледельцев, сельских хозяев, между тем как к лично и экономически зависимым крестьянам начали прилагать термин «coloni». При этом rustici как крестьяне вообще отграничиваются не только от рыцарства (milites), но и от горожан (cives). Такое разграничение находим в грамоте от 1190 г., в силу которой епископ триентский Конрад разрешает тяжбу между жителями Боцена и соседнего с ним Келлера (т. е. древнейшей части населенного пункта Гриз — Gries) из-за права пользования альмендой. В этой грамоте идет речь о пользовании пастбищами, рощами, дорогами, водами и пр. и вместе с тем устанавливаются сроки сенокоса и количество косцов для всех слоев населения обеих общин (communitas) Боцена и Келлера — для рыцарей (milites), горожан (burgenses) и крестьян (rustici); при этом крестьяне обозначены именно этим обобщающим термином, хотя указано наличие в их среде богатых и бедных257.

Rustici в качестве «крестьян вообще» фигурируют и в грамоте 1230 г. - в картулярии основанного Бриксенским епископством в 1142 г. монастыря Нейштифт и притом как раз в связи с расчистками, которые были произведены на горных склонах в графстве Раас. В грамоте устанавливаются права монастыря на эти расчистки и идет речь о согласии всей совокупности (communitas) обитателей графства Раас, в состав которых входят «богатые и бедные, знатные и незнатные, рыцари, крестьяне»258. В тирольских грамотах XIII в. в районе Боцена и Бриксена встречается разграничение cives и cultores, а также cives и rustici, причем в конце этого столетия под rustici разумеются и такие крестьяне, которые несут барщину. Однако уже к началу XIII в. крестьяне — независимо от их социально-экономического положения и отчасти даже от степени их личной свободы — констатуируются в качестве членов новых общин с особыми правами, хотя в состав этих общин входят не только они, но рыцари и горожане259. В конце XIII — начале XIV в. среди крестьян различают людей, имеющих собственные владения («bona propria», «freyes aygen»), и держателей. Такое разграничение проводится в грамоте тирольского графа Мегинхарта II от 1275 г. об основании монастыря Стамс260, а также в постановлении тирольского территориального князя Генриха (бывшего одновременно и герцогом Каринтии) от 1312 г. о взимании общего чрезвычайного налога. В этом постановлении налогоплательщики-крестьяне обозначены термином «coloni», но в их среде произведено указанное выше различение между обладателями Eigengut и держателями вотчинной земли. Списки плательщиков составлены по отдельным общинам и к ним присоединены жалобы (Beschwerden) членов местных общин, которые находились главным образом в бассейне р. Инн и р. Цилль. Эти Beschwerden отражают продолжающийся процесс захвата феодалами общинных угодий и нарушений ими прав общин на леса и пастбища и, кроме того, содержат материал о насильственном принуждении крестьян к несению барщины, об ограничении прав наследования крестьянами их пахотных участков и о присвоении феодалами права собственности на людей, предки которых не состояли в вотчинной зависимости от этих феодалов261.

Эти жалобы тирольских крестьян бассейна р. Инн и ее притоков в начале XIV в. указывают на то, что еще в это время в данном районе — наряду с зависимыми крестьянами — были как свободные крестьяне, так и крестьяне, не обложенные отработочными повинностями, т. е. что процесс закрепощения еще продолжался и что он проявлялся также и в захвате феодалами пастбищ и лесов, принадлежавших ранее общинам.

Местные общины, состоявшие из рыцарей, горожан и крестьян, имели особые суды, в которых участвовали и крестьяне в качестве присяжных. Это были, по-видимому, наиболее зажиточные представители крестьянства; они назывались в бриксенских грамотах XIII в. meliores et seniores, например, в грамоте от 1230 г., относящейся к долине Люзен (к северо-востоку от Бриксена), а в начале XIV в. обозначались по-немецки, как «die eltisten der Pauleute» (т. е. Bauleute—земледельцев), например, в грамоте 1315 г. из населенного пункта Тауферс (к северу от Уттенгейма в районе Брунека)262. Соотношение членов разных слоев внутри местных общин начала XIV в. и состав их судов можно представить себе по такому факту: в 1333 г. к участию в суде населенного пункта Сарнштейн (близ Бриксена, к югу от него) привлекаются двадцать nobiles и сорок rustici263. При этом следует, однако, иметь в виду, что в конце XIII — начале XIV в. словом rustici иногда уже стали обозначать и крестьян, несущих барщину264.

Все эти данные об эволюции тирольского крестьянства в XIII—XIV вв. привлечены нами лишь в качестве иллюстрации того высказанного выше предположения, что к концу XII в. остатки прежнего свободного крестьянства не исчезли в Тироле и что с другой стороны в XII — начале XIII в. возникали новые слои свободного и полусвободного крестьянства.



165См. Brixen, № 631 (1276 г.).
166Brixen, № 19, 22, 23.
167Ср. Brixen, № 22, где Тессельберг обозначен как locus, а в другой грамоте (№ 27) как mons.
168Brixen, № 27.
169Brixen, № 7. Уфхофен упоминается в грамотах до конца XI в. свыше 40 раз в качестве места заключения сделок, совершаемых главным образом в окрестностях Бриксена, а также в районе Брунека и Линца: ср. Brixen, № 22, 41, 83, 87, 95—96, 99, 101, 105, 110, 111, 114, 130, 131, 160, 181. 191, 213, 231, 238, 240, 258, 268, 272, 283b, 294, 295, 315, 317, 329—332, 336. 354, 360b, 366—367, 369, 376—377, 382. Частые упоминания Уфхофена как места заключения сделок с Бриксенским епископством указывают на то, что это был довольно значительный населенный пункт, и подтверждают тот вывод, что он принадлежал к числу деревень, рано освоенных самим Бриксенским епископством.
170Brixen, № 17 (ср. выше, стр. 198—199).
171Brixen, № 121 (1050—1065 г.). Редлих локализирует Hagabach и возвышенность Muntiniusa в нижней части долины Pustrissa vallis между Олагой и Мюльбахом: Brixen, Bd. I, S. 47.
172См. Brixen, № 123 (1050—1065 г.).
173Brixen, № 178 (1060—1070 г.): то и другое владение обозначено как predium.
174Brixen, № 215 (1065—1075 г.): «matrona nobilis genere Perchta... predium... in loco Olagun... quale... suus fidelis Adalpertus possederat... tradidit» (в списке свидетелей — Перехтольт). Ср. также № 301 (1075—1090 г.); дарение нобиля Герипрета «ad medias Olagun»: он передает «agrum triaque iugera prati»; ср. № 314, 316. Неясно, был ли Герипрет вотчинником. Во всяком случае он не тождествен с бриксенским каноником Геримбертом; их отождествлению мешает слишком большое хронологическое несовпадение: дарения каноника Геримберта сделаны между 1022 и 1039 гг. (см. № 68 и 69), а дарение нобиля Герипрета относится к концу X в. (1075—1090 г.).
175Brixen, № 372; подробнее см. о нем стр. 210—211.
176Brixen, № 50 (995—1005 г.); comitatus Pustrissa расположено к северо-востоку от Бриксена и к югу от разбираемых нами семи окрестных деревень: оно получило свое название от наименования соответствующей долины Pustrissa vallis; уточнение границ этого графства см. № 57.
177Brixen, № 50: «Et есоntrа recepit unam hoibam in loco qui dicilur Stega et unum molendinum in loco qui dicilur Ragouva, et decimam ipsius predii quod ipsa dabat ecclesiae...».
178О географическом размещении населенных пунктов в окрестностях Брунека см. A. Dорsсh. Die Bauern in den Alpenlandern Osterreichs. Beilage, Blatt 4.
179CM. Huter, II, № 594 (1210 r): «in castro... Raesene»; см. также Huter, II, № 787 (1221 г. ), Huter, III, № 1013 (1234 г.). Последняя грамота показывает, что в окрестностях этого бурга еще в XIII в. располагались земельные владения различного характера.
180См. Brixen, № 187 (1065—1075 г.).
181Brixen, № 383 (1085—1097 г.) «...nobilis Tagini... predium... in loco Rasina... tunc temporis a quodam rustico Reginger dicto cultum et possessum...». Согласно грамоте № 339 (1075—1090 г.), Тагини был вассалом епископа Альтвина (miles eiusdem antistitis), ср. также № 374 (1085—1090 г.); в силу грамоты № 336 (1075—1090 г.) он передает епископу половину прав на бург в селении Рейшах возле Брунека (medietatem castri Rischoni), а также половину прав на церковь там же (cum dimidia parte ecclesiae ibidem fundatae).
182Brixen, № 101 (1050—1065 г.): «...nobilis Willihalm... XII agros in loco Rasina... tradidit». Nobilis Перехтольт, упомянутый в числе свидетелей сделки Вильгельма, иногда обозначается как miles (№ 141); он — несомненно вотчинник, ибо у него были владения в 6 населенных пунктах (в том числе и право пользования в личных целях альмендой возле деревни Олага, переданное ему бриксенским епископом между 1050 и 1065 гг.— см. № 121а); он упоминается в качестве дарителя, получателя и посредника в ряде грамот второй половины XI в. (№ 121, 123, 125 [ingenuus Perechtolt], 134, 141, 148, 178,211,213).
183Brixen, № 381 (1085—1097 г.) «...tale predium quale agris et pratis in his tribus locis... Entholz, Rasina, Gidoz possedit».
184Brixen, № 361: «fideles Wicman, Isingrin, Goteschalh»; все трое участвуют в сделке свободного Отто.
185Brixen, № 93: Отто передает епископу duas cortiles, а также predium, т. е. «agri culti XII iugera, pratorum... iugera XV... in villa superior Rasina...».
186См. Brixen, № 268: «...ingenuus Otto personatus... episcopi miles... predium iuxla curtem Vrezich situm... donavit».
187Brixen, № 162.
188Brixen, № 102 (1050—1065 r.) «Matrona Willa vidua Rodani... predium donavit»: ее муж Родан фигурирует в качестве свидетеля разных сделок (между 1050 и 1065 гг.), в том числе и сделки вотчинника Перехтольта (см. № 78, 89, 95, 96); однако ото само по себе еще не дает оснований относить его к феодальным собственникам. Родан состоял в родстве со свободным Эгици (см. № 103 от 1050—1065 г.), который неоднократно упоминается в качестве свидетеля разного рода поземельных сделок, заключенных за тот же период, в том числе и сделок мелкого вотчинника Скрота (см. № 75, 76, 83, 95, 96, 100, 112, 150, 163).
189Brixen, № 460 (1140—1147 г.): «...quidam rusticus Otker... pro remedio animae suae ceterorumque parentum suorum bona quae habuit in monte Immonis... tradidit». Mons Immo (Imberg) находится над деревней Ober-Rasen и имеет высоту 1091 м (см. A. Dорsсh. Op. cit., Beilage, Blatt 4). Редлих в немецком названии грамоты № 460 обозначает Откера словом Bauer.
190Этот вывод подтверждается сравнительной малочисленностью дарений в пользу епископства из этих поселений (за исключением Разена), а также размельченностью объектов сделок, которая указывает на то, что процесс освоения земельной собственности крупными вотчинниками в этих деревнях в основном уже закончился до этих дарений конца X и XI в., а после этого оно продолжалось лишь по частям.
191Brixen, № 73, 75, 107 (1050—1065 г.).
192Brixen, № 183 (1060—1068 г.); Тристах упоминается еще как место сделки в № 81 (1050—1065 г.).
193Brixen, № 73 и 83 (1050—1065 г.); из этих двух меновых сделок епископа Альтвина со Скротом явствует, что епископу принадлежало в Аслинге восемь мансов, которые были расположены, по-видимому, на горных склонах.
194Brixen, № 68 (1022—1039 г.): Геримберт передает епископству свои владения (predium) «in loco Aznic... cum campis, pratis, curtiferis, silvis... pascuis, aquis... molendinis, itibus et redilibus», за исключением 5 мансов. Судя по этому исключению и по содержанию «формулы принадлежности», Геримберт был довольно значительным собственником; он передает епископству еще три манса «in monte Aznic» и один манс «in comitatu Pustrissa» за пожизненное снабжение его продуктами хлебопашества и животновод¬ства, а также вином, тканями и проч. (№ 69).
195См. Brixen, № 271 (1070—1080 г.): «...ingenuus Zacco... predium in monte Aznic apud Cholpanhus hereditario iure areis, edificiis, agris, pratis, pascuis, aquis aquarumque decursibus... cum quarta parte basilicae». Cholpanhus — населенный пункт Кольбенхаус возле Аслинга, к северо-западу от Линца. Судя по тому, что Цакко был владельцем или совладельцем церкви, он мог быть либо собственником мелковотчинного типа, либо вотчинником.
196Brixen, № 229 (1065—1077 г.): в этой грамоте зафиксирован лишь в самой общей форме отказ Оци от владения в Аслинге, из-за которого у него была тяжба с епископом Альтвином. Но за несколько лет перед этим ingenuus Ozi передает Бриксенскому епископству солеварню и право на лесной и охотничий банн, которыми он владел по наследству (см. №. 1/5 от 1060— 1070 г.). Оци делает ряд дарений епископству в разных пунктах: № 120 (1050—1065 г.), 126 (1050—1065 г.). Возможно, что он тождествен с miles Ozi, который дарит трех сервов — № 128 (1060—1065 г.).
197См. Brixen, № 68 и 229 (locus); № 69, 73, 83, 271 (mons). Редлих в немецком изложении содержания № 271 обозначает поселение Аслинг словом Aslingerberg.
198См. Brixen, № 315 (1075—1090 г.): «...pratum, in pago Entholz situm».
199В это число нами, конечно, не включены земельные пожалования в Антгольце августинскому мужскому монастырю Ау возле Боцена, связанные с более поздними иммунитетными привилегиями папы Урбана III (от 1186 г.) и императора Фридриха I (от 1189 г.) этому монастырю (см. Huter, I, №429, 450).
200Brixen, № 123: «...prata apud Fvetinbrunnen in loco Entholz sita».
201Brixen, № 381 (1085—1097 г.). О Перехтольте и Готесхальке см. выше, стр. 202, 204. Дарения этих вотчинников могут служить, между прочим, классическим примером того, как трудно, а подчас и невозможно, судить о реальном экономическом положении традентов по объектам их дарственных или меновых сделок в одном месте: если бы вам не были известны из других грамот весьма существенные данные о Перехтольте и Готесхальке, то по объектам их дарения в Антгольце их можно было бы принять за средних и мелких собственников.
202Brixen, № 115 (1050—1065 г.): «Sciat fidelium turba quandam matronam Adalheith dictam litem quam olim cum reverendo Brixinensis ecclesiae episcopo Poppone in loco Entholz dicto habuit, cum manu suae filiae videlicet Insulae eiusque mariti Ocini causa familiaritatis eiusdem antistitis successoris Altwini solvisse». Матрона Адельгейт упоминается в картулярии только один раз; хотя это имя встречается довольно часто, но оно явно относится к другим лицам — к жене нобиля Тагини (№ 387), а также к супругам дарителей, сделки которых с епископством совершались уже в начале XII в.— Муж Адельгейт из грамоты № 115 Оци обозначен в № 128 как miles; он фигурирует также в № 120, 126 и 229.
203В ряде грамот он назван ingenuus, ingenuus miles — см. № 93 (1050—1065 г.), № 268 (1070—1080 г.), кроме того, см. № 162 (1050—1065 г.), где дарение Одальриха, брата Оттона в поселении Фресниц описано так: «...nobilitatem sortitus nomine Odalricus Brixinensis amministratoris Alwini dileclione deviclus tale predium quale in loco Vrezich situm habuit... una cum XX mancipiis... donavit».
204Brixen, № 267 (1070—1080 г.): «...nobilis Otto... pratum in valle Wipoldestal... donavit». По мнению Редлиха, вся долина Антгольц могла называться также и Wipoldestal.
205Brixen, № 337 (1075—1090 г.): «...nobilitatem sortita Willipirch... Altwini Brixinensis ecclesiae presulis dilectione inducta... tria iugera pratorum in loco Entholz... tradidit».
206Brixen, № 338 (1075—1090 г.): «...libertatem sortitus Hartman personalis cum manu suae sororis Willipirch dictae quoddam pratum iuxta flumen quod vulgo Wotinprunno dicitur situm... tradidit». По мнению Редлиха, Wotinprunno обозначает либо реку Антгольц, либо Fultinbrunnen в долине Антгольца (см. № 123).
207Brixen, № 372 (1085—1097 г.): «...nobilissimus Hartman... duo predia hereditario iure possessa unum in loco... Salaha ac I molendinum, aliud... in loco Prages situm, cultis et incultis... tradidit»; № 287 (1075—1090 г.): этот же Гартман дарит один пахотный участок (aream) в деревне Фунцун возле Матрей.
208Brixen, № 314 (1075—1090 г.): «...nobilis matrona Willipirch... inquisitionem illius predii quod Heripreth... delegaverat, ad mantis... presulis Altwini resignavit ac denegaverat».
209Brixen, № 301, 314, 316; Герипрет выступает в качестве свидетеля дарственной сделки Гартмана (№ 372), в списке свидетелей которой значатся вотчинники Отто, Викман и др., а также в дарственной грамоте некоего, Альбериха (№ 284 от 1075—1090 г.).
210Brixen,№ 178: «...Halampreht... predium in loco Entholz donavit». В числе свидетелей сделки значится на первом месте вотчинник Перехтольт, который произвел и акт инвеституры владениями, переданными с обеих сторон (епископ передал Гелампрету в обмен predium в Олага). См. также № 179 (1060—1070 г.).
211Brixen, № 181 (1060—1070 г.): «....libertate potitus Junchram personatus... cum manu filii sui paterno vocabulo notati... predium... in loco Entholz... donavit, quatinus a prelibato presule suoque advocato Arnolfo predium quod quidam Adalpero possedit ut ad presens comprobatum est, econlra restituatur».
212Brixen, № 186 (1065—1075 г.): «...Ruodpertus...predium... pro beneficio sui patruelis filii Adalperonis post suum sueque coniugis Itipirge obitum sibi suoque filio Reginperto ministrando... tradidit». См. также № 193 (отказ Итипирхи от притязаний на дарение ее мужа Адальперона).
213Brixen, № 91 (1050—1065 г.).
214Brixen, № 187: «...libertatem sortitus Sicco personatus tale predium, quale in loco Entholz possedit quodque Brixinensis ecclesiae servienti Ekkeric personalo demonstratum est... tradidit».
215Ibid.: «...liber Appo... tria iugera pratorum quartumque agri... in loco Entholz... tradidit».
216Brixen, № 206 (1065—1075 г.): «...liber Eppo... legavit tantum de pratis quantum ipse habuit in Entholz». Эппо и Аппо — скорее всего две разные транскрипции одного и того же имени. Некий Эппо выступает позднее еще несколько раз с дарениями в разных населенных пунктах (вплоть до конца XI в.— см. № 272 от 1070—1080 г. и № 329), но у нас нет опорных пунктов для его отождествления с Аппо из № 187. В № 272 и 329 он назван nobilis, а в № 329 (1075—1090 г.) он совершает дарение от имени своих сыновей Эппо и Нитарда; между тем у Аппо или Эппо в № 187 и 206 сыновья не указаны. Что касается другого участника разбираемой меновой сделки в Антгольце, а именно свободного человека Сикко, то вряд ли можно отождествить его с тем крестьянином (rusticus) Сикко, который в грамоте № 354 (1085—1090 г.) выступает совместно с какими-то близкими ему людьми (socii) в качестве держателя наследственного владения некой «matrona nobilis Uta», переданного ею епископству в населенном пункте Тейстен возле Вельсберга в нижней части долины Пустерталь. Хотя за протекшие между сделками в грамотах № 187 и 354 15—20 лет Сикко и мог превратиться из аллодиста в держателя, тем не менее против этого отождествления говорит сравнительная удаленность Тейстена от Антгольца (Тейстен находится к юго-востоку от Антгольца, между ним и Вельсбергом), а также то обстоятельство, что в случае его тождества с одноименным лицом из грамоты № 187 Сикко должен был бы быть переведенным на другой надел и притом в другой деревне (см. № 354: «predium quod... rusticus Sicco personatus ceterique socii eius inhabitatant et colebant...»).
217Brixen, № 89 (1050—1065 г.): «...Engila Ekkihardi vidua... ad Burin I mansum integrum et quantum predii ad Entholz habere visa est... contradidit».
218Brixen, № 63, 64 (1005—1006 г.).
219Brixen, № 315 (1075—1090 г.): «...qualiter quidam de familia sanctorum Cassaiani et Ingewini Adalpreht personatus quoddam pratum scotam I vaJens in pago Entholz situm... tradidit...». Scota или scoLus — мера площади, равная трем югерам (см. № 93а: «pratorum iugera XV, quod vulgo dicunt V scoti»).
220Ср. Н utеr, I, № 429, 450.
221В 1202 г. в грамоте епископа триентского и епископа бриксенского уже устанавливаются таможенные привилегии для жителей Боценского церковного прихода и обитателей владений Бриксенского епископства по отношению к таможням в Боцене и Клаузене (см. Hu ter, II, № 542). В одной из грамот от 1229 — 1233 г. идет речь о рыночном праве Клаузена (см. Neustift, № 200 = Н u t e r, II, № 907). В качестве города Клаузен неоднократно выступает наряду с Боценом в грамотах первой половины XIII в.— см. Нuter, III, № 1212 (1247 г.), 1220 (1248 г.), 1299 (1253 г.). Несколько позднее в бриксенских грамотах встречаются указания на горожан Клаузена — ср. Brixen, № 691 (1301 г.): «civis de Clusa».
222Brixen, № 60 = Huter, I, № 41: «...comes Raptot... tradidit... talem proprietatem, qualem habuit in loco Parpian... cum mancipiis VIII nominatis [следует перечень имен], agris, vineis, silvis, pascuis, vallibus, montibus, planiciebus, cultis et incultis et cum omnibus usibus ad eundem, locum pertinentibus». Дарение безусловное. Интересно, что в «формулу принадлежности» включены горные склоны и долины, на которые граф Ратпот, по-видимому, имел право верховной собственности.
223Brixen, № 152 (1050—'1065 г.): a) «...nobilis prosabiae fratres Hartvvic, Wolftregil personati... dimidium mansum loco Lazevvnes situm... tradiderunt...»; b) «...dicti fratres Hartvvic et Wolftregil mansos duos item pago Lazevvnes sitos areis, agris, pratis, silvis in valle et in monte pascuis omnibusque mansorum plenitudine ordinalus... in manus... episcopi Altvvini... restitutis quidem sibimet loco Barbian duobus mansis aliis... donaverunt». В списке свидетелей значится вотчинник Перехтольт, но как свидетель со стороны епископа.
224Некий Вольфтрегиль указан в числе свидетелей меновой сделки матроны Ирмингарт в Альбиуне и Филандерс — соседних с Барбиан и Лацфонс населенных пунктах в районе Клаузена (№ 356 от 1085—1090 г.). Но прямых данных для его отождествления с одноименным лицом из грамоты № 152 нет; к тому же в № 356 брат Вольфтрегиля не указан.
225Brixen, № 61 (1005 г.): «...comes Ratpot... in loco Petrazzes suae proprietatis duas eolonias... cum mancipiis et cum omnibus utensilibus ad easdem... pertinentibus [tradidit]...»; эти две coloniae были в свое время пожалованы графом Ратпотом его вассалу (miles) Хатто в бенефиций; в том случае, если епископ Альбуин или Хатто умрут раньше графа Ратпота, эти зависимые наделы перейдут полностью в собственность Бриксенской церкви.
226Brixen, № 62 (1005 г.): «...comes Ratpot... in loco Alpium... [tradidit]... coloniam unam cum curtifero et cum omnibus usious... pertinentibus usque ad obilum vitae suae sibimet habendam...».
227Brixen, № 70 (1022—1039 г.): «...presul Hartvicus... hobam I in loco Albiun sitam, quam illi Adalperht suus miles dedit cum mancipiis omnique iure eidem hobae adhaerente... tradidit».
228Brixen, № 356 (1085—1090 г.) = Huter, I, № 106: «...Brixinensis familiае malrona Irmingart... tale predium quale in pago Albiunes... demonstrari fecit, pro alio predio in villa Filandres sito [in manus... episcopi Aitwini]... tradidit».
229 Ibid.: «Huius legationis... testes manu tracti sunt per aures, de nobilibus [два имени], de familia» [семь имен]. Выражение «testes manu tracti sunt per aures» указывает на судебные обычаи баваров согласно Баварской правде (LBaiuw., XVI; XVII), что является одним из доказательств баварского происхождения населения в районе Клаузена (см. О. Stоlz. Die Ausbreitung des Deutschtums in Sudtirol, Bd. I, S. 53—54, где собраны данные из грамот VIII—XII в. о баварском составе населения не только Клаузена, но и окрестностей Боцена и Линца).
230Brixen, № 13: «...Tradidit Abraham episcopus... loco Felturnes hobas IV arabilis terrae eo pacto ut ab aliis VIII hobis eodem loco possessis debitus census rcmaneret, in manus Albuini... episcopi... suis usibus perpetuo possidendum...».
231Ibid.: «Econtra predictus Albuinus episcopus... recredidit se eundem censum exinde nunquam requirendum...» (речь идет об отказе Альбуина от взимания чинша с уступленных им в порядке обмена восьми гуф).
232Brixen, № 135 (1050—1065 г.) = Нutеr, I, № 70: «...nobilitatem sortitus Gotescalch... tale predium, quale Pauzano in vineis, Vellurnis autem ac Maturegio [Malrei] insuper Mucines [Muzens возле Matrei] areis, aedificiis, agris cultis et incultis, pratis, pascuis... cum quodam serviente Ozzo... ceterisque utriusque sexus mancipiis numero XXV possedit... donavit».
233Brixen, № 135: «...ео tenore legavit ас donavit, quatinus ipse legator quoad viveret beneficia, quae militari obsequio erga presoriptum pontificem deservivit omnisque servitutis vinculo absolutus obtineret ac, si filium... procreasset, is quidam eadem beneficia solito more deserviat... predio suo... donativi more utatur». Из приведенного текста между прочим следует, что выражение «omnisque servitutis vinculo absolutus» применяется отнюдь не только к зависимым людям, но и к епископским вассалам, несущим военную службу.
234В течение XII в. городами сделались и некоторые другие крупные поселения Тироля — например, Клаузен, Брунек, Меран (о городском рынке Мерана см. Нutеr, III, № 1102 от 1239 г. ж № 1162 от 1243 г.) и, наконец, Бриксен.
235Brixen, № 238: «...nobilitatem sortitus Ludiwic... moniem unum Ruzol... a quodam nobile Adalpero... sibi... traditum... tradidit». Сделка заключена в Лацфонсе. Адальперон не поддается отождествлению с одноименным обитателем Антгольца, тем более, что возвышенность Руцоль расположена на значительном расстоянии от Антгольца.
236Brixen, № 242 (1070—1080 г.): «...libertatem sortitus Marti... talem partem, qualem in monte Ruzol hereditario iure habuit et possedit... tradidit...»: № 256: «...libertatem sortitus Eberhart... talem partem, qualem in monte Ruzol
hereditario iure habuit et possedit... tradidit...».
237Вспомним «gimeineda» на склонах возвышенности между Гайзельсбергом и Хагабахом — ср. Brixen, № 121.
238В результате дарений как пастбища, так и пахотные земли на склонах Руцоль перешли в руки Бриксенского епископства.
239Brixen, № 347 (1085—1090 г.): «...mansum unum in monte Alpigeris...»
240Brixen, № 389 (1085—1097 г.): «...Integra huba in monte Rodunc in pago autem Nudres».
241Это — другое селение Мюльбах — в бассейне верхнего течения р. Инн, не тождественное с Мюльбахом из грамоты № 121 (см. выше).
242Brixen, № 460 (1140—1157 г.): «...bona... in monte Immonis...»
243Ср., например, Brixen, № 28, 61, 70, 135, 228 и др.
244Brixen, № 96 (1050—1065 г.): «...[miles Perehtold]... iradidisse unum mansum... in loco Lenginholz dicto et tunc temporis a quodam rustic о Dragmer dicto cultum et possessum».
245Brixen, № 191 (1065—1075 г.): «...[miles Tagini]... iradidisse unum cum vinea mansum... in loco Crouval... tunc temporis a quodam ruslico... [имя в рукописи пропущено] vocalo cultum et possessum»; № 347 (1085—1090 г.): «[miles Tagini]... mansum unum in monte Alpigeris situm tunc temporis a quodam ruslico Wallheri vocalo cultum et possessum».
246Brixen, № 389 (1085—1097 г.): «[Walther tradidit] mansum unum, quod est arabilis terrae integra huba in monte Rodunc... a quodam rustico Rizo tunc tempores possessum areis, aedificiis, agris, pratis, pascuis, molendinis, silvis, piscationibus...., alpibus et convallibus, monlibus et submontibus, silvis et pascuis... qua fraler suus Irminstein idipsum predium sibi reliquerat...»
247CM. Brixen, № 216, 248, 255, 276, 298.
248Brixen, № 255 (1070—1080 г.): «libertale potilus Heimo... unum servilem mansum... in loco Teistin... tunc temporis a quodam rustico Heriman vocato filioque eius cultum et possessum... donavit».
249Brixen, № 216 (1065—1075 г.): «Heimo... predium... in loco Lurna... olim a quodam rustico Diezla possessum cum quodam serviente Adalger nomine duobusque filiis suis... donavit».
250Brixen, № 383 (1085—1097 г.).
251Brixen, № 350 (1085—1090 г.): «nobilis... Wezil quoddam predium Entholz situm a quodam rustico Gunzo tunc temporis cultum atque possessum... donavit».
252Brixen, № 354 (1085—1090 г.): «...Matrona nobilis genere Ota... predium quale in loco Tesiti hereditario iure possedit, quod quidam rusticus Sicco personatus ceterique socii eius inhabitabant et colebant... tradidit».
253Brixen, № 272 (1070—1080 г.): «...nobilis homo... Eppo... predium quale in valle Orin quidam rusticus Sizo personatus possedit... tradidit».
254Таковым является и predium в № 389 (держание Рицо), где к мансу с гуфой, составляющим это predium, согласно «формуле принадлежности», примыкают столь обширные права пользования разными угодьями, что они могут быть свойственны лишь аллодисту.
255См. анализ дарений из Разена.
256Brixen, № 490 (1157—1164 г.): «Diethmar ruslicus de Torenlen dedit fratribus Brixinensibus allodium quod persolvit quatuor scolas [I скота равен четырем югерам] quod filius suus Diethmar delegavit... ea condicione, ut ipse et fratres sui haberent in defensione sua».
257Huter, I, № 459: «Quod nemo miles burgensis vel rusticus aut alius presummat, intromittere vel ulterius inpedire aliquid de iam dicto comuni sicut a prefatis iuratis est consignatum et quando de eodem comuni secare voluerint, comuni conscilio secare debent post festum sancti Johannis baptiste et non antea et prima die, quando comuniter secare ceperint, tarn miles quam burgensis et rusticus tam dives quam pauper duos tantum secatores habeant et non plures». Права пользования совместной альмендой описаны в грамоте в следующих выражениях: «...discernere et consignare sine fraude totum comune intromissum vel impeditum a XX annis usque modo scilicet pascua nemora stratas semitteria aquaria runcalia aquarumque...».
258См. Neustift, № 212 = Huter, II, № 924: «...simulgue tota communitate prememorati montis divitum, pauperum, nobilium et ignobilium, militum, rusticorum omnimodum assensum prebente». Данные о расчистках с участием крестьян встречаются в целом ряде тирольских грамот XII—XIII вв. Формула «mobiles et ignobiles» часто фигурирует в тирольских грамотах середины XII—XIII вв.; Штольц в своей статье, посвященной крестьянству в Тироле в XI—XIV вв. (О. Stо1z. Die Landslandschaft der Bauern in Tirol.— «Historische Vierleljahrschrift», Bd 28, H. 4, 1934, S. 699—736), считает, что в тех случаях, когда грамоты относятся к городским поселениям, nobiles в этой формуле обозначают горожан, a ignobiles — крестьян (в остальных случаях nobiles в XIII в.— рыцарство).
259К таким общинам относится, например, communitas convicinorum возле Клаузена (см. Neustift, № 204 от 1227 г.), а также община Майc (возле Мерана, к западу от Бриксена), в которую, согласно грамоте 1213 г., входили министериалы и зависимые люди графа тирольского, а кроме того, «tota universitas de Mays» (цит. по О. Stolz. Op. cit. S. 707). Противопоставление cives и cultores, cives и rustici встречается в Боценской грамоте 1293 г., в которой перечислены: «nobiles magnates et ministeriales, cives et cultores», а также в грамоте 1277 г., относящейся к подданным Бриксенского епископства, в состав которых входят: «Ministeriales et servitores, cives et rustici» (эту грамоту см. L. Santifaller. Die Urkunden der Brixner Hochstifts-Archive 843—1295. Innsbruck, 1929, № 217 (1277 г.), S. 206—207.
260Эта грамота излагается по О. Stо1z. Op. cit., S. 710.
261Постановление Генриха Каринтийского от 1312 г. Beschwerden к нему приведены полностью в книге О. Stоlz. Die Ausbreitung des Deutschtums in Sudtirol... Bd. III, Tl. 2, S. 247. (В этой работе к каждой главе прилагаются тексты грамот и других документов).
262Обе грамоты см. О. Stolz. Die Landstandschaft..., S. 710—713.
263Текст документа см. О. Stolz. Die Ausbreitung des Deutschtums in Sudtirol, Bd. III, Tl. 2, S. 13.
264Такие rustici упоминаются в грамоте графа Мегинхарда Тирольского от 1284 г., относящейся к населенному пункту Шенна (Schenna) близ Мерана (к северу от него). Текст грамоты см. О. Stolz. Op. cit., Bd. III, Tl. 2, S. 180, Reg. 33.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Сирарпи Тер-Нерсесян.
Армения. Быт, религия, культура

Ю. Б. Циркин.
История Древней Испании

Жаклин Симпсон.
Викинги. Быт, религия, культура

Вера Буданова.
Готы в эпоху Великого переселения народов

Р. И. Рубинштейн.
У стен Тейшебаини
e-mail: historylib@yandex.ru
X